Даже сквозь звуконепроницаемые стены Мэй услышала крик. Она знала, кто кричал. Когда у Габриэллы начиналась чёрная полоса, Мэй её даже побаивалась.

Конечно, она понимала, что Габриэлла не хочет ей навредить. Она бы никогда ей ничего такого не сделала, разумеется. Но Мэй видела, на что способна Габриэлла в таком состоянии. Взгляд становился пустым и тяжёлым, челюсти сжимались. Мэй предпочитала думать, что это вовсе не Габриэлла. Будто в тело премьер-министра вселялся большой страшный дух, выживая на время её саму. В такие моменты даже Мэй радовалась, что от Габриэллы Грубель её отделяет стена.

Террористы взорвали кинотеатр в Стольбю, а внутри находились Фиона и какой-то гражданский. Без сомнения, кто-то должен за это ответить.

Внезапно автоматическая дверь перед ней открылась.

– МЭЙ! – прогремела Габриэлла.

Она затаила дыхание.

– Иду, – тихо ответила Мэй и шагнула вперёд.