Распределив сверчков для игры, Сом останавливает Карла:
– А ты погоди, дело есть.
– У меня с тобой? – спрашивает Карл высокомерно. – Сомневаюсь.
Сом игнорирует намеренную грубость:
– Корень хочет поговорить, имеет предложение.
Карл равнодушно пожимает плечами:
– Хочет, пусть говорит.
– Ты не понял. – Сом терпелив, как богомол в засаде. – Отличное предложение. Деловое. Можешь заработать.
– Не интересуюсь.
Карл поворачивается, чтобы уйти.
– Стоять, – гаркает Сом. – Сам пойдешь или понести?
– Ты ведь знаешь, я кусаюсь, – предупреждает Карл.
Сом извлекает из чехла на поясе тазер.
– Придется удалить тебе лишние зубы. Записывайся на прием. Бесплатно. Только учти, без наркоза.
Щелкает кнопкой. Тазер трещит.
– Ладно, уговорил, – как бы нехотя соглашается Карл.
Он сам искал повод еще раз подкатить к Корню. Глупо было бы упускать возможность только потому, что приглашение прислано с врагом.
Сом прячет тазер.
– Ну вот, а то строил из себя партизана на допросе. Пошли.
– А ты при чем? Сам дойду.
Сом усмехается:
– Буду твоим доверенным лицом, чтоб не облапошили в сделке.
Карл не спрашивает, что за сделка. Так или иначе скоро узнает. Хочется как-то поддеть Сома, однако решает, что велика честь. Идут молча. Они проходят по правому коридору и спускаются в винный погреб, где Корень оборудовал себе мини-паб. Антикварный столик из будуара Хельги, вокруг три антикварных же стула. Рядом стоит кальян. На столе – три бутылки. Корень рассматривает этикетку четвертой.
– Слушай, что за хрень? – спрашивает он Сома. – Генерал миллиарды наворовал, а половина погреба – шмурдяк. Не пойму, что за прикол. Мода, что ли, пошла такая?
Сому прекрасно известна разгадка, но он не собирается делиться ею с Корнем.
– Поищи вон там, в левом углу. Может, найдешь что-нибудь стоящее. Да погоди, я сам.
Направляется к винной стойке, извлекает бутылку и, вернувшись, ставит ее на стол перед Корнем.
Тот рассматривает этикетку.
– Ничего себе, совсем другой коленкор. А ты, смотрю, сам тут пошурудил.
– Не употребляю.
– Сочувствую. – Корень откупоривает бутылку. – Тогда твое здоровье.
Карл взбирается на стул:
– А мне налей.
– Наш человек. – Корень наливает Карлу полный бокал. – Ну будь.
С любопытством наблюдает, как Карл заливает в себя крепкий и неимоверно дорогой напиток, как минеральную воду. И мысленно прикидывает соотношение объема большого бокала и массы малого тела собутыльника. Респект.
– Угощайся, – кивает на стоящие на столе закуски. – Или русские после первой не закусывают?
– Немцы закусывают, – говорит Карл. – Я хоть из русских немцев, но все-таки… Пожалуй, закушу.
– Еще? – Корень подносит горлышко бутылки к бокалу Карла.
– Пропущу, – решительно говорит Карл. – Хочу вести переговоры на свежую голову.
– Переговоры? – удивленно переспрашивает Корень.
Карл кивает на Сома, который тоже, не дождавшись приглашения, присаживается к столу.
– Вот ты о чем, – тянет Корень. – Так это не переговоры. Предложение. Оферта.
Карл запихивает в рот ломоть ветчины и не спеша пережевывает, прежде чем ответить.
– Хочешь сказать, предложение, от которого я не могу отказаться?
– Кто ж откажется от кучи денег?
Карл поднимает брови, демонстрируя удивление.
Сом встревает:
– Я ему ничего еще не объяснил.
Корень, в свою очередь, неторопливо наливает себе, смакует, прежде чем ответить.
– Тут, видишь ли, некоторые проблемы с политкорректностью… Буду говорить прямо. Без обид?
Карл кивает.
– Есть такая международно известная игра – «Закинь карлика подальше», – начинает Корень. – Название не оскорбляет твои чувства?
– Ты про «закинь» или про «карлика»? – спрашивает Карл. – Карлик – слово мерзкое, не люблю. Но не оскорбляет. Всего лишь слово. А насчет того, чтобы закидывать, поясни.
– Придумали игру, конечно, пиндосы, – говорит Корень. – В русле сугубого соблюдения прав личности.
(Корень ошибается. Игра возникла не в Штатах, а в Австралии, в восьмидесятые годы прошлого века, а уж потом попала в Америку и Европу. Кое-где в нее играют до сих пор. Кое-где она запрещена. Во Франции, например, специальным законом.)
– Короче, так, – продолжает Корень. – Играют обычно в барах или пабах. Стену обкладывают матами, а карлика одевают в защитный костюм и шлем. Кто швырнет его дальше или приложит сильнее, тот и победил.
Сом мерзко хохочет, будто услышал о забаве впервые, хотя именно он рассказал о ней Корню:
– У-ху-ху-ху… Я б не отказался поиграть.
– Ты не подойдешь, – говорит Карл. – Слишком тяжелый, дерьма много. Тебя только катить. А чего? Тоже хорошая игра. «Докати дебила до стенки».
Сом высокомерно игнорирует подначку. Велика честь для урода. Но за дебила ответит. В свое время.
– Дело, Карл, только за тобой, – говорит Корень. – Все остальное имеется…
Карл перебивает его:
– А как насчет согласия?
– Прости, забыл сказать, – спохватывается Корень. – Никто никого не заставляет. Карлик участвует за гонорар. Все ребята готовы скинуться. Мы и они, – кивает на Сома. – Две команды. Серия дружеских матчей. Так что бабла загребешь немало.
– Нет, – говорит Карл.
– Ты даже не спросил, сколько бабок получишь.
– О деньгах речи нет. Я просто не согласен. Не хочу.
Корень поднимает бутылку, тянется к бокалу, стоящему перед Карлом.
– Будешь?
– Нет.
Корень наливает себе.
– Всего лишь спорт, – говорит он. – Ничего зазорного. К примеру, тебя отмудохали на ринге. Разве это тебя унижает? Здесь то же самое.
Сом обращается к Корню, как бы игнорируя присутствие Карла:
– Давай изменим правила, введем российский вариант. Согласия карлика не требуется. А собранная сумма – приз победителю в финале.
Корень ухмыляется:
– Очень его не любишь?
Сом не может удержаться от банальной шутки, тысячекратно повторенной всеми шутниками на всех континентах:
– Сырым не люблю, только жареным, с уксусом и специями.
– Ладно, Карл, – говорит Корень, – денег тебе не надо. А чего хочешь?
– Выпусти ребят.
– Тогда согласишься?
– Да. Отпусти наших, я останусь, играйте хоть до морковкина заговенья.
– Рад бы, да нельзя, – говорит Корень. – Мне лично вы здесь на хрен не нужны. Но у нас задание, о котором лучше бы никому не знать. А твои сразу же побегут в полицию, к журналистам.
– Не побегут, – убежденно произносит Карл. – Обещаю…
– Брось, – перебивает его Корень, – не смеши.
– Да я так, на всякий случай.
– Могу предложить лизинг, – говорит Корень. – Ты играешь, а мы освобождаем вас после исполнения задания.
– Не держи меня за дурака, – говорит Карл. – Сначала освободите, потом игра.
– Корень, чего ты с ним чикаешься? – вмешивается Сом. – Я ж говорю: сменим правила – карлик играет добровольно-принудительно.
– У нас правила неизменные: никто никого к игре не принуждает, – говорит Корень.