Утром последнего рабочего дня недели, так уж получилось, приехал к офису чуть раньше обычного и по ставшей уже у меня традиционной привычке сел на скамейку аллеи со стаканчиком кофе, сейчас это двойной эспрессо, он больше похож на нормальный, растворимый. Не знаю, как у меня сохранится этот жизненный алгоритм зимой, в холода, да и поздней осенью под дождём особо не высидишь, но пока так настраиваться на трудовые свершения мне нравится. Клёво. И погода сегодня самая для меня комфортная, и на предстоящие выходные обещают такую же. Красота. Отдохнём на Клязьме, на природе, вблизи по настоящему родных для меня мест.

Не просил, но Ху Янь сама озаботилась покупкой двух четырёхместных палаток, одну для мальчиков — меня и Кольки, другую для девочек — обоих китаянок и Ольги, жены моего однокашника. Так-то я изначально обещал подруге свозить её туда-обратно одним днём, да в процессе обсуждения нашего пикника та уговорила поехать с ночёвкой. Да и Николаевы были только за. Ольга, работающая в магазине «Рыболов-Охотник», припасла киках-то суперских мормышек, японских, надеется, что рыба будет биться между собой за право первой ухватить крючок. Ну, не знаю, я обычно предпочитаю снасти попроще — удилище, леска с поплавком и грузилом, крючок, червяк, и закидывай в воду, медитируй. Только не мне учить, считай, профессионалов. Николаевы на рыбалке помешаны. Хе-хе, они ж ещё и не знают, что за две моих подруги поедут с нами и повезут нас со снастями. Ничего, успеют ещё познакомиться с Янь и Ли и с взятым ими для нашей поездки внедорожником. С последним я сам ещё не знаком, но подозреваю, что это будет вовсе не УАЗ.

— У вас зажигалки не найдётся? — вывела меня из размышлений шедшая со стороны, где наш офис, молодая женщина.

Ничего так, вполне привлекательная, только какая-то неухоженная, не в смысле грязнуха, а видно, что с утра в спешке собиралась. В одной руке сигарета, в другой пачка, из которой её вытащила. Ко мне никакого интереса, своих, похоже, проблем хватает. Поскольку руки я раскинул в стороны на спинку скамейки, мои Ролекс отлично видны. Только и часы не привлекли её внимание. Понятно, свет же клином на мне не сошёлся, да и часы для большинства обычных людей не какой-то важный и значимый атрибут. Что Ролекс, что Командирские, многие на не различают, им вообще это по барабану.

— Не курю, — улыбаюсь, мотнув головой.

— Извините, — вздохнула она и отправилась дальше.

Жаль, что не смог помочь человеку. Может носить с собой для таких вот случаев зажигалку? Фигня, не так уж часто у меня огоньку просят, хотя и бывает временами, особенно, если замешкаешься у входа в метро или на остановке транспорта. Ничего, там дальше по аллее вижу двоих джентльменов, усаживающихся на скамью с бутылками пива в руках — вот же у кого-то жизнь лафа, я раньше в Мухинске иногда тоже с утреца во дворе на детской площадке похмелялся — у них наверняка найдётся дать прикурить.

Безымянный палец на левой руке так и продолжает немного саднить. Всё ж навыки меня мухинского в этом теле, бывшего в совсем недавнем прошлом рукозадым, прижились не на все сто. Вчера, собирая привезённую двуспальную кровать, умудрился на ровном месте травмироваться. Ладно, на мне как на собаке быстро заживёт, зато не пришлось тратиться на сборщика. Мне денег так-то совсем не жалко, но нафига их на ветер выкидывать? К тому же, у нас в Москве и сборщики мебели офигевшие в край, пятихатка, чтобы два болта прикрутить. А не пойти бы им в баню с такими расценками? Сам справился за три часа и спал уже как барин на мягком аэродроме.

В принципе, теперь можно и Тамару пригласить к себе. А она поедет? Вряд ли. И раньше бы не поехала, а теперь уж, когда один её разведшийся с женой коллега начал ей делать намёки на создание с моей Томой новой семьи, та, скажем так, потекла в мыслях. Я ей нравлюсь как партнёр, только она ж нормальная баба. Засветила возможность выйти замуж и родить ребёнка, а то и двух-трёх, вот Тамара и мечется мыслями. Мне естественно ничего не говорит, да разве мне нужны слова?

А вообще, тут я ей не помощник. Жаль конечно будет потерять такую классную подругу. Мне с ней хорошо. Нет, очень хорошо. Нет, даже обалденно, как клёво. Только ведь я и в самом деле не собирался никогда на ней жениться, да и на ком-то другом в ближайшие лет сто. Приму любое её решение. Хотелось бы, чтоб тот гад от Томки отстал, но уж как получится. Когда в среду уходил от неё, она порывалась мне сказать, что нужно прекращать наши отношения, но не решилась. Ей ведь тоже со мной здорово. К тому же, я позавчера с полукилограммовым тортом «Киевский» кондитерской «У Палыча», дорогим, за тысячу триста, явился. Мне для любимой женщины этакой мелочи нисколько не жалко. Ладно, что будет, то и будет. В конце концов, ночные клубы продолжают работать, найду себе другую Тамару, пусть и очень не хотелось бы такого. Понятно, рано или поздно такое всё равно случится, но лучше поздно.

Допил кофе, встал, выкинул в урну стаканчик и посмотрел в кармашке портфеля билеты в московский зоопарк. На месте, вчера с вечера их положил. Подарок к сегодняшнему Дню рождения нашей обожаемой Анны Николаевны Каспаровой. В офисе департамента кредитования и инвестиций сегодня особенный день. Кстати, я включён в состав делегации коллектива, который явится утром в кабинет начальницы с подарком, цветами и поздравлениями. Там будут оба начальника отдела, все начальники групп и я. Остальным придётся довольствоваться добрыми пожеланиями при встрече, если конечно таковые состоятся.

— Алексей Сергеевич! — громко окликнул меня Колян, едва я миновал турникеты. Он быстрым шагом приблизился из коридора, в котором находился их, начальников смен, кабинет. — Привет! — пожали мы друг другу руки. — Я в дополнение к мангалу ещё и коптильней разжился, только вот думаю, поместится там всё в багажнике?

— Не сомневайся, поместится. — смеюсь. — Коль, ты как будто бы на другой континент собираешься, всю неделю что-то новое, да придумаешь взять. Мы ж на пару дней и одну ночь всего едем-то. И там вообще-то не дремучая тайга, если что-то забудем, доедем, купим. Лучше скажи, Ольга-то на послезавтра поменялась сменой?

— Да, конечно. — подтвердил он. — Горит желанием с тобой познакомиться. Мне тоже хотелось бы всё ж узнать, что за подружки там твои собираются ехать. Так и не скажешь?

— Сам увидишь, — продолжаю сохранять интригу.

— Надеюсь, не эти? — поднял он зрачки вверх, намекая на Каспарову и Решетову, в компании которых уже постоянно меня видят на выходе из офиса, то в обед, то в конце рабочего дня. — Стремно с такими отдыхать. За языком постоянно следить придётся. Гляди, не то чего-нибудь ляпнешь и вылетишь с работы.

— Да ладно. — отмахиваюсь от его опасений. — В обычном общении, вне стен этой хрени, — обвожу взглядом холл. — они нормальные девушки. Но можешь не переживать, не они.

— Твоя девушка? Невеста с будущей тёщей?

— Не гадай, не попадёшь в цель всё равно, хоть и бывший морпех. Так, я побежал. Всё. В шесть — шесть тридцать утра заедем.

— Лёш, да мы с Ольгой могли бы и сами подъехать, куда скажешь.

— С кучей барахла? — морщусь. — Не парься, нам же всё равно, получается, по дороге к вам свернуть. Вон, тебя рыжий чего-то высматривает. Опять, похоже, кому-то пропуск заблокировали, или остолоп забыл обменять с истёкшим сроком.

Приятель грозно нахмурился — надо же, какой грозный начальник стал, хоть и мелкий — и направился разбираться, а я в лифт, куда как раз зашли девчонки, новенькие в группе контроля, вразнобой со мной поздоровавшиеся. От обоих мою эмпатию прям зашкаливает от их желание привлечь к себе мой интерес больше, чем просто к коллегам. Нет, милашки, не для вас моя душа. Вы ж о серьёзных намерениях мечтаете, нафига это мне?

Говорить Коле, что нас в поездку на Клязьму будут сопровождать ещё две машины с группами охраны от ЧОПа «Витязь», не стал. Зачем? Пусть будет в неведении, тем более, он их и не увидит. Они постараются держаться от нашей компании подальше, поддерживая постоянную связь с Ли. Нет, так-то вопрос с обнаруженной мною слежкой за Янь решается, с той стороны угрозы больше нет, только уважаемый господин Ху Хаожань, папуля моей подруги, встревожился, и теперь Янь, как говорится, попала под раздачу. Теперь её, как и Аллу Дмитриевну Решетову, при выезде за пределы Москвы всегда будут сопровождать. Китайцы в этом плане даже более осторожными оказались, не одну, а две тачки с боевиками привлекают.

Что там происходит с выяснением обстоятельств слежки, мне, понятно, никто докладывать не спешит. Даже Ли с Ху толком ничего не знают. Ну и не надо, подумаешь. Зато Янь сказала, что её отец в середине осени будет в Москве и очень хочет со мной встретиться, поговорить. Что ж, встретимся, поговорим, родину не предам.

Наш кабинет уже открыт. И почему я не удивлён? А вот стоявшую у порога Екатерину Семёновну Васильчикову столь рано увидеть у нас не ожидал. Только вчера её попросил подготовить оставшиеся расчёты по ОАО «Капролактам». Это та самая двадцатипятилетняя двоюродная племянница коменданта, которая на собеседовании при приёме на работу показала удивительно хорошие знания по высшей математике, я бы лучше не смог ответить.

Когда я приближаюсь, смотрит на меня со светлой улыбкой, а эмпатия показывает идущее от неё чувство благодарности. Блин, третий день на работе, пора бы поумерить эмоции. Тут дело в том, что моя прекрасная начальница, проводя с новой сотрудницей ознакомительную беседу соизволила той сообщить, что принята она на работу благодаря высокой оценке её знаний советником директора департамента Алексеем Сергеевичем Платовым. Вот девушка и воспылала признательностью.

Но моя начальница на этом не остановилась, решила ещё и разыграть своего верного помощника, сообщив, что якобы Васильчикова будет сидеть с нами в кабинете третьей. Хотя я сразу же благодаря менталу понял, что это розыгрыш — Анна Николаевна не собиралась отбирать стол, который мы с Олегом используем под столовый, да и вообще запускать в наш суровый мужской коллектив нежную девицу — тем не менее, изобразил испуг и долго уговаривал госпожу Каспарову переменить решение, что она лишь из уважения ко мне и сделала. Удовольствие получили оба, и Аня, радовавшаяся тому, как ловко она мне щёлкнула по носу, напомнив в лёгкой форме, кто есть кто, и я, от того, что доставил замечательной подруге такую возможность. Понятно, в полной мере осознать, кому по-настоящему весело, мог лишь один из нас, и это не директор департамента.

— Я вчера задержалась и всё по Мухинску доделала, — доложила Катя. — Вам в папку скинула.

— Ух, какая ты молодец, — действительно рад. — тогда уже до обеда пойду на доклад к Анне Николаевне. И это, Екатерина Семёновна, мне чужих заслуг не нужно, обязательно сообщу о твоём вкладе.

— Вы посмотрите? — чуть покраснела от похвалы девушка. — Вдруг я там что-то не так или…

— Уверен, что там всё нормально, как и с анализом по сбыту. Но посмотрю, да. Если что, поправлю. Привет, Олег. — оставив Васильчикову в коридоре, вошёл в кабинет и закрыл дверь.

— Здравствуй, барин, — Арефьев-младший у Олечкиного стола, на котором чайник в момент моего прихода щёлкнул, вскипев. — как всегда, кофе желаете?

Смеёмся и бьёмся кулак о кулак. Конечно, кофе. Пока Олег наливает себе чай, мне заказанное, я переобуваюсь. Чтобы не забыть — мало ли, когда выдастся возможность вручить от себя личный подарок Анне Николаевне? — перекладываю конверт с распечатанными билетами во внутренний карман пиджака.

Допить в компании с другом у меня не получилось, заглянул начальник отдела инвестиций. Родин как всегда какой-то растерянный и чем-то встревоженный. Эх, Юрий Михайлович, радоваться нужно — какой сегодня день! И погода замечательная, и у директора именины, и пятница к тому же. Чего грустить?

— Алексей, Анна Николаевна уже пришла, — сообщает он. — Собираемся в приёмной у Олечки.

Что ж, я готов. Зеркалом в кабинет мы всё-таки разжились — побочный эффект от справедливой оценки способностей двоюродной племянницы коменданта здания Инвест-гаммы — оно небольшое, полметра высотой и вдвое меньшей шириной, но нам хватает, чтобы оценить свой внешний вид. Мужик из хозчасти быстро и надёжно прикрепил его к внутренней стороне дверцы шкафа для одежды. И добрые дела возвращаются бумерангом, а не только посеянное зло. Проверено неоднократно лично мною.

— Всем здравствуйте! — приветливо говорю собравшимся.

Их пока пятеро, если с Родиным и без меня и Олечки, сделавшей сегодня на голове нечто невообразимо пушистое и надевшей ярко-красную блузку. Ну, да, для Ветренко День рождения начальницы — главный праздник года, я так подозреваю. Подлизой всегда была, подлизой и на погост унесут. Хорошо, хоть какая-то стабильность в нашей жизни имеется. А вот остальные почему-то серьёзные и насупленные, даже на моё весёлое приветствие ответили вразнобой хмуро. Чего я? Вчера ж госпожа Каспарова устроила такой житкий разнос, и вот эти двое уже остались без четверти будущей премии.

Понимают или догадываются, что просто попали между двух жерновов. Грушко, чей первоначальный план подставы не сработал, а остальные в его голове ещё не сложились, и всё благодаря мне — вначале раскрыл замысел Пахмутова, а затем не пустил в наш коллектив нужных Сергею Ивановичу для его замыслов людей, обрубив кандидатов на собеседовании — пока находится в поиске новых гадостей, а вот моя красотка, здраво рассудив, что в обороне войны не выигрываются, сразу же перешла в наступление. Атаковать сверху намного проще и можно делать это вполне спокойно и открыто.

Директор департамента принялась засыпать отдел кредитования, возглавляемого недругом, массой мелких, тупых дел, но со сроком исполнения ещё вчера. Разумеется, как ни потели служащие, то тут, то там косяки вылазили, и на каждом вечернем совещании Анна Николаевна с видом глубокой досады на лице возила двоюродного брата лучшей подруги мордой по столу, ну, понятно, образно и не впрямую, обрушиваясь с едкими комментариями, а то и криками на его начальников групп.

Самого Сергея Ивановича она пока не трогала, только мы ж не дети здесь все, знаем, что это он отвечает за промахи и провалы своих подчинённых, так что, очень скоро вопросы полетят уже непосредственно к нему. А пока отдуваются за всё в общем-то неплохие и старательные работники. Офисная жизнь во всей её красе, и замечательно, что я сейчас на правильной стороне истории.

— Она заказала Зелёный зал, — с видом заговорщицы сообщила мне Олечка информацию, которую я знал ещё на стадии принятия решения. — все, кто сейчас войдёт к ней в кабинет, будут приглашены туда на обед и торт.

— Ух, ты, — изображаю удивление. — Приятно.

Всё начальство департамента, к коему и я отношусь, в отличие от остальных сотрудников, складывавшихся по три тысячи, внесли по десятке. Как по мне, но очень правильно, что и я, и Грушко с нашими официальными зарплатами, отличающимися кратно, отдали одинаковые суммы, но ладно, бузотёрить по этому поводу не стал, когда козёл огласил такой порядок. Как не стал я ёрничать и по поводу подарка — настольных часов. У Анны Николаевны над дверью там в кабинете целое табло висит, на котором не только регистрируются давление, температура, влажность, но и время. Просто у самого никаких идей не было. Мне ж как-то объяснили, критикуешь — предлагай. А что бы я предложил? Так что, пусть будут часы. Подозреваю, Аня их через чуть позже тупо выкинет. Только место будут на столе занимать, мешаться.

Вскоре все собрались. Последним явился Сергей Иванович с огромным, в обхват, букетом роз. Всем веникам веник. Ещё одна бесполезная хрень. Куда Анна Николаевна с ним пойдёт? Дорогу перед офисом мести? Деньги лишь выкинули зазря.

— Все собрались? — окинул он нас взглядом, намеренно им меня вообще не зацепив. — Тогда заходим. Юрий Михайлович, подарок взял? — посмотрел на Родина.

— Да, вот он, — приподнял тот шкатулку из полированного дерева.

Госпожа Каспарова, понятное дело, сегодня предстала во всём своём великолепии, даже обычно носимые часики из платины заменены на золотые, небольшие серёжки — на те, что крупнее, а губная помада использована с перламутром. Первый раз увидел, ей офигенно идёт.

Директор нас встретила стоя, с радушной улыбкой на устах. С Грушко обнималась так, будто он её родной брат, а не Аллы двоюродный. Козёл тоже не отставал в лицемерии. После вручения букета и подарка произнося речь от всего коллектива департамента, говорил прочувственно и смотрел восторженно. Да уж, мне ещё учиться и учиться так вот уметь. Затем похлопали, получили приглашение на обед в Зелёный зал и отправились по рабочим местам. Стоящие задачи никто не отменял. Вручить личный подарок пока не получилось, но ведь ещё весь день впереди.

И точно. За час до обеда, ознакомившись с моими предложениями по Мухинску, директор вызвала меня к себе, причём сама по айфону, а не по селектору через Олечку, которая, когда я вошёл в директорский кабинет, сразу же принесла чашку кофе и для меня, наверняка получив такую команду заранее. А начальница была не одна, с подругой, с Аллой Дмитриевной. Они сидели на боковом диване, попивали кофе и курили, одна обычную сигарету, другая свой айкос. Решетова сочла нужным поприветствовать меня поднявшись, раскрыв объятия и ткнув губами в левую щёку.

— Да ладно! — развеселилась Анна Николаевна, получив от меня подарок. — Зоопарк! Два билета. Ал, ты посмотри, он мне билеты в зоопарк подарил, — эмпатия подсказывает, что ей понравилось, очень. — пойду на слонов с мартышками смотреть. Составишь мне компанию? Нет, такое только мог наш Алексей придумать! — вообще-то Янь с Настей, но в целом да, решение ведь в конечном счёте я принимал, подруга с сестрой лишь предложили вариант. — Вот спасибо! Нкто ведь не догадался. Эх, жаль не могу тебя отблагодарить, пригласив к родителям завтра. Там, сам понимаешь, не я списки утверждаю, даже не родители, а дед.

— Да ничего, — отмахиваюсь, присаживаясь на диван рядом с Аллой, подвинувшейся и пригласившей меня занять место. — Я всё равно в эти выходные с друзьями на рыбалку уезжаю. С Янь, Ли и отличным парнем из нашей охраны с женой. Мой однокашник, ну, тот самый, который пришёл тогда от вас в восторг. Не помните?

— Ничего себе! — удивилась и восхитилась госпожа Решетова. — А Алекс времени не теряет. Чувствую у него отдых будет классный.

— Лёш, я за подарок тебе стол накрою, — вдруг обещает Анна. — Среди недели посидим, Ал? Я с Алексеем, ты с Иваном.

— С радостью, — соглашается директор Инвест-консалтинг. — Только, сама знаешь, с Ваней что-то загадывать — тухлое дело. В любой момент могут дёрнуть. Слушай, давай вместо ночного клуба или ресторана — ну их к демону, надоели — выберем время и вместе сходим зверюшек посмотреть? Нам ещё два билета нужно, но это ж не проблема. Ты как? — спросила у подруги. — А ты? — уже у меня. — Вот и отлично. — получив наше согласие и загасив окурок в пепельнице, Алла поднялась. — Так, всё, я пошла к себе. Там кое-кому нужно будет голову оторвать, а потом к дяде с докладом сходить. Я после обеда к тебе ещё заскочу, Ань.

Когда подруга ушла, мы с Анной занялись делами. Как я и опасался, в проекте с ОАО «Капролактам» её не впечатлял размер инвестиции. Из-за двух миллиардов ввязываться в работу с провинцией ей не очень хотелось. Только когда у человека имеется шкурный интерес, как в данном случае у меня, он может быть очень убедителен. Я расхвалил заявку, убедив не отметать в сторону, а, более того, взять в первоочередные.

— Хорошо, Алексей Сергеевич, будем считать, ты меня убедил, — наконец произнесла она слова, которые я так сильно от неё ждал. — Только, знаешь что? Сам тогда этим и займёшься. Назначу тебя ведущим этот проект. Будешь в эту глухомань кататься. — напугала ежа голой задницей. — Да не вздрагивай ты, — хмыкает. — не стану я друга в дыру отправлять. Шучу. Найду, на кого это повесить.

— Да не надо ни на кого, — уверенно смотрю ей в глаза. — Мне самому хочется заняться столь интересной и высоко прибыльной заявкой.

— Серьёзно? Удивил. — мотнула головой. — Пусть так и будет. Но потом не жалуйся, когда тебя в той дыре медведи съедят.

Медведей у нас там давно не видели. Но зачем я её переубеждать буду? Ура! Скоро-скоро поеду в родной мой Мухинск. Жди меня, моя родина.

Конец третьей книги.