Семен Береза почесал за ухом и тяжело вздохнул.

– Что вздыхаешь? – насмешливо спросил Степан Алехин. – Не вздыхай тяжело, не отдадим далеко.

– Вздохнешь, – угрюмо проговорил Семен. – И досадно, и жалко. Я вот целую неделю никак успокоиться не могу.

– Что же это тебя так обеспокоило?

– Да вот это самое золото.

– Чем же оно тебя так встревожило?

– А тем, что не к рукам Бог счастье посылает.

– На Бога, значит, больше обижаешься? – с едкой усмешкой проговорил Федор Васильевич.

– На Бога?.. Тут такие дела, что и на Бога начинаешь обижаться.

– Да в чем дело-то? – нетерпеливо спросил Степан Алехин. – Скажи толком.

– Как тут толком скажешь, коли все оно без толку выходит. Посудите сами: послал Бог людям двенадцать пудов золота ни с того ни с сего. Так, за здорово живешь! Этакое счастье ведь раз в жизни бывает! И коли оно к рукам, так тут сразу человеком можно стать… Большим человеком!

– Капитал хороший, что и говорить! – согласился Федор Покосов.

– Ну вот! А они этот капитал растрачивают, на ветер бросают! – горячился Семен Береза.

– То есть как же это на ветер бросают? – насторожился Степан.

И у него как-то особенно дернулись мускулы лица. Он испытал такое чувство, как будто растрачивали его собственный капитал. Он считал это золото своим по праву. И у него по отношению к мужикам возникло злое чувство.

– Как они смеют растрачивать наше золото? Мы тратились, посылали людей, а они растрачивают.

– Каким таким манером растрачивают? – обратился он к Семену.

– А таким: прямо зря распродают… По сто рублей за чайный стакан продают!

– Сто рублей за чайный стакан золота?

– Сто рублей за стакан!

– Да они с ума сошли, – перебивая друг друга, заговорили Степан и Федор.

– Да за это их на цепь посадить надо!

– Не только на цепь. По-моему, их повесить надо! – крикнул Семен Береза.

Один только молодой Покосов молча пил чай и иронически улыбался.

– Тебе-то, Семен, что беспокоиться, – дождавшись паузы, спросил он.

– Как! – удивился Семен. – Этакое добро, да по сто рублей за стакан! Разве можно?

– Отчего же нельзя? – все так же спокойно спросил молодой Покосов. – Их дело. Хотят и продают дешево.

– Да ведь это дураком надо быть!

– Ну пусть будут дураками. А ты, коли умный, купи у них золото.

– Купи?! – с видом крайнего недоумения переспросил Семен Береза.

В то же время Степан и Федор переглянулись между собой, и каждый из них как бы говорил другому: «А ведь правда! Почему мы горячимся? Дешево продают, нам же лучше: дешево можно купить».

А Семен Береза сидел красный как рак и злобно сверкал глазами:

– Купи, говоришь?

– Ну да, купи! – спокойно подтвердил молодой Покосов.

– А ты мне денег дашь… купить-то?

– Зачем же я дам? Ты на свои купи.

– Да на что же я куплю, коли у меня всего-навсего полсотни наберется?

Степан и Федор расхохотались:

– И рад бы купить, да купило притупило!

Семен Покосов иронически улыбался, обводя глазами своих собеседников.

– Так, значит, и не удалось тебе поживиться тут?

– Что же тут сделаешь? Денег нет, а в долг не дают.

– А ты и в долг просил?

– Говорил…

Степан и Федор опять захохотали:

– Плох же у тебя кредит… Разве нам попробовать? Ты вот что, Семен, позови-ка этих мужиков, мы с ними потолкуем, – уже совершенно серьезно проговорил Степан Алехин.

– О чем вам с ними толковать? – недоверчиво покосился на него Береза.

Он уже раскаялся, что разболтался с досады. У него еще не пропала надежда как-нибудь поживиться около золота. А тут он почуял, что Алехин если уж хапнет, то без остатка.

– Нечего вам с ними толковать, – проговорил он. – Совсем нестоящие люди.

– Да ты, парень, не вертись. Ты сам знаешь, о чем мы будем толковать. А тебя мы уж не обидим. К тебе заехали, с тобой и дело сделаем, – строго перебил его Алехин.

– Я что же. Я ничего. А только всякому хочется работать. Так-то, даром-то, что же.

– И зарабатывай. Мы тебе не помеха, если нам не будешь мешать.

Береза молчал, но не высказывал ни малейшей охоты идти за крестьянами, счастливыми владельцами золота.

– Ну что же ты? – уже с раздражением в голосе спросил Степан Алехин.

– А что? – как будто не понимая, спросил Степан.

– Да пойдешь ты за мужиками-то или нет?

– Да пойти оно не в счет, а только зря-то тоже не годится.

– Да чего же ты хочешь?

– Как чего? – оживился Семен. – Коли я вам буду помогать, так должен я знать, какая моя доля будет?

– Так говори: сколько ты хочешь? Сто рублей довольно с тебя?

– Нет, что же сто рублей! В этаком деле сто рублей совсем не стоящие деньги.

– Да сколько же тебе нужно: пополам, что ли, с тобой делить?

– Зачем пополам? Я понимаю: ваши деньги, а я только способствую. А все же я понимаю: стакан за сто рублей – это почти даром. Так вот вы мне с каждого стакана.

– Комиссию? – спросил Степан.

– Ну да, комиссию.

– Сколько же ты хочешь? По десятке за стакан довольно?

– Нет. По десятке не согласен.

– Да сколько же?

– А так: сто рублей им и сто рублей мне.

– За стакан?

– За стакан.

– Да ты с ума спятил!

– Ничего не спятил, вам и то еще золото-то почти даром придется.

– Мало ли что! А ты-то подумай: зачем мы такие деньги дадим тебе? Без тебя-то мы разве не найдем этих мужиков?

– Найдете.

– Ну вот видишь. И ты тогда ничего не получишь.

– Так ведь и вы не получите.

– Это как?

– А так! Золото-то вы сами понимаете какое.

– Доносить, значит, пойдешь?

– А что же? Никто себе не враг.

Степан злобно взглянул на Березу, но тотчас выражение его лица изменилось. Он сразу успокоился. По-видимому, ему пришла в голову какая-то мысль: он нашел выход из положения или способ, как поладить с Березой, не уплачивая ему таких больших денег. И он совершенно мирно сказал:

– Правда твоя. Хорошо, пусть будет по-твоему. Только ты уж помогай нам как следует. Из-за пустяков мы не станем мараться. Если уж купим, то купим все золото.

– Это уж так! – сразу оживился Степан. – Зачем дуракам оставлять! Забирать – так забирать все!

– Верно. А только у нас, пожалуй, с собой не найдется таких денег. Мы не за этим сюда ехали. Так ты уж помоги нам уговорить их поехать с нами в город.

– Я-то буду стараться. А только не знаю, пожалуй, не согласятся. Народ сумнительный.

– Ну да это видать будет.

Семен быстро оделся и вышел.