По комнате, освещённой огоньком единственной свечи, порхала Эвви. Доли, почти не сомкнувшая ночью глаз и вставшая ещё до восхода солнца, следила за её передвижениями ленивым взглядом. Она лежала на застеленной кровати, откинувшись на груду мягких подушек, и размышляла, чувствуя, как покалывает в груди.

В голове всплыли слова матери: «А потом решим вопрос с драконом». Конечно, Доли не хотела, чтобы родители вмешивались в её дела, но в одном они были правы: «вопрос с драконом» следовало как-то «решить». Даже если сделать Доли своей хранительницей было осознанным желанием Эвви, дварфийка не смогла бы всю жизнь держать её в Аденашире. Той, в конце концов, однажды придётся воссоединиться с другими драконами, поэтому перед Доли стояла задача придумать, как сообщить о ней народу драконов. Не стоило забывать и слова Сарсона о том, что драконица обязательно привлечёт к себе внимание. Прошлым вечером, пожелав родителям спокойной ночи и вернувшись в свою квартиру, дварфийка решила усовершенствовать обвязку, чтобы при необходимости было удобнее держать драконицу внутри. Доли пришила несколько пуговиц, чтобы Эвви гарантировано не смогла высунуться в самый неподходящий момент. Но дварфийка прекрасно понимала, что даже такие меры предосторожности не помогут ей долго скрывать существование драконицы от жителей Аденашира.

– Хочешь прогуляться? – поднявшись с подушек, поинтересовалась Доли у кружившейся под потолком Эвви. – Я возьму тебе что-нибудь перекусить.

Драконица зависла в воздухе, помахивая крыльями, чтобы удержаться на одном месте. Затем метнулась к Доли, приземлилась на кровать и, приподнявшись на задних лапках, прильнула к руке своей хранительницы.

Доли погладила её по голове.

– Тогда пойдём. Ещё рано, так что проблем возникнуть не должно. – Дварфийка расстегнула пуговицы на тканевой обвязке, служившей Эвви уютным гнёздышком.

Драконица ткнулась носом в её ладонь, забралась внутрь и быстро свернулась в маленький розовый клубок, оставив торчать лишь кончик хвоста. Доли с улыбкой спрятала и его.

– Я застегну обвязку на пуговицы, чтобы ты не вылезла, – предупредила она, – но если захочешь высунуть носик и принюхаться, места достаточно.

Глаза Эвви беспокойно расширились.

– Прости, это нужно, чтобы ты не смогла оттуда выскользнуть, когда мы находимся вне дома. Это для твоего же блага, пока мы не решим, что с тобой делать.

Малышка одарила её очаровательной беззубой улыбкой, выражая, как рассудила Доли, понимание и согласие. Если так подумать, Эвви и вчера вечером хорошо себя вела.

По крайней мере, со слов Джез и Тэньи.

К тому же, когда она вернулась, квартира была в том же состоянии, что и до её ухода. Исключением стало лишь несколько сократившееся количество закусок для Эвви. Что значило, что ей снова нужно наведаться в лавку кентавра.

Даже уродливая ваза, доставшаяся в наследство, так и осталась стоять на кухонном столе. К слову, Доли бы нисколько не сожалела, если бы Эвви её случайно разбила.

Проверив, что Эвви удобно в обвязке, положив в карман несколько палочек из форели и захватив с собой немного серебреников, Доли тихонько выскользнула из комнаты. Через закрытую дверь спальни Джез было слышно, как та храпит.

Доли понимала, что подруга изрядно устала от суеты последних дней. Фенеке требовалось больше времени на сон, чем другим, но его совсем не оставалось из-за необходимости присматривать за Эвви. Стоит выйти прогуляться хотя бы ради того, чтобы Джез выспалась и насладилась спокойным утром без крылатой проказницы.

Поскольку до рассвета было ещё далеко, в книжной лавке не горели фонари и большинство жителей Аденашира спали.

Конечно, кое-кто вставал рано, например, мистер Фиглет, которому сегодня предстояло позаботиться об открытии рынка.

И внутри пекарни «Щепотка волшебства» приветливо сияли огни, несмотря на табличку «закрыто» на двери.

Доли, поднеся ладонь ко лбу козырьком, посмотрела сквозь стекло пустующей витрины. Через пару часов на прилавке будут красоваться полные корзинки с хлебом с травами, пирожные, булочки, печенье и – наверняка – один или парочка красиво украшенных тортов.

Раз в неделю Арлета продавала свою выпечку на рынке, как и до открытия пекарни, но в основном этим занимался Тео, не обделённый эльфийским обаянием и, – Доли отдавала ему должное, – способностью находить подход к любому покупателю. Дварфийка была уверена, что ему и самому нравилось рассказывать всем о кулинарных талантах его Предначертанной, в кого он верил всем сердцем с самого Турнира. Как-то за чашечкой чая Тео признался, что утро, которое он проводит на рынке, даёт ему возможность переключиться с работы по дому, пока Арлета занимается пекарней. На его плечи ложилась уборка, готовка и уход за Файлином и конём Нимбусом.

Доли почувствовала горячее дыхание Эвви у себя под подбородком, когда та высунула носик из складок ткани и шумно втянула воздух.

– Тоже почувствовала запах свежеиспечённого хлеба? – На губах дварфийки сама собой появилась умилённая улыбка.

Сладковатый дрожжевой аромат, просачиваясь из-под двери, заполнял собой улицу. В животе Доли заурчало, и она почти ощутила на языке вкус ещё горячего хлеба, намазанного свежим маслом.

Учитывая, что Арлета вставала раньше Тэньи, скорее всего, внутри была именно она. Эльфийка обычно начинала работать примерно на час позже и вечером, уже после того, как Арлета уходила домой, закрывала пекарню.

Доли постучала в надежде, что подруга её услышит.

Через пару мгновений Арлета появилась в дверях кухни, вытирая руки полотенцем. Доли улыбнулась и помахала ей, а Эвви тихонько взвизгнула от радости из своего уютного кокона.

Девушка щёлкнула замком и широко распахнула дверь:

– Ты сегодня рано.

– Не могла уснуть. – Доли глубоко вздохнула.

– Что ж, – бодрым тоном произнесла Арлета, складывая полотенце и засовывая его в карман фартука, – тогда заходи. Тэньи ещё нет, так что поможешь мне.

Доли не ожидала, что ей в добровольно-принудительном порядке предложат поработать, но она была не против.

– Хорошо, только со мной Эвви. – Дварфийка провела рукой по тёплому мурлыкающему бугорку под тканью обвязки.

Арлета положила руку на плечо Доли и втянула подругу внутрь пекарни.

– Не проблема. Мне есть чем её угостить.

Со стороны драконицы послышался восторженный писк.

После того как девушка заперла дверь, Доли принялась расстёгивать пуговицы, что с активно дёргающейся Эвви оказалось непростой задачей.

– Не двигайся, – попросила Доли, с трудом подтягивая друг к другу расходящиеся стороны обвязки, ткань которой Эвви растягивала своими крыльями.

Наконец пуговицы поддались, и малышка, вырвавшись из своего кокона, подлетела прямо к Арлете и зависла напротив её лица, высунув язычок, подобно щеночку.

Губы девушки разошлись в широкой улыбке.

– Пойдём, выберешь, что хочешь на завтрак. – Арлета указала кивком головы на ведущую в кухню дверь, и Эвви, не став терять ни секунды, унеслась в их направлении.

Доли сунула руку в карман:

– У меня есть несколько палочек из форели, чтобы дополнить тебе завтрак.

Она достала палочки и последовала за подругой и драконицей.

Крылья изнывающей от ожидания Эвви затрепыхались часто-часто, как у колибри, и стоило только толкнуть дверь на кухню, как малышка юркнула в образовавшийся проём. Войдя на кухню следом за ней, Арлета и Доли, к удивлению последней, обнаружили, что все булочки и печенья на противнях остались нетронутыми. Маленькая драконица только парила над ними, сложив лапки в предвкушении, и ждала разрешения.

– Выбирай, какие на тебя смотрят, – усмехнулась Арлета.

Эвви не нужно было повторять дважды. С помощью магии она левитировала к себе булочку с обжаренным миндалём. Крепко сжимая её в лапках, она подлетела к стоящему в углу небольшому столику с двумя стульями и опустилась на него. Обычно за ним Тэнья и Арлета отдыхали, когда делали перерывы в работе.

Доли положила рядом с Эвви палочки из форели.

– Мы с Арлетой сейчас займёмся делами, а ты посиди тут, хорошо? Приятного аппетита.

Эвви с набитым ртом покивала головой. У Доли потекли слюнки от насыщенного миндального аромата, исходившего от слоёного теста.

Она повернулась к Арлете и улыбнулась.

– Итак? – Доли обвела рукой противни с горой выпечки.

– Нам нужно выложить на прилавок и витрину всё, что лежит на противнях. А с ними, – девушка указала подбородком на несколько незаконченных тортов на другом конце стола, – разберётся Тэнья, когда придёт.

Доли испытала облегчение, получив именно такое задание. Подбирать, какие книги выложить на столики и поместить на витрину, было её любимым занятием в «Дело в сути», помимо чтения, конечно же. В удачном оформлении витрин таилось целое искусство.

Они общими усилиями вынесли противни в зал, и Доли подошла к витрине. Там уже были расставлены тарелки и стояли подставки в несколько ярусов, на которые было удобно выкладывать выпечку. Орки самолично собрали и установили их перед открытием пекарни.

– Немного цветов с рынка прекрасно смотрелись бы на витрине рядом с выпечкой, – заметила Доли, раскладывая печенье с шоколадной крошкой так, чтобы в первую очередь глаз падал на то, где больше шоколада.

– А это отличная идея, – чуть подумав, ответила Арлета. Её голос раздавался где-то за спиной дварфийки. – Может, к ним добавлю травы в горшках. Те, которые использую в приготовлении.

Доли усмехнулась:

– Можешь поручить это Тео.

– Так и сделаю. – Арлета рассмеялась, разгружая противень. – Для этого печенья он собрал всю лаванду из нашего сада.

Доли повернулась к подруге, державшей в руках красивое печенье в форме брусочков, золотистое по краям и с веточкой лаванды сверху для украшения.

– Я его ещё не пробовала, – сказала Доли, выкладывая следующую партию на подставку.

– Очень вкусное, – заговорщицки шепнула Арлета, – оркам понравилось.

Дварфийка хихикнула и, закончив с выкладкой, вернулась к девушке:

– Я даже не сомневаюсь, что вкусное, и, вообще-то, Вердрету и Эрвашу в принципе нравится всё, что ты готовишь.

– У них хороший вкус. – Арлета подмигнула.

На самом деле именно благодаря Эрвашу Арлета попала на Турнир пекарей, поскольку ей самой не хватало смелости подать заявку на участие. И хорошо, что он это сделал: его затея в конце концов свела их всех вместе и изменила жизни к лучшему.

– С этим не поспоришь. – Доли отнесла пустой противень на кухню, где, к счастью, Эвви уже покончила со своим завтраком – ни следа не осталось ни от палочек из форели, ни от булочки – и, согнувшись, вылизывала вытянутую лапку.

Арлета достала большую корзину и сложила в неё все испечённые буханки хлеба, кроме одной.

– Пойду выложу их. А последнюю можем нарезать и съесть сами: масло на столе, варенье в холодильном ящике. Можешь заварить нам чай?

– С удовольствием. – Доли была более чем рада приготовить им чай. – Какой бы ты хотела?

Девушка на мгновение замерла и подняла глаза к потолку, словно в раздумьях, прежде чем ответить.

– С бергамотом. С двумя кусочками сахара… и сливками.

– О, – оценила Доли, представляя сладкий чай со сливками и лёгким привкусом апельсина, – я, пожалуй, буду такой же.

Арлета вышла из кухни с корзинкой в руках, а Доли достала нож, масло и малиновое варенье.

Ягоды для этого варенья они однажды собирали втроём – Доли, Джез и Арлета. День стоял жаркий, Джез съела почти всё, что собрала сама, и часть того, что собрала Доли. Попалась воровка случайно – дварфийка нашла её дремлющей в тени малиновых кустов с перепачканными губами.

Но ягод в итоге всё равно оказалось достаточно для того, чтобы сварить варенье.

К тому времени, как Арлета вернулась, Доли уже нарезала хлеб и разложила его по тарелкам, а также взяла с полки красивую расписанную вручную чашку для Арлеты и сняла с ремня свою собственную.

– Восхитительно, – улыбнулась девушка, усаживаясь за стол.

Доли усмехнулась в ответ:

– Конечно: ты ведь всю эту красоту приготовила.

– Знаю-знаю, всё, что я готовлю, восхитительно, почти волшебно, – Арлета лукаво подмигнула и окинула спящую Эвви ласковым взглядом, – но я скорее радовалась компании.

На сердце у дварфийки потеплело. Было приятно провести несколько минут с подругой тихим и спокойным утром. И всегда приятно знать, что у такого человека, как Арлета, есть для неё время.

Доли присоединилась к ней за столом, забравшись на средней высоты стул, так что теперь её ноги болтались в воздухе, не доставая до пола.

Арлета тем временем взяла ломтик ещё тёплого хлеба и намазала его золотистым маслом. Когда Доли уже занесла ладонь над чашкой, подруга поинтересовалась:

– Каково это? Я раньше никогда не спрашивала.

– О чём ты? – Доли слегка нахмурила брови.

Девушка отложила хлеб и кивнула в сторону чашек.

– Как ощущается делать чай с помощью магии?

Доли закусила губу. Это было для неё так естественно, что она больше не задумывалась о процессе. Остановив ладонь в нескольких сантиметрах от ободка чашки, она сосредоточилась на ощущениях. Магия привычным образом танцевала на её пальцах.

– Тепло и слегка покалывает, – наконец сказала она, налив чай в чашку Арлеты. Горячий напиток обдал кожу паром, и Доли убрала руку.

– И это всё? – Арлета обхватила пальцами ручку серо-голубой чашки.

Доли на мгновение задумалась, опустив взгляд.

– Наверное, нет. Приготовление чая, особенно для друзей, успокаивает меня… даже поднимает настроение. – Она замолчала, подбирая сравнение. – Словно я оказалась на солнышке в погожий день.

Арлета поставила локти на стол и сделала глоток:

– Звучит немного похоже на твой характер.

Эвви перевернулась на бок, но не проснулась.

Доли откинулась на спинку стула, так и не приготовив себе чай.

– Так ли это? В последнее время я совсем не чувствую себя собой. Такой, как ты описала.

– Никто не является чем-то одним, Доли. – Арлета отставила чашку с чаем и откусила кусочек тоста. – Мы все многослойны, как луковицы. Нет никого, кто ни в чём никогда не меняется. – Девушка игриво улыбнулась. – Даже вечно ворчливая Джез с тех пор, как переехала сюда, пару раз хохотала от души. Это ведь не меняет того, что она всё ещё наша Джез. Или того, что мы любим её.

Доли рассмеялась и наконец накрыла свою чашку ладонью. Несколько мгновений – и горячий напиток уже плескался внутри. Дварфийка пригубила чай, наслаждаясь тем, как на языке оседает апельсиновое послевкусие.

– Знаешь, – проговорила Арлета, – мы любим тебя просто за то, что ты есть. Это неизменно и в удачные дни, и в… не очень.

Слёзы навернулись на глаза Доли: когда-то она сказала Арлете нечто похожее в трудный для неё день.

И так они просто сидели в комфортной тишине, если не считать лёгкого посапывания Эвви, пили чай, ели хлеб с маслом и вареньем и ждали восхода солнца.