Отсутствие полетов сказывалось на настроении — экипажи скучали. Медиков с их запретами можно понять — пару рейсов на К-2 и можно загреметь на недельный карантин, а если с осложнениями, то недели на три. Работал только 302-й отряд, остальные занимались орбитальными перевозками.

На облет машины разрешение выдали сразу. Девчонки тянули жребий, кто пойдет на машине сопровождения. Буми еще не оправилась, и короткую палочку у навигаторов вытянула Шу. Белка придумала как обойтись без планетарных облетов, но мера, конечно, временная. Она вообще делала все с диким воодушевлением:

— Мастер! Я же техническую статью после этого напишу обязательно! Никто еще не собирал заново машину в космосе, а мы смогли!

Сидя в кабине и ожидая разрешения на вылет, Лориэль думала, что в этом и есть отличие остальных от нее. Петимарра сказала «мы». И Белка, хотя ее заслуги как старшей технической службы неоспоримы, тоже сказала «мы». Могли сказать иначе и поступить как-то по-другому, но раз за разом повторяли «мы». Лориэль с холодком в душе думала, что ее мысли чаще заканчивались на «я».

Из задумчивости ее вывел голос оператора службы контроля:

— Иволга, взлет разрешен.

Вылет через барьер, знакомые, но чужие звезды. По связи голос техника — полет проходил по уставленной программе и ни шага в сторону. Лориэль и не собиралась баловаться. Она пока не поняла, что с ней происходит. Машина вернулась, вот она, родная, обняла креслом и послушно выполняет все команды. Доверяет, как и прежде. Только для себя решить тяжело, заслужила ли это доверие.

Все заметили перемены в поведении мастера. Списали на переживания, все-таки Буми выжила чудом, даже семнадцатью чудами, именно столько осколков прошло рядом или прямо через навигатора и любой, отклонись на пару сантиметров, мог бы убить или серьезно покалечить. И «ласточка», которую спасали всем миром. Никто не осуждал, только догадывались, насколько сильно переживает мастер. В ангаре после облета царила спокойная обстановка, все экипажи собрались здесь, хотя делать многим было нечего. Только Буми пряталась — переживала из-за операции. Осколок обрубил хвост наискосок, огрызок кости не очень красиво выглядывал из-под меха. Буми шмыгнула носом и тайком попросила хирурга удалить поврежденный позвонок. Так ее хвост стал еще на два сантиметра короче.

Когда Лориэль заглянула в палату, Буми вышагивала на тренажере положенные километры, перекладывая с места на место два мячика весом по килограмму. Это не проверка на выносливость, так проверяли сколько она потеряла от привычного сильванского равновесия. Полная потеря хвоста в некоторых случаях является медицинским отводом от службы, да и частичная тоже. Ходить, сохраняя баланс, без хвоста могут далеко не все. Вернее, ходить-то смогут, а вот не терять координацию при перегрузках или резких движениях некоторым не дано.

Буми, в очередной раз по команде переложила мячики и пожала плечами. Она чувствовала себя нормально.

— Небольшие отклонения есть, до семи процентов. Вполне допустимо с учетом ранений, — отчиталась врач.

Сдавать летный допуск Буми потащили на «Акулу» с бортовым номером 22, где было все необходимое оборудование. Сдала она сразу, только вернулась такая же печальная и почти не разговаривала, а на месте сразу ушла к себе. Лориэль сдала машину техникам, переоделась и отправилась в каюту. Попросила Тессу покараулить в проходе, чтобы поговорить без лишних ушей.

Буми сидела на лежаке полубоком и задумчиво левой рукой поглаживала хвост. После ранения она ни разу не улыбнулась.

— Все в порядке? — Лориэль села напротив.

— Ну… — Буми вздохнула. — Вы подумали, что я теперь боюсь летать с вами, да? Нет, все в порядке.

— А чего тогда кислая такая? Из-за хвоста?

— Я же красивая была.

Лориэль пересела к Буми обняла ее за плечи.

— Не знаю, чего тебе сказать. Красивых девок много, а хороших навигаторов мало.

— Да не надо меня успокаивать, я все понимаю, — Буми потерла лоб.

— Великая Миранатэль говорила, что страшнее всего не падать, а вставать.

— Читала… — выдохнула навигатор.

— И внучек надо на руках носить. За хвост пусть мамок держать. Знаешь, почему на руках?

— Знаю. Любите внучек, они отомстят вашим дочкам.

— Верно.

— Только я раньше вас бабушкой стану. Мои, на конкурс поехали, а их там мужчины в Общество пригласили.

— Я бы не зарекалась, — Лориэль улыбнулась. — Бабушка Буми. Звучит?

— Не знаю… — Буми закрыла глаза ладошкой и грустно усмехнулась.

— Нам нужен навигатор! — Лориэль потрясла Буми за плечи.

— Знаю…

— Вот и славно. И еще подумай, скольких девчонок вы с Тессой воспитали. Может, это важнее всего, а? Сколько навигаторов как ты на весь флот?

— Да я понимаю, но… — Буми схватилась за лоб. — Стыдно теперь просто, вот чего.

— Это почему?

— Ну… — Буми смутилась. — Хвост…

— Какой хвост?

— Мастер! — Буми фыркнула.

Лориэль ткнула когтем в лоб своему навигатору:

— Все проблемы сейчас только вот тут! Ты нужна нам. Я без тебя глупостей наделаю. Много и разных. И, главное… Кто еще меня сможет вытерпеть в кресле пилота, а?

Буми заулыбалась и спрятала лицо в ладошки, чтобы не захихикать. Лориэль встала и потянула ее к выходу.

— Идем. Придумаем какой-нибудь облет. Сейчас с Искрой свяжусь.

— Да не нужно, мастер!

— Полетели, говорю! Или чего, одну меня оставишь?

Буми фыркнула и решительно встала.

Следующие четыре дня сделали по вылету. Два проверить оборудование и два по личной просьбе Белки. Она в самом деле взялась писать научную работу по сборке машин в корабельных условиях с ограниченными ресурсами и попросила два вылета сделать с измерительным оборудованием. Флот скучал на орбите, времени было много у всех, так что Белка взялась за работу со свойственной ей энергией.

Наконец, прибыли танкеры и флот пополнил запасы энергона. Колония на К-2 с огромной радостью передала на флот огромное количество припасов. Возник один очень спорный момент — долго не могли решить, что делать с учеными и лабораториями. И командование, и Галадана, и сами ученые разделились во мнениях, надо ли их вывозить вместе с оборудованием, либо всем вернуться на планету и продолжить работу. За неделю не пришли к единому выводу и тогда решение приняла командующая. Ученых вернули на планету. Флот начал готовиться к переходу в М-7.

Перешли на режим полной готовности. Боевые отряды отдыхали, четыре дня Лориэль с экипажами крутилась возле двух «акул», пока рабочие группы устраняли возникшие неполадки. Когда техники доложили, что проблемы устранены, флот двинулся к точке перехода.

Сразу после перехода по всем кораблям передали боевую готовность. Борт спасателей вышел в системе позже военных кораблей. Экипажи сидели в кабинах и ждали приказа на вылет, но в первые сутки было тихо.

Первыми в бой пошли перехватчики. Система в спутниках и наблюдательных дронах. Пилотам поставили задачу зачистить все, противник решил, что это неправильно и всеми силами пытался помешать. Появились первые потери. Айгиль в своем секторе перехватила спасательную капсулу с пилотом. Серьезное ранение, спасатели долго мучились, чтобы доставить пилота на борт «ласточки». Петимарра доложила, что тоже догнала капсулу, но, увы, пилот погибла мгновенно, еще до того, как аварийные системы отстрелили капсулу. Она же через сутки перехватила вражескую спасательную капсулу. Пилота в тяжелом состоянии перевезли на ближайшую «акулу» и сдали медикам и оперативницам. Возможно, у противника были спасательные группы, но за все дни, пока перехватчики мерились силами, ни одного вражеского транспорта Лориэль не видела. Уверенно работала только ее группа и иногда их сменяли группы Айрины или Зары.

Самый сложный час пробил, когда из-за планеты на боевые позиции вышел вражеский флот. «Титана» не было, но оба линкора в исправном состоянии. Через двое суток, когда флотам надоело маневрировать, начался сам бой. Несмотря на то, что десятки кораблей на огромные расстояния лупили друг по другу из всего доступного арсенала, со стороны вообще ничего не было видно, лишь иногда где-то вспыхивали едва заметные вспышки. На спасательном крейсере все ожидали новостей. Бой шел уже сутки, корабли после вынужденных маневров нарушили боевой строй, что было неизбежно, и Аранга вызвала подкрепление. Ударная часть флота оказалась с фланга и противник, не дожидаясь, когда его возьмут в клещи, начал спешно отходить за планету. Аранга двинула корабли вперед, чтобы занять видимую сторону планеты и приказала готовиться к высадке.

Спасательный крейсер спешно подошел к поврежденной «акуле». Служба контроля запретила заходить за границы двухчасового радиуса — много обломков и неразорвавшихся боеприпасов вокруг корабля. На крейсере медицина готовилась к приему раненых. Все группы «ласточек» направились к поврежденной «акуле». Вскоре стали ясны масштабы повреждений — огромный корабль словно покусал неведомый исполин. Сверху по центру «акулы» огромный шрам, с правого борта отсутствует как бы не пятая часть корпуса, но самый уродливый след оставила торпеда, угодившая в носовую часть — левый посадочный пилон разрушен полностью, от центральной перегородки осталась лишь треть конструкции. Техники с «акулы» доложили, что ангар функционирует процентов на двадцать, все остальное повреждено взрывами.

— Иволга-Заре.

— Иволга здесь, — отозвалась Лориэль.

— Иду первой.

— Принято.

Остальные машины выстроились перед «акулой» в ожидании. Зара включила все системы на объемное моделирование. Ее «ласточка» осторожно поплыла в сторону поврежденного корабля. «Акула» медленно вращалась по горизонтальной оси против часовой стрелки и постепенно клевала носом вниз и чуть заваливаясь вправо. Судя по темноте в верхней части корпуса, повреждены все маневровые двигатели.

Зара осторожничала. Она зашла в поврежденный ангар, системы сразу зафиксировали, что конструкция неустойчива. Нет блокирующих щитов, работают только резервные вокруг уцелевшей части корабля. Системы ее «ласточки» уверенно фиксировали все объекты и выстраивали для остальных машин модель движения.

— Будьте осторожны, тут обломков полно, — доложила Зара.

Ее группа прошла первой, высадила техников и забрала самых тяжелых раненых. Второй на посадку пошла группа Айрины. По контрольным расчетам работать проще, высадили медицинские группы и забрали раненых. Лориэль с группой работали последними — у них с собой медикаменты и оборудование для техников.

Изувеченный корабль изнутри неприятно пугал. «Ласточка» настороженно ползла вперед. Слева остатки конструкции выглядели как надломанный зуб с двумя острыми краями. Тот, что был чуть меньше, раскачивался над огромным провалом в пробитой палубе. Большая часть обломков летала в стороне от щита, там, где пропала гравитация. Бились о стены, друг друга, с глухим звуком врезались в перекрытия.

На импланте отображались показатели всех четырех машин. Лориэль посадила свою «ласточку» и открыла грузовой модуль. Работы начались сразу, техники и военные спешили. Девчонки сели аккуратно и спокойно. Буми начала просчитывать обратные маршруты. Вылетать надо в обратном порядке.

Старшая техников прибежала и доложила, что медики просят подождать, не успевают подготовить раненых.

— Не торопитесь. Сколько надо вылетов, столько и сделаем, — сказала Лориэль.

— У нас проблемы с системами. Щиты и гравитация могут пропасть в любой момент.

— Мы и в таких условиях работаем.

Со службы контроля сообщили, что Лориэль осталась одна. Зара с Айриной полетели собирать спасателей и техников, чтобы перевезти на поврежденную «акулу». Буми схватилась за уши и давай пересчитывать маршруты заново. Уже прикидывали, можно ли летать с равными промежутками, чтобы каждый час-полтора один борт был на «акуле».

Подбитый корабль решил сдаться без боя. Поврежденные носовые конструкции, лишенные силовых полей и гравитации, вдруг с шумом и грохотом переломились. Пол в ангар подпрыгнул вверх и хорошо, что тут не было раненых. Многие попадали с ног, а «ласточки» разом перевели щиты в аварийные режимы.

— Все целы?! — закричала спасатель.

Никто, к счастью, не пострадал. Лориэль устояла на ногах и сразу включила имплант на проверку машин. Повезло, повреждений нет.

— Мастер, поглядите… — сказала Арабила и кивнула на то место, где был выход из ангара.

Сталь сжалась и теперь проход сделался слишком узким, пространство для маневра пару метров в любую сторону, причем местами обломки танцевали и колыхались как листья на ветру, а где-то просто летали большие куски стали и непонятно еще чего.

Все пилоты дружно почесали уши и повернули головы к огромной дыре в ангаре справа.

— Я смогу! — сразу заявила Айгиль.

— Проверяйте. Начальству доложу, — Лориэль вернулась в кабину и вызвала службу контроля.

Вскоре все четыре экипажа прикидывали, смогут ли пробраться в пролом под палубой. Беспокоили два торчащих сверху обломка. Судя по металлическому скрежету, деформация продолжается и места для маневра вскоре станет меньше. Позвали старшего техника и попросили подумать, как убрать оба обломка. Старшая почесала ухо, посмотрела в пролом, посмотрела наверх, снова в пролом.

— Да вы рехнулись! — сказала она.

— Я смо-у-гу! — повторила Айгиль.

— Оставить! — скомандовала Лориэль и повернулась к Арабиле. — Твоя машина ближе всех. Справишься?

— Так точно! — спокойно ответила Шпилька.

Как раз начали приносить и приводить раненых. Спасатели и техники к поврежденной зоне экипажи не пустили. Некоторые успели переодеться в костюмы для внешней работы и сами расставили навигационные маркеры. С «ласточек» запустили все четыре наблюдательных дрона, чтобы отслеживать постоянно проверять состояние дел.

Шпилька приняла на борт двадцать два раненых и взлетела. Медленно прошла двенадцать метров вперед, развернулась кабиной к обломкам сверху. «Ласточка» плавно поплыла в сторону пролома.

— Мастер, эти гадости обе шатаются! — доложила Шпилька.

— Принято.

Командные системы машины Лориэль высчитывали объемную модель. Дроны на выходе показали, что обломков вокруг нет, можно работать смело. Шпилька безошибочно зависла над самой широкой частью пролома и легко проплыла наружу. Второй вылетела Айгиль, за ней Петимарра. Лориэль проскочила последней и сразу взяла курс на крейсер.

Пришлось немного задержаться, пока в машины загрузят необходимое для поврежденной «акулы». Техники запросили рабочие комплекты для космоса и ремонтные наборы. Порядок строя сохранили, Лориэль снова шла первой, Арабила замыкала группу. Дроны зафиксировали, что один из обломков вылетел из пролома, а когда подходили к «акуле», вылетел и второй. Лориэль подстроилась под пролом и начала медленно пробираться внутрь корпуса корабля. «Ласточка» вся напряглась и сосредоточенно озиралась по сторонам, готовая в любой момент принять нужное решение.

— Пилот, это спасатель. Слышно меня? — прозвучало по связи.

— Так точно, слышу.

— Я прямо над вами. Можете придержать машину, чтобы я спрыгнула на вас? Иначе не выберусь.

— Где вы? Подайте сигнал?

Сверху из темноты маякнули фонарем.

— Вижу вас. Принято.

Буми просчитала точку, где можно зависнуть без риска. Лориэль вызвала спасателя:

— Прыгайте за кабину, но не сильно дальше. Там баки топливные.

— Принято, сейчас рассчитаю. Я в «тяжелом», попробую на автомате. Сама двигаться не могу.

— Ранены?

— Никак нет. Онемело все.

Когда Лориэль подала команду, спасатель включила двигатели на своем костюме. Огромная стальная туша осторожно поплыла вниз и мягко приземлилась в нужное место на корпусе. Еще более осторожно, чтобы не сбросить спасателя с машины, Лориэль повела «ласточку» на посадку.

Техники с лестницами сразу полезли на кабину и вдвоем вытащили спасателя из тяжелого рабочего костюма. Рук в десять спасателя спустили вниз. Медики сразу начали массировать той ноги, а она аж скрипела зубами от боли.

— Вы срезали выступы? — поинтересовалась Лориэль.

— Так точно! — спасатель болезненно поморщилась.

— Точно не ранены?

— Нет! — усмехнулась так через силу. — Там держаться не за что, резак под давлением работает, не абы что. Кое-как на балке в раскоряку встала, ноги уже через час не чувствовала.

— Благодарю. Выручили. Теперь куда безопаснее работать.

— Так общее дело делаем, — спасатель застонала, когда врач принялась сгибать и разгибать ей левую ногу.

Через минуту спасателя погрузили на каталку и спешно повезли в медблок. Через один рейс ее тоже вывезли на крейсер, с ногами не все хорошо. Это спать сильванки могут в одной позе хоть всю ночь, а вот так, расставив ноги и держась непонятно за что одним чудом больше четырех часов — никакой силы не хватит, если только это не сила духа имперского спасателя.

Постепенно работы на поврежденной машине становились спокойнее, хоть борьба за жизнь корабля только набирала обороты. Внешние группы с ближайших «акул» уже работали над восстановлением маневровых установок, внутри кипела работа за силовые системы. Подошла еще одна «акула» и начала расстреливать обломки и осколки вокруг, чтобы расчистить проходы. Буми заметила, что стрелки работают по их схеме. Точно так пробивали бреши на орбите Галаданы, когда на «акуле» взорвался арсенал.

Все в ангаре обратили внимание на Айгиль и Шу. Навигатора сразу приняли за ребенка, ну маленькая она совсем, что поделать, а пилот привлекла внимание своей манерой разговаривать. Это только добавляло восхищения работой экипажа, летали-то девчонки не хуже остальных.

— А толковые у вас девки, мастер! — заметила одна из техников.

— У нас все такие. Другие на «ласточках» не летают.

Техник понимающе кивнула.

Через сутки заработала одна группа двигателей и, удивительно дело, экипаж «акулы» сумел за несколько часов избавиться от всех критических вращений. Оставили только вращение по центральной оси на треть градуса в минуту, чтобы корабль, лишенный силовых полей, равномерно нагревался под лучами местного светила. Оно хоть и не жарило как родное над Галаданой, но без щитов разница в температуре на поверхности корабля могла стать критичной.

Лориэль тихо вызвала Искру и поинтересовалась, кто командует «акулой».

— Шутишь? Наша Тали! Там всех старших выбило, она и приняла корабль. Кстати, иди уложи девку спать. Третьи сутки на ногах. Сейчас от командующей приказ продублирую. Смену уже везут.

— Ты же понимаешь, как это все выглядит? — Лориэль покачала головой.

— Иви, она боевой кандар. Приказы не обсуждаются. И, да, командующей я доложила обо всем. И не только я. Девке орден полагается, спасла корабль. Так-то!

Тали уже не была той мелочью. Настоящий кандар космического флота. Глаза только заплыли туманом усталости. Лориэль сразу заметила, что в запасном командном центре половина навигаторов и пилотов жутко боятся кандара Атталару. Подчиниться приказу временная командующая отказалась наотрез, только когда с ней связалась Аранга и отдала прямой приказ, Тали подчинилась. Дежурный навигатор приняла командование до прибытия группы старших.

Лориэль вызвалась проводить Тали в каюту и заодно спросить, почему та злиться.

— Вы меня бросили! — нахмурилась Тали.

— Виновата, когда это?

— Тогда! — Тали фыркнула. — Когда отряд расформировали.

— Еще раз это скажешь — я тебя ударю! — прорычала Лориэль. — Ты одна из немногих, кого мы смогли сохранить на службе! И не вздумай это сказать Искре! Это она ради тебя во всех щели полезла, лишь бы ты в мундире осталась!

Тали сконфузилась.

— Все равно это неправильно, — пробормотала она.

— Это служба, Тали. Было бы все просто и правильно — пили бы дома чай. Верно? Ты столько девчонок спасла. Чтобы с ними было, не окажись тебя здесь?

Тали вздохнула и кивнула.

— Очень спать хочу, — призналась она напоследок.