Мы приехали в город Сараево. Тот, к кому мы приехали, живет в доме на берегу реки. А мы будем жить у него. Река не полноводная, ее можно перейти, даже плыть не надо. Дом тоже небольшой, примерно как квартира Жиле, только дом деревянный, а точнее сколочен из досок. Как будто хозяин сам его построил. Вокруг дома участок, где растет капуста и еще что-то, не знаю что. За капустой – забор, за забором – парковка отеля, а за парковкой – отель. Пятиэтажный, из стекла и бетона, фешенебельный отель для богачей. Итак, его ближайшие соседи – это миллионеры, которые держат отель, а после них идут те, кто платит этим миллионерам, чтобы переночевать в отеле, но все они никак не связаны ни с капустой, ни с деревянным домиком, хотя и вынуждены смотреть на них сквозь затемненные окна номеров. Бог знает какая история у такого соседства, но я даже не сомневался, что все друзья Жиле такие же безумцы, как и он.

У хозяина есть жена, маленький сын, две собаки и щенок. Собак зовут Дарко, Наида и Мак. Дарко – дворняга, как и я, но в нем много от стаффорда, у него огромная башка и на редкость матерый взгляд. Наида – большая и белая, она самоед, красавица. Мак – это их ребенок, похож на батю, он еще маленький, так что не совсем понятно, как он будет выглядеть, когда вырастет, но уже ясно, что он будет похож на батю. А батя-то, когда меня увидел, весь напрягся, уставился на меня и оскалился, как лев. Я, конечно, в долгу не остался, хотя и молился своему собачьему богу, чтобы он нас образумил и мы не поубивали друг друга. Но у Жиле и хозяина дома, которого, кстати, зовут Дамир, уже был заготовлен план. Дамир подошел ко мне, а Жиле – к Дарко. Они стали нас гладить и говорить с нами. Не знаю, что Жиле говорил Дарко, но Дамир мне объяснял, что мне нужно остыть, что здесь дом Дарко, что он ревнует, ведь сам видишь, какая у него жена, и что мне нельзя заглядываться на нее и есть из его миски, и тогда все будет хорошо. Как будто я отсталый и не понимаю очевидного. Ну, поучи меня еще. Но хорошо, что у нас был такой перерыв, который стал предлогом для мирного сосуществования.

В любом случае я прошел мимо Наиды так, будто ее здесь нет, обнюхал Мака чисто для вида и отправился смотреть на реку. Я немного обнюхался вокруг, Дарко шел за мной, держа дистанцию в три метра. Потом я просто сел и стал ждать. Это особый ритуал, философию которого я не могу объяснить, но я прихожу к кому-нибудь, и вот как это бывает: я сижу, а он медленно подходит ко мне со спины, но так, чтобы я мог хорошо его видеть, сначала он нюхает у меня под хвостом, потом обнюхивает тело и приближается к морде. Затем я встаю, мы друг друга обнюхиваем и решаем, что делать дальше. Мы решили для начала не нарушать мира, но ровно до тех пор, пока я буду уважать правила нахождения на чужой территории, а я так и планировал, потому что это – лучший план.

Когда я получше и помиролюбивее рассмотрел Дарко, то увидел, что он очень красивый пес. Да, голова у него большая, но красивая, а в его матером взгляде пса, прошедшего через многое, прежде всего читалась теплота. Вообще он не пахнет как негодяй, это только издалека так кажется. Мне даже захотелось пару раз вильнуть хвостом, но я не стал, мы же не девочки.

И тогда мне захотелось помочиться, и я знал, что должен сделать это по строжайшему неписаному закону. Я медленно пересек огород, вышел за забор и пометил ограждение парковки при отеле, я был почти на его территории, но не на ней. Дарко это оценил. Он понял, что я не претендую на то, что принадлежит ему, и ворота нашей искренней дружбы распахнулись настежь, мы провели вместе две отличные недели, о чем вы скоро и узнаете.