Бои на М-7 затягивались. Противник медленно отступал и смог организовать несколько хорошо охраняемых зон, куда командование без приказа заходить запретила. Можно было нанести орбитальный удар, но для этого не мешало бы пополнить ударные группы боеприпасами. Противник теперь всеми силами старался не подпускать флот к планете и атаковал куда смелее. За два месяца флоты столкнулись еще три раза. Серьезно повредили один из линкоров и два корабля поменьше, у империи пострадала одна «акула» первого класса. Одна третьего чуть не упала на планету. Техники запустили двигатели за несколько часов до точки невозврата и экипаж успел увести корабль на безопасную орбиту.

Командующей докладывали, что начались проблемы во всех корпусах. Мало боеприпасов, есть раненые, на планете все еще пытаются наладить снабжение очищенной водой, но системы только-только запускают, критическую фазу миновали, но ограничения еще большие. Наметились проблемы с питанием.

От разведки пришло донесение. Они перехватили часть данных и расшифровали переговоры. Наземные части противника сосредоточены вокруг разработок экзотиса. Противник осознает, что он потеряет М-7, поэтому всем подразделениям поставлена задача защищать добычу до последней возможности.

— Похоже, они нашли планету с энергоном, — шепотом подумала Искра.

Лориэль посмотрела на подругу и повернулась к командующей. Все верно. Добыть энергон это половина задачи, надо его еще хранить и использовать, а тут без систем, обработанных экзотисом не обойтись. Все цивилизации с технологиями опирающимися на энергон, так же охотятся и за экзотисом. А здесь, в М-7 настоящая удача, две нужных планеты рядом. Хотя, говорят, что планета с энергоном слишком близко к звезде, но даже это в итоге не станет препятствием. Уж для Галаданы точно. Иметь свой собственный источник энергона — это просто мечта для кого угодно.

— Значит, большая часть транспортных мощностей у противника занята перевозками руды… — озвучила общую мысль Аранга.

Командующая взяла сутки на раздумье. У Седьмого флота были ресурсы решить проблему на планете, вопрос в цене этой победы. Аранга приказала заняться снабжением. Первым ушел в родные системы спасательный крейсер с ранеными на борту. Группа из двух «акул» вернулась в К-2 за припасами. Лориэль поручили командование сводным отрядом из двадцати «ласточек». Колония, вкусив денег и чуткого внимания от родной планеты расстаралась выше нормы — склады были полны продовольствия и медикаментов. Первым делом загрузили одну из «акул» водой, реагентами и продовольствием и сразу же отправили ее обратно на М-7.

А со второй все пошло по плану и пришлось подождать. Все экипажи оказалась в больнице с лихорадкой. Стойкими оказались двое — Буми и Шу. Айгиль удачно пошутила про свою подругу:

— Она ма-ень-кая, у нее бо-е-еть не-чему.

Лориэль провалялась восемь дней, причем два были совсем тяжелыми.

— Так вам уже не двадцать пять, мастер, — сказала доктор на очередном осмотре. — Да и ранений хватает. Вам вообще пора подумать о почетной пенсии. С такой нагрузкой я даже не знаю, сколько вы протянете.

— Это не про меня, доктор.

— Мое дело предупредить. Все-таки берегите себя. Не надо лишний раз выше ушей прыгать.

— Принято, доктор. С допуском что?

— Давайте еще двое суток хотя бы? Анализы нехорошие.

Допуск Лориэль прошла на общих основаниях. К работе вернулись, но дела шли медленнее. В системе осталась только одна действующая «платформа», экипаж которой серьезно болел. «Ласточкам» запретили излишние нагрузки, но все равно старались. Хитрили как могли. Если закинуть в каждую машину лишних пять коробок, то за вылет получалась общими усилиями получалась уже хотя бы тонна груза. Мелочь, но полезная мелочь.

Техники и экипажи поделились с местными рассказами о дочке Лориэль и оказалось, что на К-2 есть свой музей, где просто невероятное количество снимков и роликов с планеты. Чего тут только не было, и со времен освоения, и стройки, и настоящее. Одних только наборов знаменитых штормов набралось на целый блок данных. Лориэль с охотой приняла подарки и отправила все через оперативную службу домой.

Когда экипаж «платформы» пришел в себя, дело пошло намного веселее. Ползает она, конечно, еле-еле, но зато за раз привозит груза куда больше, чем отряд шустрых «ласточек».

Уже заканчивали с погрузкой, когда пришла еще одна «акула» с еще одним сборным отрядом во главе с Фуви. Встретились на планете.

— Сейчас переболеем и сменим вас, — сказала Фуви. — Еле уговорила командующую, а то мои девки Ка-Два и не видели ни разу.

Через месяц погрузка была закончила, отряда Фуви уже переболел и вернулся к работе в полной мере. Лориэль получила приказ и с отрядом вернулась в М-7. «Акула» за двое суток подошла к флоту, «платформу» сразу отправили на планету, а «ласточки» начали развозить по кораблям припасы.

Бои на планете теперь шли местного значения, только «тридцатки» и армейская авиация противника по-прежнему выясняли кто из них крепче. Нет-нет обе стороны еще и лупили друг по другу дальнобойными ракетами и артиллерией. Дроны, которых у всех хватало, на М-7 были настоящим мучением — если в них не было автономных системы управления, то и пользы никакой. «Тридцатки» и десант научились находить зенитные железяки и делали это вполне успешно, а противник не мелочился. Похоже, что этих шестиногих крабов с ракетами на спине у него было вагон, тележка и еще чуть-чуть. Все «ласточки» получили приказ вооружиться. Техники очень быстро поставили на передние пилоны пушки, боеприпасов к которым у флота было с избытком. Десант их вообще не экономил, а систем с подобным вооружением у них очень много.

Снабжение приходило в норму. Те, кто мотался в родную систему, не забывали провозить запасы чая и конфет. Большой пакет конфет привозили лично для Буми. Для Тессы привозили суповые составы с К-2. Забавно вышло, когда десант запросил специальные носки для себя. Ночи на М-7 холодные, кто не в помещении, тем совсем неуютно. Десант, конечно, вытерпит все, но как ему не помочь? Искра, Тесса и Диляра продумали шалость и ухитрились каким-то чудом притащить двадцать тысяч пар этих самых носков меньше чем за месяц. Оперативная служба все увидела только когда десант с наглыми мордами начал таскать коробки в «ласточку», которая готовилась к вылету на планету.

Аранга на собрание спросила у командующих десантных бригад:

— Вы обычными методами не можете воспользоваться?

— Виновата, командующая. Так в три раза быстрее, — ответила Ветерок.

Еще два месяца командующая выслушивала отчеты, пока не поняла, что средств у флота достаточно.

— Вызывайте корпус Зеленого Пламени, — приказала она.

Едва в системы появились лирийские «акулы», флот начал решительное наступление. На планете все части ударили решительно. Для противника это не стало неожиданностью, дрался он как надо. Но то был лишь первый этап. Когда флот начал обходить планету, Аранга выпустила в бой все подразделения «рысей», включая ветеранов Первого Корпуса Гнева. Пятьдесят «ласточек» зашли в атмосферу и с двадцати километров над контрольными зонами сбросили на управляемых личных планерах восемьсот ведьм. До этого системы ПВО отвлеклись на перехватчиков и многие комплексы просто не успели перезарядиться, чтобы помешать «ласточкам». Через полчаса пошли отчеты, что одна цель за другой подавлены.

А дальше начался гений опытных навигаторов военно-транспортных отрядов. В распоряжении Искры были не только ее воспитанницы, но и лучшие умы всех групп. План был составлен дерзкий и выверенный до мелочей. Группы отработали так, что даже бывалые ведьмы восхищались. У них еще идет бой, зачищают опорные пункты, за спинами высаживается десант на боевых машинах и сразу в бой.

«Ласточкам» доставалось на орехи от всего, что было у противника. Надо отдать должное пилотам-армейцам противника, благодаря им все экипажи вкусили что такое настоящая битва за небо. «Тридцатки» прикрывали надежно, но вертолеты раз за разом доставали «ласточек». Из экипажей только раненые, но сгорело три «ласточки» и десять ушли на долгий ремонт. Никто из экипажей не остался без отметин.

В один из таких дней для наземных частей родилась новая легенда с позывным «Крошка». Лориэль с группой высадила десант и возвращалась через линию боев на базу, когда из ущелья им в тыл вышла пара вертолетов. На борту у Арабилы и Петимарры были группы десанта, их нужно было прикрыть. И, похоже, вертолеты знали по каким целям надо работать.

— Крошка, шугни правого! — скомандовала Лориэль, а сама развернулась к ведущему вертолету.

Айгиль выписала просто невероятный кульбит и за один заход вышла в борт вертолету. Две коротких очереди и двигатели на винтокрылой машине вспыхнули. Лориэль прощупала второй вертолет. Несколько прямых попаданий, но вреда вражеской машине они не нанесли. Противник в ответ огрызнулся чем было и поспешил уйти. От ракет увернулись без проблем, а вертолеты нырнули в ущелье и ушли.

Весь этот бой с земли видели две группы ведьм. Они выслали видеозаписи в штаб и запросили позывной пилота. Через полчаса ведьмы сообщили, что поврежденный вертолет рухнул в ущелье, экипаж может записывать на свой счет сбитый борт. Вечером ведьмы были на «единичке» и разыскали отряд Лориэль. Старшая ведьма-ветеран из первого корпуса показала пальцем на Айгиль и недоверчиво спросила:

— Эта что ли?

— Моя воспитанница, — спокойно ответила Лориэль.

— Ей же в школу пора! — засмеялись ведьмы.

Старшая улыбнулась, сняла с пояса свой штурмовой нож и подарила его Айгиль.

— Красиво летаете, ласточки! Молодцы, удивили! — подмигнула ведьма экипажу.

Запись от ведьм попала в общую сеть, восхищались все. Лориэль догадывалась, что в данном случае не обошлось без уроков Зары, а уж как мелкая ушла из-под атаки ракетами, так вообще все сразу понятно — кто еще прекрасно освоил полет задницей вперед, как не Зара?

Дошло сообщение и до родной планеты, откуда прибыла съемочная группа. Командующая не пожалела Лориэль:

— Вам не привыкать, мастер.

И пришлось Лориэль неделю катать репортершу с собой, очень уж той нужны были отличные кадры. Девка оказалась шустрой и некапризной, снимала все и лезла везде где только можно. Ее разок десантницы даже чуть не поколотили.

А потом два дрона подловили Айгиль. Девчонка справилась, уберегла машину. Правый двигатель разворотило знатно, а за ним полыхнули поврежденные баки.

— Крошка, доклад! — вызвала Лориэль.

— Она ранена, — доложила Шу. — Правый отказ, сбрасываем скорость. Топливо не греется! Все под контролем.

Лориэль обогнала машину Айгиль. В кабине дыра, валит небольшой дым.

— Постоянный доклад, — потребовала Лориэль.

— Правый сейчас развалится, — отчеканила по слогам Айгиль.

Через десять секунд с искрами и голубым пламенем с крыла слетели три «пера». «Ласточку» дернуло, но Айгиль справилась.

— Тяга сорок два. Стабильно, — доложила она.

А «ласточка» полыхала. Даже опытному глазу казалось, что машина вот-вот превратится в пыль. Айгиль докладывала, что все под контролем. Еще три минуты и потух разбитый двигатель, только одно из поврежденных «перьев» в нижней сфере вывалилось и болталось. Баки перестали пылать через две минуты. Еще полчаса полета и Айгиль посадила машину на «единичке». К кабине сразу помчались десятки техников и медики. Когда Лориэль с Буми добежали до поврежденной машины, медики уже вывели Айгиль. Правая рука плеча до пояса у девчонки залита пеной.

— Обошлось, — сказала медик. — Кости не задеты, остальное до внучек заживет.

Хотя выглядело все неважно. Летный комплект девчонки был залит кровью.

— Хо-ошо что Шу ма-ень-кая. Бу-уть она вы-ыше, ей бы го-олову убило, — сказала Айгиль и шмыгнула носом.

Осколок пробил шлем, прошел по макушке маленького навигатора и проделал дырку в левом ухе. Второй осколок разодрал летный комплект слева и сломал два ребра Шу. И опять ей повезло. Будь она обычной комплекции, осколок, скорее всего, влетел прямо в сердце.

Раненых утащили в медчасть. Техники сразу полезли проверять «ласточку».

— Несущие целые! — доложили они сразу. — А остальное можно заменить!

Лориэль обернулась к своей машине и увидела репортершу, которая все это время не прекращала снимать. Она ведь совсем про нее забыла.

— Как кино? — спросила Лориэль.

— Очень страшно… — восторженно ответила репортерша. — Ваш пилот молодец просто!

— Курсант.

— Чего?

— Пилот этой машины — курсант малой академии флота.

— Оу… — восхитилась репортерша.

— Только не преувеличивайте, хорошо? А еще лучше — дайте мне или старшим бригады посмотреть ваш материал.

— Конечно, мастер!

Репортерша прихватила свои вещи из кабины и побежала в штаб. Лориэль хотела сразу поговорить с девчонками, хотя вряд ли ее пустят. Сейчас осмотр, перевязки, сканирование. Еще и после не самого простого полета. Обе точно уснут. Разговор придется отложить на день. Девчонки молодцы, выкрутились, а вот их мастер… От неприятных мыслей стало холодно где-то в кишках, в голове засели мысли «а что, если бы…». Лориэль понимала, что в очередной раз увлеклась. Для нее риск был привычен, а вот для курсантов — вряд ли.

Выполнив очередной полет, Лориэль помчалась к Туче на разговор.

— Они же выть будут! — усмехнулась Туча.

— Зато живы останутся.

— Хорошо, командуй. Искре сама прикажу.

— Благодарю.

Теперь курсантам 5-го курса не давали назначений на вылеты в зоны боев. Мера уже запоздалая, девки зафыркали недовольно и еще больше, когда узнали, что у них будут забирать машины в пользу боевых экипажей. Вот тут вой начался сильный, летать хотели все.

— Тишина! — рявкнула Лориэль на толпу мелочи. — С вас мертвых уже не спросишь, а мне вашим матерям в глаза смотреть! Отныне орбитальные вылеты и работа в безопасной зоне. Полетов меньше не станет, а услышу кто скулит — отправлю к инженерам бочки с водой таскать!

Курсанты приуныли, почесали уши и побрели в штаб корпуса получать новые предписания. Искра обещала постараться — орбитальных полетов много, старшие увлеклись все, подставили молодняк. Полет на «акулу» и обратно, считай, почти сутки. Курсантам будет не до скуки, а для разрядки и по своим зонам покататься придется.

— Ничего. Мы трусы чистые развозили и не передохли как-то! — засмеялась Искра. — Выть еще будут, что вылетов много.

Заглянув с курсантами в штаб, Лориэль направилась в больницу. В палате никого не было, пришлось подождать немного, пока девчонки вернутся с перевязки. Шу пришла с большой шапкой из бинтов на голове, выглядело забавно. В больничной пижаме девчонка казалась еще меньше и худее. Айгиль упаковали руку в гипс и поставили на стяжки. Обе поняли, что будет серьезный разговор и насторожились.

— Садитесь, — Лориэль кивнула на кровать и, глядя в глаза Айгиль, сказала: — Я когда-то приняла решение говорить тебе все прямо, без утайки. Так вот — при первой возможности я отправлю вас домой.

Айгиль нахмурилась, а Шу сжалась еще больше.

— Я и сейчас могу попросить медиков отправить вас домой после ранения. Они помогут, — продолжила Лориэль. — Делать этого я не стану, потому это подло и неправильно. Ранения у вас несерьезные, поправитесь быстро, но летать вы теперь будете только по безопасным маршрутам.

— Мы спла-а-вимся.

— Я знаю. И да, вопрос в тебе, Айгиль. Воевать должны матери, поэтому я постараюсь, чтобы ты летала с наименьшим риском. Будет прямой приказ — другое дело. И сами поберегитесь. Я знаю, что вы со всем справитесь, поэтому и забыла про опасность. Теперь же будете летать осторожно. Орбитальных у вас будет очень много. Ясно?

— Ак то-очно!

— Так точно, — тихо ответила Шу.

— И еще. Завтра придут с канцелярии — рапорт напишите на сбитый вертолет. Старшая корпуса приказала.

— А ка-ак это? — не поняла Айгиль.

Зато оживилась Шу:

— За сбитый полагается вознаграждение!

— И нашивка боевая, — добавила Лориэль. — Только если узнаю, что хватаетесь — уши надеру!

Шу заулыбалась смущенно, а вот Айгиль ушки припустила. Чего-чего, а немного похвастаться она была всегда рада.

Гостившая в корпусе репортерша оказалась толковой и шустрой, не хуже Веритаэль. За неделю работы она собрала четыре ролика про флот и корпус Гнева. Ее для этого даже покатали вокруг «акулы», чтобы показать исполинские размеры корабля и что на нем ведутся работы даже в открытом космосе. Много было и про флотскую жизнь, засняла она и веселых девок, и как старшие сурово отчитывают подчиненных, но главный вывод сделать несложно — флот единый организм и вклад каждого бойца важен, даже если на общем фоне он незаметен.

Второй выпуск конечно же про десант и наземные части. На фоне сурового порядка в дивизионах ПВО или дальнобойной артиллерии, порядки в других корпусах казались неким ребячеством, пока не начинались боевые действия. Репортерша даже попала под обстрел и метров с двухсот засняла атаку бронетехники и десанта на опорный пункт. Хотя толком мало что было видно — очень быстро поднялись облака пыли и съемку пришлось прекратить. Сборник на пять минут у девицы получился духоподнимающий.

Третий был посвящен перехватчиками, штурмовикам, «пчелкам» и работе «платформ». Вышло длинновато, но тут про перехватчиков и «тридцаток» можно сутками снимать и все равно не выйдет рассказать обо всем. «Пчелы» из случайных помогаек превратились в боевые аэротакси для десанта и подкреплений — в каждом корпусе до полусотни своих «пчел». «Платформы» вообще получились в репортаже как уникальная служба со своими правилами и не менее древними традициями.

Четвертый ролик был про «ласточек». Вот уж где кадры были как кадры. Чего только монтаж с подбитой машины Айгиль стоил! И снято отлично ведь. Вся машина в облаке плазмы, полыхает как метеорит в атмосфере, ан-нет, вот и двигатель потух, вот и топливо выработалось, а вот уже медики выводят раненый экипаж и оказывают помощь. Показана вообще вся работа «ласточек», от сброса десанта и техники, до перевозки воды и припасов по планете. Орбитальные вылеты разве что не показали, только как «ласточки» уходят с посадочных ангаров на «акулах» и возвращаются.

Посмотрела ролики и командующая Эллатира. Вызвала всех старших и сказала:

— Вы чего девок обижаете? Летают как надо. Представления на награды и повышения на стол через двое суток. Мастер, вашим девчонкам из репортажа — Звезды с крыльями. Курсантам не положено, но да не отметить подобное нельзя. Готовьте наградные листы.

— Слушаюсь.

После награждения Зара сразу подсунула кулак под нос Айгиль.

— И-и-во вы? — насупилась девчонка, сверкая новой медалью на пижаме.

— Люблю как родную, сама знаешь. Но будешь важничать — получишь. И мастер не защитит.

Зара обняла девчонку, расцеловала. Шу не далась, у нее все еще повязка на голове. Обе были жутко рады боевой награде, правда самую главную они еще не видели — на борту их машины «тридцатки» сами нарисовали звезду за сбитый вертолет. Отогнали техников и сами, как это у них принято, нарисовали.

Больше половины экипажей получили заслуженные награды, а кое-кому из курсантов особым приказом присвоили звания младших кандаров. После награждения Туча собрала всех молодых поближе и пригрозила:

— Никому не рисковать! Мне, вон, мастера Лориэль хватило на всю жизнь.

Курсанты и новоявленные кандары сдержанно засмеялись и пугливо покосились на мастера.

— Не рисковать, — повторила Туча. — Мы здесь еще надолго. Вы все работаете хорошо, а значит звания будут у всех. Ясно?

— Так точно! — ответили дружно курсанты.

— Только от экзаменов вас никто не освобождал! — выкрикнула Зара.

Вскоре боевые действия возобновились. Империя начала спокойно и методично выдавливать противника с позиций. Дважды флоты вступали в бой и последний оказался для противника очень тяжелым — серьезно повредили линкор и почти все ударные крейсера. И хотя вражеский флот остался частично прикрывать планету, чтобы не дать «акулам» нанести орбитальные удары, по факту он уже не мог оказать серьезного сопротивление.

Еще через две недели у противника осталась под контролем только одна огромная зона. Корпуса отдышались неделю и снова поперли вперед. Дело шло медленно, но уверенно. Каждый раз командующая напоминала старшим:

— Личный состав беречь!

Через три месяца спланировали и провели большую операцию с десантом, противник лишился двух подготовленных посадочных площадок, а еще через неделю перехватчики разнесли последнюю зону для работы крупных транспортов, и у Империи официально запросили разрешение на эвакуацию. Битва за М-7 была окончена.