ЖЭК № 37 микрорайона «Солнечный», юго-западный астральный округ города Заволгограда, едва справлялся с обычной работой, не говоря уже о магической. Обыденная магия здесь была настолько же привычной, как и прогнившие трубы или вечно текущая крыша. Разница лишь в том, что трубы могли течь из преисподней, а крыша – пропускать не дождь, а мелких, но вредных элементалей стихий.

Раннее утро в дежурной части ЖЭК №37 встретило Ивана Петровича, матерого сотрудника с морщинистым лицом и взглядом, который видел слишком много астральных тараканов, запахом перегоревшего портативного оберега. Он, как всегда, уже пил третий стакан крепчайшего чая, заваренного на высушенных корнях Мандрагоры – от нервов.Денис старательно листал «Постановление о борьбе с бытовыми полтергейстами. Том III, Приложение Б». Его новенькая форменная мантия цвета хаки была еще не заляпана фантомной слизью.

Рядом с ними, на табуретке, закинув ноги на стол, сидела Варя, ее огненно-рыжие волосы растрепались, а глаза, казалось, видели не только физический, но и эфирный план одновременно. Она чистила свой универсальный ключ-отмычку, который мог открыть как ржавый вентиль, так и замок на вратах в Подпространство.

– О, Дениска, – прохрипел Иван Петрович, отставляя кружку. – Все по инструкции? А если полтергейст не читал инструкцию? Или он из Нижней Австрии, а не из верхневолжского астрала?

Денис вздрогнул. – Иван Петрович, инструкция универсальна! Главное – протокол соблюсти. Вы же сами говорили – без бумажки ты не домовой.

– Говорил, да. Но не всегда с ней жить надо. Иногда и крепкое слово помогает, а то и заклинание «Отвали, нечисть!», – Иван Петрович потер подбородок. – Ну, что там у нас по заявкам?

– Так… – Денис провел пальцем по светящемуся планшету. – Жалоба № 472 от жильцов дома №17 по улице Везучего Оборотня. «Фасад несанкционированно меняет цвет». Жалоба № 473, тот же адрес: «Дом самопроизвольно трансформируется». Жалоба № 474: «На окнах растут грибы, и они говорят».

Варя присвистнула. – Грибы, которые говорят? Это что-то новенькое. Обычно они только галлюцинации вызывают.

Иван Петрович резко выпрямился. – Дом №17? Это тот, который мы красили две недели назад?

Денис кивнул. – Да, тот самый. Вы еще тогда распорядились использовать «ускоряющее заклинание», чтобы сэкономить на рабочих часах…

– Ну, а что? – Иван Петрович развел руками. – Средства экономим, план выполняем, фасад блестит. Пришло же письмо из Главного Управления Астрального Фонда Жилья: «Увеличить скорость выполнения малярных работ на 300%». Я вот и увеличил. Мы же не виноваты, что склад нам прислал ускоряющее заклинание из сектора «Астральная флора», а не из «Бытового строительства». Думали, оно универсальное!

Варя оторвалась от ключа. – А, так вот почему. «Астральная флора»… Это же заклинания, настроенные на быструю адаптацию и рост с учетом окружающей среды. То есть, жильцов. И их настроения. Ой-ой-ой…

– Чего «ой-ой-ой»? – Иван Петрович нахмурился. – Поехали, разберемся. Денис, блокнот и карандаш взял? Варя, свой этот… паранормальный сканер.

Дом №17 по улице Везучего Оборотня встретил их в глубоком меланхоличном синем цвете, на грани фиолетового. Оконные рамы тоскливо скрипели, а крыша, кажется, вздыхала. Из трубы валил не дым, а легкий, почти незаметный туман, пахнущий осенней грустью.

– Мда, – протянул Иван Петрович. – Кто-то тут явно недоволен. Видимо, отопление опять не включили.

Денис достал планшет. – По инструкции 4.3.1-Б: «При обнаружении несанкционированного изменения цветовой гаммы здания произвести замер эмоционального фона жильцов…»

– Замерь мне тут! – отмахнулся Иван Петрович. – Дом, вон, сам замерил. Варя, что скажешь?

Варя приложила ладонь к стене. Стены были прохладными и слегка вибрировали. – Чувствую… смесь раздражения, легкой депрессии, чьего-то плохого настроения после вчерашней пьянки, а еще – жуткую злость из третьей квартиры. Кажется, там кто-то потерял пульт от телевизора.

Едва она договорила, как по фасаду прошла дрожь, и синий цвет начал стремительно сменяться грязно-бурым, а затем – пятнисто-зеленым. Стены будто покрылись мхом, а из-под оконных рам выросли небольшие, но весьма реалистичные шляпки мухоморов.

– О, вот и говорящие грибы, – усмехнулась Варя. – Кажется, они не очень довольны.

Один из мухоморов, что вырос прямо над входной дверью, раскрыл крошечный ротик и пропищал: – За ЖЭК! За ЖЭК ответите! Сколько можно без горячей воды!

Из подъезда высунулась бабушка с кошельком. – Молодые люди! Это безобразие! Мой внук теперь боится выходить! Говорит, дом на него сердится! А эти грибы! Я вот собрала немного, они ж съедобные?

Иван Петрович поспешно отступил. – Ни в коем случае, бабуля! Это астральные грибы! От них не только живот заболит, но и аура позеленеет!

– Нужно немедленно изолировать аномалию! – выпалил Денис. – Согласно пункту 5.2.3: «При угрозе распространения несанкционированной флоры – опрыскать раствором “Антифлор-13”».

– Антифлор-13 от астральной флоры только их веселее сделает! – фыркнул Иван Петрович. – У меня есть метод проверенный. – Он достал из своей сумки небольшой флакончик с мутной жидкостью. – Это «Выворотень души». Считай, что шоковая терапия для здания. Нанесешь – оно все лишнее сбросит.

– Но, Иван Петрович! Это же запрещено! – ужаснулся Денис. – У нас нет разрешения от Бюро Астральной Безопасности! Там побочные эффекты…

– Побочные эффекты! – Иван Петрович махнул рукой. – А то, что дом в грибницу превращается, это не побочный эффект? Варя, ты пойдешь со мной на крышу, Денис, ты пока что опрашивай жильцов, вдруг кто-то знает, у кого там пульт затерялся.

Пока Денис, бледный и трясущийся, пытался заполнить бланки «Опроса астрально-пострадавшего населения», Иван Петрович и Варя поднимались на крышу. С каждым этажом дом все сильнее трансформировался. На втором этаже стены стали шершавыми, как кора дерева, на третьем – окна превратились в подобия глубоких, печальных глаз.

На крыше дом №17 предстал во всей красе. Из вентиляционных отверстий торчали огромные, пульсирующие грибные споровики, а сама крыша напоминала гигантскую, покрытую плесенью шляпку.

– Да-а-а, – протянул Иван Петрович, глядя на это безобразие. – Дошло. Эта штука… она не просто ускорила покраску. Она связала дом с коллективным бессознательным жильцов. И теперь он… эмпат.

– Именно, – подтвердила Варя, поглаживая один из споровиков. – И эти грибы – это не просто грибы. Это материализовавшиеся мысли. Чувствую, что кто-то очень хочет уехать в лес, подальше от всех.

– В лес, говоришь? – Иван Петрович достал «Выворотень души». – Ну что ж, устроим им лес. – Он начал брызгать жидкость на крышу, приговаривая нечто похожее на заговор, но больше напоминающее ругательства сантехника на особо упрямую трубу.

Жидкость шипела, испарялась, и дом задрожал. Грибы на крыше начали скукоживаться, цвет фасада хаотично менялся: от ярко-красного до кислотно-желтого, от угольно-черного до радужного.

Внезапно дом выдохнул. И вырос. На глазах у изумленных ЖЭКовцев, он медленно, но верно стал превращаться в нечто совсем невообразимое. Стены стали словно из золотистого песка, окна – узкие щели, а крыша… Крыша поднялась вверх, формируя зубчатые башни и шпили. Дом №17 превратился в замок из песка. Гигантский, великолепный, но… из песка. И по нему начали ползти маленькие крабики. А из окон слышались приглушенные крики: «Песок! Везде песок! Даже в крупах!»

– Отлично! – воскликнул Иван Петрович. – Хоть и замок из песка, но зато никакой заразы. И крабики! Они безобидные. В отличие от говорящих грибов.

– Иван Петрович, – Варя посмотрела на него с укоризной. – Вы просто заменили одну проблему на другую. Теперь дом – это мечта ребенка, но кошмар для уборщицы. И он еще не стабилен. У кого-то, видимо, просто фантазия разыгралась.

Спустя полчаса, когда Денис, почти рыдая, записывал жалобы на «песок в чайнике» и «песчаные дюны в гостиной», а Иван Петрович пытался поймать сбежавшего краба, Варя подошла к дому и снова приложила ладонь к стене.

– Я поняла, – сказала она. – Заклинание «Астральная флора» не просто усилило настроение, оно его исполнило. Грибы – это чей-то страх. Песочный замок – чья-то тайная мечта о тропическом отпуске. И сейчас, судя по всему, тут кто-то смотрит боевик, потому что одна из башен начала стрелять лазерами.

Действительно, из самой высокой башни выстрелил тонкий лазерный луч, который едва не попал в пролетающую мимо астральную чайку.

– Лазеры?! – взвизгнул Денис. – Это же по 6.1.4 «Правил использования бытовой магии» запрещено! Я обязан вызвать Комитет по Астральному Надзору!

– Слушать меня, салабоны! – Иван Петрович хлопнул себя по колену. – Мы не можем просто так его отменить! Это же не заглушка на унитазе! Дом теперь как живой. Значит, с ним надо… договориться. Или хотя бы дать ему правильный посыл.

– Правильный посыл? – переспросил Денис. – Вы предлагаете… коллективную медитацию?

– Почти! – Иван Петрович расцвел. – Варя, ты же у нас парапсихолог-сантехник. Можешь как-то это… настроение направить? Чтобы дом стал… нормальным?

Варя задумалась. – Чтобы дом стал нормальным, нужно, чтобы все жильцы захотели одного и того же. Чего-то простого, мирного… И позитивного.

– Решение найдено! – Иван Петрович хлопнул в ладоши. – Вечером устроим коллективный просмотр чего-нибудь умиротворяющего. «Прогулки по лесу» или «Как растут кристаллы». И пусть все жильцы смотрят! А Варя будет их ауру… корректировать.

План был настолько абсурден, что мог сработать. Вечером того же дня, после долгих уговоров и обещаний снижения квартплаты (а также угроз вызвать Астральную полицию), жильцы дома №17 собрались во дворе. ЖЭК привез огромный проектор, на котором Варя транслировала видеозапись спокойного морского прибоя.

Варя встала в центр двора, закрыла глаза и начала глубоко дышать. Ее руки светились слабым голубоватым светом, и она медленно двигала ими, словно дирижируя невидимым оркестром. Жильцы, поначалу скептически настроенные, под воздействием ее спокойствия и монотонного шума прибоя начали расслабляться. Кто-то тихонько посапывал, кто-то мечтал о море.

Дом №17, который к этому моменту успел превратиться в огромную раковину моллюска с окнами-жемчужинами, начал меняться. Песок осыпался, раковина медленно сжималась, шпили и башни исчезали. Цвета плавно перетекали из пастельных в более глубокие, насыщенные.

Наконец, когда видео подошло к концу, дом замер. Он стоял теперь, как ни в чем не бывало, обыкновенным панельным зданием. Но не совсем. Его цвет был не просто серым, а глубоким, умиротворяющим аквамариновым, с легким перламутровым отливом. И самое главное – он больше не трансформировался. Только иногда, когда кто-то из жильцов был особенно счастлив или, наоборот, очень печален, по его стенам пробегала легкая волна цвета, словно невидимая рябь.

– Удалось! – прошептал Денис, вытирая пот со лба. – Почти по инструкции!

Иван Петрович довольно крякнул. – Главное – результат. Завтра же напишу акт о «стабилизации астрально-эмоционального поля здания». И запрос в Управление – пусть проверят, какого лешего они нам прислали это заклинание.

На следующее утро в ЖЭК №37 было относительно тихо. Денис дописывал отчет, сверяясь с формулировками из «Кодекса Бытовой Магической Безопасности». Варя что-то паяла, бормоча про себя про энергетические узлы и астральные перегрузки. Иван Петрович уже пил свою мандрагоровую заварку.

– Ну что ж, – сказал он, глядя на перламутровый дом за окном. – Хоть и чудит иногда, но жить можно. Зато теперь дом №17 – самый спокойный во всем Заволгограде. Ни одного полтергейста, ни одного астрального засора. Видимо, все элементали чувствуют это умиротворение и обходят стороной.

В этот момент зазвонил телефон. Денис поднял трубку, его лицо тут же вытянулось.

– Да, слушаю… Что? Домовой ворует носки? И перекладывает ключи?…

А… нет, это стандартная процедура, бабушка… Нет, мы не вызовем «Отдел Борьбы с Призрачной Мебелью» из-за одной тумбочки…Он повесил трубку, тяжело вздохнув. – Ну вот. Обыденность.

Иван Петрович усмехнулся. – Обыденность, Дениска, это и есть наша с тобой работа. Главное, чтобы домовой не додумался украсть какую-нибудь часть дома. А то у нас тут уже был случай с самоходной ванной.

Варя подняла голову от паяльника. – Кстати, Иван Петрович, а что там с той ванной? Так и не нашли?Иван Петрович загадочно улыбнулся и отпил чай.– Не твое дело, Варя. Не твое дело… Иногда, чтобы магию починить, надо просто уметь закрыть кое на что глаза. Или дать ей новую задачу.

За окном дома №17 перламутровый цвет слегка поменял оттенок, став чуть более розовым. Наверное, кто-то внутри проснулся в хорошем настроении и с мыслью о весне. В ЖЭК №37 знали: завтра будет новый день и новые астральные приключения, требующие и старой смекалки, и свежих инструкций, и непревзойденного мастерства починки всего, что только может сломаться в мире, где магия – это просто очередная коммунальная услуга.