От вскрика Катерины насторожился второй продавец, а может, это был хозяин лавки. Уж больно он важно задирал голову и быстро распоряжался.

Но сейчас, когда он увидел меня в таком состоянии, свисток, который он держал в руке, сам собой подскочил к губам.

— Стоп! — громко и чётко произнёс я.

Не хватало еще добавить: «это не то, что вы подумали», но я сдержался.

Шагнув из примерочной, я и сам остановился. Не хотел, чтобы решили будто от меня исходит угроза.

Катерина застыла, раскрыв рот, но перестав кричать. Второй тоже замер, не пытался поднять тревогу.

Я быстро выдохнул.

— Дуэль. Всего лишь дуэль на кулаках.

Говорил я наугад, но если в этом мире были высокородные, то были и дуэли.

Они могли быть в серой зоне или вовсе запрещены, но одним этим признанием, я не только объяснял почему выгляжу, как недавно избитый и вдруг оживший труп, но и негласно попадал в ряды тех, кто в дуэлях участвовал. А это, как минимум, два типа людей, которые находились на пересечении двух кругов диаграмм: из высшего сословия и задиры, не пугающиеся боли.

Так что куда ни глянь, меня лучше выслушать.

— Молодой человек, — начал хозяин магазина, я всё же решил называть его про себя «хозяином магазина», а не просто «каким-то мужиком». — Вы в курсе, что я обязан сдать вас властям?

Я состроил скорбное лицо, пожал плечами и кивнул.

— Но, па!

Пока слушал хозяина, я совсем упустил из виду Катерину, а она… она сейчас смотрела на меня так, что пожелай я, она бы для мне… за ужином в ресторан сгоняла.

Но мне нужно было лишь заполучить одежду, рассчитаться и свалить уже из центра города к себе на окраину, где все было привычно.

Препирались дочь с отцом весьма долго. Я не встревал. Просто слушал, чтобы быть в курсе и предотвратить ситуацию, если меня-таки решат сдать. Но ничего такого не случилось. Девушка отбила меня в неравной схватке с родителем, но лишь на том условии, что мы сделаем всё быстро. После чего хозяин лавки снова удалился за штору, хоть я и видел, как он оттуда пристально следит за нами.

Катерина смущенно подошла ко мне и без лишних слов подала сорочку.

Я смог натянуть ее, но рубашка явно была мала.

— Простите, вам не больно?

Нет, больно мне не было. Я сам очень удивился, увидев себя в таком состоянии. Судя по всему, Система подлатала мои травмы на уровне переломов и критических повреждений, но восстановить мягкие ткани и кожный покров отчего-то забыла.

Я совершенно не ощущал дискомфорта. Тело не болело. Так что всё, что было видно — это лишь внешние проявления. Как бы странно это не звучало, но так оно и было.

Помотав головой, я стянул с себя сорочку, снова вызвав приступ смущения у Катерины.

Немного поперебирав то, что девушка приносила мне на примерку, я остановился на серебристого цвета сорочку с вшитым воротником-стоечкой, темно-сером, почти графитового цвета пиджаке, в тон к нему брюках и жилете. Брюки оказались чуть коротковаты — недостаток готовой одежды, но несколько других вариантов вообще не подошли.

Узкий и длинный черный галстук, Катерина повязала мне сама.

От девушки пахло чем-то цветочным и ягодным. Мне почему-то показалось, что это не парфюм, а либо мыло, либо варенье. Не знаю, странные ощущения. А еще пахло сдобой. Будто бы где-то в подсобке пекли булочки. Сильно сомневаюсь, что это так. До сих пор я ни разу не видел здесь простого хлеба. Скорее всего выращивать зерновые и молоть муку попросту было негде.

Но факт остается фактом. Я ощутил запах чего-то милого уютного и домашнего.

Пока Катерина подгоняла на мне одежду. Пока искала и складывал платок, чтобы до половины опустить его в мой нагрудный карман. Пока оглядывала с разных сторон, то и дело продолжая краснеть, я наслаждался этим запахом.

От самой девушки тоже едва заметно пахло… не чем-то конкретным. Просто телесный запах и вот он меня смущал. Точнее, заставлял Глеба где-то внутри меня дергаться. То хотелось выпятить грудь, то подать руку, когда Катерина поднималась с колен, после того, как поправляла гачи брюк, укладывая их без единой складки на темно-коричневые, почти черные ботинки, которые, кстати, тоже подобрала она. Когда я усомнился в сочетание цветов, она сказала, что несмотря на мой костюм позапрошлогодней моды, обувь стоит подобрать по современным тенденциям. Так что я смирился с ее выбором.

После всех этих манипуляций, из зеркала на меня смотрел совершенно другой человек. Одежда до неузнаваемости меня преобразила. Собственно, так и должна действовать хорошая одежда.

Сейчас я выглядел гораздо взрослее и на порядок респектабельнее, чем мог даже надеяться. Правда разводы на щеке от ползания по желобам с угольной пылью, портили все впечатление, но это легко было исправить водой и кусочком мыла.

Меня смущало лишь одно — смогу ли я оплатить стоимость своего нового грардероба? Даже, если денег хватит, готов ли я потратить большую сумму на шмот? К тому же, Борис Валентинович мог оказаться прав насчет угля и шахты. Если я не смогу добыть еще коксующегося угля, то большая часть моего «бизнеса» пойдет к чертям.

Да, по одёжке встречают, и я смогу какое-то время еще эксплуатировать этот наряд, но не рановато ли я его напялил?

Но я понимал, что выбора у меня мало. Я должен был идти в то кафе и узнать то, что мне хочет сказать Борис Валентинович.

Интересно, а знают ли в этом мире о правах потребителя?

Подумав, я посмеялся про себя дикой идее вернуть костюм после встречи. Сомневаюсь, что сервис здесь достиг такого уровня.

— Как вам? — поинтересовалась Катерина.

В ее голосе было столько искренности и переживания, что я тут же закивал и сказал, что очень доволен подбором.

— Сколько всё это будет стоить?

Штора зашевелилась, и за прилавок вышел хозяин магазина. Он быстро осмотрел меня, склонился над листом бумаги, принялся что-то записывать и считать.

Катерина как-то смущенно и быстро глянула в его сторону и, едва шевельнув губами, шепнула мне в самое ухо:

— Торгуйся.

Её дыхание обожгло не хуже праны, циркулирующей в теле. Губы чуть коснулись мочки моего уха, и Катерина снова тихо ойкнула, на этот раз не визгливо, а очень даже искренне.

— Простите, — произнесла она краснея.

Я улыбнулся.

Вот уж не думал, что попаду в такую историю, да еще в магазине. Организм мой бунтовал, требовал продолжительных касаний и горячих шептаний, но я быстро приструнил его серией коротких вдохов и выдохов.

Катерина заметила мои действия и чуть с удивлением взглянула. Черт! Похоже, я приглянулся ей, а мне сейчас было не до того. Но вот если она еще решит, что я стезевик… черт знает, куда это все может свернуть. Так что я придал взгляду холодности, кивнул Катерине в качестве благодарности за совет поторговаться и пошел к прилавку.

Спиной я буквально чувствовал взгляд девушки.

— С вас одиннадцать рублей и пятьдесят копеек.

В целом, я ожидал чего-то подобного.

Уже много раз убеждался, что хороший продавец умеет «заглядывать» покупателю в карман. Не знаю, как это происходит… но хозяин магазина практически точно назвал сумму, которую я имел при себе. Быть может, это тоже навык в Системе? Не знаю.

В любом случае, это было слишком дорого для меня. Но у меня был совет от Катерины, и я решил воспользоваться им по полной.

Я как-то неслабо поднаторел торговался на китайском рынке. Приехав в страну с минимумом денег, мне пришлось задержаться надолго. Через два месяца я прилично научился выбивать приемлемую для меня цену. Как правило, торги заканчивались на суммах в два-три раза ниже начальных. Для себя же я решил, что готов отдать за это шикарное облачение не более пяти рублей.

— Пожалуй, я откажусь, — ответил я. — Ни один гардероб, который ты планируешь надеть всего разок, не стоит даже десяти рублей.

Я постарался выглядеть и разочарованным и одновременно неудовлетворенным всем на свете.

— Да у нас одевались и за в два раза большие суммы! — возмутился хозяин лавки.

— Вполне возможно. Дураки, которым некуда девать деньги, всегда найдутся. Я же, поищу что-то достойное за разумную цену.

Я развернулся и пошел к примерочной. Встретился взглядом с Катериной, и она мне довольно улыбнулась.

— Постойте! — крикнул мне в спину хозяин. — Я сделаю вам скидку!

Обернувшись, я внимательно на него посмотрел.

— Сколько?

— Два рубля! Отдам за девять с половиной! Это очень хорошая цена за такое отличное качество.

— Да, если бы пошив был индивидуальным. Но это ведь готовая одежда, если я не ошибаюсь.

В свое время я усвоил, что ругать за качество то, что собираешься купит глупо. На этом меня несколько раз ловили по-началу. После такого выверта сложно было отказаться от покупки, ведь тогда ты выглядишь глупо. Так что стоило упирать на другое.

— Индивидуальный пошив стоит гораздо больше! — повысил голос хозяин.

— Конечно! На то он и индивидуальный. Я же ищу доступную одежду, но достойного качества. И мне сказали, что здесь такая есть. Пока же я вижу неплохой вариант за баснословные деньги.

— Хорошо. Могу уступить… еще рубль.

— К сожалению, мы с вами говорим о разных вещах. Восемь с половиной, это лучше, чем одиннадцать, но все равно очень дорого. И не говорите мне, что работаете с мизерной наценкой.

— Это уже наглость! — заявил хозяин, пыхтя, как паровоз.

— Нет, это обсуждение условий сделки, — парировал я.

— Значит, вы хотите купить одежду?

— Конечно! Для чего же ещё я к вам зашел? Но не в том случае, если она украшена кристаллами праностока!

— Она не украшена ими! — взревел хозяин.

— Вот именно! — в тон ему прокричал я.

— Но… семь рублей она точно стоит!

По голосу я слышал, что он близок к стоп-цене, но пока это точно была не она.

— Пожалуй, я переоденусь в старое и поищу лавку, где хозяин не такой скупердяй.

— Вот и проваливайте к такому! Счастливого поиска! Но никто вам не предложит такого варианта, который вам идет. Этот костюм сидит на вас, как по вам сшитый. Будто мерки с вас снимали.

Тут он, конечно, перегнул, потому что брюки реально были коротковаты, но я понимал, что он перешел к стратегии нахваливания.

— Кать, глянь только на него. Да за такого все девки замуж захотят выскочить, едва он выйдет от нас.

Катерина густо покраснела, но кивнула.

— У меня сейчас другая задача. И если девушки начнут вешаться мне на шею… боюсь я вынужден отказаться от ТАКОГО костюма…

Я подошел вплотную в Катерине и начал расстегивать пуговицы.

— Кать, помоги гостю разоблачиться. Пусть ищет другого продавца!

Наверное, он думал, что я тут же сдамся. Но не на того напал!

— Помогите мне, Катерина. Костюм жмет.

— Не правда! — выкрикнул хозяин. — Он отлично сидит и жать не может.

Я скинул пиджак и принялся за пуговицы на жилете. Я не спешил, скорее делая вид, что тороплюсь.

— Стой, — уже тише пробормотал хозяин. — Шесть! Шесть рублей — самый низ.

Не надевая пиджак, я подошел к стойке.

— Послушайте. Костюм и впрямь неплох, но больше пяти рублей я за него не дам. Это моё слово и другого не будет.

Хозяин замотал головой, готовыйуже отказаться. Я видел это, а потому припас кое-что на десерт.

— Но не спешите говорить нет. В ближайшее время мне потребуется одежда для десятка подростков моего возраста или чуть младше. Если мы с вами договоримся, то другого исполнителя этого заказа я искать не буду. Да, одежда потребуется дешевле, но приличная. Такая, какую носят, например в приличных школах или даже училище стезевиков.

Я сделал ударение на последнее слово и эффектно замолчал.

Хозяин смотрел на меня выпучив глаза.

Я покивал.

— Па? — испуганно произнесла Катерина у меня за спиной.

— Прямо десять? — выдавил хозяин.

— Или двенадцать…

Я посмотрел в потолок, словно пересчитывая в уме.

— Да, пожалуй, двенадцать.

— Пыть рублей меня устроит. Вы удивительный молодой человек. Вам так и хочется идти на встречу.

Хозяин вышел из-за стойки и продемонстрировал свое заявление: подошел ко мне и пожал руку.

Я пошарил в кармане и достал пять рулей. Если бы хозяин упирался дольше и дошел бы до истерики, я показал бы всю сумму, А так… он вполне адекватно торговался.

— Отличная сделка! — произнес хозяин и взглянул на дочь. — Помоги гостю упаковать вещи. И буть с ним вежлива и обходительна. Я хочу, чтобы этот молодой человек стал нашим постоянным клиентом. Редко встретишь такой талант вести дела.

Он спрятал деньги в карман, быстро что-то записал в толстой тетради чернильной ручкой и скрылся за шторой.

— Вы переоденетесь сами или вам помочь?

Нет уж, раздеваться я буду сам. Не хотелось мне смотреть на постоянно заливающуюся краской девушку. Она была симпатичной и очень приятно пахла, но мне сейчас не до того. А Глеб, тот который в моей голове, пусть ждет. Может быть, когда-нибудь и до любовных дел дойдём. Но не сейчас. Пока мне было удобно, чтобы меня хотели видеть и не обсчитывали по-крупному.

Катерина упаковала вещи быстро и профессионально. Получилась довольно большая куча, но упакованная в плотную бумагу, перевязанная бечевой, она прилично уменьшилась в размерах. Так ее даже можно было нести в руках, а не взваливать на плечи.

— Вы взаправду придете к нам еще? — уже у самой двери отважилась спросить Катерина.

Я улыбнулся ей широко и открыто, галантно кивнул, за что получил ответный поклон, и пообещал, что обязательно вернусь.

Собственно, я собирался выполнить свое обещание. Мальчишек и девчонок рано или поздно нужно будет не только одевать в чистое, но поношенное, а и учить выглядеть прилично. По крайней мере, я планировал этим заняться. Грамотность и общее образование им стоило получить, но для этого мне нужно было больше, чем деньги. Мне нужна была легализация в обществе. К сожалению, пока я не понимал как подступиться к этому вопросу.

До дома я добрался довольно быстро и без приключений. Правда в доме никого не оказалось, так что я оставил огромный сверток с одеждой на втором этаже и отправился в лавку к угольщику.

Вот тут жизнь кипела.

Ребята работали не покладая рук. Угольщику удалось урвать довольно много товара, и сейчас его перебирали, сортировали, упаковывали в мешки.

До конца работы было еще пара часов, так что я зашел внутрь и нашел угольщика, который что-то готовил на крохотной плите рядом с очагом и тихонько напевал себе под нос.

— А, Глеб, заходи! Будешь гуляш из суслика?

Я немного опешил от такого предложения. Но во-первых, откуда зимой суслики, а во-вторых, угольщик никогда не приглашал меня за стол.

— С этим костоломом мы обогатимся! — довольно улыбнувшись, пояснил мне угольщик причину своего отличного настроения.

— Надеюсь, вы заплатили только за сегодняшнюю партию? — спросил я.

— Да, — с досадой произнес он. — Не дали, гады, выкупить больше. Налетели, как мухи на… мёд, все расхватали, но хоть так получилось. Да еще твои малыши десять мешком подкинули. Какие же они юркие. Ты знал, что они уголь еще и с повозок прихватить успевают?

— Я догадывался. Но вот что я хочу сказать…

Угольщик, в целом, был мне симпатичен, я бы не хотел, чтобы он встрял со всей этой историей с Костоломом. А ведь если жуткого мороза больше не будет, то нахапавшие уголь дельцы совсем скоро начнут распродавать его по дешевке, скорее всего, даже себе в убыток. Иначе, он будет лежать на их складах до следующего сезона. Что-то уйдет и летом. Готовить-то народ не перестанет. Но основная масса… А если они еще и сделали оплаты в счет будущих поставок…

— Не покупайте пока уголь больше. И не платите втридорога. Костолом прошел. Выждите пару дней и скупайте уголь, предлагая за него треть цены. Но не больше половины.

Угольщик выпучил на меня глаза.

— С чего ты взял, что Костолом закончился? Я сегодня слышал, говорят, что раньше бывало и по две недели морозило.

— Кто-то сам это видел? Когда последний Костолом был?

— Да как же мог кто-то видеть? Давно он был. Вон, дед Куцего, вроде помнит, хоть и говорит, что совсем мелким был. Куцый так передает.

— Вот именно. Никто ничего толком не знает. Кроме некоторых. И я среди них. Костолом кончился. На этот раз так.

Угольщик с подозрением на меня уставился.

— Как ты это узнал? А если придумал?

Мне не хотелось вдаваться в подробности.

— Просто, если хотите сохранить своё дело и заработать, слушайте меня. Я вас обманывал?

Угольщик чуть скривился. Видимо, вспомнил историю со шкатулкой, но решил не засчитывать ее за обман.

— Нет, — наконец произнес он.

— Вот и сейчас не обманываю.

Кажется, радость его слегка поубавилась. Но это не страшно. Спасибо скажет, когда поймет, что я сохранил его на плаву.

Сейчас же я хотел пойти и немного позаниматься. Нужно было привести мысли в порядок. А это лучше делать в зале.

Помещение пристройки было пустым. На импровизированные маты медленно опускались пылинки, сверкающие в отблесках пламени от очага за неприкрытой дверью.

Я вышел на середину, сел в полулотос и прикрыл глаза.

Средоточие было полным, даже с излишком, так что я решил просто немного помедитировать. Не думать ни о чем, не решать насущные проблемы, а всего лишь постараться успокоить голос в голове, обрести мысленное молчание. Сложно, но идти к этому нужно.

Я устремил внимание на Средоточие и постарался визуализировать его.

Получилось крохотное солнце голубоватого цвета, исходящее извивающимися протуберанцами. Чем не образ? Было ясно, что Средоточие полно силы, и она стремится выйти за его пределы. Но я знал и ощущал, что этого не случится. Ведь Система уже признала за мной право стать Ростком.

Вот только…

— Глеб?

Имя будто прозвучало откуда-то из-под воды.

— Глеб, с тобой всё в порядке?

Я приоткрыл глаза.

Прямо передо мной стоял Куцый.

— Все хорошо, — ответил я ему. — Немного медитирую.

— Немного? — удивился Куцый. — Ты тут два часа сидишь. Все уже волнуются. Будет ли тренировка? Отвлекать тебя не хотят.

— А ты?

— А что я?

— Тоже отвлекать не хочешь? — я усмехнулся.

— Я тренироваться хочу. Я вижу, что ты занят, но ты сам говорил, что важно не пропускать тренировки, важно всегда выполнять практики и достигать цели. А я хочу достичь цели!

— Какой именно?

— Стать Зерном.

Куцый произнес это так торжественно, что я даже не сомневался, для него это не просто цель, не просто шаг в никуда. Он будет идти вперед, будет упираться, но двигаться. И это качество в нем мне нравилось с того самого момента, как мы познакомились.

А значит…

[Разблокировать Средоточие Ученика Куцего?]

[Требуется 150 Очков Наставления. Всего: 180 ОН. Использовать?]

Да.

Не важно, что это почти вдвое отдалит меня от следующей ступени. Нельзя оставлять порывы без ответа. Нельзя забивать на поддержание стремлений. Только так, только поощряя в нужный момент, давая то, о чем мечтает ученик, можно помогать ему двигаться к великим целям.

[Внимание! Вы использовали доступные вам Очки Наставления НЕ продолжив накопление для собственного усовершенствования]

[Получено достижение: «Нужды многих перевешивают нужны одного»]

[Открыто секретное задание: «Много — лучше!»]