В городе Заволгограде, что на юго-западном астральном округе, рассветы всегда пахли по-особенному: смесью выхлопных газов, утреннего кофе и еле уловимого привкуса несанкционированной трансгрессии из соседнего измерения. Именно в такую атмосферу погружались сотрудники ЖЭК № 37 микрорайона "Солнечный" каждое утро, переступая порог своего "штаба".

Иван Петрович, человек монументальный, с руками, привыкшими крутить не только гайки, но и пространственно-временные вихри, отхлебнул из алюминиевой кружки обжигающий чай. Рядом с ним заваленный пыльными фолиантами "Наставления по устранению астральных засоров. Редакция 1990 года" и "Справочник бытовых демонов (и их классификация по гастрономическим предпочтениям)", сидел Денис.– Ну что, Денис, – прогудел Иван Петрович, протирая ладонью грязный экран старого монитора, где мигала красная точка на карте микрорайона. – Поступила жалоба. От жильца Афанасия Сидорова, дом 17, квартира 42. "Несанкционированное использование стиральной машины в качестве портала. Вещи пропадают, вместо появляется них – всякая дрянь".

Денис нервно поправил очки. – Так, Иван Петрович, это подпадает под статью 3.1.2 "Правил эксплуатации бытовых магических приборов", пункт "Вторжение иномирных объектов через несертифицированные портальные врата". Афанасий Сидоров обязан был получить разрешение на межпространственную активность и пройти курс инструктажа по безопасному открытию порталов.

Иван Петрович лишь фыркнул. – Да он небось и унитаз по инструкции не спускает, Денис. Пошли, посмотрим на эту "дрянь". От нашей "дряни" из Лимба порой неделю не проветришь, а тут – из стиралки, это что-то новенькое.

Квартира Афанасия Сидорова представляла собой зрелище, способное вызвать нервный тик у любого инспектора магического благоустройства. В прихожей, среди разбросанных ботинок, лежали два, бесспорно, гоблинских носка – темно-зеленых, шерстяных, с тремя пальцами каждый. Один из них, судя по запаху, был использован по назначению.

– Видите? – всхлипнул Сидоров, щуплый мужчина лет пятидесяти, с облысевшей головой и выражением вселенской скорби. – Это вместо моих любимых носков с пингвинами! А на кухне...

На кухне Дениса едва не стошнило. На столе, где обычно стоял чайник, теперь лежало нечто, напоминающее окаменевший кусок сажи, из которого торчали изогнутые рожки и поблескивал единственный глаз.

– Артефакт из Затерянного города! – воскликнул Денис, доставая из сумки портативный астральный сканер. – Статья 5.4.1, "Запрет на перемещение неопознанных артефактов без предварительной деактивации и карантина"!

Иван Петрович брезгливо пнул "артефакт" ногой. – А это, Денис, просто кусок заплесневелого мухомора с глазами. Бывало, у нас в подвалах и не такое заводилось. Заводилось, потом выводилось. А вот носки – это уже серьёзно. Пропажа личных вещей – это нарушение бытового пространства.

Они прошли в ванную комнату. Старая, пожелтевшая стиральная машина "Вятка-Автомат", казалось, пульсировала тихим, еле слышным гулом. Рядом с ней стояло ведро, полное чего-то слизистого и неприятно пахнущего.

– А это, – прошептал Сидоров, указывая дрожащим пальцем на ведро, – вместо чистого белья. И еще… – Он поперхнулся. – Вчера вместо моей простыни вывалился… хвост. Чешуйчатый. Похож на русалочий. Сантиметров семьдесят. Я его в унитаз смыть пытался, так он обратно вылез и воду в бачок набрал! Теперь унитаз сам по себе воду набирает и иногда булькает так, будто русалка там арию поёт!

Денис побледнел. – Хвост… русалочий… Иван Петрович, это же аварийный случай! Статья 7.2.3, "Несанкционированное проникновение представителей водной фауны через канализационные системы"! Мы обязаны вызвать инспекцию по депортации водных форм жизни! И зафиксировать факт несанкционированного наполнения бачка.

Иван Петрович задумчиво почесал затылок. – Депортация… Это недели две проволочек, Денис. Мы сейчас займемся источником проблемы.

Он обошел стиральную машину, прислушиваясь к её странному гулу. – Так, Афанасий, когда и где вы её купили?– С рук, Иван Петрович! У одной бабки с Сенной площади! Она говорила, "машина-зверь, сама стирает, сама сушит, сама, если надо, и в другой мир перенесет". Я думал, шутит! – Сидоров закрыл лицо руками.

Иван Петрович наклонился и принюхался к барабану. – Так, запах… озона с примесью серы и какого-то застарелого болота. Классика. Астральный портал на минималках.

– Но как? – Денис был в смятении. – Для порталов нужен фокусирующий кристалл, генератор межпространственных колебаний, минимум руна-замок! А это просто "Вятка-Автомат"!

– А вот это, Денис, и есть наша бюрократия, – Иван Петрович тяжело вздохнул. – Думаешь, все эти кристаллики и руночки просто так выдумывают? Их выдумывают, чтобы потом продавать и налоги брать. А магия, она знаете ли, не по инструкциям работает. Иногда она просто есть. Вот как эта "Вятка". Видимо, какая-то бабка её на болоте магическом зарядила, или под ней пролегал древний леймагический поток. Или просто брак заводской, который по счастливой случайности открыл лазейку.

Иван Петрович достал из своего инструментального ящика массивный разводной ключ, который выглядел так, будто им можно было и межгалактические корабли ремонтировать.

– Что вы собираетесь делать, Иван Петрович?! – ужаснулся Денис. – Вы не можете просто так… ударить по порталу! Это вызовет нестабильность! Согласно "Правилам по устранению локальных аномалий", пункт 4.7. "Механическое воздействие на активный портал строго запрещено без предварительного расчёта резонансных частот!"

– Резонансные частоты, говоришь... – Иван Петрович повернулся к нему, – а когда тебе по башке стучат, ты тоже думаешь: "Ой, а это моя резонансная частота?" Тут у нас что? У нас тут Сидоров без носков и с русалочьим хвостом в бачке. Значит, надо действовать.

Он прицелился и с глухим стуком ударил ключом по боковой стенке стиральной машины. Гудение усилилось. Из барабана выскочил небольшой, похожий на слизняка, но с восемью крошечными лапками и одним глазом, существо. Оно пискнуло и попыталось спрятаться под ванной.

– Слизень-путешественник! – воскликнул Денис. – Статья 6.1.1, "Незаконное проникновение межпространственной фауны. Класс: Вредители низшего астрала." Они поедают… они поедают синтетические ткани! И оставляют за собой липкий след!

– Вот тебе и всякая дрянь, – кивнул Иван Петрович. – Так, Афанасий, у вас соль крупная есть? И уксус?– Зачем? – испуганно спросил Сидоров.– Чтобы от вредителей избавиться! Слизень-путешественник, он, конечно, не демон, но гадит знатно. А соль с уксусом – это народное средство, которое еще моя бабка применяла против домовых-паразитов.

Пока Сидоров бегал за солью и уксусом, Иван Петрович еще раз ударил ключом по стиральной машине, на этот раз по нижней части. Гудение стало прерывистым. Из барабана выкатилась целая горсть разноцветных, блестящих камешков.

– Самоцветы из Царства Гномов! – Денис опустился на колени. – Иван Петрович, вы понимаете, что это незаконная добыча и контрабанда! На каждый камень должен быть сертификат происхождения и уплачена пошлина!

– Да я тебе так пошлину уплачу, Денис, – проворчал Иван Петрович, отмахиваясь. – Главное – чтобы портал не рванул.

Сидоров вернулся с солью и уксусом. Иван Петрович взял пригоршню соли, открыл дверцу барабана и щедро насыпал её внутрь, затем плеснул уксусом. Запах стал невыносимым. Стиральная машина зашипела, забурлила, из неё повалил зеленоватый дым. Гудение стихло. Совсем.

– Что вы наделали?! – Денис зажал нос. – Это же химическая реакция! Вы заблокировали пространственно-временной континуум едкими парами! Согласно "Методическому пособию по работе с локальными трансгрессиями", пункт 8.3, "Использование кислотных и щелочных реагентов недопустимо ввиду риска аннигиляции локального пространства!"

– Аннигиляция, Денис, это когда тебя в туалет прижало, а сбегать некуда, – Иван Петрович вытер пот со лба. – А это, брат мой, просто профилактика. Соль – она астральную грязь оттягивает, а уксус – он всякую нечисть депортирует. Проверено годами.

Из стиральной машины донесся странный звук, похожий на чихание. Затем раздался хлюпающий хлопок. И прямо из барабана, выплеснув остатки воды, выскочил… чистый носок с пингвинами. За ним – другой. Затем рубашка, майка. Все вещи Сидорова, правда, влажные и слегка пахнущие уксусом.

– Моё! – Сидоров бросился к машине, вытаскивая свои вещи. – Они вернулись!

Иван Петрович кивнул. – Видишь, Денис? Нет ничего лучше проверенного народного метода. И по инструкции, между прочим, такого пункта нет. А почему нет? Потому что пока они там инструкции пишут, мы тут работаем.

Стиральная машина издала последний, прощальный бульк и затихла окончательно. Портал закрылся.

– Теперь, – сказал Иван Петрович, вынимая из кармана бланк, – надо оформить акт. Денис, записывай. "Факт несанкционированной межпространственной трансгрессии (класс IV, бытовой) устранен. Методы: механическое воздействие (1 ед. разводной ключ, тяж.), химическая деактивация (100 гр. соли, 50 мл. уксуса). Последствия: восстановление материального баланса, депортация низших астральных вредителей (слизень-путешественник, 1 ед.), нейтрализация водных сущностей (русалочий хвост, 1 ед.). Примечание: отмечен приятный уксусный аромат белья".

Денис покорно записывал, хотя внутри у него всё бунтовало. – А что насчет артефакта и гоблинских носков?

Иван Петрович махнул рукой. – Артефакт – на склад невостребованных магических предметов, там его Департамент Аномальных Явлений через пару лет разберет, если не забудет. А носки… – Он поднял один гоблинский носок на вытянутой руке. – Носки… С этим сложнее. Афанасий, носки будут внесены в протокол как "неустановленные артефакты тканевого происхождения, оставшиеся после инцидента". Вы их можете оставить себе, или мы их утилизируем по пункту 9.3.1 "Утилизация иномирного мусора".

Сидоров сглотнул. – Я… я, наверное, оставлю. На всякий случай. Вдруг опять носки с пингвинами пропадут, а эти хоть греть будут… И унитаз перестал арии петь! Просто булькает, как обычно.

Обратно в ЖЭК № 37 они шли молча. Денис переваривал произошедшее. Это был полный разрыв шаблона. Ничего из того, что они сделали, не было в инструкциях.

– Иван Петрович, – начал он робко, – а если бы это был не просто портал, а, например, прорыв из Лимба? Вы бы тоже с солью и ключом?

Иван Петрович усмехнулся. – Из Лимба, Денис, это другое дело. Там нужна хорошая бригада по астральным засорам и минимум три центнера портландцемента. И молитва. Главное, чтобы цемент был непросроченный. А то один раз мы так закупорили прорыв из Измерения Хаоса, а потом оказалось, что цемент просроченный, и у нас по подвалу недели две бегали крысы с крыльями. Потом пришлось дезинсекцию от бытовых демонов вызывать, а они такие счета выставляют…

Денис кивнул. Он, кажется, начинал понимать. Магия в Заволгограде была не волшебством, а скорее стихийным бедствием, требующим рутинного, зачастую абсурдного, но необходимого вмешательства. И инструкции, как и жизнь, отставали от её проявлений лет на сто.

Когда они вошли в здание ЖЭКа, на столе у диспетчера уже лежала новая заявка. "Жалоба от жильца К. – на кухне постоянно материализуются живые грибы. Подозреваю – несанкционированное использование микроволновки как портала в Мицелиальное Царство. Прошу выслать инспектора по депортации разумных грибов. И почините, пожалуйста, отопление, а то полтергейст от холода совсем уже обнаглел".

Иван Петрович прочитал заявку и тяжко вздохнул. – Ну что, Денис, пошли? Микроволновка – это серьезно. Там по инструкции надо сначала заземление проверить… А грибы, если разумные, они упираются. Так что возьми-ка сразу нашу большую лопату. И зонт, на всякий случай.

Денис покорно потянулся за лопатой, уже предвкушая новый абсурдный день на службе магического благоустройства. И почему-то ему казалось, что его носки с пингвинами теперь будут всегда стираться только вручную. На всякий случай.