Бэзилу снилось, что он стоит на коленях в центре гостиной особняка капитана Леруа, а сама госпожа Шарлин надевает ему на шею брачную гривну на глазах своих подруг. Раб только собрался произнести традиционное «Благодарю за честь, госпожа», как над самым ухом раздалась пронзительная трель, за которой последовал хлопок по плечу. Машинально потирая ушибленную конечность, шатен открыл глаза и тут же их закрыл, боясь поверить увиденному. Он лежал обнаженным на широченной кровати в залитой солнцем «голубой» спальне, а на его груди тихо посапывала самая желанная женщина Мальвы, одетая лишь в полупрозрачный бежевый пеньюар… златоволосая красавица Шарлин Леруа – большая любовь и великая потеря Бэзила. Навязчивый звук продолжался, и мужчина, наконец, догадался взглянуть на мигавший красным экран браслета связи.

«Хватить спать, лежебока, уже полдень. Живо тащи свою тушку в ванную, приводи себя в порядок и возвращайся в лагерь. Погостил и будет. Нечего внушать моей подруге ненужные иллюзии и провоцировать угрызения совести.

Эйлана Смитерс, если ты еще помнишь – твоя госпожа», – гласило сообщение.

Раб перечитал текст, уяснил содержание, и попытался выполнить приказ. Но едва мужчина двинулся к краю постели, острые ноготки впились ему в бок, требуя вернуться к роли подушки. Разрываясь между нежеланием потревожить сон любимой и обязанностью исполнить волю хозяйки, Бэзил остановился и, пошарив по кровати, обнаружил на изголовье забытый диванный валик. Осторожно отцепив от себя пальцы девушки, шатен положил ей под бочок валик, в который немедленно вцепились ручки, и сполз на пол. На этот маневр тело раба отозвалось болью в мышцах и пятой точке, как после хорошей игры, а «чугунная» голова откликнулась сжимающей лоб мигренью.

15.08.437. Лагерь Смертников

Клиф завершал послеполуденную пробежку, когда возле особняка опустился флаер. Из кабины выбрался Бэзил и, пошатываясь, направился к крыльцу.

– Привет, Бэз, – нагнал шатена опальный фаворит. – Как там госпожа?

– Госпожа Леруа, как всегда, восхитительна, – пробормотал Бэзил, хватаясь за виски. – У нее все хорошо. Только не ори. У меня голова раскалывается.

– Какая, на хрен, госпожа Леруа? – Клиф схватил его за плечи и развернул лицом к себе. – Ты что несешь, кретин?

– Госпожа Шарлин, – мечтательно проговорил шатен, глядя на русого мутными глазами. – Первая красавица Мальвы.

– Причем здесь, Морт1 тебя побери, госпожа Леруа? – разозлился Клиф, тряханув собеседника. – Я спрашиваю о нашей госпоже.

– Нашей госпоже? – тупо переспросил Бэзил, не вникая в суть вопроса, и жалобно попросил. – Не тряси меня, а то вырвет.

Поминая отца недотепы, Клиф схватил непонятливого шатена за руку и потащил в медпункт.

– Тодд, живо выдай этому пьянчуге средство от похмелья, – рявкнул он с порога, ногой распахнув дверь медкабинета. Из жилой комнаты выглянул медик.

– Ты очень не вовремя, Клиф, – промямлил он, придерживая штаны. – Не можешь зайти чуть позже?

– Мне плевать с кем ты кувыркаешься, – прорычал русый, швыряя на стул Бэзила как пушинку. – Дай Бэзу антипохмелин, и мы уйдем.

Тодд хотел было поспорить, но наполнивший комнату гитарный перезвон заставил его заткнуться. Чувственное контральто пропело: «Кровавым заревом затянут горизонт», и Клиф поспешно нажал на комме иконку «Прием». На экране появилось сообщение, которое русый с удовольствием огласил:

«Киска моя, с минуты на минуту должен приехать Бэзил. Спорю на мороженое, что он страдает от похмелья. Вытряси из Тодда антипохмелин, и можешь пытать любимчика Шарлин, сколько хочешь. Напоминаю, что тебе осталось всего десять дней опалы. День твоего прощения мы отметим танцами и застольем. Целую, Эйлана».

– Киска моя? – растеряно переспросил Сид, высунувшись из-за плеча медика.

– Ага. Не веришь, сам посмотри, – самодовольно ухмыльнулся Клиф и протянул запястье, на котором висел браслет связи. Сидевший, обхватив голову, Бэзил напомнил о себе жалобным воем. – Тодд, не зли меня. Видишь, человек страдает.

Подгоняемый угрозой медик отыскал требуемый флакон и едва успел отдернуть руку, так резво Бэзил вырвал у него лекарство и припал к горлышку. Позволив страдальцу выпить чудодейственное средство, Клиф сжалился над изнывающими от нетерпения любовниками и утащил исцеленного шатена в гаремный зал.

– Рассказывай, – велел он, толкнув Бэзила на диван, а сам занял соседнее кресло.

– Что рассказывать? – уточнил шатен, устраиваясь поудобнее. – Что именно ты хочешь узнать?

– Все, – рубанул Клиф, хлопнув ладонями по диванному валику. – Я видел, как ты уехал с госпожой неделю назад и с тех пор здесь не появлялся. Делаю вывод, что ты провел это время в усадьбе у ног госпожи Эйланы и сопровождал наших хозяек на праздник в дом госпожи Шарлин. Меня интересует все, чему ты был свидетелем за эту неделю.

– Ладно, – Бэзил откинулся на подушки и начал рассказ. – Шесть дней, считая день моего отъезда из лагеря, госпожа обучала дочь этикету и отрабатывала с ней посадку в экипаж, а на седьмой день приказала мне подать ландо к главному входу, позволила Луи составить хозяйкам компанию в салоне, и мы поехали к госпоже Шарлин.

Сутки назад. День рождения Шарлин

– Ты все помнишь, милая? – спросила Эйлана и, приподняв подол длинного платья цвета морской волны, поставила ногу на спину Дэна.

Крэг заботливо сжал кисть жены, помогая подняться в экипаж, верх которого по случаю хорошей погоды был открыт.

– Да, мам, – язвительно ответила из кареты наследница в лазоревом наряде. – Я так не готовилась даже к выпускным экзаменам в школе. Теперь разбуди меня ночью, я отвечу на любой вопрос по мальвийским обычаям.

– Посмотрим-посмотрим, – покачала головой старшая Смитерс, и, усевшись рядом с дочерью, повернулась к управляющему, стоящему рядом с мужем в нежно-голубой блузе, хорошо гармонировавшей с его цветом глаз. – Луи, ты едешь с нами в салоне. Бэзил, сегодня ты поработаешь возницей.

– Слушаюсь, госпожа, – хором откликнулись мужчины. Блондин запрыгнул в экипаж, и тот покатил по дороге в город. Всю поездку София любовалась пейзажем, а Старшая госпожа о чем-то инструктировала Луи. До Бэзила иногда долетали обрывки фраз: «…ответишь на все вопросы… ты меня понял?».

Особняк Шарлин Леруа, красивое трехэтажное здание в стиле ампир, с двух сторон примыкавшее к живописному озеру, располагалось к западу от столицы на полпути в космопорт на опушке леса. Черно-белое ландо промчалось по дорожке, выложенной цветным камнем, подлетело к высокому раздвоенному крыльцу и остановилось у перил правой лестницы.

– Смитерс, как я рада, что ты приехала пораньше, – воскликнула Шарлин, сбегая по ступенькам в сопровождении Брасса, коротко-стриженного шатена спортивного телосложения, которого она любила брать с собой в гости. Фиолетовое платье прекрасно смотрелось на ее стройной фигурке и оттеняло золотистые волосы. – Доброе утро, юная леди. Я Шарлин Леруа, хозяйка этого скромного особнячка.

Бэзил спрыгнул с облучка, открыл дверцу кареты и прикинулся лестницей. Луи соскочил на дорожку и, грациозно преклонив колени, предложил дамам руку.

– Привет, Шарлин. Поздравляю с днем рождения самую красивую охранницу космопорта, – улыбнулась Эйлана, в два шага оказавшись возле подруги. – Познакомься, это моя дочь София. Она приехала с Шеата системы Пегас навестить свою старую мать и гостит у меня уже две недели.

– Здравствуй, госпожа Леруа, – запинаясь, проговорила наследница и, мертвой хваткой вцепившись в ладонь Луи, медленно спустилась по спине Бэзила на землю. – У тебя очень красивый дом.

Брасс с разрешения подруг забрался на козлы и отогнал карету на парковку, организованную под деревьями справа от здания.

– Спасибо, мне он и самой нравится, – рассмеялась Шарлин и слегка пихнула в плечо старшую Смитерс. – Тоже мне старушка. По ловкости и быстроте реакции ты дашь любой выпускнице военной академии сто очков вперед. Девочки из городского морга до сих пор судачат о трупах, доставленных из твоих владений. Тринадцать представительниц Великих Домов, кто бы мог подумать. Тетя Оливия говорила, что королева высоко оценила твой вклад в подавление мятежа. На счет красоты, тоже вопрос спорный, ты и сама, не дурнушка, а о Ханне и говорить нечего.

– Не веришь мне, спроси Бэзила, – хитро подмигнула Эйлана и мягко ткнула носком туфли «ступеньку» в бок. Раб послушно поднялся, расправил широкие плечи, давая возможность полюбоваться на вышитую синюю рубашку, и, метнув на красавицу-блондинку восхищенный взгляд, потупился. – Видишь, он со мной согласен.

– Ты привезла Бэза? Вот это сюрприз, – обрадовалась Шарлин, обнимая Эйлану. – Ты умеешь превращать любое событие в праздник.

– Дорогая Шарлин, я долго гадала, что подарить моему любимому дознавателю, и решила, что лучшего подарка, чем альтаирская платина и рубины, не придумать, – Смитерс извлекла из сумочки бархатный футляр и открыла крышку. На атласной подушечке, переливаясь в лучах солнца, лежал браслет, обсыпанный мелкими розовыми камешками.

– Смитерс, ты с ума сошла. Это же куча денег. Я не могу это принять, – растерялась Шарлин, неохотно пряча руки за спину. Софи так и застыла возле коленопреклоненного Луи, крепко сжимая его ладонь. Она не ожидала, что мать решит сделать подруге такой шикарный подарок.

– Не такая уже и куча, большую часть стоимости этих побрякушек составляет дорогая доставка. Мне же они достались почти даром, – усмехнулась инопланетница. – Скажу по секрету, на Альтаире живет мой бывший сослуживец и хороший друг. Он приобрел для меня этот браслет и переправил сюда через знакомого альтаирского перевозчика. В качестве довеска к подарку я отдаю Бэзила в твое распоряжение до конца праздника.

– Спасибо, Смитерс. Это самый лучший подарок. Я никогда этого не забуду, – расчувствовалась Шарлин, но сообразив, что ее слезы видят рабы, взяла себя в руки и официальным тоном сказала. – Прошу в дом, гости дорогие.

Эйлана подхватила дочь под ручку и, прихрамывая, двинулась за именинницей в особняк. Мужчины последовали за хозяйками, и Бэзил едва слышно сказал в спину старшей Смитерс:

– Благодарю за милость, госпожа.

– Отработаешь, – также тихо бросила через плечо Эйлана и вошла в двери

Гостиная. Особняк Леруа

Шарлин привела мать и дочь Смитерс в светлую гостиную, оформленную в желтых с зеленым тонах. В середине комнаты стояли полукругом несколько кресел. Центр полукруга венчал стол, ломившийся от изысканных блюд.

– Госпожи Смитерс, присаживайтесь, где вам нравится. Остальные гости приедут не раньше полудня, – сказала Шарлин.

Эйлана по привычке выбрала два места напротив входа.

Хозяйка дома остановилась возле накрытого стола и кивнула на Бэзила, скромно стоявшего у кресла старшей Смитерс, опустив взгляд:

– Ты разрешишь покомандовать ТВОИМ рабом или его привезли только для «игры»?

– Бэзил в твоем полном распоряжении до вечера, – небрежно проговорила Эйлана, отправляя в рот дольку сладкого фрукта, поданного на тарелочке Луи. – Делай с ним, что пожелаешь, только не калечь. Этого я не потерплю.

– Бэз, ты не забыл, где у меня находится гарем? – спросила она, любуясь своим бывшим фаворитом.

– По лестнице на третий этаж и по коридору направо, госпожа Леруа, – кротко ответил шатен, не поднимая глаз.

– Сходи туда и приведи Брига для госпожи Софии, – велела она, поднимаясь с кресла. – Смитерс, я вас ненадолго оставлю, мне нужно сделать кое-какие распоряжения повару.

– Шарлин, а как поживает твоя дочурка? – остановила Эйлана подругу. – По словам Клифа у тебя растет очаровательная девчушка лет четырех.

– Флора на месяц уехала с моей матерью на южное побережье к прабабушке. Я по ним уже скучаю, – с нежностью ответила она и вместе с Бэзилом покинула гостиную.

Гаремный зал. Особняк Леруа

Повинуясь приказу владычицы своих грез, Бэзил поднялся на третий этаж и, откинув шуршащую занавеску из соломки, нанизанной на леску, позвал:

– Бриг, госпожа Шарлин велела тебе спуститься в гостиную.

Помимо Брига, младшего брата Шарлин, в гаремном зале сидели еще трое: ее черноволосый муж Флориан и пара поджарых русоволосых парней лет двадцати, предназначавшихся для угощения. Остальные трое, не считая повара и медика, похоже, занимались подготовкой к приему гостей.

– Сиди, Бриган, – рявкнул на подскочившего с дивана блондинчика Флориан, двадцатипятилетний светлокожий брюнет, не уступающий пришельцу в красоте и комплекции. – Я держу этот гарем, и не тебе, выскочка, здесь командовать. Если госпожа Шарлин желает видеть этого шкета, пусть сама отдаст мне соответствующий приказ. МНЕ, а не старой рухляди госпожи Оливии. Я слышал, что моя жена уже полгода не пользуется твоими услугами, а ты выставляешься на праздниках вместо бордельной шлюхи.

– У тебя устаревшие сведения, Флор, – спокойно заметил шатен и, скрестив руки на груди, прислонился к косяку. Из-под коротких рукавов выглянули накаченные мускулы. – Последние восемь месяцев я принадлежу майору Смитерс, близкой подруге госпожи Шарлин, а госпожа Эйлана не имеет привычки отдавать своих мужчин на потеху гостям. Меня одолжили твоей жене по случаю ее двадцатишестилетия в дополнение к подарку.

– Ты собственность инопланетницы Смитерс, владелицы Лагеря Смертников? – переспросил брюнет и, получив утвердительный кивок, осклабился. – Тем более, не смей распоряжаться в моем гареме, старикашка. Чужаков мы не жалуем.

– Как знаешь, – пожал плечами Бэзил. Он стремительно пересек зал, закинул шкета на плечи и скрылся в дверном проеме.

Взревев от такой наглости, Флориан бросился в погоню, но шатен, знавший дом не хуже его обитателей, отнес свою «добычу» на кухню и в лицах пересказал Шарлин свой разговор с ее мужем. Взбешенная девушка отправилась наверх и на полпути буквально у дверей гостиной встретила не менее злого Флора.

– Что это за выходка, Фло? В доме гости, а ты устраиваешь скандал и мешаешь Бэзу исполнить мое поручение. Ты решил испортить мне праздник? – прошипела она, прожигая мужа яростным взглядом.

Заключенный четыре года назад брак Шарлин с рожденным неизвестно от кого сыном младшей наследницы Дома Торвальд принес Дому Леруа выгодный контакт на поставку продовольствия в горные районы материка. Сделка поначалу устроила всех, включая Флориана, которому по контракту гарантировалась жизнь до сорока при любом раскладе кроме супружеской измены. Однако после рождения дочери Шарлин поняла, что несчастлива с нелюбимым, навязанным главой собственного Дома ради выгодной сделки. Осознав свою вечность, Флор начал потихоньку наглеть и ухитрялся хамить жене, ни на йоту не отступая от установленных правил, так что и наказывать не за что. Помимо этого он дико ревновал к Бэзилу, от которого не раз получал по первое число, портя драками настроение усталой жене, вернувшейся после смены, и подлизывался к тете Оливии и Бриджит, матери Шарлин, красочно рассказывая гадости про фаворита. Справедливо считая Фло одной из причин отказа тети Оливии продать или просто отдать ей любимчика, Шарлин не жаловала мужа и, едва пристроила Бэзила подруге, совершенно перестала использовать.

– Я и подумать не смел, что вы, госпожа, отправите за Бригом какого-то старикашку, – язвительно произнес брюнет, кланяясь жене. – Иначе сам проводил бы его к вам, госпожа.

– Ты забываешься, торвальдский выродок, – взвилась капитан Леруа. – Не твое кошачье дело через кого я передаю приказы. Твоя обязанность – заботиться о моем благополучии и помогать по хозяйству, а не устраивать склоки с рабами моих подруг.

– Простите, госпожа, что защищая ваш гарем, я немного перегнул палку. Я готов понести наказание немедленно, – ухмыльнулся Флориан, отлично понимая, что прямо сейчас ему кара не грозит. Жена не захочет показывать гостям, насколько дерзок ее супруг.

– Хорошо, что ты заговорил о своей вине, Фло, – сердито проговорила Шарлин, отвешивая брюнету пощечину. – Моя кузина Эстэль пару минут назад прислала сообщение, что уже вернулась с Гарона и скоро приедет на мой день рождения. Уверена, она снова попросит тебя для игры, и я, как и в прошлый раз, не смогу ей отказать. Ты помнишь, как играет наследница нашего Дома?

– Да, госпожа, – смиренно потупился наглец, поежившись.

Его память услужливо показала собственное истерзанное тело, стонущее на кушетке в медпункте. Эстэль любила проверять мужчин на выносливость, используя самые необычные девайсы, и недавно замучила до полусмерти своего мужа, осмелившегося сделать ей третьего сына, вместо дочери. Перспектива вновь пережить этот ужас заставила парня умолять жену о заступничестве.

– Есть ли какой-нибудь шанс избежать визита госпожи Эстэль, госпожа? – жалобно уточнил он, хватаясь за призрачный шанс.

– Нет, и ты прекрасно, это знаешь, – отрезала Шарлин, быстро соображая, как избавить нелюбимого, изрядно надоевшего, но все же родного «ублюдка» и хорошего отца от страданий в руках неприятной родственницы. – А вот, спасти твою тушку от ее внимания способ есть. Хоть ты этого и не заслуживаешь.

Приход Бэзила в компании Бриго подбросил ей идею, как решить возникшую проблему. Приведя брата в приличный вид, Шарлин махнула мужу, чтоб шел следом и направилась к матери и дочери Смитерс.

15.08.437. Гаремный зал. Лагерь Смертников

Бэзил замолчал, поднялся, налил из кулера стакан воды, вернулся на диван и сделал глоток.

– А дальше, что было? – нетерпеливо поторопил его Клиф, страдающий без внимания любимой, а потому жадно собирающий о ней любые сведения.

– Госпожа Леруа предложила своего брата Бриго юной Софии, а госпожу Эйлану уговорила преподать урок Флориану. Потом... Вскоре появилась госпожа Дроу. Сразу за ней явились госпожа Тиборга и сестры Леруа. Госпожа Эстель попыталась забрать у госпожи Эйланы Флориана, но не тут-то было. Ты же знаешь, что наша хозяйка никому не отдает свои игрушки и не признает никаких авторитетов, кроме королевы и полковника Морриган. Госпожа Эйлана мастерски поставила на место наследницу Дома Леруа, объявив, что как глава Дома Смитерс, она не обязана исполнять капризы чужих дочек, ей хватает закидонов собственных. Короче, Флора она отстояла. Тут же возник вопрос, сколько же лет самой госпоже Эйлане, и правда ли, что госпожа София ее дочь. После праздничного обеда местные парни устроили представление, закончившееся конкурсами. К вечеру госпожа Софи напробовалась коктейлей, которые для нее смешивал Бриг, и изъявила желание станцевать с Луи. Госпожа Эйлана быстро утихомирила дочь и, извинившись за недоразумение, увезла ее домой. Такое впечатление, что наша хозяйка – единственная, кто сохраняет присутствие духа при любых обстоятельствах и вообще не пьет, так ровно она ступала, когда уводила пьяную дочь из гостиной. Флор смылся, едва госпожа Эйлана ему это позволила, и думаю, заперся в подвале. Мне же было велено остаться, и я стал участником традиционной оргии. Утром меня разбудило сообщение госпожи Эйланы с приказом возвращаться в лагерь, и я обнаружил себя в объятьях спящей госпожи Шарлин... Лучшего подарка на предстоящий день рождения, хозяйка мне сделать не могла.

– Госпожа Эйлана – идеальная женщина, – благоговейно выдохнул Клиф, вызывая на браслете фото своей возлюбленной, и рявкнул на шатена. – А ты, неблагодарная скотина, этого не ценишь. А ну, марш в столовую обедать.