Подушечки больших пальцев ныли. Эйрин шла по коридору гостевого дома, машинально потирая кожу на руках. Странное, незнакомое ощущение. Она часами могла крутить парные клинки, сбивая ладони в кровь о шершавую оплетку рукоятей, и не замечать этого. Но этот кусок черного пластика с тугими кнопками вымотал кисти так, словно она голыми руками выворачивала камни из мостовой.

Дверь в покои Ил'ды поддалась без скрипа. Старейшина сидела в глубоком кресле, закинув ноги на невысокий пуфик. В руках старушка держала стеклянный стакан с чаем.

— Лисея в порядке? — Ил'да не повернула головы, продолжая смотреть в окно на снующие по двору броневики.

— Мелкая скоро дыру протрет взглядом в этом огромном мужике, — Эйрин плюхнулась на соседний стул, вытянув гудящие ноги. — Леший, кажется, уже смирился. Даже не пытается ее скинуть.

— Я не про Лешего спрашиваю, — старейшина сделала глоток. — Я отправляла тебя прощупать Ключника. Узнать, как он реагирует на раздражители вне поля боя. А судя по тому, как ты пахнешь и эти круги под глазами, всё пошло не по плану.

Эйрин глухо зарычала. Воспоминание о римской принцессе вызывало желание достать клинки и порубить пластиковую мебель в труху.

— Туда приперлась эта бледная моль из Рима, Валерия.

Ил'да наконец-то оторвалась от окна и перевела заинтересованный взгляд на воительницу.

— И как отреагировал капитан?

— Никак. Налил ей их горького отвара. Сидел и смотрел, как мы пытаемся проткнуть друг друга для начала взглядами, — Эйрин раздраженно дернула хвостом, ударив по ножке стула. — Эта девка начала гнуть пальцы. Рассказывать про легионы. Про то, что лес ничего не значит. Потом вообще решила взять Корнева грудью. Буквально. Вывалила свои прелести на стол, думала, он слюнями подавится.

— А ты? — в глазах старухи мелькнула откровенная насмешка.

— А я показала, что у наших женщин аргументы повесомее будут, — буркнула Эйрин, скрестив руки на груди. — Корнев даже бровью не повел. Зато его солдаты чуть шеи не посворачивали.

— Дипломатия высшего уровня, — Ил'да рассмеялась. — Старейшины Совета удавились бы собственными хвостами, если бы увидели этот переговорный процесс. И чем всё закончилось? Вы вцепились друг другу в волосы? Или сразу в глотки?

— Хуже. Ключник потащил нас в астрал.

Старейшина подалась вперед. Стакан в ее руке дрогнул.

— Что ты несешь, девочка? Какой астрал? У «зеленых» нет магии.

— Я сама так думала, — Эйрин серьезно посмотрела на наставницу. — У них есть черый ящик. Они подключают его к стеклянной панели. Берут в руки… артефакты управления. И сознание переносится в иллюзорный мир. Ил'да, я клянусь прахом предков, я своими глазами видела, как они там бьются. Кровь, удары, магия. Физическое тело сидит на мягком диване, а астральная проекция ломает кости противнику. Корнев заставил нас с Валерией пройти через этот ритуал.

Ил'да долго молчала. Ее разум лихорадочно выстраивал новые схемы, пытаясь осознать масштаб возможностей Федерации. Тренировка солдат без риска физических увечий. Отработка любых тактик.

— И ты, конечно же, разорвала римлянку на куски? — тихо спросила старуха.

Эйрин отвела взгляд. Кончик ее хвоста нервно дернулся.

— Счет двадцать три на двадцать два. В мою пользу, — быстро соврала девушка, хотя прекрасно помнила, что последнюю победу Валерия вырвала на волевых, хотя самой оставалось получить всего один удар, когда в помещение ввалилось начальство Корнева. — Эта тварь быстро учится. Нашла способ блокировать удары. Мы сидели там часа три. Пальцы отваливаются.

Ил'да откинулась на спинку кресла. Взгляд старейшины стал тяжелым, пронзающим насквозь. Она смотрела на Эйрин так, словно читала ее мысли прямо с подкорки.

— Ты ненавидишь римлян. Ты презираешь чужаков, — медленно начала Ил'да. — Но ты просидела три часа плечом к плечу с имперской принцессой, в окружении полусотни чужих солдат. И, знаешь, что самое странное?

Эйрин напряглась.

— Что?

— Ты не выглядишь так, будто жутко страдала, солнышко мое, — Ил'да язвительно улыбнулась. — Твои глаза горят. В тебе адреналина сейчас больше, чем после удачной охоты на крупного илидаса. Тебе понравилось. Понравился вызов. И тебе понравилось сидеть рядом с Ключником.

Скулы Эйрин мгновенно вспыхнули. Румянец пробился даже сквозь загар. Она вскочила со стула, едва не опрокинув его.

— Это бред! — рыкнула девушка. — Я пошла туда по вашему приказу! Я выполняла задачу! Этот Корнев — ледяная глыба, он вообще ни на что не реагирует. А меня тошнит от местных запахов!

— Сядь, — голос Ил'ды хлестнул, как удар бича.

Эйрин замерла. Опустилась обратно на стул, тяжело дыша.

— Можешь врать себе сколько угодно, — спокойно продолжила старейшина. — Мне плевать на твои девичьи метания. Но запомни одно: Корнев — это ключ к нашему выживанию. И если твоя реакция на него, или его скрытая реакция на тебя, поможет нам выторговать лучшие условия… ты будешь сидеть рядом с ним и улыбаться. А пока иди и приведи себя в порядок. От тебя фонит агрессией на весь этаж.

* * *

Кабинет Асатьева напоминал газовую камеру. Вытяжка не справлялась с густым сизым дымом. Третьяков курил вторую сигарету подряд, стряхивая пепел в пустую пластиковый стаканчик. Особист сидел на подоконнике, широко расставив ноги, и откровенно, в голосину ржал.

Асатьев выглядел так, словно его только что пропустили через центрифугу. Дипломат сидел за столом, расслабив узел галстука, и методично отсчитывал капли валерьянки в стакан с водой. Руки чиновника слегка подрагивали.

Корнев занимал единственный свободный стул. Капитан скрестил руки на груди и сохранял выражение лица, с которым обычно выслушивают приговор трибунала: мрачное, сосредоточенное и абсолютно не раскаивающееся.

— Двадцать три на двадцать три! — выдавил сквозь смех Третьяков, едва не подавившись дымом. — Мортал Комбат на высшем дипломатическом уровне! Лёха, ты гений. Я бы до такого в жизни не додумался. Свести в виртуальном махаче двух самых отбитых баб как минимум этого континента.

— Илья, заткнись, — простонал Асатьев, выпивая залпом воду из стакана. — У меня чуть инфаркт не случился, когда я открыл дверь казармы. Я думал, они там план совместных боевых действий обсуждают. А они в телевизор орут матом. Наша делегация всю ночь не спала. Римляне вообще на ушах стояли. Красс бегал по коридору и требовал срочно связаться с легионами.

— Да брось, Олег Алексеевич, — майор спрыгнул с подоконника и затушил окурок. — Это лучший расклад из возможных. Ты сам говорил, что нам нужна встряска. Мы тряхнули эту венценосную особу так, что у нее корона на уши сползла.

Асатьев перевел тяжелый взгляд на капитана.

— Алексей, объясни мне. Какого черта?

— Я действовал по обстановке, — ровно ответил Корнев. — Принцесса заявилась ко мне в расположение. Без предупреждения. В декольте до пупка… Ну, может, чуть выше. Я налил ей кофе. До этого приперлись две хвостатые. Они начали мериться… аргументами. Возник конфликт. Чтобы не допустить физического устранения потенциальных союзников прямо на моей кухне, я перевел их агрессию в безопасное русло.

— В безопасное русло? — Асатьев всплеснул руками. — Ты им легенду про астральные полигоны загнал! У нас аналитики всю ночь записи слушали. Ушастая на полном серьезе втирала римлянке, что мы души в артефакты переносим! А ты сидел и кивал!

— Я не кивал. Я молчал, — поправил Корнев. — Они сами всё додумали. Я просто дал им геймпады. У них адреналин через край хлещет, им сбрасывать надо. Зато пар выпустили и казарму мне не разнесли.

Третьяков подошел к столу и оперся на него кулаками. В его глазах больше не было веселья, остался только холодный расчет.

— А ведь капитан прав, Олег. По сути, он совершил идеальную диверсию. Римляне всю ночь проводили мозговой штурм. Мы писали их совещание через снятые вибрации со стекол. Там паника, ужас и беспорядочная стрельба. Принцесса на полном серьезе убеждает свиту, что Федерация обладает технологией ментального бессмертия и массовой тренировки элитных бойцов. Для Рима, где магия — удел не такого уж большого круга лиц, а обучение мечника занимает годы, это звучит как приговор.

— Мы кормим их дезой, Илья. Если они узнают правду…

— Не узнают, — жестко перебил особист. — Они меряют нас своими мерками. Технологии для них и есть магия. И пусть так и остается. Главное — результат. Валерия сломала свой шаблон. Девочка больше не смотрит на нас как на удачливых торгашей с мушкетами. Она боится. А страх — лучший стимул для сговорчивости.

Асатьев помассировал виски. Логика в словах особиста была железобетонной, но старая дипломатическая школа внутри Олега Алексеевича протестовала против таких топорных методов.

— Хорошо. Допустим, перфоманс удался, — сдался дипломат. — Сегодня утром обе делегации прислали официальные ноты. Жаждут продолжить переговоры.

Асатьев посмотрел на Корнева.

— И обе стороны в ультимативном порядке требуют твоего присутствия за столом, Алексей. Для кошаков ты — Ключник. Для римлян ты теперь — эквит-некромант, мать их, повелитель астральных душ.

— Только не просите меня прийти туда с геймпадом, — хмыкнул капитан.

— Обойдемся без реквизита, — вздохнул дипломат. — Иди переодевайся, Барон. Через сорок минут начало раунда. И ради Бога, просто молчи и смотри на них тяжело. Больше от тебя пока ничего не требуется.

* * *

Конференц-зал встретил переговорщиков холодным воздухом и максимальным градусом напряжения. В этот раз рассадка изменилась.

Римская делегация сидела по левую сторону длинного стола. Валерия заняла центральное место. На ней снова была строгая, закрытая туника и нагрудник. Никаких декольте, никаких распущенных волос. Идеально прямая спина, сложенные домиком руки на столе. Сенатор Красс и остальные дипломаты жались по бокам, стараясь слиться с мебелью.

Напротив римлян, по правую сторону, расположилась делегация Российской Федерации во главе с Асатьевым. Корнев сидел по правую руку от дипломата. Капитан нацепил свежую форму без знаков различия, как и договаривались.

Первой тишину нарушила Валерия.

— Римская Империя готова перейти к практическим шагам, — голос принцессы звучал сухо, как треск рвущегося пергамента. — Мы оценили ваши возможности. Мы готовы открыть пробные торговые маршруты.

Асатьев чуть заметно расслабился. Лед тронулся…

— Федерация приветствует это решение, Ваше Высочество. Мы можем начать с поставок медицинских препаратов, тканей и…

— С условиями, — резко перебила Валерия. — Торговля не будет свободной.

Сенатор Красс за ее спиной вздрогнул. Его щеки обвисли. Старик понял, что сейчас произойдет.

— Никаких частных торговых домов, — чеканя слова, произнесла принцесса. — Никаких гильдий и вольных купцов. Федерация будет торговать исключительно напрямую с Императорским домом. Через доверенных лиц, которых назначу лично я или мой отец. Весь товарооборот, все расчеты — только через государственную казну Рима.

Красс издал звук, похожий на сдувающийся воздушный шарик. Это был приговор. Императорская семья монополизирует весь торговый поток от «зеленых». Сенат и провинциальные легаты не получат с этого пирога ни одного денария, если только не пойдут на поклон к Императору. Валерия одним предложением перекрыла кислород всей оппозиции внутри страны.

Асатьев быстро прикинул расклады. Для Земли это было не слишком выгодно, ловить рыбку лучше в мутной воде. Но даже так, это лучше чем ноль.

Дипломат скосил глаза на Корнева и дважды стукнул пальцем по столу. Условный знак. Капитан медленно кивнул, подтверждая согласие.

— Нас устраивает такой формат, — произнес Корнев, глядя прямо в глаза принцессе. — Государство с государством. Это надежно. Но раз мы перешли к эксклюзивным условиям, у Федерации есть свое предложение.

Валерия напряглась.

— Слушаю вас, эквит.

— Торговля товарами — это хорошо, — Корнев облокотился о стол. — Но нас интересуют ресурсы. И не те, что лежат на рынках. Нас интересует разработка полезных ископаемых. Руда, редкоземельные металлы.

— Я уже говорила, — принцесса сузила глаза. — Никаких рудников на территории Рима.

— А мы и не просим ваши обжитые провинции, — капитан усмехнулся. — У вас на границах с Великим Лесом, в предгорьях Драконьего Хребта, лежат пустые, дикие земли. Там сложные породы. У Рима нет технологий, чтобы без особых проблем добывать там руду. Ваши работнички и, тем более рабы, будут ковырять скалу столетиями.

Корнев подался вперед.

— Со своей стороны предлагаем совместную разработку приграничных территорий. Мы ставим технику, привозим специалистов, строим шахты. Рим получает процент с добычи чистым металлом, не прикладывая к этому никаких усилий.

В зале повисла тишина. Валерия лихорадочно взвешивала риски.

Она прекрасно понимала, что означают рудники «зеленых» на границе. Это дороги. Это конвои охраны. Это укрепленные лагеря. По сути — легальное военное присутствие Федерации впритык к римским землям. Идеальный плацдарм для будущего вторжения.

Но с другой стороны… Война с малоранами вытягивала из Рима все соки. Металла катастрофически не хватало для оснащения новых легионов. Если отказаться — Рим останется совсем без сырья очень скоро, Валерия умела читать между строк военные сводки, а «зеленые» всё равно найдут способ добывать ресурсы, просто договорившись с дикими племенами. Лучше контролировать процесс, получая долю, чем гордо сидеть на мели.

Принцесса посмотрела на Корнева. Капитан сидел расслабленно, всем своим видом показывая, что отказ его не огорчит. У него есть варианты. А вот Рима их нет.

— Приграничные зоны — это территория постоянных стычек, — медленно произнесла Валерия. — Кто будет обеспечивать безопасность этих рудников? Легионы не станут охранять ваших рабочих.

— Об этом не беспокойтесь, — Корнев позволил себе полуулыбку. — Безопасность наших объектов — это наша головная боль. Уверяю вас, любой, кто сунется к нашим установкам, пожалеет, что на свет родился. Хоть ушастые, хоть дикие твари.

Валерия опустила глаза на столешницу. Выбора действительно не было.

— Хорошо, — наконец сказала принцесса, поднимая взгляд. — Я укажу две точки интереса в предгорьях. Но периметр ваших шахт не должен превышать оговоренных размеров. Никаких постоянных крепостей. Только рабочие поселки.

— Договорились, Ваше Высочество, — кивнул Корнев.

Асатьев под столом сжал кулак в победном жесте. Крючок был заглочен глубоко. Теперь оставалось только подсекать.

* * *

В полутемной комнате, выделенной хвостатой делегации в дальнем крыле гостевого комплекса, пахло терпкими травами. Ил'да сидела на полу, скрестив ноги, и курила длинную трубку из пористой древесины. Дым стелился по низу, не поднимаясь к потолку.

Прямо перед старейшиной на тонком матрасе лежала молодая кошка. Ее глаза были закрыты, тело мелко подрагивало, а грудь вздымалась в неестественно рваном ритме. На висках девушки выступила испарина. Внезапно кошка судорожно вдохнула, выгнулась дугой и резко распахнула глаза. Зрачки были расширены до предела, почти полностью поглотив радужку.

Ил'да отложила трубку и подалась вперед. Старейшина сложила руки в замысловатом жесте, проверяя барьер, который скрывает все происходящее от посторонних глаз.

— Они закончили, — хрипло произнесла девушка-сенсор. Она попыталась сесть, но руки подкосились.

Старейшина быстро поднесла к ее губам стакан с водой. Кошка жадно, расплескивая воду на грудь, выпила залпом всё до капли.

— Докладывай, Райа, — приказала Ил'да.

— Ужас… Это просто ужас, Мать, — Райа обхватила себя за плечи, ее била крупная дрожь. — Вокруг делегаций колебался барьер. Я видела его. Он невидимый обычному глазу, но он звенит. Механический звон. Они создали купол, который гасит звуки, не давая выйти ему наружу, но я пробилась. Я слышала их!

Ил'да удовлетворенно кивнула. Старейшина ни секунды не сомневалась, что люди Корнева будут подслушивать всех и вся. Именно поэтому притащила с собой в составе делегации Райю — кошку с редчайшим даром сканирования. Райа стоила больше сотни лучших рубак.

Сама старейшина находилась в тихом ужасе от человеческих технологий. Ил'да видела эти крошечные металлические штуки, светящиеся нити, вшитые в стены. Скрытая аппаратура поражала своей миниатюрностью и эффективностью. Люди не использовали магию, зато заставили мертвый металл и молнии выполнять ту же работу.

— Что решили римляне? — терпеливо спросила Ил'да, аккуратно поглаживая девушку по голове, успокаивая после серьезной магии.

— Торговля, — Райа сглотнула. — Только через руки принцессы. А Корнев… Ключник выбил у нее право строить рудники в предгорьях Драконьего Хребта. Римлянка согласилась. Она отдала им землю на границе.

Ил'да закрыла глаза. Кусочки мозаики окончательно встали на свои места.

Откровенно говоря, старейшина выдохнула с невероятным облегчением, когда осознала ценность географии собственных поселений. Великий Лес лежал в стороне от римских трактов, но ближе к тем самым предгорьям, куда сейчас нацелились «зеленые».

«Зеленые» явно пришли сюда надолго. Строительство шахт — это не рейд за рабами. Это фундамент. Если не навсегда, то на столетия. И то, что Корнев и его люди стремились в своей экспансии к переговорам, к договору на бумаге и хотя бы видимости равноправия, давало старушке колоссальную надежду.

Если бы Ключник оказался просто главарем бандитов, он бы уже гнал караваны с железными птицами прямо над кронами деревьев, выжигая поселения и забирая всё силой. Но «зеленые» хотели договариваться.

Ил'да не тешила себя иллюзиями, что так будет всегда. Металл рано или поздно заржавеет, договоры истлеют. Значит, надо было прямо здесь и сейчас выбить для своего народа место рядом с «зелеными». Не под сапогом, а рядом. Чтобы в будущем внуки Ил'ды не прозябали, как соплеменники на правах младших народов в составе Римской Империи и не сгорали заживо в магических плетениях малоранов.

Для этого нужен был крючок. Крючок, на который можно поймать Корнева лично.

Именно поэтому она вчера послала Эйрин «в гости» к капитану. Ил'да видела, как воительница метала молнии из глаз, как плевалась ядом при упоминании чужака. Но старейшина прожила слишком долго, чтобы не отличать искреннюю ненависть от замаскированного интереса. Эйрин тянуло к Корневу. Сам капитан реагировал на нее странно — тот застывший взгляд у Врат стоил тысячи слов.

— Отлично поработала, Райа. Отдыхай, — Ил'да поднялась с пола, опираясь на посох.

Старуха подошла к окну. Во дворе гудели дизеля тяжелых грузовиков.

Теперь, вооружившись инсайдом о договоре с Римом, Ил'да была готова к большой сделке. Она знала, что Рим слаб и готов уступать территории ради ресурсов. Значит, кошаки могут просить большего. Не стеклянные бусы. И не просто оружие…