В тех краях был чтимый храм богини Венеры, куда сходились люди со всей округи; там всегда были большие толпы, и все окрестные сеньоры посвящали храму богатые дары, ибо люди там были набожные. Тевсьер завернул туда, имея в мыслях спросить богиню, как ему быть, ибо сильно был встревожен сделанными ему предсказаниями. Он подивился тому, как пространен и пышно украшен храм и какое тут многолюдство, и остановился разглядеть медные двери, на которых были с великой искусностью изображены жестокие битвы под стенами Трои. Он увидел тут Ахилла, как он бьется с троянцами в Тимбрейской роще и уже падает наземь; увидел Аякса – он мчится в бой, а доспеха на нем нет; увидел Филемениса Заморского, как он увозит тело Пантесилеи на родину и у его коней острижены гривы; увидел и себя самого. Приметил он там и Диомеда, как он выходит в бой против целого полка и вид у него такой, будто ему досадно сражаться с такой горсткой народу. Тевсьер не удержался и промолвил:

– Будь Диомед таким удальцом и с такими руками, не сидел бы сейчас в Коринфе, дожидаясь, когда жена откроет перед ним ворота.

Это услышал храмовый сторож и со всех ног побежал во Вдовий Замок. Надобно сказать, что среди прочих была весьма привержена этому храму одна дама, владевшая замком поблизости, сильным и высоким; муж ее погиб на охоте, так что ее называли Вдовой, а замок ее – Вдовьим Замком. Эти двери для храма сделала она, войдя в большие издержки, и люди издалека приходили на них поглядеть. Сторож встретил у замковых ворот дворецкого этой дамы, по имени Динас, и объявил ему, что пришел к ним в храм человек, знакомый с теми сеньорами, что бились под Троей, и чаятельно слышавший от них многое о тогдашней войне, они ведь люди словоохотливые, так, может, не худо бы его принять как полагается и выспросить, что ему ведомо. Динас счел это дело достойным заботы и, нимало не медля, отправился к владелице замка. Он нашел ее в большой зале за беседою с избранными рыцарями, у которых спрашивала она новости, обратил к ней речи и сказал так:

– Госпожа моя, пришел в наш храм человек, бывший под стенами Трои во время ее осады, видевший и слышавший все, что там делалось и говорилось, так что его память – самая драгоценная сокровищница всего достопамятного, что совершалось на нашем веку; и я не думаю, что он задержится здесь надолго, но помолится богине и пойдет своим путем, и если мы упустим его уход, сильно о том пожалеем.

Слыша такие речи, дама велела Динасу, не проронив времени, отыскать этого человека и любезно просить, чтобы явился к ней в замок, ибо-де его владелица смотрит на странников как на посланников Божьих и усердствует, сколько можно, утолить их нужды.