Фигуристов у нас набралось полкласса. Спорткомплекс стоял через дорогу. Соревнования или подготовка к ним выкашивали школьный состав – день-два учились половиной класса, потом спортсмены возвращались за парты.

Лиза была фигуристкой. Мальчики обожали ее; если кто избежал чар, так только из протеста. Я не протестовал. Даже бутерброды мамины при ней не ел – сидел на переменах голодный, терпел муки. Мама возмущалась, почему ничего не съедено, не понимала.

Если б можно было приложить лед к воображению, я бы прикладывал, ложась на ночь в кровать. Как собирают пазл, вертя частями и приставляя друг к другу, – я стыковал себя и Лизу. Тем же грешили все остальные мальчики. Опыт самых удачных стыковок выносили на обсуждение за общим завтраком. Девочка для обожания будет нужна нам всем, как север компасу, до конца школы.

– Есть в ней масть, – соглашалась мама с пренебрежением, в котором уже угадывалась ревность.