Я не могу думать ни о чем, кроме нее. Кроме моей осенней дамы с брусчатки. В последнее время она не заглядывает в нашу кофейню. Кажется, толстяк не ходит сюда по будням. Я видел его в четверг у входа на рынок, но он был один. Я решил спросить у него, где она, и я спросил, а он только подошел ко мне, погладил по голове и почесал по ребрам. Почему-то люди думают, что для нас это что-то значит, но это никак не связано с мозгом. Я, конечно, не против, но мог бы без проблем прожить и без этого. А о даме ни слова.

Потом наступила суббота. Мы пошли на рынок, там я ел шкварки и не первой свежести колбасу, Жиле купил мне гору костей. В целом я бы мог уже быть на седьмом небе от счастья, но я ждал, пока мы сядем в кофейне. Когда мы пришли, там никого не было, совсем никого, а значит, и моей дамы тоже. Я лег рядом со стулом, на котором сидел Жиле, и стал смотреть туда, где в прошлый раз была припаркована машина толстяка. Сначала пришли Анчи и Дуня, а потом еще много людей. Зашел какой-то господин с хвостом на макушке, в шелковых перчатках и веером в руках и еще разные красивые люди. А потом нарисовался толстяк, один. Я вскипел. И если бы за ним не показалась какая-то тетка с моей дамой на поводке, я бы точно схватил его за толстую задницу. Но моя дама величественно шла рядом с рыжеволосой женщиной, и я забыл обо всем.

Естественно, она прошла мимо меня так, будто меня тут не было. Как и следует опытной даме. Так, будто она меня не заметила. Ну ладно. Я подождал, пока они сядут, пока толстяк привяжет поводок к ножке стула, пока она ляжет на брусчатку. Пока все уляжется. И когда все улеглось, я встал.

Я медленно подошел к ней, она уже давно меня узнала, сейчас она только моргнула, спокойно, по-женски красноречиво. Скажу, что я лег рядом, чтобы не сказать, что притулился на той же плитке, где лежала она. Мы долго лежали, пока толстяк и его жена не пошли домой. Я все понял или, по крайне мере, думал, что понял. Между нами не было сексуального напряжения, хотя в это и сложно поверить. А были только любовь и вдохновение, которые берут свое начало еще с незапамятных времен. Казалось, что мы уже встречались раньше, что когда-то между нами было что-то огромное, будто мы понимали друг друга, как луна и солнце, как будто мы были, например, матерью и сыном, или какими-то несчастными любовниками, так мы смотрели друг на друга, и так мы себя чувствовали. Не знаю, поняли ли вы, о чем я, но если с вами когда-то такое случалось, то вы все поняли. А если нет, то нет и смысла объяснять. Это что-то межгалактическое, сто световых лет ставлю.

И общались мы как-то межгалактически, дышали друг другом, понимали друг друга, смотрели друг на друга широко открытыми глазами, и нам не было тяжело, когда толстяк с женой уехали на машине. Я не провожал их. Я знал, что мы еще встретимся именно тогда, когда это должно случиться. Если мы смогли найти друг друга, проживая разные жизни, то сделать так, чтобы Жиле и толстяк одновременно пришли в кофейню – это вовсе не проблема для нас. Понимаете?