Рассвет над Заволгоградом всегда начинался с надсадного гула. Это не город просыпался, а запускались на полную мощность астральные турбины ТЭЦ №4, подающие эфир в магическую сеть. В ЖЭК №37 микрорайона «Солнечный» утро было традиционно мёртвым: пожухлые фикусы в кадках, скрипучий линолеум, запах вчерашнего доширака, перебиваемый лёгким шлейфом окаменевшей магической пыли.

Иван Петрович, матёрый сотрудник с тридцатилетним стажем, провёл по облысевшему затылку ладонью. Он допивал свой чай – крепкий, забористый, с добавлением пары капель стабилизатора пространственно-временных потоков. Без него Иван Петрович чувствовал, что мир вокруг подозрительно ровный. Его изъеденные карманы рабочей робы украшали не только разводной ключ и пассатижи, но и набор древних рун, амулет от бытового полтергейста и небольшая фляжка с «Призрачным Отпугивателем» собственного розлива.

Рядом с ним, за идеально чистым столом, сидел Денис. Его форменная спецовка была накрахмалена, а в руках он держал «Астрально-Нормативный Справочник» за 2007 год — фолиант толщиной с кирпич. Денис предпочитал действовать строго по инструкции, отчего иногда казался чуть более плотным, чем требовалось для свободной циркуляции эфира.

– Так, – Денис откашлялся, – согласно пункту 3.4.15 «Положения о предотвращении несанкционированных прорывов междумировых коммуникаций», для случаев, классифицируемых как «внеплановое просачивание внепространственных жидкостей», требуется…

– Требуется дать ему по морде, этому твоему пункту, – пробурчал Иван Петрович, отхлёбывая чай. – Требуется, Дениска, опыт. А то ты до инфаркта дочитаешь этот свой талмуд.

В этот момент в диспетчерскую впорхнула Варвара. Она всегда приносила с собой лёгкий аромат озона и что-то новенькое из мира технологий. Сегодня это был портативный спектральный анализатор, который она привычно цепляла к поясу. Варя была штатным парапсихологом-сантехником, и это сочетание в ЖЭКе №37 никого не удивляло. Кто ещё, как не она, мог определить, почему из крана течёт не вода, а эльфы-призраки?

– Доброе утро, – звонко сказала Варя, вынимая из кармана небольшой голографический проектор. – Только что пришла заявка. Очень странная. Адрес: улица Лучевая, дом 13, квартира 42. Жилец Наумов.

Иван Петрович аж поперхнулся чаем. – Наумов? Тот самый ? Опять? Этот недоучка с кафедры бытовой некромантии? В прошлый раз у него из кухонного крана летучие мыши вместо горячей воды летели! Мы тогда три дня пытались понять, как ему насчитали тариф за «крылатые водопотоки».

– Именно, Иван Петрович, – кивнула Варя. – Но на этот раз всё серьёзнее. Засор унитаза. Но формулировка… – она включила проектор, и в воздухе завис текст заявки: «Из сантехнического прибора вытекает нечто, похожее на туман, но с отчётливым запахом тлена и периодическими проблесками костяных фрагментов. Вчера вечером оттуда вылезла рука и помахала мне. Прошу принять меры, так как я не смог найти её в своём справочнике нежити, а мне для экспериментов нужны только подходящие образцы».

Денис аж подпрыгнул: – Рука?! Несанкционированное появление фрагментов нежити! Это же нарушение статьи 7.9.3 «О правилах использования бытовых магических устройств»!

– Иди собирайся, Денис, – вздохнул Иван Петрович. – Варя, бери свои прибамбасы. Чует моё сердце, без магии по локоть в чём-то мерзком тут не обойтись.

Путь до Лучевой, 13 занял минут пятнадцать на стареньком, видавшем виды УАЗике, который в ЖЭКе ласково называли «Призракомобиль». Внутри он был напичкан не только обычными инструментами, но и заклинаниями-ловушками для мелких бесов, экранами от ментальных атак и даже маленькой установкой для нейтрализации астрального тумана.

Квартира 42 встретила их запахом чего-то среднего между затхлым болотом, горелыми благовониями и дохлой кошкой. Наумов оказался худощавым мужчиной средних лет, с растрёпанными волосами, в засаленном халате, и с явными кругами под глазами. В одной руке он держал колбу с мутной жидкостью, в другой – подозрительно пульсирующую жабу.

– Наконец-то! – воскликнул он. – Вы даже не представляете, какой это кошмар! Я же просто пытался настроить поток негативной энергии для моего нового проекта – «Универсальный Некро-Пылесос». А этот… этот провал… он всё портит!

– Какой провал, гражданин? – сухо спросил Иван Петрович, оглядывая заваленную книгами по некромантии, черепами и странными аппаратами комнату.

Жилец указал в сторону санузла. – Ну, этот… портал. В унитазе. Я думал, это просто засор, знаете, когда что-то чужое попадает. Ну, я туда заклинание «Очистка Душ» для верности. И тут как повалило!

Из ванной доносилось нечто вроде влажного хлюпанья и слабого, почти неразличимого стона. Денис побледнел. Варя достала свой анализатор.

Войдя в санузел, они увидели истинный масштаб катастрофы. Из унитаза, откуда обычно текла обычная водопроводная вода, теперь медленно и зловеще вытекала густая, тёмно-серая жижа, пахнущая смертью и отчаянием. Она расплывалась по плитке, оставляя после себя жуткие слизистые следы. Из этой жижи периодически выплывали… фрагменты. Один маленький скелет рыбы, потом обломок чего-то, похожего на древнюю кость, а затем – кульминация – медленно высунулась бледная, полупрозрачная кисть, которая пошевелила пальцами, будто проверяя качество воздуха.

– О, это новая! – воскликнул жилец , заглядывая через плечо Вари. – Вчерашняя была поменьше. Интересно, это приток? Или основной поток?

Иван Петрович окинул взглядом унитаз, потом кисть, потом жильца. – Так, понятно. Бытовая некромантия. Несанкционированный портал. Иван Петрович с кряхтением полез в свой вещмешок. – Денис, отойди. Варя, держись подальше. Сейчас я по-старинке.

Он вытащил небольшой молоток, подозрительно похожий на ритуальный, и начал что-то бормотать. – Дедушка Варфоломей учил: если засор магический, значит, и прочищать надо с душой. А ну-ка, «Отпирайся, зараза потусторонняя, и несись обратно, откуда приплыла!»

Иван Петрович, размахнувшись, собирался ударить молотком по трубе, явно намереваясь не столько починить, сколько «поставить на место».

– Иван Петрович, стой! – воскликнула Варя. Она быстро подняла свой анализатор к порталу. – Это Стикс! Точно! Я вижу астральные маркеры его течения. Это не просто засор, это полноценный межмировой прорыв в реку мёртвых! И судя по характеру излучения, он нестабилен! Если вы ударите, вы рискуете либо расширить его до размеров гостиной, либо… схлопнуть вместе с Заволгоградом.

Денис в ужасе уронил свой справочник. – Стикс?! Но это же, согласно статье 5.11 «О потоках нежилых вод», требует особого протокола! Это нецелевое использование нежилых потоков для личных нужд! Там же штрафы… а ну-ка, вот! «Несанкционированное подключение к загробным водным артериям – карается конфискацией имущества и штрафом в размере до пятисот стандартных астральных единиц!»

В этот момент раздался громкий стук в дверь. На пороге стоял Инспектор из Астрально-Водопроводного Надзора. Его форма была безукоризненна, очки сидели идеально на переносице, а в руках он держал увесистый планшет и папку с бланками.

– Граждане сотрудники ЖЭК №37, – начал Инспектор, даже не взглянув на хозяина квартиры, который в это время пытался поймать парящий над унитазом маленький, полупрозрачный черепок. – Я получил уведомление о внеплановом просачивании. Разрешите пройти?

Иван Петрович тяжело вздохнул. – Проходите, инспектор. У нас тут, кажется, не просто просачивание, а целая водокачка из преисподней.

Инспектор вошёл в санузел. Его взгляд скользнул по луже Стикса, по высунувшейся руке, по жильцу, который теперь пытался извлечь из слива что-то, напоминающее позвонок. Инспектор даже не моргнул. Он достал свой планшет.

– Так-с, – пробубнил он, листая электронные страницы. – Прорыв коммуникаций… ммм… категории «Ц» – «Целенаправленное нарушение целостности пространственно-временного континуума с использованием штатных бытовых приборов». Это уже не по нашей части, но… – Он наклонился к унитазу, прищурился. – Ага! Жидкость! И это явно не водопроводная вода!

Рука из Стикса потянулась к его папке. Инспектор, не глядя, отмахнулся. – Не трогайте мою документацию, пожалуйста! – Он достал небольшой пробоотборник и взял пробу из лужи. – Хмм. Отчётливый запах… э-э-э… душистой серы? И повышенное содержание… эманаций отчаяния.

Варя вмешалась: – Инспектор, это Стикс! Река мёртвых! Жилец случайно открыл портал.

Инспектор поднял голову. – Стикс? – Он посмотрел на унитаз, потом на жильца, потом снова на унитаз. – Ну, разумеется! Акт о нецелевом использовании Стикса! Это же совершенно очевидно!

Денис схватился за голову. – Акт о нецелевом использовании Стикса? Такого пункта нет в справочнике!

– Теперь будет! – отрезал Инспектор. – Пункт 8.1.5. «Несанкционированная врезка в общепланетарные мистические водотоки с целью организации личных нежилых потребностей». Вы, гражданин N, – он ткнул пальцем в ошарашенного некроманта, – использовали загробную реку для чего? Для бытовых нужд? Для, цитирую, «Универсального Некро-Пылесоса»? Это же вопиющее нарушение! Стикс – это охраняемый ресурс! Его нельзя просто так… отводить себе в унитаз!

Пока Инспектор заполнял протокол, бормоча о «штрафах за несанкционированное канализирование посмертных вод» и «компенсации за моральный ущерб загробному миру», команда ЖЭКа пыталась придумать, как закрыть портал, не усугубив ситуацию.

– Так, – Варя активировала свой планшет. – Похоже, портал работает по принципу обратного сифона. Чем больше нежити через него проходит, тем сильнее тяга. Нужно перекрыть подачу… но откуда?

– Нужна заглушка, – прокряхтел Иван Петрович. – Но не простая. Какая-нибудь… антимагическая. Чтобы оно обратно не полезло.

– У меня есть идея! – Варя быстро что-то набирала на планшете. – Если Стикс реагирует на чистые души… а что, если подать туда… наоборот, концентрированную бюрократию? Что-то, что настолько отторгает саму концепцию жизни и смерти, что даже Стиксу станет не по себе.

Иван Петрович удивлённо поднял бровь. – Концентрированную бюрократию? Это как?

– Я могу перенастроить наш портативный нейтрализатор эфира, – объяснила Варя. – В нём есть функция «Астральный Вакуум», которая, по сути, создает зону абсолютного безразличия. Если усилить её данными из нормативных актов и инструкций, она станет «Бюрократическим Вакуумом». Стикс не выдержит такого потока чиновничьего равнодушия!

Денис, услышав это, вдруг оживился. – Точно! Если залить туда формуляр Ф-734 «Акт о неготовности объекта к приёмке» со всеми подпунктами и подпунктами подпунктов! Он же вызывает у большинства сущностей тоску!

– Прекрасная мысль! – Варя быстро модифицировала прибор.

Пока Инспектор, ни на секунду не отвлекаясь от своей работы, диктовал жильцу Наумову его права и обязанности перед лицом загробного мира, Варя и Денис сосредоточились на унитазе. Иван Петрович держал наготове свой молоток, на случай, если «бюрократия» не сработает, и придётся переходить к «радикальным мерам».

Варя включила модифицированный нейтрализатор, и тот начал издавать низкий, гудящий звук, похожий на коллективный вздох уныния. Из его сопла потянуло холодком, пропитанным запахом канцелярии и безысходности. Денис начал зачитывать пункты из своего справочника вслух, монотонно и без эмоций, словно заклинание: «…согласно подпункту 3.14.7 статьи 9 «О регулировании нетипичных потоков в системе жилищно-коммунального хозяйства»…»

Мгновенно, поток Стикса из унитаза замедлился. Высунувшаяся рука дёрнулась, затем медленно, будто утомлённая, начала втягиваться обратно. Скелет рыбы, парящий в жиже, погрузился. Из портала потянуло не то чтобы воздухом, а скорее… вакуумом энтузиазма.

– Работает! – прошептала Варя. – Продолжай, Денис!

Денис, вдохновлённый, заговорил быстрее: «…необходимо заполнить бланк заявления о перепланировке магических коммуникаций формы МК-27-Б, предоставив три копии, заверенные уполномоченным астральным нотариусом, с приложением справки о составе семьи, а также выписки из лицевого счёта за последние три года, справки об отсутствии задолженностей по коммунальным платежам, включая оплату за эфирное вещание, и квитанции об оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления!»

Эффект был поразительным. Стикс не просто уходил, он сворачивался. Поток иссяк, а потом, с тихим, почти неуловимым хлопком, портал в унитазе захлопнулся, оставив после себя лишь влажные, но уже не зловещие следы. Унитаз был пуст.

Инспектор, наконец, закончил заполнять свой протокол. – Итого, гражданин, – торжественно объявил он, – на вас налагается штраф за несанкционированное использование нежилых потоков для личных нужд, согласно новому пункту 8.1.5, в размере двухсот астральных единиц, плюс компенсация ЖЭКу за амортизацию оборудования. И предупреждение о недопустимости дальнейших экспериментов, затрагивающих межмировые коммуникации без соответствующего разрешения.

Он протянул распечатанный протокол. Наумов вздрогнул, но взял его.

– Молодцы, сотрудники, – сказал Инспектор, бросив взгляд на пустой унитаз. – Оперативно. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы вы заранее подавали заявки на использование нетрадиционных методов устранения засоров. Придётся внести это в ваш личный делопроизводство.

Иван Петрович молча убрал свой молоток. – Поехали, ребята. Кажется, пора заваривать новый чай. И, Денис, ты теперь знаешь, что читать из своего справочника, когда обычные методы не работают.

Возвращаясь в ЖЭК №37, УАЗик «Призракомобиль» ехал непривычно тихо. Иван Петрович задумчиво смотрел в окно.

– Так, значит, бюрократия загробный мир отпугивает, – пробормотал он. – А я-то всё по старинке. Надо будет в следующий раз, если опять какая-нибудь домовая плесень заведётся, Денису дать почитать акт о несвоевременной оплате услуг ЖКХ. Может, сама убежит.

Варя улыбнулась. Денис, чувствуя себя героем, открыл свой справочник и начал листать, ища самую скучную и длинную статью. За Заволгоградом садилось астральное солнце, и где-то вдалеке слышался знакомый гул турбин ТЭЦ №4. В ЖЭКе №37 наступал вечер, предвещая новые вызовы и очередные абсурдные проявления магии, которая, как и всё государственное, работала через пень-колоду. Но для этого и существовали они – обычные сотрудники, что просто пытались делать свою работу.