Мне ещё никогда не приходилось с кем-то общаться с помощью переводчика. Говорят, сейчас уже есть специальные программы для смартфонов, которые вскоре убьют эту профессию, Юрка Кравчук рассказывал, что первое время с её помощью там в Израиле спокойно общался. Не знаю, насколько это удобно, но конкретно сейчас хватит и Ху Янь, чтобы донести до Ли складывающуюся вокруг её подопечной тревожной обстановки. Другой вопрос, стоит ли мне опять демонстрировать свои умения по чтению чужих эмоций и намерения? Думаю, нет. Как-то в последнее время я слишком часто стал выделяться с ними. Надо маленько-маленько притормозить с этим. К тому же, обычную человеческую наблюдательность никто не отменял. И смекалку.

Сильных опасений подруга в моём голосе не уловила, да их и не было, поэтому спешить со звонком не стала. Лакомка — вкусное мороженое, зато есть у неё недостаток, не очень удобно ею угощаться на улице, упаковка не очень продуманная. Если аккуратно есть, то сам не перепачкаешься, но пальцы по любому обляпаешь. Так что, прежде чем позвонить телохранительнице, подруга, доев мороженое, выкинула подложку от него в урну, одной только левой рукой, чистой, ловко залезла в свою сумочку Фенди, очередную, до сего дня мною не виденную — да сколько их у неё? — тоже поди за пару сотен тысяч рублей стоит, если не больше — извлекла оттуда пачку влажных салфеток, сначала вытерла себе руки, а затем извлекла следующую и протянула мне. А правда, у неё это так легко получилось, что других доказательств нашего происхождения от обезьян можно было бы и не требовать.

Отлично, что Ху не поторопилась связаться с телохранительницей, мне как раз хватило времени, чтобы придумать, что врать. Не люблю, это делать, только иногда так проще и полезней. Тем более, не в лицо же, а через телефон, к тому же через Янь в качестве толмача. Ли будет сложнее мою ложь почувствовать. Да не сложнее, а невозможно.

" — … с Алексом не соскучишься. — думает Янь, нажимая вызов. — Интересно, зачем ему моя Ли понадобилась? Впрочем, сейчас всё и узнаю…" — дальше подруга заговорила по-китайски, затем хихикнула и выразительно посмотрела на меня. — Она готова слушать, — сообщила.

— Ли, тут такое дело, — едва не посмотрел в сторону того, кто за нами следит, но вовремя себя сдержал. — Не знаю, может мне мерещится, но вряд ли. Скорее всего, я не ошибаюсь, — мои слова Ху переводит почти сразу же. Кажется, такой вид перевода называется синхронным. — Случайно, когда только заходили в парк, заметил мужчину, который всё круги вокруг нас выписывал, — вру, не видел, но какая разница? — а сейчас сидит от нас неподалёку и в нашу сторону вообще не смотрит. Но я отходил за мороженым, ну, Янь чтобы угостить, как положено парню угощать свою девушку, и тогда увидел несколько взглядов на Ху, но не таких, какими они должны быть. Янь ведь очень красивая, — при переводе этой фразы ушки подруги покраснели от удовольствия. — и все ею любуются. Этот же чмошник, — не отказал себе в удовольствии вернуть вслух оскорбление, которое козёл адресовал в мой адрес мысленно. — он глядел на самую красивую девушку Патриарших прудов, как автомеханик на сбоящий двигатель. Дядька точно за нами следит. Может и не один, — так-то один, но пусть охранница больше встревожится. — но я ж не шпион, чтобы вычислить остальных. Опасности от него не чувствую, да и кто тут среди бела дня рискнёт сделать какую-нибудь гадость? Здесь у каждого заведения всё вокруг камерами просматривается, да и так их на аллеях полно. И колонка есть рядом с кнопкой экстренного вызова полиции. В общем, вот так как-то. Может, конечно, я и накручиваю себе, только вряд ли.

Завершив перевод, Ху Янь принялась слушать, что ей говорила Ли. Вот тоже странность моего дара, думал смогу при чтении мыслей подруги узнать содержание слов телохранительницы, однако, фиг с два, почему-то слышу лишь мысли Янь, которые их беседы напрямую не касаются.

" — … как интересно! — она нисколько не испугалась и даже не встревожилась. — Алексу захотелось в разведчиков поиграть? Он наверняка ошибается. Мне даже в Китае ничего не грозит. У папы такие деловые партнёры, что лучше бы ему никто дорогу не переходил. Добрый дядюшка Бань У, лично навещавший меня в пансионе, на самом деле глава самой мощной триады Гонконга, а сын нашего министра иностранных дел Вана И — старинный друг моего отца, ещё со времён студенческой юности. Свиньям скормят, если вдруг кто-то решит мне сделать плохо. Да, я сейчас в России, и папа далеко, только деловые связи его бизнес-партнёров и друзей здесь завязаны с очень серьёзными людьми. Что? Мы и не собирались уходить. Ещё пару часов минимум тут побудем. Я ж договорилась насчёт дома-музея Булгакова. Как закроют для посетителей, так нам с Алексом всё покажут. Проведут отдельную экскурсию…"

Вот он, наглядный пример, насколько самоуверенность может быть вредной. И мне очередной урок, что не нужно быть беспечным. Ху под папочкиным крылом расслабилась, думает, ей море по колено, что тому пьянице, а всё не так на самом-то деле. Китай же большой. Сколько их там? Миллиард? Нет, полтора вроде. Неужели среди такого количества юнитов не может отыскаться таких, кому Ху Хаожань, отец моей подруги, не страшен, ну, или не совсем страшен? В конце концов он же не сам китайский президент. Как вижу, нашёлся такой смелый. Кто? Да хрен его знает. Дальше не моя забота. Я лишь пополняю копилку своих добрых дел. Если верующие правы, и однажды любому придётся держать ответ за всё сделанное и не сделанное, то зачтётся поди. Имею в виду, в положительный баланс моих поступков.

— Ли сказала, чтобы мы не волновались и гуляли, как и сбирались, и не показывали вида, что чего-либо боимся. Сейчас она сама позвонит, и ты ей опишешь того мужчину. С моей помощью конечно.

Вот ещё, бояться. У меня знание, а знание — сила, как говорил наш Матвей Палыч. Ну-ка, что там у того старого чмошника в голове?

" — … сегодня опять никак не получится съездить с сыном, купить ему велосипед. — думает он о постороннем. — Люська снова разговаривать не будет. А что я сделаю? Эта китаёза явно надолго здесь зависла. Нашли себе придурка и вертит перед ним хвостом. Надеялся, что хоть сегодня она пораньше домой вернётся. Как же, вернулась. Сука узкоглазая. А мне потом ещё к Михалычу на подробный доклад. А чего тут рассказывать? Пусть лучше сами придумают, как можно её выманить куда-нибудь. Подвели бы к ней какого-нибудь красавчика что ли, получше этого чушка. Ладно, это уж не мои заботы…"

Ух, ты ж сволочь какая. Подвести хочет кого-то к моей Янь. Хрен тебе по все роже. О сыночке лучше о своём подумай, каково-то ему будет без папы, отъехавшим в лучшем случае на зону. Знал бы ты, урод, что тот, кого называешь придурком и чушком, уже изменил твою судьбу. А потому что нефиг.

Мы с Янь поднялись и неспеша двинулись дальше по дорожке. Хорошо хоть, что здесь электросамокатчиков не видно. Или они как тот суслик из фильма «ДМБ» всё равно где-то тут есть? В последние пару лет я уже привык ходить с оглядкой из-за этих придурков, только, став новым, замечаю за собой, что самого жутко тянет промчаться с ветерком на чудо-технике. Нет, ну к чёрту, обойдусь.

Звонок от Ли раздался через минут пять, мы к тому времени прошли мимо очередной точки по продаже мороженого, и подруга купила себе ванильный рожок. Не уверен, что она у нас в России получит прям офигенные знания, но веса прибавит точно. Зуб даю. Телохранительнице я подробно описал мужика, что в общем-то и не особо требовалось. Других пятидесятилетних посетителей в спортивном костюме не вижу, он на Патриарших прудах сейчас один такой.

— Пойдём дальше прогуливаться? — предлагаю застывшей напротив летнего кафе Ху. — Ли сказала нам час минимум нужно здесь походить, люди уже вызваны, но им нужно время.

— Да я как-то и не собираюсь пока куда-нибудь уезжать, — смеётся. — Только обними меня, будто мы любовная пара. Тебе что, трудно? Или боишься, что та твоя женщина вдруг нас увидит? Так Москва большая, это невозможно.

С точки зрения математики, теории вероятностей, она абсолютно права, шансы встретить знакомых в столице нулевые, только уже не раз убеждался, что наука порой бессильна перед жизненными вывертами. Невозможные, казалось бы, встречи случаются сплошь и рядом. Фантастика. Впрочем, мне-то чего стесняться? У меня ни с кем из женщин нет таких отношений, которые бы обязывали соблюдать верность лишь одной. Подруги — да, есть, а единственная в прошлом любовь Ленка Карякина меня бросила. Рука же моя сама давно тянется обхватить Янь за её тонкую талию. Приходилось себя одёргивать, а раз просит, то почему бы и нет?

Блин, какая она тоненькая, и, такое ощущение, что там лишь кожа и кости. Ах, да, ещё ж ткань платья. Ха-ха, смешно. Куда мы идём? О, наверное то место, куда вечерами съезжаются на спорткарах самые мажористые мажоры Москвы, по сравнению с которыми мои университетские богатенькие приятели просто голодранцы. От них кстати и слышал про эти сходки, и что здесь машинки по миллиону-двум долларов за штуку. Охренеть. И тёлки здесь какие-то суперские появляются, компания с которыми была не по карману даже Юрке Кравчуку. Да и хрен с ними. К тому же, сейчас-то этого вип-сборища нет. А если разобраться, сам-то я хоть, как говорится, и мелочь пузатая, но подруги у меня и сестрёнка такие теперь, что даже те мажористые мажоры могут позавидовать. Вот как сейчас двое парней, попавшиеся навстречу, от которых эмпатия уловила просто шквал зависти. Идите мимо, ребята. Моей Янь нужен лишь ханец, да и тот богатый. Ещё я ей нужен, но в качестве друга. Жаль.

А ведь у Насти с Ху имеется и негритянка подружка. Вот бы ещё с той вот так вот прогуляться. Эх, мне б мухинскому, да в Мухинске с такими красотками перед пацанами пофорсить. Ну да это-то уж точно теперь никогда не сбудется. Так-то представляю рожи тётки Гали и сестры Светки, если б они увидели.

Дойдя до другого конца Патриарших, развернулись и направились обратно. Того мужика в спортивном костюме я давно потерял из виду. Ну так не оглядывался же специально. Он хитёр козёл. Где-то в толпе прогуливающихся скрывается. А, вон он, на другой уже лавочке присел. Что, возраст уже? Тяжело за нами молодыми угнаться? Ножки бо-бо? Ничего, скоро за тобой присмотрят, хоть ты и хитёр, смотрю. Так бы кто другой тебе и не приметил.

— Давай поедим, — предлагает Ху. — Я приглашаю — я угощаю.

Вот уж нет, подруга, не угадала. Мужик я или нет? Не заметила, не оценила, что я, не жмотничая, тебе из всех видов продававшегося пломбира в вафельных стаканчиках купил самый дорогой? Привыкай, дорогуша, что твой бледнолицый друг не жмот. Да, знаю, какие здесь цены в кафешках — имели глупость с Ленкой зайти однажды вон в тот, я чуть без штанов не остался — и аппетит твой знаю неуёмный, тысяч на шесть наешь, не меньше, да, блин, чего мне жаться-то? Я сегодня разом на восемьсот с лишни штук разбогател. Почему бы не проставиться подруге? Баланс с огромным перевесом всё равно в мою пользу останется.

— Так не пойдёт, Янь, — прижимаю подругу крепче и ощущаю экзотический, чуть дурманящий, обалденно привлекательный запах от её волос. Каким-нибудь женьшенем что ли их моет? — У нас у русских не принято, чтобы девушка платила. Пошли, накормлю. Выбирай куда.

От Ху мою эмпатию захлестнули стыд и неловкость.

" — … я ж видела сама, как он бедненько живёт, — думает. — какая же я глупая. Брата Нэсти буду денег лишать. Пусть он их лучше для своей любимой девушки побережёт…" — говорит вслух: — Ой, наверное я погорячилась. После четырёх мороженых, сбивших аппетит, я ничего из заказанного тобой не смогу съесть, а тогда зачем вообще заходить в кафе? Пошли лучше, вон, напитки себе возьмём.

В принципе, здравая мысль. Если уж я, съев только эскимо и лакомку, не чувствую никакого желания поужинать, то уж она-то вообще четыре — или пять? — штук уже стрескала. Какой тут аппетит? А ужин я себе и дома сам приготовлю, да и Янь поди голодной не останется, Ли позаботится, они ж в одних апартаментах живут. И всё-таки думаю мне нужно настоять на хотя бы лёгком перекусе. Правда ведь, прям душа рвётся доказать самому себе, что я теперь крутой щедрый мужик, которому для такой красотки как Ху ничего не жалко. Пусть она даже на семь тысяч или больше себе всяких морских гадов, которых любит, закажет.

Но не успеваю настоять на своём, как зазвонил мой айфон. Номер неизвестный, и в других обстоятельствах, звонок бы сбросил, полагая, что это очередные мошенники, но сейчас я ждал разговора с кем-то, с кем должна была связаться телохранительница подруги.

— Алексей Сергеевич? Добрый вечер, — строгий мужской голос, явно принадлежащий кому-то из бывших вояк или привыкшему командовать. — это Мишин Олег Викторович, от Вениамина Витальевича Репникова, ЧОП «Витязь». Мы уже здесь, наблюдаем, вы правы, за госпожой Янь слежка. Только у нас есть просьба задержаться на прудах ещё хотя бы на полчаса. Личность следящего мы уже установили, однако хотелось бы убедиться, что он здесь один. Если есть сообщники, вычислить и их. И ещё просьба. Хотелось бы увидеть его реакцию, когда госпожа Янь останется в одиночестве. Если ваша спутница не против, отойдите пожалуйста куда-нибудь в туалет минут на пять. Уверяю, ей ничего не грозит, мы тут всё держим под контролем.

— Хорошо, — соглашаюсь. — Я ей сейчас скажу.

Ничего себе, как они быстро и оперативно сработали. Интересно, а как Ли сумела поднять ЧОП, ни бельмеса не умея говорить по-русски? Как-как, просто. Раз уж ей оставили контакт для связи, значит там есть кому её понять и на китайском. Сейчас кстати немало уже людей калякает на родном языке Ху.

— Так это правда⁈ — изумилась подруга. У неё так прикольно округлились глаза, кончики-то всё равно загнутыми остались. Получилось, как жирные запятые, нарисованные боком. — За мной и в самом деле следят⁈ Алекс, конечно отойди в туалет. А потом и я забегу.

Когда-то я не знал, что любые кафе по закону обязаны пропускать в туалеты кого угодно, а не только посетителей, поэтому, заходя, вначале немного терпел, изображая, что присматриваюсь к ассортименту и ценам на блюда и напитки, и лишь затем с деловым видом направлялся справлять нужду. Но теперь я в курсе дел, так что, в кафе «Альбатрос» сразу же направился по нужному адресу, мне и в самом деле пора было облегчить мочевой пузырь.

Перед тем как оставить Ху в одиночестве возле входа, попытался эмпатией прощупать окружающих и найти среди них людей Мишина. Нет, поблизости их не обнаружил, слишком уж небольшая у меня дальность действия паранормальных способностей, хотя в последнее время мне стало казаться, что они у меня развиваются, усиливаясь и по остроте восприятия, и по дальности. И фигня, что не обнаружил. Мне они ни к чему. Я их навёл, дальше пусть работают сами. А вдруг меня потом по результатам их работы китайский президент каким-нибудь орденом наградит? Нет, у них же не президент. Председатель что ли? Ага, орден сутулого вручит. Самому смешно.

Управился быстро, но раз тот Олег Викторович попросил пять минут выждать, значит пять минут. Заодно посмотрел на себя в зеркало. Ничего так морда, пришла в норму окончательно. Я уже из офиса выходил, не напоминая гипертоника, а сейчас и вовсе просто загорелый как мачо. Красавчик.

Подруга меня добросовестно дождалась, правда, на выходе я заметил, что она крутит головой, что тот птенцик в ожидании прилёта родителей с едой. Зря она так, ещё насторожит того старого чмошника. Хотя нет, фигня. С чего вдруг ему что-либо заподозрить? Девушка просто любопытствует.

У следующего ресторанчика уже мне пришлось её дожидаться, а она внутри задержалась. Как выяснилось, не просто так, появилась с двумя стаканчиками на четыреста миллилитров свежевыжатого сока каждый. Себе взяла апельсиновый, мне грейпфрутовый. Гляди-ка, запомнила мои вкусовые предпочтения. Сейчас я бы лучше обычного яблочного попил, да ладно уж, на халяву и уксус сладкий.

— Ли звонила. У них всё нормально. Даже телефон этого мужчины уже вычислили и поставили на прослушку. Мы можем продолжать по своему плану. У меня для тебя сюрприз, — обрадовала. — Я договорилась насчёт посещения дома-музея Булгакова. — никакой это не сюрприз, только не признаваться ведь, что знал о нём. — Ты ж читал «Мастера и Маргариту», как мы тебе с Нэсти советовали?

— Читал, — киваю. — Пошли сходим. Жуть как интересно.

Объяснять ей разницу между читал и прочитал посчитал лишним. Ну, блин, так и не смог я эту муть осилить. Ладно бы просто скучно было, так там ещё и сюжет прыгает туда-сюда. То главы про Москву, то про какой-то Ершалаим. Такого и города-то нет. Бред полный. В курсе, что Янь с энтузиазмом выполняет спецзадание моей сестрёнки, приобщить Лёшу Платова к гуманитарной сфере, типа, чтоб культурным стал. А я вот так и не понял, почему тот, кто не различает стихи Пушкина со стихами Маяковского, считается бескультурным, а тот, кто не отличит между собой ряды Фурье и ряды Лорана, вполне себе культурный. Несправедливо, как по мне. Глупо. Без этого Воланда вполне можно жить, а как без математики? А ведь подавляющее большинство людей, кого я знаю, не смогут даже одного признака сходимости рядов назвать, если конечно по честному, не пользуясь интернетом. Ну, ладно, я не обижаюсь ни на Настю, ни на Янь, они ведь из лучших побуждений затеяли эту интригу с моим образованием.

— Что с рыбалкой? — интересуется, когда мы со стаканчиками в руках направились к дому-музею, он тут в шаговой доступности.

— С рыбалкой хорошо, без рыбалки плохо, — шучу как умею. — Давай в эти выходные, если не передумала посмотреть русскую глубинку и нашу природу.

Эти выходные у меня свободны. Тамара отсыпается и делает домашние дела, Анне Николаевне я точно не понадоблюсь, она будет отмечать свой день рождения в родительском особняке, куда всякой швали ходу нет. Касаемо меня, радует, Анечка этим фактом очень раздосадована. Так что, можно съездить на родную владимирщину, отдохнуть на природе. А если ещё и Кольку Николаева, однокашника, с женой взять — пришла вдруг в голову идея — так будет и вовсе классно. Вдвоём мы с ним и нормальный костерок разведём, и шашлыков нажарим, и ушицы наварим. То, что будет из чего варить, даже не сомневаюсь. У Николая и жена завзятая рыбачка. И снастей у него всяких разных полно. И на Клязьму он давно собирается вырваться. Ох, как у него челюсть отпадёт, когда увидит с кем и на чём мы поедем. Я ж заранее ему не скажу.

— Не передумала, не передумала, — обрадовалась подруга. Хотела похлопать в ладоши, да со стаканчиком фрэша у неё это не получилось. — Всё ждала-ждала, когда уже позовёшь.

— Вот и зову, Янь, — я уже допил свой сок и выкинул пустую тару в урну, мы как раз мимо проходили. — Только вставать придётся очень рано. Осилишь?

— Могу вовсе не ложиться, — рассмеялась. — И одежду уже припасла для рыбалки.

— От Версаче поди? — подкалываю, теперь уже вдвоём смеёмся. — Слушай, а как ты относишься к простым русским людям?

— Я? — удивляется. — А то ты не знаешь. Очень хорошо отношусь, хотя мало кого ещё знаю. А почему спросил?

— Да у меня старый приятель есть, вместе в одном детдоме росли. Предлагаю их с нами пригласить. Они тоже рыбаки, как и мы с тобой, только опытней намного.

— Ох, так даже лучше будет. Твои друзья — мои друзья. И Аню давай пригласим.

— С Аней ничего не выйдет, у неё другие планы на эти выходные, а вот с Николаем и Ольгой тогда так и решим. Зовём. Скинешь мне свои паспортные данные, билеты на электропоезд на всех четверых мы заранее с Колей тогда купим.

Последняя фраза — ловушка, и Янь тут же в неё попадается.

— Какие билеты? Какой электропоезд, Алекс⁈ Ли нас отвезёт, куда скажешь. Если лимузин там не пройдёт, Ли у партнёров папы внедорожник возьмёт. — хмурится она из-за моей глупости.

— О, точно! — радуюсь я. — На машине будет даже намного удобней. Мы тогда больше всего нужного с собой возьмём.

В доме-музее Булгакова мы и в самом деле оказались единственными посетителями, для остальных его уже закрыли. Помимо милой старушки-экскурсовода нас ожидал и парень примерно моих лет, переводчик с китайского. Узнав, что его услуги не потребуются, просто вышло маленькое недоразумение, ну, типа, сработал испорченный телефон, парень расстроился, но ненадолго. Мило улыбнувшись, Ху отвела его в сторону входной двери и там перекинула ему на карту десять тысяч за неудобство. Капец, какое нахрен неудобство? Она что ли его доставила? Пусть бы со своего начальства и требовал компенсацию за потраченное на дорогу время. Десять тысяч за ничего неделанье. Блин, чтоб я так жил.

В целом же, мне неожиданно здесь понравилось, спасибо старушенции. Она так увлечённо рассказывала, что её восторг передался и нам. Ну, с Янь и так всё ясно, однако и я ведь завёлся не по детски, вопросы начал задавать, выслушивал внимательно. Даже забыл, что хотелось посидеть где-нибудь, дать ногам отдохнуть.

На выходе нас дожидалась Ли на лимузине, открывшая нам дверь. Пока она, ведя машину, о чём-то по-китайски тараторила с опекаемой, я не упустил возможность узнать, что там у неё в башке, у этой машины убийств, как её определил некто Михалыч.

" — … Чжэн ещё раз проверил, жучка на машине нет. Слежки точно не было, я бы заметила. Значит действительно по телефону Янь отслеживают, — летели у неё мысли. — Кто-то в полиции или просто в компании-операторе сотовой связи работает на ту команду. Ладно, раз Мишин пообещал, что они с Репниковым всё решат, будем ждать. Они ж бывшие подполковник и генерал ФСБ. Полагаю, быстро найдут утечку. Лишь бы не оборвали нити, которые ведут к нам в Китай. Я и так перед господином Ху Хаожанем виновата. Позор. Он спас мою семью от долгов, а мать от страшной болезни, доверил свою дочь, а я всё прошляпила. Если бы не этот странный Лёша. Он действительно приносит удачу. Нефритовый мальчик? Наверное. Надо господину Хаожаню посоветовать приблизить его каким-то образом…"

Нашли блин этот, как его, талисман удачи. Читал, что китайцы во всякую мистическую чушь верят. Ну, тут я вам не помощник. Из родной совей Необъятной я никуда никогда не уеду. У нас тут всё лучше, и природа, и люди. Нет, понятно, сволочей тоже хватает, но где их нет?

— Извини, Алекс, — культурная, хоть и не знает признаков сходимости рядов, понимает, что человек, не понимающий, о чём при нём говорят, чувствует себя неуютно. — Нам надо было кое-что обсудить. Всё так и есть, Алёша, спасибо тебе, что такой наблюдательный…

Она не успела выкатить полный набор слов признательности — у меня заиграла мелодия айфона. Это Настя, если верить надписи на экране. Проснулась, уже позавтракала и искупалась. Ну, да, там же полдень или около того. Только поговорить с сестрой на этот раз толком не получилось, Янь выхватила трубку и принялась быстро-быстро, перемежая русскую речь китайскими словами, без лишних подробностей, рассказывать, какой я молодец, что я лучший, что я её спас от плохих людей, что помог ей даже больше, чем Насте, и в итоге вообще заявила, что будь я китайцем, вышла бы за меня замуж. Ага, разбежалась. Во-первых, не очень-то я тороплюсь надеть хомут, а, во-вторых, ты у папы мнение спросила? Выйдешь ты, моя красавица Янь, за старого толстого банкира. Нет, чего это я? Фигню сморозил. Она классная девчонка, и батя её любит. Отдаст за богача, но не за старого и толстого, а может и вовсе не за ханьца. Сейчас времена меняются. Очень быстро меняются. Слышал, Вася Литвин, парень с нашего курса, вообще не ингушке женился. Говорят, раньше такое и представить себе было невозможно.

Если Ху начинала болтать, то всё, суши вёсла. Трубку мне вернула лишь минут через пятнадцать, и то с огромной неохотой. Блин, да капец полный, можно подумать, своего айфона нет. Есть, да ещё какой, в футляре со стразами. Или алмазами, я не разбираюсь. Я бы и часы Ролекс свои от китайской подделки не отличил. Впрочем, у нас в офисе никто подделку надеть не решится. Узнают — позора не оберёшься. Останешься на всю жизнь с клеймом лживого выпендрёжника.

Настя огорошила тем, что, оказывается, рассказала обо мне моему папашке. Вот нафига? Кто просил-то? Плевать мне, что он мною гордится и ходит задумчивый. Козёл он. Так и сказал сестре. Не прямо, но она поняла. Расстроилась. Обещала по возвращении всё подробно доложить про ту беседу. Только настроение испортила. Не сильно. Скорее сама расстроилась. Её слёзы я даже через смартфон почувствовал. Отругал себя и успокоил. На самом деле ничего ведь страшного не произошло. Ну, проболталась. С кем из девчонок не бывает такого?

— Ой, Ху, скажи Ли, что во дворы въезжать не нужно, — прошу подругу, не выдавая знания того, что охранница меня бы и без перевода поняла, пусть и с трудом. — Мне всё равно нужно будет в магаз за хлебом заскочить.

Ролекс показывают почти десять вечера, нифига мы нагулялись. Дороги вдольдомов вплотную заставлены машинами, а мы вовсе не на самокате. Ли выруливать будет дольше, чем я пешком пройду, да я и не соврал, правда хочу в Пятёрочку зайти.

— Алекс, — подруга придвинулась и крепко меня обняла. — Позвони, как домой зайдёшь.

А она прикольная. Чего, действительно опасается, что со мной может что-то приключиться, пока до квартиры доберусь?

— Обязательно, — обещаю.

Я и в самом деле ей позвонил, когда вошёл в квартиру и только снял обувь, направляясь к кладовой, чтобы по традиции проверить, как там мои деньги. Неожиданно для себя принял решение — к чёрту, сегодня даже заглядывать в сумку с капиталом не стану. Пора уж взрослеть, советник директора департамента.