Томас Маккой нетерпеливо завел мотор, ожидая у ряда потрепанных пальм возле входа в дешевую квартиру, популярную среди отдыхающих студентов. Он ждал своих клиентов уже не меньше пяти минут. Ожидание стоило ему денег.

В приложении такси появлялись запросы на бронирование. Были более выгодные тарифы. Были другие поездки, на которые он мог бы подписаться, а он все еще ждал, пока избалованные детишки из колледжа тянут резину. Он снова позвонил по номеру телефона.

– Это ваш водитель. В чем дело?

– Мы спускаемся.

Он забыл повесить трубку. На другом конце он слышал, как закрылась дверь и щелкнул замок. Смех и девичьи голоса, пытавшиеся перекричать друг друга, эхом разлетались по сторонам. Лифт пикнул прежде, чем Томас положил трубку.

В ожидании он просматривал сайт Центрального исправительного учреждения Флориды. Там была вкладка с информацией для родственников или друзей, собирающих заключенного в день освобождения. Томас внимательно изучил подробную инструкцию.

Бейли выйдет из тюрьмы через два дня. Он гадал, узнает ли его Бейли. Ведь прошло уже немало времени.

У главных дверей жилого комплекса раздался смех. Из них вышли три девушки, одетые для танцев в ночном клубе. Они поправляли пальцами волосы и задирали юбки, как будто только заканчивали одеваться. Он закинул телефон в поясную сумку и сунул ее в бардачок.

Чтобы поторопить пассажиров, он проехал немного вперед. Пусть они беспокоятся, что он вот-вот уедет. Это сработало. Они перестали прихорашиваться и на опасно высоких каблуках подтянулись к машине.

По однозначно стеклянному блеску их подведенных черным глаз он догадался, что они уже были наполовину пьяны. Обычная история для студентов и студенток колледжей, которых он возил в ночные клубы Дейтоны и обратно. Они напивались дешевым спиртным перед отъездом и возвращались домой под кайфом, накаченные кетамином и еще неизвестно чем.

– Как настроение? – спросил он, когда они садились в машину.

Девушки пробормотали что-то нечленораздельное и скользнули на заднее сиденье, окруженные облаком духов и спиртного. На плечах у них висели хлипкие сумочки. Они держали блестящие чехлы телефонов в красиво наманикюренных руках, просматривая соцсети.

Он наблюдал за пассажирками через зеркало заднего вида. Их юбки были задраны так высоко, что он мог видеть трусики. Его дыхание участилось, когда он отпустил ручной тормоз и нажал на газ. Он так быстро стартанул на машине вперед, что все они откинулись назад на своих местах. Он усмехнулся про себя, наблюдая, как они удивленно переглянулись, а затем вернулись к своим телефонам. Они едва замечали, что он существовал. Они бы и собаке уделили больше внимания, чем ему.

Тишину в салоне нарушал только гул двигателя, когда они ехали к «Дейз». Раз или два за ночь от подвозил студентов колледжа в разных стадиях опьянения до или от «Дейза» и других баров и танцевальных клубов, расположенных рядом с ним.

Одна из девушек достала фляжку и поделилась ею с подругами. Машина наполнилась запахом дешевого рома, а он ехал дальше, с трудом прорываясь сквозь плотный ночной трафик, освещенный неоном.

Когда он остановился у клуба, все пассажирки выбежали из машины, без всякой благодарности захлопывая за собой дверь. Они встали в хвост очереди из отдыхающих, ожидающих, когда вышибалы пропустят их внутрь. Пока он наблюдал за ними через открытое окно машины, одна из девушек посмотрела в его сторону. Она что-то шепнула остальным.

Громкий смех – последнее, что он слышал, отъезжая от дома. Он догадался, о чем шла речь. Он всю жизнь был объектом чужих шуток. То, что думали эти пьяные девчонки, ничего не значило. Он был способен на то, на что у обычных людей не хватало смелости.

Он чувствовал, как желание поднималось в нем, словно жажда, которую нужно было утолить. Он заставил себя сопротивляться. Еще было слишком рано. Он должен был держать себя в руках.