На следующее утро, (если в аду, где светилом служил багровый разлом в небесах, вообще могло быть «утро») Марго стояла на границе своего «пилотного проекта». Перед ней простиралось серо-зеленое, равнодушное ничто. Болото. Оно не булькало, не пахло, оно просто было — квинтэссенция пассивного, безысходного существования. Это был ее холст, ее строительная площадка.
За ее спиной собралась вся проектная группа. Асмодей привел обещанную бригаду — дюжину чертей из круга гнева. Это были не те мелкие, суетливые бесы, что работали у котлов. Эти были коренастыми, мускулистыми тварями с красными от ярости глазами и мозолистыми кулаками размером с голову Марго. Они не стояли на месте: рычали, пихали друг друга, высекали искры, ударяя рогами о камни. Они были сгустком чистой, неконтролируемой энергии разрушения.
— Это твои строители? — скептически спросила Марго, глядя, как один из чертей пытается откусить у другого хвост. — Они же похожи на банду футбольных хулиганов после проигрыша любимой команды.— Они и есть. Только вместо команды у них — вечное вселенское раздражение, — ответил Асмодей. — Зато у них самая высокая производительность труда в аду. Главное — правильно поставить задачу и вовремя уворачиваться.— Правильно, — кивнула Марго и развернула на импровизированном столике из плоского камня первый чертеж. — Итак, первое утреннее совещание. Daily stand-up. Что было сделано вчера, что планируем на сегодня, какие есть блокеры?
Наступила тишина, нарушаемая только рычанием чертей и далекими стонами с участка Бельфегора.— Вчера, дорогуша, я страдала от созерцания твоего ватмана, на котором ты рисуешь тюрьму, — протянула Лилит, осматривая свои ногти. — Сегодня я планирую страдать от созерцания этого болота. Блокер — полное отсутствие шампанского и приемлемого пейзажа.— Вчера самогонку допила, сегодня новую поставила, — доложила баба Нина. — Блокеров нет.— Запротоколировано начало проектных работ, — бесстрастно сообщил Нафанаил с воздуха. — Блокер: потенциальное нарушение пункта 114.5 Кодекса о труде демонических сущностей «О допустимом уровне агрессии в рабочем коллективе».
Марго проигнорировала их всех. Она повернулась к Асмодею.— Так, задача на первый спринт, рассчитанный на три земных дня. Фаза ноль: подготовка площадки. Нам нужно осушить вот этот сектор, — она обвела на плане большой квадрат, — и укрепить грунт для закладки фундамента под «Центр первичной регистрации уныния». Ваши предложения?
Асмодей передал приказ чертям на их рычащем диалекте. Реакция последовала незамедлительно. Черти радостно взревели и бросились к болоту. Их методы были прямолинейны и эффективны, как кувалда. Один начал вычерпывать жижу своими огромными ладонями и швырять ее в сторону участка Бельфегора. Другой принялся бить по поверхности кулаками, поднимая фонтаны грязи. Третий, самый изобретательный, набрал в грудь болотного газа и попытался его поджечь. Раздался оглушительный хлопок, опаливший ему ресницы и вызвавший дикий восторг у его коллег.Через десять минут хаоса стало очевидно, что болото они не осушают, а просто перемешивают, делая его еще более топким и грязным.— Стоп! — крикнула Марго. — Прекратить бессмысленное насилие над ландшафтом! Это неэффективно!
Черти неохотно остановились.— Может, выпарить? — предложила Лилит. — Один огненный шар, и проблема решена. Правда, вместе с половиной пятого круга, но зато как эффектно!— Нам нужен фундамент, а не кратер, — отрезала Марго, массируя виски.
В этот момент к краю болота подошла баба Нина. Она присела на корточки, зачерпнула в ладонь немного тины, растерла ее между пальцами, понюхала.— Гиблое место, — вынесла она вердикт. — Но не безнадежное.Она указала на тонкие, почти черные стебли травы, которые росли по краям топи.— Это что такое?— Скорб-трава, — пояснил Асмодей. — Растет только здесь. Питается отчаянием. Абсолютно бесполезна.— Бесполезных растений не бывает, бывают ленивые хозяева, — проворчала бабка. — У нее корень какой? Длинный?— Уходит на несколько лиг вглубь, — подтвердил Асмодей.— Вот! — обрадовалась старуха. — Корневая система у нее — во! Держит грунт лучше любой арматуры. Вы эту траву не выпалывать должны, а наоборот, сажать! Густо-густо! Она своими корнями всю воду в себя втянет и землю свяжет, как сеткой. Сверху только слой гравия насыпать, и можно хоть мавзолей строить.
Марго смотрела на бабку с изумлением. Это было простое, элегантное и абсолютно гениальное решение. Биоармирование грунта. Она, со всеми своими дипломами, СНиПами и программами для 3D-моделирования, до этого бы не додумалась.— Бабушка, ты… ты гений агроинженерии! — выдохнула она.— Я сорок лет шесть соток под картошку осваивала, меня голым болотом не напугаешь, — хмыкнула Нина Захаровна.
Задача была переформулирована. Чертям из круга гнева, привыкшим ломать и крушить, пришлось выполнять монотонную работу: выкапывать кусты скорб-травы и пересаживать их плотными рядами на размеченном участке. Их ярость быстро сменилась угрюмым недовольством. Работа шла медленно.— Они теряют мотивацию, — заметил Асмодей. — Ярость — отличный спринтер, но никудышный стайер.— Нужен тимбилдинг, — тут же решила Марго. — Разделите их на две команды. Скажите, что та команда, которая к вечеру посадит больше травы, получит право пятнадцать минут избивать проигравшую команду.
Асмодей перевел. Глаза чертей загорелись первобытным огнем. Они взревели, и работа закипела с удвоенной, а то и с утроенной силой. Земля летела во все стороны. Кусты травы перелетали из рук в руки, как на конвейере.«Зафиксировано применение метода соревновательной мотивации с элементами физического поощрения. Эффективность труда повысилась на 300%», — бесстрастно отметил Нафанаил, паря над полем битвы за урожай.
К концу дня участок было не узнать. Он был плотно засажен черной травой, которая уже начала активно вытягивать влагу из почвы. Земля на глазах становилась тверже. Марго сделала несколько замеров, и ее лицо озарилось довольной улыбкой.— Идеально! Завтра завозим гравий и начинаем заливать фундамент.
На соседнем участке у Бельфегора царила полная идиллия. Его подопечные лежали в болоте, лениво пуская пузыри. Сам барон сидел на своем троне и с насмешкой наблюдал за суетой в стане конкурентов.— Смотрите, смотрите! — говорил он своим прихлебателям. — Они сажают сорняки! Эта смертная сошла с ума! Она пытается победить уныние с помощью садоводства! Какая пошлость!
Марго было не до него. Началась вторая фаза — проектирование самого здания. И здесь разгорелась новая битва. Битва между функциональностью и эстетикой.— Это будет одноэтажное здание, павильонного типа, из железобетонных конструкций, — заявила Марго, раскатав новый чертеж. — Максимально простая и дешевая в возведении коробка. Внутри — лабиринт из одинаковых серых коридоров, ведущих в одинаковые серые кабинки. Эффект дезориентации и подавления личности.— Бетон? Серый? Коробка? — Лилит скривилась, будто ей предложили выпить дешевого вина. — Ты в своем уме? Это же храм уныния! Он должен быть величественным в своей скорби! Я вижу его из черного, плачущего обсидиана. Шпили, уходящие в туманное небо. Узкие, готические окна, сквозь которые сочится безнадежность. Огромный, гулкий зал, где эхо каждого вздоха будет висеть веками!
— Твой плачущий обсидиан стоит как три моих бетонных коробки! — взорвалась Марго. — А шпили — это нефункциональное украшательство! И в твоем гулком зале грешники смогут видеть друг друга, сочувствовать, общаться! Это снижает индивидуальный уровень страдания! Моя система кабинок обеспечивает полную изоляцию и стопроцентное погружение в личную безысходность! Это офис, Лилит, офис вечного отчаяния!
— Ты мыслишь как прораб, а не как творец!— А ты мыслишь как декоратор, а не как инженер!
Их спор мог бы продолжаться вечно, но вмешался Асмодей.— Компромисс, — сказал он, положив руки им на плечи. — Марго отвечает за конструктив и внутреннюю планировку. Железобетонный каркас, лабиринт, кабинки. Это не обсуждается, нам нужна эффективность. А ты, Лилит, отвечаешь за отделку и… атмосферу. Облицуй ее бетонную коробку своим обсидианом. Повесь внутри свои готические светильники, которые будут бросать тени в форме несбывшихся надежд. Наполни коридоры тихим шепотом на забытых языках. Соедините ужас функциональности с ужасом эстетики. Создайте нечто по-настоящему чудовищное.
Марго и Лилит переглянулись. Идея была безумной и … гениальной. Офисный центр, построенный по всем правилам БТИ, но выглядящий как проклятый готический собор. Бюрократический ад в обертке из высокого стиля.— Ладно, — кивнула Марго. — Но бюджет на обсидиан мы урежем.— Я найду поставщика, который даст нам скидку. За душу, — хищно улыбнулась Лилит.
Работа закипела. Черти, подстегиваемые азартом соревнования, доставили гравий. Марго, используя свои инженерные знания и магические подсказки Асмодея, рассчитала и разметила фундамент. Лилит заключила несколько сомнительных сделок и обеспечила бесперебойные поставки плит из черного обсидиана, который действительно выглядел так, будто плачет маслянистыми слезами.
Поздним вечером, когда первый ряд стен был возведен, Марго и Асмодей стояли на небольшом холме, глядя на свою стройку. В багровом свете ада бетонный каркас, частично покрытый блестящим черным камнем, выглядел как скелет какого-то доисторического чудовища. Черти, уставшие, но довольные, доедали свой ужин из жареных душ мелких грешников.— Знаешь, — тихо сказала Марго, прислоняясь к плечу Асмодея. — Я никогда не думала, что буду с таким энтузиазмом строить концентрационный лагерь для эмоций.— Ты не строишь лагерь, — ответил он, обнимая ее. — Ты наводишь порядок в хаосе. Это то, что ты делаешь лучше всех. Ты даешь структуру даже самой вечной и бесформенной вещи во вселенной — страданию.
Он поцеловал ее в макушку.— И, должен признать, это чертовски сексуально.Марго улыбнулась. Она посмотрела на свое творение, потом на ленивое болото Бельфегора, где ничего не изменилось.Пари было далеко от завершения, но сегодня они выиграли первый бой. Марго чувствовала, что это только начало. Впереди ее ждали новые вызовы: разработка «интерфейса страдания», обучение персонала и, самое главное, — презентация готового продукта. Ад 2.0 строился, и она была его главным архитектором.