Очередное утро началось с того, что мой завтрак прервал посыльный. Карабас срочно вызывал к себе. Безопасник как всегда без предисловий начал очередной инструктаж.

— Пока вы с Мангустом были на задании, я пообщался с Белкой и заполнил пробелы в информации о вашей поездке за кощеевскими.

— Белка мне рассказала о некоторых подмеченных ей странностях в поведении санитара в санчасти, когда она там лежала. Он часто подслушивал разговоры лежащих в санчасти больных. Я допросил санитара, и он поведал мне, что сливает инфу о подслушанных им в санчасти дарах иммунных нашему ментату. Ментат сам не может узнать какие дары у прибывающих свежаков, дары может определить только знахарь. А ментата нашего оказывается завербовали хамелеоны. Они сказали ему, что знают где перезагружается кластер с его семьей и, что им не поздоровится. Хотя мы все знаем, что в Стикс попадают копии людей, которые никак не влияют на людей в нашем мире. Но Боцман оказался человеком чувствительным и повелся на удочку хамелеонов.

— Периодически в стаб наведывается кто-то из хамелеонов и, зная инфу о свежаке с нужным даром, вербует его на нужное им задание, а потом естественно они свежака пускают в расход. У тебя подобная ситуация была с Кощеем. И теперь не понятно, а Кощей ли это был. Поэтому Боцману доверия нет, но и без ментата стаб существовать не может. Поэтому я решил, что нам нужен новый ментат, но Боцман пока об этом знать не должен.

— Есть такой стаб Тортуга, находится на тройнике. Это пещера под водой. Даю тебе карту, на ней отмечено примерное расположение Тортуги. При подъезде к ориентировочной локации будет длинный мост через реку. После переезда моста, нужно свернуть направо и ехать вдоль берега до рыбацкой деревушки. Там найти лодку и доплыть до острова. Если лодки не будет у берега, тогда ждите перезагрузку рыбацкого поселка и быстрее бегите к берегу, берите лодку.

— В Тортуге работает охранником кваз Штирлиц. Он раньше работал ментатом в нашем стабе, но принял черную жемчужину и мутировал в кваза, нарушив запрет Полкана на прием жемчуга ментатом. Обрисуешь ему ситуацию и позовешь обратно. Белка с Мангустом поедут с тобой, сегодня днем их выписывают и сразу выдвигаетесь. Закрепленный за тобой уазик ждет у КПП.

В обед я подошел на КПП, Мангуст и Белка были уже там. По виду они были бодры и полны сил. Не тратя время на разговоры, мы сразу выехали на задание.

Как только отъехали от стаба, Белку словно прорвало, она начала рассказывать байки, услышанные во время лечения в санчасти.

— Соседка у меня была в палате, трейсерша матерая, Азбука. Постоянно рассказывала интересные истории. Оказывается, мотоцикл можно как приманку на зараженных использовать.

— Однажды нашла она заброшенный завод. На пустыре перед заводом Азбука оставила свой спорт байк, а сама забралась на одну из высоких труб. Устроившись на её вершине со снайперской винтовкой, она нацелилась вниз.

— Только мотоцикл она оставила работать, чтоб его гул и дым манили зараженных из их нор. Недолго ей пришлось ждать. Группа монстров, учуяв запах дыма и гул работы двигателя, рванулась к байку. Азбука расстреляла всех, кто подбежал к мотоциклу, около десяти тварей.

— Когда все утихло, она слезла с трубы и начала потрошить споровики. Но кусач, вожак стаи, был умнее своей свиты и не бросался слепо на жужжащую приманку. Он поджидал хитрую иммунную. Внезапно он атаковал ее, нанеся сильные раны, но Азбука сумела вскочить на мотоцикл и с горем пополам скрыться от твари. В итоге она оказалась вместе со мной в одной палате.

— Вот бы мне так научиться стрелять.

— Ну из берданки своей ты так точно не сможешь, так что копи на крутую винтовку! — поддержал в своем стиле Белку Мангуст.

Ориентируясь по карте Карабаса, мы проехали мост, повернули направо и доехали до рыбацкого поселка. Лодок у берега конечно же не оказалось. Оставалось только ждать перезагрузки. Я отогнал машину в лесок рядом с поселком, чтобы не приманивать не званных гостей, и пошли тягучие часы ожидания чуда.

Перезагрузка произошла ночью. Воздух вокруг поселка начал сгущаться, словно кто-то подмешал в него краску. Туман вдруг возник из ниоткуда и скрыл под своей пеленой всё вокруг, отгораживая посёлок от остального мира густым, мокрым и холодным покрывалом.

Вскоре стало ясно, что это не просто туман. Внутри, в этой плотной серой стене, появились молнии. Тонкие, как нити, они танцевали по воздуху, играли между каплями влаги. Звук был едва слышен — лёгкое потрескивание и редкие негромкие хлопки, которые звучали где-то в глубине тумана.

Мы внимательно наблюдали за процессом, готовые в любую минуту выдвинуться к речному берегу.

Процесс перезагрузки поглотил все наше внимание, и мы не заметили, как сзади к машине подкрались зараженные. Стекло задней боковой двери буквально взорвалось под ударом большой когтистой лапы лотерейщика, обрушиваясь в салон автомобиля гремящими осколками. Вторая лапа монстра схватила вскрикнувшую от неожиданности Белку и потащила на себя, пытаясь вытащить ее наружу.

Мангуст, надо отдать ему должное, среагировал мгновенно. Он резко извернулся назад и дал короткую очередь из ВАЛа в плечо лотера. Пули впились в толстую шкуру монстра, он завыл, но не отпустил руку Белки. В это время Белка схватила свой Вепрь-308 и, направляя его в распахнутую пасть монстра, выстрелила без колебаний. Зверь отдёрнул лапу, но даже такое ранение не было достаточным, чтобы убить его. Монстр, не ожидавший такого отпора, на секунду замер на месте. Этим воспользовался Мангуст и дал еще короткую очередь в монстра.

В это время раздался глухой удар по крыше. Второй зараженный запрыгнул на крышу уазика. Когти чудовища застучали по металлу крыши, каждый раз прогибая металл всё глубже. Я открыл дверь уазика, резко выскочил из машины и дал очередь по прыгуну, запрыгнувшему на крышу.

Одновременно с моей стрельбой Белка с Мангустом выскочили из машины и побежали в сторону речного берега. Я тоже присоединился к ним. Перезагрузка только-только прошла. Люди в поселке еще не успели мутировать, они встревоженно выбегали из домов, услышав нашу стрельбу. Со стороны леса, в котором мы прятались, за нами бежала группа зараженных.

Мы подбежали к берегу, прыгнули в ближайшую к нам лодку. Мангуст сел за весла, мы с Белкой начали стрелять в подбегающих к нам зараженных. В результате такого рывка мы оказались метрах в тридцати от берега реки, на котором остались разозленные твари. С реки нам открылся вид на поселок.

На узких улицах рыбацкого поселка, еще не до конца рассеявшийся туман перезагрузки принял форму чего-то более зловещего, чем просто плотный осадок водяного пара.

Стены домов, как и их обитатели, не были готовы к атаке. Наваждение вырвало людей из их теплых постелей, стащив босиком на холодные полы жилищ. Голодные монстры нахлынули на поселок с такой скоростью и яростью, что в первые секунды реальность и сон казались неотличимыми друг от друга.

Зараженные, словно шайка голодных псов, вбежали на улицы поселка и начали творить своё мерзкое дело. Утеха у них была одна — хапать любого, кто не успел спрятаться. Когти и клыки впивались в плоть, отзываясь по всему поселку дикими воплями боли и ужаса.

По мере того, как все более отчетливыми становились атакующие силуэты монстров, в душах жителей поселка зашевелился инстинкт выживания. Небольшая группа людей быстро поняла, что монстры не следовали за прыгающими в воду. В воду, черт возьми, в реку! — крикнул один из рыбаков. И словно по команде, выжившие бросились к речному берегу. Люди ныряли в воду и плевать хотели на то, что они были в одежде. Вода приняла их — холодная, но обещающая спасение.

Теперь часть выживших стояла по колено, а некоторые и по грудь в холодной речной воде. Они всматривались в темноту, где их соседи, друзья, еще не понимая происходящего в своей полудреме, поедались монстрами, вышедшими из ночного леса. Было ясно, что поселок больше не принадлежал людям. Он стал охотничьим угодьем для зараженных.

— Фуух, — выдохнул Мангуст, переставая грести веслами, — наука на будущее, надо смотреть не только вперед.

— Надо будет в следующий раз, если что-то будем караулить в машине, чтобы Белка смотрела в заднее стекло, держа наготове карабин, — сказал я.

— Это точно, капитан очевидность, — съязвил Мангуст, — лучше скажи куда грести.

В темноте куда грести видно не было совсем.

— На карте остров расположен правее поселка, если смотреть на поселок с реки. Далеко от берега не отплывай, греби в противоположную сторону от моста, который проехали. Как поселок проплывем, потом по диагонали в сторону другого берега.

Минут через десять в полной темноте мы подплыли к какому-то острову. Как я понял из инструктажа Карабаса, нужно ждать перезагрузки, чтобы открылся вход в подводную пещеру. В Улье костры жечь нельзя, чтобы не привлекать зараженных. Но мы были на острове, а в воду зараженные не заходят, поэтому насобирали веток, разожгли костер в вырытой в песке яме и стали ждать.

Тени вокруг уютного костра беспокойно мелькали в ночи. Ночной воздух был пропитан запахом песка и влаги, смешанным с жирным запахом дыма от костра. Мы уединились на маленьком песчаном островке посреди беспокойной реки. Вокруг царило мрачное затишье — лишь слабый ветер шептал ветвями редких кустов. В эту ночь время как будто замерло, и нам было отведено несколько часов спокойствия.

На Белку так подействовала походная атмосфера у костра, что она решила рассказать о своей прошлой жизни.

— Я поступила на эконом в универ в своем городе. Обучение было скучным и однообразным. Я сидела на лекциях, зубрила ночами. Мечтала о большом и светлом будущем. Получив диплом экономиста, я обещала родителям, что устроюсь в какую-нибудь крупную компанию. На самом деле, я столкнулась с жесткой реальностью: никому не была нужна молодая специалистка без опыта.

Она вздохнула, словно выгоняя прочь груз прошлого.

— После окончания универа я сказала родителям, что меня взяли на работу в местный банк. Но каждое утро, вместо того чтобы садиться за стол полный бумаг и цифр, я отправлялась в роскошный дом на другом конце города.

— Я устроилась работать служанкой у жены колбасного олигарха. Женщины, чья жизнь была похожа на маскарад: вечные праздники, дамские чаепития. Я чистила, стирала, готовила, становилась тенью в доме, который казался мне музеем суеты и фальши. Я отмывала полы до блеска, готовила завтраки, как в этих ваших модных ресторанах, и даже потакала её капризам. Она требовала, чтобы все её платья висели строго по цвету и сезону. И конечно, мадам Карина Ивановна время от времени устраивала проверочные рейды. Она искала пылинки, которые якобы были, переворачивала вещи, чтобы наказать меня за недочёты. Ах, как я мечтала когда-нибудь приложить ей сковородой по заднице!

Белка сделала такой театральный жест, что даже ночь, казалось, затаилась в ожидании выплеска эмоций. Мы с Мангустом улыбнулись, представляя сцену.

— Каждый вечер я возвращалась домой как бы с хорошей работы. Ни родители, ни друзья не знали правды о моей работе. Так я и жила, между двумя мирами: один, где я была экономистом с перспективным будущим, а другой, где я была служанкой, теряющей свое достоинство с каждой тарелкой, которую приходилось отмывать.

— Когда я поняла, что я в Улье и у меня есть дар, то мне показалось, что я наконец-то нашла тот мир, где мне не нужно скрывать свою сущность за масками.

После пламенного монолога Белка замолчала. Она продолжала смотреть в огонь, но её рассказ уже был закончен. Это была история о прошлой жизни, законсервированной в пыльной банке, оставленной на задней полке её воспоминаний — там, где её уже никто не потревожит.

За созерцанием горения костра мы не заметили, как наступил рассвет. Мы начали смотреть по сторонам, но пока ничего нового не произошло. Небольшой остров был таких же размеров, рядом тоже ничего не поменялось, все та же бурная река омывала остров. Нас разморило на дневном солнце, и мы не заметили, как все трое уснули.

— Лис, подъем! — меня разбудил голос Мангуста.

Я по инерции вскочил на ноги, еще толком не проснувшись.

— Смотри! — Мангуст указывал рукой вперед на край острова, который вроде бы стал короче.

Мы подошли к краю острова и остановились на краю обрыва, появившегося на месте плавного схода берега в воду. Часть острова осыпалась вниз. Уровень воды в реке стал ниже. Но внизу так же был песчаный берег, плавно уходящий в воду.

— Сейчас проверю! — Мангуст протянул мне веревку, а сам спрыгнул вниз на песок рядом с обрывом, я даже не успел ничего сказать.

— Спрыгивайте сюда! — позвал Мангуст.

Мы с Белкой спрыгнули и увидели в отвесной земляной стене обрыва овальное углубление. Мангуст пнул ногой в песчаную почву этого углубления, и его нога провалилась глубже, не встретив сопротивления. Тогда мы с Белкой подошли и начали разрывать песчаную стену. Там был проход в туннель. Мы вошли в туннель и пошли вперед, освещая себе путь фонариками.