Новости о том, что на пороге её заведения появился Якорь обрадовали Маргариту. Но потом оказалось, дуболом на входе что-то не так расслышал и передал искажённую информацию. Это не Якорь пожаловал, а какой-то посторонний тип.

Рассматривая незнакомца на экране, владелица клуба не могла избавиться от смутного ощущения, что где-то уже видела это лицо. Весьма приятное и мужественное, но почему-то навевающее дрянные ассоциации.

Момент осознания молнией грянул в голове, вызывая неприятную резь в затылке. Марго вспомнила, где видела этого человека! Это Пётр Бугров! Цель, о которой должен был позаботиться Якорь… Но какого чёрта он заявился сюда? Как вообще нашёл её клуб?

Ответы на эти вопросы можно было получить только от визитёра. Поэтому женщина приказала своим мальчикам менять маршрут и вести его в пустующий vip-лаундж. А сама, переключившись на нужную камеру, стала наблюдать.

Бугрова завели в помещение и предложили располагаться. Тот безропотно уселся и не шевелился до тех пор, покуда не появился Герман — заместитель Маргариты. Да вот только нежданный гость наотрез отказался с ним вообще разговаривать.

— Гадюку позови, — глухо буркнул он.

Заслышав из уст этого типа глупую кличку, Марго скрипнула зубами. Как же она ненавидела своё прозвище и тех, кто смел его произносить.

— Для начала нам нужно кое-что обсудить с вами, — степенно заговорил помощник. — Представьтесь, назовите цель визита, тему, которую собираетесь затронуть. Я всё передам Маргарите Сагрисовне и после этого…

Бугров, подчёркнуто игнорируя собеседника, достал из кармана дешёвенький телефон, установил на нём таймер, отсчитывающий пять минут, и выложил его перед собой экраном вверх.

— Что вы делаете? — озадачился заместитель Марго.

— Засекаю время, — лаконично отозвался Бугров.

— И для чего?

— Если через пять минут я не увижу Гадюку, то встану и уйду.

Помощник от такой наглости онемел. Ему понадобилось около двадцати секунд, чтобы обрести дар речи.

— А ты думаешь, что тебя отсюда выпустят? — сбросил с себя маску учтивости заместитель.

— Попробуй меня остановить, — нагло ухмыльнулся Бугров.

— Я тебя услышал…

Помощник владелицы клуба вышел из лаунджа и поставил сразу четверых охранников стеречь вход. Сам он почти бегом устремился к лестнице, пулей взлетел на второй этаж и вскоре оказался на пороге кабинета начальницы.

— Маргарита Сагрисовна, там этот…

— Я знаю, Герман, по камерам следила, — оборвала она его.

— И что с ним делать? В расход сразу?

— Сдурел⁈ А если его с прослушкой сюда отправили⁈ — повысила голос хозяйка заведения.

— Тогда сначала досмотреть? — предложил заместитель.

Женщина задумалась. Вся ситуация с этим Бугровым её настораживала. Она не понимала, что происходит, а это всегда было поводом держать ухо востро. Может, это и правда чья-то разыгранная подстава?

— Выверни ему карманы, Герман. Сними всё, что он на себя нацепил, даже если придётся в задницу по локоть залезть, — вынесла вердикт Марго. — Потом приведи сюда, но позаботься о безопасности. Мне неприятные сюрпризы не нужны.

— Понял, сделаем, — серьёзно кивнул заместитель и умчался обратно.

Следующие полчаса визитёра досматривали самым тщательнейшим образом. Мальчики Германа даже стельки вынули у него из ботинок, чтобы убедиться, что он там ничего не спрятал. И к всеобщему удивлению Бугров оказался совершенно чист. Ни оружия, ни записывающих устройств, ни gps-маячков. Ни-че-го.

Теперь Марго ещё сильнее запуталась. В своей непростой профессии она давно уже привыкла сторониться всего странного. Это очень облегчало жизнь и избавляло от множества проблем. Однако отпустить этого человека казалось огромной ошибкой. Один уже факт его появления здесь был не просто тревожным звоночком, а оглушительным набатом.

В конечном итоге, недолго поколебавшись, Маргарита приказала сопроводить залётного гостя к ней в кабинет. А чтоб у того не возникло желания глупить, нагнала сюда сразу пятнадцать молодчиков Германа. Если этот Бугров хотя бы пальцем подозрительно шевельнёт, его тут же втопчут в пол.

Владелица клуба выпрямилась и рефлекторно поправила причёску. Но не потому, что она собиралась производить впечатление на визитёра. Просто эти действия уже были доведены до автоматизма. Марго привыкла встречать посетителей в образе полноправной хозяйки. Но когда двери распахнулись и в проёме возникла фигура Бугрова, женщина вдруг почувствовала себя абсолютно беззащитной.

На первый взгляд, ничего особо примечательного в этом человеке не было. Слегка помятое лицо, поросшее жёсткой щетиной. Тёмные круги под глазами, оставленные многодневным недосыпом. Нарочитая небрежность в одежде. Существовала немалая вероятность, что такому субъекту фейс-контроль вообще не позволил бы войти в «ICE».

Но всё же в Бугрове присутствовало что-то чуждое… Нечто неопознанное. Пугающее. Его глаза принадлежали зверю, который привык к запаху крови. В них не горело ненависти или злобы. Это, как раз-таки, Маргариту не сильно бы изумило. Ведь она по роду деятельности с каким только отребьем не контактировала. Среди них попадалась и убийцы, и садисты, и психопаты. Иногда даже всё это сочеталось в одной личности разом.

Но Бугров не походил ни на кого. Взор мужчины был преисполнен решимости и ледяной уверенности. Будто бы он знал ответы на любые вопросы, и от остальных присутствующих в кабинете уже ничего не зависело.

Ох, до чего же контрастировал внешний вид этого человека с его биографией! Вживую он меньше всего походил на какого-то офисного клерка. И даже мальчики Германа это чувствовали. Вон как настороженно держатся.

Бугров, игнорируя всё вокруг себя, смело пересёк кабинет Марго и застыл напротив её стола. Женщина едва не дёрнулась, но всё же заставила себя сидеть неподвижно, сохраняя по-королевски прямую осанку. Она ждала, что визитёр сейчас заговорит, но он продолжал хранить молчание, пристально смотря на владелицу клуба.

— Кажется, мы незнакомы? Не желаете представиться? — произнесла Маргарита, когда пауза слишком уж затянулась.

— Ты прекрасно знаешь, кто я такой, Гадюка, — процедил Бугров, сверля собеседницу взглядом.

Тут хозяйке заведения стало совсем уж неуютно и боязно. Она вскочила с кресла и выкрикнула:

— Герман!

Тот всё понял без лишних слов. По его команде сразу пятеро плечистых парней кинулись к визитёру и без каких-либо трудностей заломили ему руки за спину.

Бугров не сопротивлялся. Он позволил себя скрутить и распластать прямо на столе Марго, но даже в таком положении его взгляд не изменился. Мужчина неотрывно продолжал смотреть на женщину, будто какой-то поехавший псих…

— Уберите его подальше от меня, — распорядилась владелица клуба, с некоторой опаской возвращаясь на своё место.

Охрана, не сдерживая рвения, оттащила Бугрова назад. Обращались с ним показательно грубо и беспардонно. Ему так сильно выворачивали руки, что начинало казаться, будто у визитёра суставы уже должны выскочить из своих мест. Но он даже не пискнул, а всё так же неотрывно пялился на Марго…

— Вот теперь я тебя слушаю, — проговорила хозяйка заведения, возвращая своё самообладание.

— Мне нужно имя заказчика, который заплатил за мою смерть, — на голубом глазу выпалил Бугров.

Признаться, Маргарита от такого опешила и не смогла сдержать нервного смешка.

— Герман, он что, совсем идиот? — обратилась она к своему помощнику, но тот только пожал плечами.

Женщина задумалась над причинами такого поведения. Неужели она что-то упустила из виду? Может, снаружи целая бригада полицейских штурмовиков ждёт сигнала? Нет, исключено. Её бы точно предупредили о столь крупной операции. Но отчего тогда визитёр так спокоен? Почему без малейших сомнений бросается такими словами, за которые его гарантировано прикопают?

— Не ломай комедию. Я знаю, что Якорь получил заказ именно у тебя, — бесстрашно заявил Бугров. — Мне не интересна ни ты, ни твой неоновый гадюшник. Назови, кто меня хотел устранить, и я уйду.

— Герман, организуй этому хамоватому наглецу передоз и выбрось где-нибудь на обочине трассы со спущенными штанами, — прошипела сквозь зубы Маргарита, невольно демонстрируя, за что удостоилась своего прозвища.

Заместитель невозмутимо кивнул. Для него такие поручения явно не были в новинку.

— Гадюка, это твой последний шанс решить дело бескровно, — пророкотал Бугров, когда его потащили к выходу.

Женщина не отреагировала. Она сделала вид, будто целиком поглощена изучением графиков на мониторе. Хотя, признаться, у неё перед глазами всё плыло от нахлынувшего невесть откуда волнения.

— Шагай давай, сучара! — рявкнул Герман и врезал визитёру кулаком в живот.

— Так, ну-ка без увечий! Чтоб ни у кого потом лишних вопросов не возникало! — вклинилась Марго.

— Да-да, извините, Маргарита Сагрисовна, больше не…

Владелица клуба не успела осознать, что произошло. По воздуху вдруг пронеслась незримая волна, поднимая пыль и снося мелкие предметы. Она заставила женщину непроизвольно зажмуриться. Затем что-то омерзительно хрустнуло и влажно чавкнуло. А после воцарилась тишина…

Ощущая, как по спине побежала струйка ледяного пота, Марго медленно распахнула веки и от увиденной картины в ужасе зажала рот ладонью. Но не для того, чтобы не закричать. Скорее, она пыталась удержать комок тошноты, подкативший к горлу.

Герман и его мальчики… исчезли. Вместо них на полу валялись груды парного месива, в которых невозможно было узнать людей. Это больше походило на отходы со скотобойни. Кровь пузырилась и пенилась на полу, капала с потолка, стекала по стенам. А посреди этого жестокого безумия стоял Бугров…

Владелица клуба резко набрала в грудь воздуха, чтобы завизжать, но какая-то неведомая сила вдруг сжала ей горло. Маргарита захрипела, судорожно ощупывая шею, но давление не ослабевало.

— Я ведь предупреждал, Гадюка… почему нельзя было сразу ко мне прислушаться? — с какой-то отстранённой печалью изрёк Бугров.

— Я… я… ах-хр-р… — неразборчиво просипела женщина.

— Кто заказчик, Гадюка? — напомнил о своём вопросе мужчина.

Невидимая хватка ослабла, но ровно настолько, чтоб можно было что-то коротко сказать. Но Марго не воспользовалась этим шансом. Её ослепила и парализовала тьма, клубящаяся во взоре Бугрова. Он преобразился до неузнаваемости, хотя внешне остался тем же. Что-то изменилось внутри него. Нечто такое, что невозможно уловить глазами, но что чувствуешь каждым нервным окончанием.

Каждое его движение порождало дрожь. Каждое слово терзало слух. А взгляд… он пронзал насквозь, заставляя душу трусливо съёживаться в несбыточной надежде, что это её не заметит.

Выждав несколько секунд и осознав, что Маргарита ничего не собирается говорить, мужчина протяжно вздохнул. В тот же миг что-то схватило владелицу клуба за руки и вздёрнуло вверх. Та же чудовищная сила запечатала рот и опутала ноги.

Хозяйка заведения повисла в воздухе, не имея возможности пошевелить и пальцем. А потом давление стало нарастать…

С оглушительным хрустом сразу все конечности женщины провернулись в суставах. Она попыталась закричать от дикой боли, но могла только утробно мычать и смотреть на ту жуть, которая происходила с её телом.

Руки и ноги крутились, кожа собиралась в уродливые складки, как половая тряпка, а сухожилия трещали, наматываясь вокруг костей. Затем с отвратительными хлопками начали рваться связки. Ничем более не удерживаемые мышцы сбивались неопрятными комками, а кровь напитывала развороченную плоть, заставляя её набухать и тяжелеть.

В этих мучениях растворился весь мир. Марго забыла кто она и где находится. Кажется, женщина несколько раз теряла сознание, но эти обмороки были слишком поверхностными, чтобы подарить блаженное забытьё. А потом из клубов серого тумана прозвучал его голос…

— Я жду имя заказчика.

Хозяйка ночного заведения ощутила, что призрачная хватка, стиснувшая челюсть, ослабла. На свой страх и риск, Маргарита с усилием распахнула покрасневшие от лопнувших капилляров глаза и увидела перед собой Бугрова… Чудовище, что творило с ней всё это.

— Я… не знаю… — всхлипнула владелица клуба и безудержно зарыдала.

— Это не тот ответ, который мне нужен, — безразлично констатировал монстр.

И вновь Марго почувствовала, как что-то незримое зажимает ей рот. Это означало, что боль вернётся…

Ужас, восставший от ожидания пытки, придал женщине сил. Она задёргалась и замычала, умоляя, чтобы Бугров её понял.

— Хочешь что-то сказать, Гадюка? — сухо осведомился мучитель.

— Что… про… исхо… дит? — кое-как прохрипела Маргарита, роняя на белоснежную жилетку слёзы и кровавую слюну.

— Не отвлекайся. Тебя сейчас должно заботить совершенно иное. Кто заказчик? — жёстко вернул разговор в нужное ему русло Бугров.

— Поче… му? Как ты… де… лаешь… это… кто… ты… — бормотала хозяйка клуба, натужно дыша.

На сей раз монстр не стал даже размениваться на слова. Неумолимая сила вновь принялась терзать плоть женщины, причиняя немыслимые мучения. Боль была настолько невообразима, что мозг не выдерживал её напора и начинал сбоить.

Грань между реальностью и бредом истончилась. Маргарите чудилось, что она видит жуткое шестирогое создание с тремя глазами. Оно с нескрываемым удовольствием наблюдало за чужой агонией, скаля усеянную сотнями острейших зубов пасть. Если это была улыбка, то самая мерзкая и пугающая, которую только можно вообразить…

Следующая пауза наступила внезапно. Марго с трудом продрала глаза и тихонько заскулила. Ей было страшно смотреть на то, во что превратилось её тело. Но по ощущениям в нём не осталось ничего цельного. Оно отзывалось сплошной болью, как мешок, набитый острейшими осколками…

— Мне нужно имя, Гадюка. Без него я не уйду, — прозвучало над самым ухом.

— Не зна… ю, кляну-у-усь! — сипло завыла женщина. — Я работаю… без… имён…

— Откуда у меня предчувствие, что ты мне брешешь? — с наигранной задумчивостью промолвил Бугров.

— Нет-нет-нет-нет… это правда… Фото! Я могу пока… зать фотографию!

— Уже интересней. Где она?

— Стеллаж в уг… лу… нижняя полка… там лежат две… папки… — прерывисто всхлипывала Марго, цепляясь за ускользающее сознание.

Послышались шаги, которые вскоре перешли во влажное хлюпанье. Кажется, Бугров прошёл прямо по кровавой каше, оставшейся от её людей.

— Картотека членских взносов? — недоверчиво уточнил мужчина.

— Не могу же я… ах-кха-кха… написать, что это реестр по мокрухе и… уф… обороту наркоты?

— Аргумент принимается, продолжай, — хмыкнул визитёр.

— Там всё разло… ох… разложено по датам. Вместо имён — номера клубных карт. О… ни… боже, я отключаюсь… они ничего не значат, просто для… для вида. Суть заказа зашифрована в на… наимене… наименова… нии услуг…

— «Закрытие абонемента» означает убийство? — неожиданно метко предположил Бугров.

— Да…

— Посмотри сюда, Гадюка. Этот человек заплатил за мою смерть?

Марго, борясь с подступающим беспамятством, продрала слипающиеся глаза. Сквозь мутную поволоку, она разглядела фотографию мужчины, тайком сделанную в этом самом кабинете.

— Это… он… — сглотнула тягучую слюну хозяйка заведения. — Но я… я не знаю имени… ничего… даже машины…

— Не переживай, остальное мне и так известно.

— Ты… оставишь меня… в жи… вых? — без особой надежды спросила Маргарита и сама удивилась, как же ей плевать.

Если честно, владелица клуба уже и не чаяла увидеть следующий рассвет. Она просто мечтала, чтобы боль утихла. И если смерть принесёт избавление, то пускай. Однако когда потусторонняя сила бережно опустила её изломанное тело в кресло, женщина расплакалась от облегчения.

Жить… она будет жить!

Чудовище, которое сотворило с Марго эти ужасы, молча ушло, прихватив с собой папку с компроматом. Оно ничего не сказало на прощание и даже не обернулось. Бугров покинул кабинет с такой будничной невозмутимостью, словно просто заглянул забрать почту, а не превратил в бурый фарш полтора десятка человек…

Дверь щёлкнула распрямившейся пружиной замка и в кабинете повисла тишина, прерываемая лишь надсадным хриплым дыханием хозяйки ночного заведения. Она пробовала пошевелиться, да только безуспешно. Пыталась вдохнуть поглубже, чтобы кликнуть на помощь, однако истерзанное тело мгновенно отреагировало вспышкой боли.

Тут вдруг Маргарите почудилось, будто нечто невесомое касается её лица. Она, испугавшись, что это вновь та неведомая сила, которой повелевал Бугров, резко распахнула глаза. Но нет, повезло. Это всего лишь откуда-то сыпалась пыль…

Всё ещё цепляясь за крохи здравого смысла, женщина заставляла свой разум работать, чтобы не утонуть в мутном болоте горячечных видений. Однако всё равно никак не удавалось понять — чудится ли ей трещина, змеящаяся по потолку, или нет?

Ответа Марго не узнала, потому что её сердце остановилось буквально за минуту до того, как многотонная громада потолочного свода обрушилась вниз и укутала всё вокруг бетонным саваном.