Иван Петрович Скакун — многолетний одинокий пенсионер, — встал в день своего рождения как всегда около девяти утра, помылся и поставил на огонь чайник. Когда вода вскипела, он наполнил кипятком свою любимую большую кружку, засыпал его обескофеиненным кофе и забелил обезжиренным молоком. Затем потянулся было к сахарнице, но сразу же отдернул руку, вспомнив предписание врача избегать сахара, масла, сливок, сдобных булок и других вкусных вещей. С горечью подумал, что, если не считать последнего, американского периода его жизни, судьба его никогда не баловала хорошей едой — ни в советском «раю», ни в военной Германии, ни в лагерях Дипи. В Америке же всего вдоволь, а ему ничего нельзя: полнота, одышка, артериосклероз…

Вздохнув, он вынул из селлофанового мешочка ломтик обессоленного хлеба, положил на него кусок обезжиренного творога и, по привычке помешав ложечкой пустое кофе, принялся завтракать. Но какой же это завтрак для российского эмигранта без своей русской газетки? Скакун достал полученную вчера по почте позавчерашнюю газету и стал ее просматривать.

Жуя свой безвкусный завтрак, он механически пробегал глазами новости четырехдневной давности и без особого веселья размышлял: «Сегодня, значит, четверг двенадцатого апреля и мне стукнуло восемьдесят лет… И вот, в день рождения мне приходится есть хлеб без соли, пить горькое кофе и читать позавчерашнюю газету. Допустим — диета необходима. Сахар, сливки, булочки — вредны для здоровья и укорачивают жизнь. Согласен. Хотя, какая мне радость от того, что поживу еще парочку лет, питаясь одними обезвреженными продуктами? Но с какой стати я должен постоянно читать старые газеты? Дудки! Раз сегодня мой день рождения можно купить и сегодняшнюю. Оно даже полезно для здоровья быть в курсе мировых событий… А потом… потом, на зло докторам заварю себе настоящего кофе со сливками, сахаром и прочими холестеролями. Праздник так праздник! Знай наших!».

Повеселев, Скакун встал, побрился, оделся, да так быстро, что на все это ему потребовалось всего-навсего полтора часа, вместо обычных трех.

«Вчера, кажется, новый газетный киоск открылся на нашем углу, — думал он, сходя вниз. — Так что не надо далеко ходить. Только продавец там какой-то странный… Развесил у себя над головой обезьяньи чучела. Да и сам он похож на маленькую обезьяну. Но главное — русские газеты у него имеются».

К его удивлению будка с газетами оказалась не на углу, а перед самым его домом. «Странно, — подумал он. — За ночь перекочевала, что ли?» На мгновение ему показалось, что и киоск, и дома на улице ненастоящие, а сплошная бутафория. Однако, жизнь вокруг текла по-старому; в небе светило солнце, по улице бегали соседские мальчишки. На углу, выпустив сизую струю дыма, остановился большой зеленый автобус.

Увидев Скакуна, продавец в киоске поманил его к себе рукой. Это был маленький, сухонький старичок, похожий на гнома из сказок. Над его головой качались на нитках чучела, похожие на маленьких обезьянок.

— Здравствуйте, Иван Петрович! — воскликнул он по-русски. — А я вас жду, не дождусь.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — удивился пенсионер. — И по-русски говорите?

— Я всех здесь знаю, — ответил гном. — Все здесь мои клиенты.

— Странно, — сказал Скакун и от изумления чуть было не забыл, зачем пришел. — Ага, дайте мне, пожалуйста, сегодняшнюю русскую газету. Надоело читать вчерашние и позавчерашние номера, что по почте приходят. А что это у вас за мартышки в будке? — полюбопытствовал он.

— Это не мартышки, а бывшие люди. Полюбуйтесь! — с этими словами он потянул за шнурок и чучела запрыгали вверх и вниз над его головой.

— Гм… вот комедия! — заметил Иван Петрович, не зная, что думать.

— Вся наша жизнь — комедия, — ответил старичок саркастически улыбаясь и протянул ему газету.

Заплатив что следовало, Скакун не торопился уходить. Ему страсть как хотелось поболтать со странным продавцом газет.

— Хорошо, что ваша будка так близко, — сказал он. — Мне только вниз сойти. Может быть зайду и завтра за газетой.

— Завтра киоск будет закрыт, — ответил гном и добавил таинственным шопотом: — Однако, если вам очень хочется иметь завтрашнюю газету, так можете ее купить сейчас. Продам ее вам в виде исключения.

— Шутите! Как это так — завтрашний номер сегодня?

— Очень интересная газета, Иван Петрович. Не пожалеете. Узнаете все, что случилось сегодня, или еще случится…

Скакун потоптался возле киоска в недоумении.

— Ладно, дайте. Прямо интересно, чего только люди ни выдумают.

Дожив до семидесятых годов двадцатого столетия, Скакун положил себе за правило ничему не удивляться. «Что, если человеческий гений, создавший атомную бомбу и компютеры, сумел изобрести газету, печатающую сегодня завтрашние новости? — подумал он, ошарашенный необыкновенным предложением. — Возможно, что это какой-то газетный трюк. Печатают же в Европе газеты с датой следующего дня».

Немного успокоенный, Скакун купил вторую газету, и, попрощавшись со старичком в будке, поплелся домой. Мысли его путались, в глазах стояло насмешливо улыбающее личико продавца и мелькали обезьяньи мордочки чучел над его толовой. Затем проехал автобус и все заволокло клубами сизого дыма.

— «Комедия какая-то, — думал Иван Петрович, нервно подергивал плечами. — Бывшие люди!.. Завтрашняя газета!.. Ну, ладно, посмотрим, что там случилось сегодня, о чем напишут лишь завтра. Или уже написали? Нет, ничего не понимаю».

Придя домой, Скакун сел за стол и, забыв о своем намерении полакомиться ради праздника кофейком со сливками, развернул купленные газеты. Сегодняшняя его уже не интересовала. Зато другая — завтрашняя, датированная пятницей 13-го апреля привлекла его внимание; она была как бы окошечком в будущее, куда ему представлялась возможность заглянуть.

К его разочарованию, ничего особенного в завтрашней газете не было. В политике как в политике — вечные совещания, речи… а дальше — новый скандал в городе… нападение на русского… какие-то демонстрант, забастовки… в общем все такое, о чем пишут каждый день. Статьи, конечно, новые.

Затем его взгляд упал на местную хронику и он с интересом стал читать, что сегодня произошло в их городе. К его удивлению в хронике упоминалась его фамилия: Скакун. Заметка сообщала, что «…В четверг 12-го апреля скоропостижно скончался в своей квартире пенсионер Иван Петрович Скакун, 80 лет. Родственники неизвестны…»

Иван Петрович читал и перечитывал извещение, пока наконец не понял, что это речь о нем самом. Тогда он сразу почувствовал страшную тяжесть на сердце, захрипел и стал рвать на себе ворот.