Оказывается, с дармовым ужином в ресторане «Ударника» мы тоже пролетаем, вряд ли после шашлыков с кучей закусок нам захочется ещё что-нибудь. Я фиг знает, зачем Анна всё включено на три дня брала, если мы реально здесь пробудем два и одну ночь, а из оплаченных посещений ресторана побываем вдвое меньшем количестве. Ну, это конечно её дело.

Василий Лучников, тот самый, кто здесь негласный вожак, на пару с Олегом принесли к мангалу, который мы с Антоном переместили к нашей беседке, чуть ли не ведро маринованного мяса, набор шампуров, две решётки для барбекю и мешок угля, Игорь с Алексеем — две полных коробки продуктов и напитков. Двое парней — блин, забыл, как обоих зовут — перетащили из соседней беседки ещё один стол, за которым Наталья с Ритой и Татьяной, владелицей СПА-салона, поджарой, спортивной женщиной на вид лет тридцати — когда Аня сказала, что той на самом деле тридцать девять, я офонарел и даже не поверил — начали нарезать овощи и фрукты, купленные в буфете.

Хотел помочь Анне Николаевне с Аллой Дмитриевной с сервировкой, но те меня прогнали. Оказался ненужным. Зато мой спрей против комаров и мошкары, уже к вечеру повылезавших отовсюду, вызвал прилив радости у всех и оказался нарасхват. Мне не жалко, флакон стоит недорого. Просто, боюсь, нам с Аней и Аллой на завтра может не хватить. Кровососущие гады могут и с утра резвиться. Хорошо хоть, что днём на ветерке этой пакости почти не чувствуется.

Когда смотрю по своему телевизору новейшей модели передачи о природе нашей планеты, там всегда всё так ярко и красочно, хочется просто шагнуть туда, чтобы наслаждаться округой, дышать свежим воздухом, очищенным от городских загрязнений. А вот в такие моменты как сейчас, стоя у самой кромки воды Можайского озера и наблюдая живописную картину, понимаю, что в других локациях тоже свои насекомые имеются, только составители программ нас обманывают и об этом тупо умалчивают.

— Лёша, отвлеку тебя на минутку? — ко мне подошла госпожа Решетова с сигаретой в руке.

Вот и в самом деле, зачем ей Иван? При нём она даже курить не может, ни разу не видел её дымящей до его отъезда по вызову дежурного. Теперь же, вторая или третья сигарета по счёту за последние полтора-два часа. Любимой привычкой ей пользоваться не даёт, замуж не зовёт, в самый нужный момент бросает, срываясь посторонних людей спасать, да ещё и нищеброд по сравнению с ней. Нет, точно, какой уже раз себе повторяю, бабы — странные создания, непредсказуемые. Нет, так-то да, Гапоненко симпатичный мужик наверное, крепкий, только тут вся компания из таких, считай, и собралась. Этим вечером парни собираются пить пиво — спортсмены — три упаковки притащили, но ни у кого живота не просматривается.

— Алла Дмитриевна…

— Прекрати, Алекс, — морщится. — Давай здесь по нормальному. Алла.

— Алла, — покорно соглашаюсь и договариваю не сказанное: — последнее, что нам нужно, это выглядеть как заговорщики и бросать на Риту взгляды, вот что ты сейчас изобразила. Лучше улыбаемся шире. — показываю пример, сам себе удивляясь, какой же я умный стал.

Она рассмеялась, немного натянуто, ну да от беседки шагов двадцать-тридцать, кто эту неестественность заметит?

— Я немного опасаюсь, — признаётся. — Нет, вам с Анькой я верю, особенно тебе, раз уж подруга настолько уверена, но, знаешь, вспомнила историю недавно возле картинной галереи «Арт-гито», там одна стерва из ревности своей сопернице серной кислотой в лицо плеснула. Фомина тоно что-то подсыпать собралась, а не вот это?

— Или подливать, — говорю уверенно. — Гарантирую, она хочет не просто тебя устранить, а и сама при этом остаться безнаказанной. Ей нужен Иван, а не шконка на зоне. Лучше скажи, что с видеофиксацией?

— Через час подъедут. — она взяла меня под локоть и мы очень неспешно направились вдоль берега, развернувшись спиной к беседке. — Специалисты всё установят, им на это минут пять потребуется. С администрацией вопрос решат. Ещё у папы друг — начальник РОВД, он пришлёт опытного оперативника. Так что, не отвертится тварь. Знаешь, Лёш, а я не ожидала от неё такого. Это вовсе уж за гранью добра и зла.

— Аня! Каспарова! — крикнул от здания «Ударника» ходивший в буфет за виски для моей начальницы и креплёным вином для Натальи Василий Лучников. — Вас тут нельзя без контроля оставить. Не видишь, Решетова у тебя парня уводит⁈

— Мы уже идём! Ань, не слушай его! — подняв руку Алла Дмитриевна помахала. — Спасибо, что успокоил. — говорит уже мне. — И это, Лёша, я не шутила, когда говорила насчёт консалтинга. Анька прогонит тебя — не дам пропасть.

— Да вроде пока не собирается, — усмехаюсь.

— Вот именно, — нервно хихикнула госпожа Решетова. — пока не собирается.

Понятно, она сейчас просто отвлекает себя от переживаний. И правильно делает, сам волнуюсь немного. Не знаю, правда, почему. Вроде я опять своё отработал на все сто, дальше уже не моя забота. Тем не менее, всё равно не успокаиваюсь. Ответственный наверное.

Вернулись, когда первая партия шашлыков уже, что называется, поспела и была выложена на большой металлический поднос, вокруг которого уже сгрудились десяток, чуть больше даже, тарелок с нарезками различных видов колбас, сыра, овощей, фруктов, винограда и зелени. Тут же пластиковые стаканчики, а вот бутылкам со спиртным или минералкой и пакетам сока всем места уже не хватало, их размещали возле стола, сделанного из двух сдвинутых.

Беседка хоть и довольно большая, и Иван с Маратом покинули нашу компанию, но тут нам несколько тесно. Чтобы как-то исправить эту ситуацию, двое девчонок разместились на мужских коленях — Наталья и Ирина, весьма мутная особа. Думал, что она торчок, по её вечно расфокусированному взгляду и ответам невпопад, хотя на площадке показывала чудеса эквилибристики, а удар по мячу у неё как из пушки, словно мужик бьёт, но, нет, ментал подсказал, что Ирина всего-навсего пребывает в нетерпеливом ожидании провести бурную ночь с Василием — в прошлый раз у неё с этим что-то не вышло — вот и пребывает в прострации.

— Давайте за победителей! — предложил Олег, подняв стаканчик, наполненный пивом.

Все дружно поддержали его тост криком. Я себе налил сок — нефильтрованным пивом никто не озаботился, а другое мне не хочется, как и вина, водки или виски. У стола имеется всё из перечисленного. Анна сама себе намешала виски с колой и поддержав своим йо-хо-хом компанию, сделала пару глотков, убрала в сторону мою руку и пристроилась попой — сколько раз я ею любовался? — и не вспомнишь — мне на колени. Просто кайф, даже не надеялся, что когда-нибудь до такого доживу.

Анна Николаевна, несмотря на стройную фигуру, вовсе не пушинка, всё ж её тело натренированное, спортивное, а мышцы — это нам не жир, они тяжелее. Но я веса Анечки вообще не замечаю. Тихо и не публично испытываю незамутнённое счастье. Так сидел бы и сидел бесконечно.

Чтобы не нарушать конспирацию, делаю как Антон с Василием, обнимаю подругу одной рукой, разместив ладонь на её бедре. От моей красавицы ощущается одуряющий аромат — смесь запахов дорогущих поди духов, идущего от волос, и антимоскитного спрея, пахнувшего от тела. Москитолом она брызгалась, его не жалея. В этом мы с ней схожи, не любим кровососущих тварей. Да если б просто сосущих. Мошкара выгрызает кожу, а не протыкает хоботком как комары, и потом жутко чешется. А кому-то, смотрю, укусы по барабану. Таких в нашей компании трое, включая Риту. Ладно, когда стемнеет, мошкара исчезнет.

Оживлённый разговор касается в основном прошедших матчей, кто где лоханулся, а кто молодец, вытянул уже пропущенный мяч. Меня этот разговор особо не касается, так что, сижу, улыбаюсь, получаю огромное удовольствие, с благодарностью принимаю от заботливой начальницы то кусок мяса, то зелень. то ещё чего, ей проще тянуться за едой, чем мне. Но и о деле не забываю, так сказать, мониторю ситуацию, читая мысли Фоминой и не только её. Правда стараюсь делать это совсем короткими импульсами, а больше полагаюсь на эмпатию. Слева от нас с Аней — оставшаяся без кавалера Алла Дмитриевна, справа — Татьяна, владелица СПА-салона. Напротив Василий с Натальей.

Что ж, компания собралась здесь и правда очень хорошая, капец, как скверно, что Ритка такое непотребство задумала. Никто у меня ничего не выпытывает, да и между собой общаются свободно. Если кто-то хочет о себе и своих проблемах что-нибудь рассказать, то делится, ну, а нет, значит нет. Через беседку от нас ещё одна группа спортсменов, их чуть поменьше, они сильно постарше и в целом потолще, сели за стол пораньше, у них гитара, и её пустили в ход, исполняя какую-то хрень, что-то вроде, группа крови на рукаве с порядковым номером, мотор ревёт на повороте, ты шла с другим, ты шла с другим, ах, вот какая ты, ах, белый теплоход, сиянье синих глаз, надежда — мой компас земной, и всё такое прочее. С душой горланят, хором, громко. Только нам это не мешает. Лишь Антон вслух пожалел, что и нам бы гитара не помешала. Как по мне, так нафиг она не сдалась, и так полное счастье. Тем более, я кроме блатных песен слов других не знаю, подпеть бы не смог.

Тут Алла Дмитриевна подключилась помогать подруге в деле кормёжки и поилки её советника, то бишь меня, и тоже, то подливает сока, то вкусняшку протягивает. А что? Есть повод отказываться? Раз уж с халявным ужином пролетел, то хоть здесь налопаюсь. Из мыслей узнал, что угощение не за счёт Дома отдыха. Ребята скидывались. За нас с Аней четыре тысячи внесла госпожа Решетова, когда мы были ещё в пути. Они потом с Аней рассчитаются. В общем, мне и это застолье ничего не будет стоить. Спрошу на всякий случай при возможности. Начальница ж знает, что я не скупердяй, и готов положить деньги на бочку, жаль, откажется. Ладно, в другой раз я за неё заплачу, как на АЗС. Там ведь я свои отдал.

Эх, жалко меня сейчас не видят Филиппов, Райко и прежние коллеги по группе учёта. Вот бы выпали в осадок, увидев, как бывшего Лёху-задрота, которым они помыкали, как хотели, две красивейшие девушки, высшие топ-менеджеры холдинга Инвест-гамма, словно служанки кормят и ласкают взглядами будто влюблены. Ага. Как говорится, жалко в попе у пчёлки, а ты, Алексей Сергеевич, оказывается, тщеславен.

— Николаевна, — обращается владелица СПА-салона к моей подруге. — Пока ребята пошли ещё шашлык делать, давай я подвинусь. Вот. Садись. А то ты своему Алексу за час наверное все ноги отсидела.

— Ничего и не отсидела, — возражаю.

Но госпожа Каспарова уже разместилась рядом. Я, даже не подумав, обхватил её другой рукой. Придёт в раздражение? Нет, эмпатия подсказывает, что ей это доставляет удовольствие и немного веселит, хотя общий фон эмоций у начальницы такой же, как и у её подруги, тревожный. Ну, тут понятно. Переживают, чтобы всё прошло по спланированному.

— Алекс, — тихо окликнула меня госпожа Решетова, слегка толкнув локтем, и показала экран смартфона.

Там от абонента «Протасов» короткое сообщение: «Всё готово».

— Всё готово. — дублирую его на ушко Анне, та с улыбкой кивнула.

После нас тут потом всё уберут специально назначенный персонал «Ударника». Услышал, что и шашлык, да и всё застолье нам могли приготовить, но парням самим нравится мясо на шампурах и решётках готовить. Вот они и соревнуются между собой, у кого сочнее. Я мухинский, в отличие от себя московского, кстати тоже имею такой опыт, дважды готовил. Пусть снаружи мясо пережарил, а внутри оказалось чуть сыроватым, но пацаны и девки лопали так, что только треск за ушами стоял. Под самогоночку-то и портвешок для девчонок тогда самое то пошло.

Алла Дмитриевна тоже поучаствовала в приготовлении, когда курить отходила, вовремя пригасила вспыхнувшие огнём угли. Ого, больше не буду своих мажорок считать белоручками. И спортсменки они — блин, Решетова, оказывается, почти три года ещё и айкидо занималась под руководством настоящего японца — и готовить умеют, и нарезать, и стол накрывать. Ху Янь досконально знает чайную церемонию. Обещает после возвращения Насти мне показать и напоить чаем. Так что, не тратя тот свой за двадцать четыре куска, попробую, каков он на вкус. Да уж. Сколько ещё меня ждёт открытий?

Мои подруги разок сходили в «Ударник» в туалет. Стоявшие с краю зоны отдыха кабинки их чем-то не устроили. Я так и вовсе не парюсь. Решил проблему ещё в озере. А что такого? Все так делают. Я ж не с трамплина, а незаметно.

Баня у нас заказана на восемь, но мы засиделись до половину девятого. Всё никак не могли насмеяться и наговориться. Один я как на качелях, то мне всё в кайф, то сжимаю зубы от спазмов при использовании способностей. Ну, ничего. Завтра отдохну. Даю слово себе, Лёха, в воскресенье даже эмпатию намеренно включать не стану.

— Так, нам тоже пора, — поглядев ушедшей в направлении здания парочке — Антону и Ирине — встал главный в нашей компании. — А то пар весь развеется, — пошутил. — Берите, кому что надо с собой, остальное пусть здесь. Приберут.

Я прихватил в пакет себе сок и бутылку минералки с газом. Взглядом спросил своих подруг, им что нужно? Те синхронно поморщились и мотнули головами. В бане, как я понимаю, тоже накрыто, а в номер ничего не хотят. Зря. Зачем чужим людям столько всего оставлять? Хотя, нет. Смотрю, не я один такой здравомыслящий. Остатки спиртного парни и Рита с Натальей забрали всё подчистую. Кое-что из закусок. И правильно.

Поскольку госпожа Решетова осталась одна, то ни у кого не вызвало удивления, что она взяла меня под руку, держащую пакет, пристроившись с другой стороны от Анны. Так с двумя холёными красотками по бокам и направляюсь в «Ударник».

— Алла Дмитриевна, то есть, извини, Алла, а где эти-то, ну, которые всё тут сделают? — немного косноязыко, но вполне вроде понятно спросил насчёт секьюрити и опера. Интересно же.

— Тебе они зачем, Алекс? — не стала она меня просвещать. — Забудь. Тебе огромное спасибо, буду твоей должницей, но дальше уже не твоё дело. Всё сделают как надо. Мы с Аней не хотим нашим друзьям портить день отдыха. Поэтому, с шалавой аккуратно поговорят, доказательно, и ночью увезут в полицию. Там ей и следственный комитет займётся. Фомина своё получит. Дядя тут эсэмэску присылал, предлагал более, скажем так, более, ну, несколько по иному с ней разобраться. Без полиции. Но я не согласилась. Мы с Аней не захотели. Иван бы рано или поздно мог узнать и такое не простить. Он же у меня правильный. Слишком.

Ага. А вы, получается, не правильные. Не вчера родился. Понимаю, что означает ваше по иному разобраться. Ноги-руки переломанные, в бетон Ритуля закатанная, жуть. Чёрт, я ведь совсем расслабился, слюни тут распустил. Забыл придурок лагерный, с кем сейчас имею дело. Надо маленько прийти в себя. Опасность ещё и в том, что госпожа Каспарова уже несколько раз на полном серьёзе рассматривала вариант изобразить из себя выпившую выше нормы и ввалиться ко мне в номер с целью отблагодарить своего советника Лёшу. Не, нафиг такое счастье. Блин, но отказать? Отвергнутая баба, что атомная бомба. Кто мне так говорил? Не помню. Кто-то из мухинских мудрецов. Коля Плотников? Это ж его знакомая все его вещи разодрала и с балкона выкинула? Наверное, да.

Поднялись в номера, я переоделся. Уже вечер, так что сменил шорты на свои лёгкие спортивные штаны, а майку-борцовку на футболку. Полотенце сказали не брать, там в бане и они, и простыни есть, а вот одноразовые шампунь и мыло из ванной прихватил. Правильно я сделал, что из дома своё не стал брать. Вышел в коридор и проторчал там минут десять. Анна Николаевна и Алла Дмитриевна зачем-то приняли душ. Чудные они обе, честное слово. Нафига перед баней-то? Говорят, просто освежились. Ну, ладно, пусть так.

По плиточной дорожке дошли до одноэтажного здания с черепичной крышей. Внутри, увы, разделились, они пошли налево, в женскую часть, я направо в мужскую. Пришёл почти одним из первых. Тут сразу же попадаешь в комнату отдыха с кожаными диванами и столом, действительно, накрытым. На него же ребята поставили и прихваченное из беседки. Дальше раздевалка со шкафчиками, здесь же и стопки полотенец и простыней, а после неё — помывочная с мраморными скамьями, четырьмя душевыми кабинами, тазами, бассейном метра три длиной и два шириной, на который надо взбираться по короткой лесенке. Справа от бассейна сауна для прогрева, как мне сразу объяснил Василий Лучников, слева — парная. О, нам и веники приготовили.

Я пропустил своих новых знакомых в сауну вперёд себя. Порядков здешних не знаю, поэтому буду делать, как все остальные. Раз вначале нужно греться сухим, горячим воздухом, значит греться. В сауне, кстати, ни разу не бывал. В бане же сто раз, и московский я, и, тем более, мухинский. У нас в детдомах душевые были, но раз в неделю водили в баню.

Слышал, Самюэль Морзе придумал свою знаменитую азбуку из коротких и длинных сигналов как раз вот так вот, наблюдая голых мужиков в бане. Не уверен, что это и в самом деле правда, Илюха Фельдман мог нести всякую чушь с серьёзной рожей, его вообще хрен поймёшь, когда всерьёз говорит, когда шутит, но по любому я с этим изобретением давно опоздал.

Сауна — ничего так, прикольная штука. Действительно прогрелся. Но парная всё ж лучше, понятней, полезней для здоровья и чистоты тела. Раньше мы или водой просто, или квасом брызгали на камни, а тут Олег принёс пузырёк с настойкой эвкалипта. Говорит, для лёгких полезно. Ну, не знаю, так ли, но приятно.

Чужой помощью, чтобы пропариться, пользоваться не стал, а то посмотрел, как мужики друг друг хлещут, подумал, ну их к чёрту. Люблю аккуратненько. После парной — душ, потом бассейн, потом снова парная, и так по трижды по кругу, пока не почувствовал, что от чрезмерной лёгкости в голове и теле начали плыть уже круги перед глазами. А может тут ещё и волнение сказывается. Всё размышляю, как там и что на женской половине происходит.

Среди оперативников редко бабы встречаются, но для нашего сегодняшнего случая нашли. Как и понятых приготовили. Будут потом изымать и бокал с отравой, ну, аллергенным веществом, и пробирку. Отправят на экспертизу, плюс изобличающее видео, короче, капец Фоминой. Если вдруг по какой-либо неосторожности не вспугнут. Ладно, жизнь-то я госпоже Решетовой уже спас. Надеюсь и правда не забудет. Получается, я теперь свой в доску для обоих властных кланов нашего холдинга. Круто. Даже не представляю, каковы будут мои взаимоотношения с красавицами топ-менеджерами, когда мы в понедельник на работу явимся. И как мне себя вести? Скрывать, что я более, чем сотрудник? Пожалуй, да. Если получится. Если начальницы сами не разрушат стену между нами.

Вскоре даже самые упёртые переместились из парной за стол. Выдохлись. Но баня реально жаркая. Хорошая. Пусть и не на дровах, а на электричестве, а всё равно круто. Давненько я так не парился.

Тут и чайник имеется, так что, я опять выделился от остальных, вскипятил его и заварил себе пакетик зелёного со смородиновым листом. С мелиссой не было, ну так разнообразие не помешает, с мелиссой я и дома попью. Мужики предпочли спиртное, в основном пиво.

— Завтра что? — спросил Василий, обращаясь ко всем. — Устраиваем реванш, трое на трое или как всегда второй день двое на двое?

— Только второе, — выдохнул после того, как ополовинил стакан пива, Олег. — Без Измайлова с Гапоненко всё равно тройки не наберём.

— Так они могут утром приехать, — пожал плечами Лучников.

Это вы, парни, ещё не знаете, что с вами и Маргариты Фоминой не будет.

— Угу. Приедут. Уставшие наверняка как собаки, — это уже Антон. — Алексей, — неожиданно посмотрел он на меня, — а ты как смотришь, чтобы влиться в состав какой-нибудь тройки взамен Марата или Ивана?

— Не, — мотаю головой. — я пас. Я только в футбол если. Посижу на скамейке, поболею.

Больше ко мне не приставали. Вообще они конечно немного странные. Мы за пойлом в мужской компании всегда о бабах говорили, а тут какие-то чемпионаты мира, встречи клубов, шансы «Локомотива-Белогорье» на победу в кубке России, короче чудики. Но мне с ними понравилось. Не быкуют и не достают вопросами. Первым ушёл Игорь, после того, как из сумочки извлёк айфон и посмотрел время. Присвистнул — уже без пятнадцати одиннадцать. Я засобирался следом. Вдруг мои подруги тоже уже вышли из бани и ждут меня?

На улице ночь вступила в свои права, но на территории дома отдыха светло благодаря горящим на столбах белым шарам, освещающим и дорожки, и скамейки с лавками.

Подруг не увидел, шары не помогли. И где они сейчас? В бане ещё, и мне их тут нужно подождать, или уже ушли в «Ударник»? Да вот, фиг знает. Где тут в здании окна Анны или Аллы? Не найду. Позвонить наверное нужно?

Выручила Татьяна, вышедшая на улицу через пару минут после меня, когда я уже потянулся к сумочке за айфоном.

— Аню что ли дожидаешься? — улыбнулась. — Они с Аллой уж минут десять как ушли. Давай, меня проводи, коли твоя красавица предпочла твою компанию подруге.

Эта женщина испытывает ко мне симпатию, я это вычислил ещё в беседке. Но не так чтоб прям, ах, бросаться ко мне на шею, а просто чисто как парень. Так-то у неё свой друг имеется, не муж. Какой-то очень крутой, раз помог ей по весне разрулить проблемы с бизнесом. Так что, дошли до «Ударника» проведя приятную, ни к чему не обязывающую беседу. Я, пока шёл, всё высматривал полицейских или секьюрити, но никого, естественно, не увидел. Зато вычислил. Аналитик я или хрен с бугра? Вон, раньше на стоянке не было, а сейчас стоит, микроавтобус Мерседес чёрного цвета с тонированными стёклами. Нефиг тут думать, стопудово там и аппаратура записывающая, и люди нужные расположились.

С Татьяной распрощались в холле второго этажа, пожелав друг другу спокойной ночи и выразив радость, что завтра с утра встретимся. Постучался в номер начальницы — ни ответа, ни привета. Припал ухом к двери, вдруг храпит и не слышит? Нет, тишина. Куда могла подеваться? Да куда-куда, у госпожи Решетовой поди сидит, а я даже не удосужился узнать, где та поселилась. Впрочем, с выводами я поторопился. Оказывается, мои подруги сидят в баре, эсэмэска пришла от Анны Николаевны, что они меня там ждут. Так, а где у нас бар? Так в ресторане же. Он до девяти кормит бесплатным ужином, а так-то вроде до часа ночи работает.

Зашёл к себе в номер, бросил пакет на кресло, переодеваться не стал — посмотрев в зеркало, решил, что сойдёт, не бомж и ладно — направился вниз.

Оба представителя топ-менеджмента Инвест-гамма сидели за столиком у стены. Тут ещё четыре небольшие компании шумели, да у стойки сидели трое красоток независимо друг от друга. Интересно, тоже отдыхающие или работают? Пользоваться своими паранормальными способностями ради того, чтобы узнать такую ерунду не стал. Зачем? К тому же, Анна с Аллой меня уже увидели и обе помахали руками.

— Она попалась, Лёш, — возбуждённо сказала госпожа Решетова, едва я подошёл к их столику, а когда сел, внезапно вдруг потянулась ко мне, обняла и поцеловала в одну щёку, потом в другую, потом опять в первую. — Спасибо тебе, Алекс, ещё раз огромное.

— Эй-эй, вообще-то это не Иван, если ты не поняла, подруга, — напомнила ей Анна Николаевна.

— Да ладно, чего ты? Я ж по дружески, — тихо и коротко посмеялась Алла. — И нечего вообще изображать из себя собаку на сене.

Ха, смешное сравнение придумала. Правда ведь, собака сено не ест, а поставленная его сторожить, никого к нему не подпустит. Всё ж у Решетовой быстрая смекалка, надо ж так точно образные слова подобрать. Собака на сене. Ну и ну.

— Так что, мой профайлинг опять не подвёл? — уточняю.

— Да, стопроцентное попадание. — кивает директор консалтинга. — Видео прислали уже. Вот, смотри, — стала она готовить к просмотру файл на айфоне.

— Вообще-то Фомина там голая, Ал, — толкнула её в локоть Анна.

— И что? — удивлённо посмотрела на подругу Решетова. — Предлагаешь мне заботиться о стыдливости той суки, которая меня чуть не грохнула?

— Да, что-то я глупость сморозила, — согласилась начальница. — Смотри, Лёш. — добавила, когда её подруга отдала мне свой смартфон, где на экране уже показывалась комната отдыха точь-в-точь такая же, как и в мужской половине.

Основное отличие — в сервировке стола. Здесь никакого мяса или нарезок, только ваза с фруктами и виноградом и большая коробка конфет, кажется, ассорти. Уж богатейки-то могли бы себе что-нибудь покруче прикупить. Ха-ха, позорище. И пива не было. Зато напитки и вина разные, а вот вижу и бутылка виски для моей Анны. И весь стол уставлен белыми пластиковыми стаканчиками, в одном из которых на треть налито красное.

— Мальбек красное только я пью, — пояснила Решетова. — Сейчас появится.

И точно, дверь из раздевалки открылась и вышла замотанная в простынь Фомина.

— А говорили, голая будет, — разочаровался я.

— Ты посмотри на него, Ал, — возмутилась директор департамента. — Заинтересовался красотой этой суки.

— Увидишь ещё, — утешила меня Алла Дмитриевна. — Видишь, что творит сволочь?

Рита, послушав у наружной двери, воровато посмотрев туда, откуда только что появилась, достала из-под простыни небольшую ампулу, капнула из неё несколько капель в стаканчик с красным, остальное вылила в бутылку. Затем вернулась в раздевалку. А вот дальше и правда я увидел её голышом, следующие кадры пошли из другой комнаты. Там Фомина, убрала пустой сосуд к себе в сумочку, лежавшую в кабинке, сбросила на скамью простынь и поспешила в помывочную часть. Блин, а так-то она клёво выглядит. Эх, вот нафига ввязалась в попытку убийства? Идиотка просто. Да о такой бабе три четверти парней бы мечтали. Ещё ь видео и с других помещений посмотреть, ну, да, ладно, обойдусь.

— Всё примерно так, как я и подумал после профайла. Правда, если честно, больше склонялся к тому, что чего-нибудь подсыплет. Порошок проще переносить, чем жидкости. Посудина может и разбиться. — немного напускаю туману и добавляю самокритики.

— Лёш, ты умница, ты талант, — опять расцеловала меня Решетова, забрав айфон и не дав ещё раз проанализировать перемещение голой Фоминой. На этот раз начальница промолчала. Понимает, что подруга действует лишь на эмоциях. — а этой суке конец. Я незаметно вылила вино из стаканчика. Для анализа сохранившихся там пары капель с головой хватит. Из бутылки тоже треть отлила. Сука сейчас уже вышла из бани, мне написали. Тут кругом видеонаблюдение. Кужа сбросит ампулу, там сразу же и найдут. Её действия фиксируются. А утащит с собой в номер, так даже лучше. Попалась гнилая тварь. Ань, мы ж с тобой её навестим в СИЗО?

— Ей и там, и потом в тюрьме, мне кажется, очень плохо будет, — усмехнулась госпожа Каспарова.