— А хорошо тут у вас! — мастер Тиранэль с наслаждением вытянула ноги.

В прохладной тени институтской беседки можно просидеть весь день. Профессор Серенга вернулась к работе с двойным энтузиазмом. Ее вызывали к верховной и, похоже, профессор получила в свое распоряжение еще больше ресурсов и полную поддержку. В институте и до этого порядке были строгие, а теперь и вовсе стали как на флоте, причем все вздохнули с каким-то облегчением, словно до этого кому-то не выдавали вовремя препараты, не проводили процедуры, или медсестры забывали разносить по палатам завтраки и обеды. Все пациенты носили на руке браслеты с маячком, в нужное время поступал сигнал как напоминание или приходила медсестра, чтобы отвести пациента в нужный кабинет.

Лориэль не сильно удивилась, когда неделю назад ей и Айгиль пришло уведомление явиться на комплексные обследования, причем в сообщение была интересная строчка: «Согласовано с командованием 7-го флота». По сути, приказ без прямого приказа.

В первый же день на утренней прогулке Лориэль с сожалением увидела, что из всех беседок выносят лавки, некоторые разбирают, но уже к вечеру все вернулось и даже стало лучше. Вместо жестких деревянных лавок поставили удобные кресла, у порогов появились настилы, чтобы без проблем закатить коляску, а внутри на самом видном месте разместили тревожную кнопку для вызова дежурного персонала. Беседки, где еще не вырос плющ, укрыли декоративными сетками, чтобы внутри была тень.

Новые порядки Лориэль понравились, хоть и приходилось почаще поглядывать на время. Тиранэль прямо с учений заскочила в институт в гости и нарушила строгие порядки. Мало того что она явилась без предупреждения, была одета в обычный летный комплект, так еще и прилетела на своем штурмовике, хоть в учебном варианте без вооружения, но все равно профессор не преминула лично пошуметь. Мастер вежливости ради пообещала больше так не делать.

— Надолго еще тут? — спросила Тиранэль.

— На три дня.

— Хорошо. Обсудить план работ надо вместе. Флот должен прибыть, приказано все добро сменить на новые образцы. У моих девок идея появилась, как одну птичку в другую запихнуть.

— Чего? — удивилась Лориэль. — Как это?

— Крайние пилоны снимаем. Бронекапсулу снимаем. И на платформу, чтобы наискосок машина вошла в грузовой модуль.

— Танки возила. Пушки возила. Десант возила. А такого еще не случалось!

— Какие твои годы! — Тиранэль засмеялась.

— А чего? Флот готовим к походу?

— Угу, готовим, — Тиранэль погрустнела. — Проблема у нас с флотом. Кого матриархом-командующей ставить.

— Почему не Арангу?

— Все за Арангу, только дело такое… Корпус Гнева вернулся, а командует корпусом одна старая ведьма из «Рысей», позывной Академия. Она легендой была, когда я за мамкин хвост еще держалась, а командующих с таких боевым опытом на всю Империю хорошо если пару штук наберется. Хори говорит, что верховная в думах великих, хули тут сделать можно. Вроде как и старая ведьма наша родная, да еще и настоящая легенда, а с другой стороны весь флот за Арангу.

— Проблема… — согласилась Лориэль.

— Во-во. Вас сейчас припашут медицину на станцию гонять до усеру. Теток из Гнева под восемьдесят тысяч вернулось, а на станции мощности медицины всего-то на две с половиной, и то если напрячься сильно. Баб сорок лет дома не было, понятно, что все торопятся, а хули делать? Без первичной изоляции никак.

— Нас ли работой пугать?

— Смотри, чтобы тебя с бабами на сто сорок маленьких котят от счастья не порвало. Туча еще не сообщала ничего, нет? У нее приказ отряд до шестидесяти машин расширить. И лирийским девкам столько же.

— Пусть расширяют, — усмехнулась Лориэль. — Экипажи я им не рожу.

— А придется. Утром совещание было после учений, старшие проблемы все озвучили, Аранга пообещала лично боевую задачу тебе поставить. И про десант не забывай. Так что я пока на словах передала, а как на завод вернешься, так с приказом и ознакомишься.

— Почему бы верховной просто меня не пристрелить? Это невыполнимо, — Лориэль помотала головой.

— Помучить — наше любимое развлечение. А вот чего выполнимо или нет — есть у меня две бабы знакомые, у одной жопа железная, у второй рука. И ничего, летают.

— У них еще с башкой не все в порядке.

— А то. Нас природа создала по земле ходить, а мы всё в небо метим. Кто тут нормальная?

Проводив мастера, Лориэль проведала Айгиль. Вместе зашли на разговор к доктору. Девчонку на два дня вывозили на завод под присмотром целой группы врачей. Обвешали с головы до ног датчиками и посадили в тренажер. Зара погоняла мелочь как следует и теперь у институтских голова болела, почему в голове пациента их безупречный нейроимплант работает в двух режимах.

Лориэль всегда брала девчонку с собой на разговоры, чтобы та не чувствовала себя обманутой или брошенной. Хватило той странной обиды после операции, когда все чуть не пошло прахом, а в чем дело Айгиль сама не разобралась. Просто взяла и обиделась настолько, что жить расхотела. Теперь все общение и решения принимались только при ней.

— Технически девушка совершенно здорова, — врач пожала плечами. — Природу переключения режимов нейроизделия выяснить не смогли. В основном состоянии изделие работает на девять процентов нагрузки, а режиме стресса переключатся на расчетные показатели.

— И какое решение? — поинтересовалась Лориэль.

— В настоящий момент никакого. Можно, в теории, простимулировать нанидами, но особого смысла в этом не вижу. Полагаю, что-то пошло не так в момент корректирующей операции. Это не сбой, это, в принципе, нормально явление. Нейроизделения созданы на основе технологий рефлекторного интеллекта и могут в определенных условиях перестраивать свои алгоритмы.

— Я ова-лить на-амаль-но смо-у? — Айрина с надеждой посмотрела на врача.

— Конечно. Процесс обучения просто затянется. Возможно, останутся какие-то речевые дефекты, но совсем незначительные.

Теперь девчонка уставилась на Лориэль.

— А етать мне о-ожно?

— С навигатором уже сработались? — Лориэль погрозилась пальчиком. — Не торопись. Это тебе только кажется, что все легко.

— С медицинской стороны никаких ограничений нет, — доктор посмотрела на Айгиль. — Еще на пять дней оставим для процедур и сканирования и отпустим. Понятно?

— Ак то-очно! — радостно ответила Айгиль.

— Ну и славно! — сказала Лориэль. — Как из больницы выйдешь — сразу займемся делами. У нас их много.

— Ага.

— Не ага, а…

— Ак то-очно!

Лориэль подмигнула девчонке. Она слышала записи из тренажеров. Зара и старший оператор достоверно изобразили работу в полете с постоянными переговорами со службой контроля. Едва Айгиль пристегнулась к креслу тренажера и заработала учебная программа ее имплант переключился за стандартные тридцать три процента мощности. Речь стала четкая, спокойная, слова вылетали, словно их печатал стальной пресс. Главным успехом институтские считали, что после двух дней испытаний у Айгиль ни разу не заболела голова. Нейроимплант на расчетной мощности работал отлично. Нагрузка на мозг настолько естественная, что тело ее не замечало.

Через три дня Лориэль с большой радостью умчалась из института трансплантологии. Заскочила домой, поцеловала дочек, обняла всех остальных, переоделась и молнией на завод. За день набегалась, что забыла поужинать. Вспомнила, что хочет есть, только когда дома на столе взяла из большой чашки печенье.

Выспаться не вышло. Выучка взяла верх над усталостью и Лориэль приняла вызов на «купол».

— У нас боевая, мастер, — сказала Паранга. — Два региона, один горит, второй тонет. Нужны все. Триста второй тоже подняли по тревоге.

— Принято.

Одеваясь, Лориэль ждала ответа от заводской службы контроля. Ответили не сразу:

— Виноваты, мастер. Вызывали экипажи и рабочие группы. Приказ получен, — доложила дежурная.

Перед тем как выйти из комнаты Лориэль набрала Тучу.

— Собираемся. Опоздаем часов на пять, — сказала старшая.

— Вы с академии экипажи старших курсов захватить успеете?

— А это хорошо мысль! Поставлю задачу.

Дочки поджидали Лориэль в коридоре.

— Чего не спите? — она поцеловала их в ушки. — Хорошим тетям нужна помощь. Постараюсь звонить почаще, хорошо?

Обе дружно вздохнули и обняли.

У гаража Лориэль дозвонилась до дежурной по академии:

— Пятый и шестой курсы боевая готовность. Собраться на посадочной площадке к восьми ноль-ноль и ждать.

— Слушаюсь!

Формально шестой курс уже кандары, а пятый должен стать шестым. Проблема что одних еще не успели распределить по отрядам, а вторым принять перевод на старший курс. Все в казармах и ждали приказов. Оно и к лучшему, молодым практика, а отрядам лишние экипажи. Что работы будет много Лориэль не сомневалась.

Зара сразу улетела встречать свору «пчелок». На ее машине стоит очередной экспериментальный модуль управления, раньше думали, как такие запихнуть в грузовой модуль, а теперь все умещается в кабинете в маленьком загашнике, где Искра временами прятала ящик с чаем, чтобы протащить через всевидящие очи оперативной службы. Теперь Зара одна может вести как центр управления до сотни машин, на которых нет своих систем глобальной навигации. Плохо только что Тессы нет, все еще на лечении, но и заводской навигатор должна справится.

Машины собственно корпуса спасателей уже улетели, группа Лориэль подобрала оставшихся оперативников, взяли все что могли и помчались в точку встречи. 302-е догнали быстро, выстроились в один строй и пошли общим курсом. Через час встретили Зару, за которой как котята выстроились гурьбой семьдесят «пчел». Через три часа по сети разлетелись кадры, как полсотни «ласточек» проходят над городом и идут к зоне сбора. С какой-то из крыш сняли картинку куда интереснее, где видно и все «пчелки», и даже попал в кадр огромный транспортный самолет. Вид всего действа вдохновил Галадану, давно они не видел всей мощи своей планеты, а тут целая армия пришла на помощь в пострадавшие регионы.

Пока спасатели настраивали оборудование и разбирала снаряжения, старших собрали на совещание. Командовала всем Эйсель, одна из новеньких помощниц хозяйки Ургоны. Ей не было еще сорока, но в корпусе спасателей пользовалась уважением, она славилась умением планировать операции и проводить их с минимальным риском, но большой эффективностью.

Над сложившейся ситуацией можно было бы посмеяться, не будь все так печально. Два региона отделяла зона мелкосопочника, растянувшаяся на каких-то триста километров, а дальше все упиралось в горы. Теперь с одной стороны горят леса от засухи, а с другой стороны регионы смывает паводками и селями. Места здесь выше среднего уровня моря, ливни сильные, ситуация еще даже не достигла своего критического пика. У спасателей уже готов план, работы распределены, центр связи пока работает через «акулу» на низкой орбите, пока местные не развернут свой центр связи.

— Кто командует группами «ласточек»? — спросила Эйсель.

Все посмотрели на Лориэль.

— Общее командование предлагаю поручить старшему когтю Лионнэль, — ответила она.

— Принято, — ответила командующая.

Туча взялась за дело со всей свойственной ей рациональностью и суровостью. В огне и дыму работать проще, чем под ливнем при сильных перепадах высот. Почти все, кому довелось побывать на К-2 под знаменитыми штормами улетали в регионы с паводками, все остальные работали с пожарными расчетами. «Пчелы» не могли долго находиться под ливнями, но зато забрали на себя перевозку местных бригад и эвакуацию с ближайших городков и тигов. Моторная авиация летала так, что гул их винтов не прекращался. К концу первых суток техники полностью развернули рабочий лагерь, метеостанцию, станцию службы контроля, два узла управления, а счет вывезенных пострадавших подобрался к пяти сотням. Одних заправщиков невесть откуда взяли четыре штуки, а еще два, небольших и очень мобильных, доставили по спецдопуску прямиком с завода экспериментальных разработок. Техники мигом оценили обновку, машинки оказались маневренные, с новой системой заправки. Белка, когда узнала агрегаты и свою систему подачи топлива, полдня виляла хвостом.

Вторая ночь выдалась самой тяжелой. Над маленьким горными тигом крутились больше трех часов, пока спасатели собирали с крыш и скал выживших. Повезло, что в тиге вовремя заметили опасность и перебрались повыше. Они бы и рады уйти, но обе дороги из тига смыло еще утром. В полночь старосты тига передали сигнал опасности, а через час все дома просто снесло селевым потоком. Кружились над тигом до тех пор, пока не нашли всех. Сорок два жителя, из них двенадцать детей, спасены.

Только на третьи сутки, когда ливни пошли на убыль, в зону пустили курсантов. Теперь в любой группе «ласточек» была одна или две машины под управлением мелочи. По результатам первого дня работы курсантов уставшая после очередного вылета Туча улыбнулась, кивнула на курсантов и показала Лориэль большой палец.

Лориэль сама вышла из кабины на негнущихся ногах. За четыре часа полета половину времени пришлось зависать на месте и дожидаться команд от спасателей. Под конец в поток сорвалась одна тетка, спасатель нырнула за ней. Шесть километров шли за ними по реке в трех метрах над водой, пока те не смогли зацепиться за брошенные им ловушки. Поднимали осторожно, спасатель сломала руку, но обессилившую тетку из объятий не выпустила. Чего говорить, геройских девок в корпусе полно. Утром вывозили пожарных, которые полтора часа стояли под ветром и не пускали пламя на окраину города. Когда пламя сбили, от девок из расчетов валил пар. Лориэль своими глазами видела, как с одной из них до пояса сняли снаряжение и облили из ведра. Пар повалил как от печки. Никто даже не рискнул сразу посадить расчеты в «ласточку» и вывезти. Девки сидели без сил, а некоторые от перенапряжения и пережитой дикой жары блевали желчью. Из местного магазинчика на тележках притащили лед и все что было замороженного, пожарных обложили всем этим и кое-кому быстро стало полегче. В итоге на пчеле увезли только двоих, то там было видно, насколько все истощены. Одна из девчонок, молоденькая еще, с забавным черным носом, даже пить не могла сама от бессилия. Ей воду вливали через поилку.

Все курсанты держались молодцом. Сначала им серьезную работу не доверяли, в основном обычную высадку, смену бригад или посылали вывозить население. Потом Туча начала по очереди запускать мелочь в самую гущу событий. На пятый день работы одна из курсантов в утреннем тумане не успела вовремя отвернуть от выпирающей хвостом вершины сопки. Массивная «ласточка» легко снесла препятствие, все обошлось. Туча вызвала девчонку к себе на отчет.

— В тумане тени бликовали, не заметила, — призналась курсант.

Просмотрели запись полета. Опытный бы пилот подняла машину на пару метров выше просто безопасности ради, курсант запоздала с решением. Туча не стала девчонку чихвостить, а по-матерински дернула за ухо и сказала:

— Решение приняла верное, но поздно. Соображать надо быстрее. Ладно, с опытом придет. Потом отработаем твой вопрос на тренажерах. Свободна. Отдых экипажу восемь часов.

— Слушаюсь! — девчонка козырнула, развернулась на месте и вышла из палатки.

— Чего с машиной? — спросила Туча у старших.

— Порядок. Грузовой модуль испачкали, — ответила Лориэль.

— Хорошо. По остальным бортам что?

— На двух старых моделях по два стаба вылетело. Еще на одном проблема с правой группой. Белка работает. К вечеру восстановим, — доложила старшая технической службы.

— По новым машинам?

— Как часы. Топлива только нет, ждем заправщики, — сказала Лориэль.

— Все топливо пока на основную группу и мне, — пояснила Зара. — Остальным обещали к ночи топливо подвезти.

— Хорошо. Дежурным сидеть в машинах, остальным отдых, — приказала Туча.

Лориэль вышла из палатки старшей и направилась к пожарным. Знакомую старую тетушку она нашла без труда. Возле нее собралось с десяток молодых девок, а рядом на лавке, раздетая по пояс, в одном темном топике, сидела одна из спасателей пожарной группы, которых чуть не зажарило заживо. Тетушка присматривала за ней.

— Добрых дел, уважаемая! — крикнула Лориэль на ходу.

— О! Мастер! Добрых-добрых! — тетушка встала.

На глазах у изумленной мелочи, они по-свойски обнялись. Старшая пожарная несмотря на то, что ей было дурно, поняла ситуацию и махнула молодым, чтобы исчезли. Тетушка, не выпуская руки Лориэль, подвела ее к лавке и усадила рядом с собой.

— Как дочери? Матушка как? — спросила старая спасательница.

Вместо ответа Лориэль с улыбкой набрала на «куполе» домашний номер. Пара секунд и первым на изображении показалась обиженная Аля.

— Мама! Орси опять не хочет со мной играть! Сидит в свой планшет!

— Я учусь! — крикнула Орси откуда-то со стороны.

— Ничего ты не учишься! Ты просто сидишь!

За три секунды завязалась перепалка, а потом раздался шум и звуки легкой драки. К терминалу подошла матушка. Судя по тому, как она двигалась, где-то у нее под ногами шла шумная возня.

— Добрых дел, Лори! — сказала матушка и тут же расцвела от радости. — О! Кого я вижу!

Лориэль сняла «купол» и отдала тетушке. Та отошла в сторону, присела в тенечке и с полчаса они с матушкой вспоминали молодость. Даже оттуда доносились голоса девочек. Аля шумела больше, разговору они сильно не мешали, тетушка только смеялась задорно, когда девчонки опять устраивали свару.

— Веселые девчата, — пожарная устало улыбнулась и потерла грудь.

— Воды?

— Не, — пожарная улыбнулась. — Умоталась. И пожарило чуть. Морда до сих пор горит, как наждаком натерли!

И спасательница весело засмеялась.

— А не мелковаты ваши девки, мастер? — спросила спасательница, чуть успокоившись.

— Младшие. Из приюта. Старшие уже взрослые.

— А внучек нет?

— Думают еще.

— Да, уж, думают… — спасательница улыбнулась. — У меня одна после школы материнский выиграла, в пятнадцать родила, а вторая поехала на Иллирию в конкурсе музыкальном участвовать, там ей там мужчина дочерей предложил. Итого в шестнадцать родила. Вот еще полгода и обратно приедет. Четвертый год малявкам пошел. Я со старшими-то не знаю чего дома делать, а эти приедут — совсем весело станет! И не знаю, чего лучше, когда девки уже взрослые, или когда мелочь по двадцать лет. Сами-то малышня еще, а уже мамки. Но ничего, внучки что одна, что вторая, боевые, спасу нет. Как чего разнести дома или перевернуть — они первые!

— После младших уж и не знаю, останется ли чего дома ломать. Они хоть и осторожные, только большие уже. Как начнут по полу кататься — успевай отскакивать!

— Лет по сколько?

— Почти девять.

— У-у! Мои до семи лет такие тихони были. Глазками хлоп-хлоп, все стеснялись, за хвост прятались. А в школе как подменили! Один раз стащили огнетушитель и в соседний класс под дверь решили выпустить! А он не порошковый, а пенный! Всю школу уделали!

Лориэль попыталась все это себе представить и засмеялась, слишком забавные картинки нарисовала ее воображение.

Тетушка подошла к ним и вернула «купол». Аля опять принялась жаловаться на Орси, а та лезла в экран и фыркала, что занималась и училась.

— Не драться! — Лориэль прервала дочерей, те уже толкались больше меры. — Учиться тоже важно, но главнее сестры ничего нет. Учитесь договариваться.

— Ну ма-ам… — застонали обе.

— И не драться. Приеду — проверю!

Малышня пару минут еще жаловаться друг на дружку, хотя всем было понятно, что они соскучились. Попрощались со всеми и побежали ужинать.

— А я думала у меня правнучки шумные! — засмеялась тетушка. — А ваши, вона, куда веселее!

— Вечер, тетушка. Это они еще нагуляться успели, — сказала Лориэль.

— Ну и славно. Чем шумнее девка, тем она здоровее.

— Ваша правда.

Дежурные с полевых кухонь закричали, что ужин готов. Все, потерев руки, разошлись по палаткам. Кашу-гасинку готовили пожилые поварихи по древнему рецепту. На вид каша выглядела как комок клейстера, но зато на вкус это было нечто невообразимое. В крупу тетушки добавляли и молотые сладкие бобы, и обычные красные, и что-то для остроты, и немного пряностей. Главный же секрет каши по древнему рецепту был в том, что ей можно было наесться до отвала, а желудок оставался спокойным. Такого не добиться, если слопать, например, огромный кусок мяса. Кашу любили все, она не надоедала и, казалось, что съесть ее можно сколько угодно. Хватало всем, даже пилоты, привыкшие к обильной еде, добавки просили редко, обычно хватало одной большой порции, чтобы полностью наесться. Ну а сверху догонялись крепким чаем с местными травами. Тут тоже все по рецептам. Отваров готовили два — один для тех, кому надо вылетать на дело и второй кому пора отдыхать. Лориэль очень нравились оба отвара, местные пообещали ей на дорожку подобрать побольше чайной смеси.

Еще два дня мотались по подтопленным территориям, гражданских уже вывезли, просто дежурили. Раз пришлось подсуетиться, чтобы доставить техников к рабочей группе, у которой накрылся экскаватор. Ситуацию в корне переменили группы 22-й инженерной бригады. Эти прибыли полным составом со всей техникой. Теперь уже никакие завалы не страшны. С пожарами куда сложнее. Лес сухой, поля сухие, где чуть искра, так сразу полыхать начинает. В небе постоянно находились два-три самолета, с десяток «пчел» и пара «ласточек».

Примчалась Веритаэль. Репортерш и так хватало, но эта взялась за дело с размахом. За сутки был снят ролик, взяты интервью, а на следующий день все засматривались с умилением. За две минуты Веритаэль показала вообще все что можно и какие это были кадры! Ряды «пчел» готовые к вылету, уставшие до беспамятства спасатели и экипажи, медики со строгими взглядами в своих полевых госпиталях, неуемные техники, военные инженеры в работе, летающие туда-сюда «ласточки», целые орды разнообразных моторных самолетов. Во все это умело вставлены ключевые ответы командующей и старших отрядов. Показан лагерь временного размещения, все на высшем уровне, даже малышкам есть чем заняться в отдельной игровой палатке, а в одной большой устроили временный школьный класс. Галадана должна знать, что никто не останется один на один со своей бедой. В финале ролика, как последний камень спокойствия, прозвучали слова командующей Эйсель:

— Ситуация полностью под контролем.

Словно провидение услышало командующую и к следующему полудню на горизонте показались долгожданные тучи. К вечеру немного похолодало, а ночью начал накрапывать дождь. К утру из-за сильного тумана отменили вылеты всем, кроме «ласточек». Курсантов в небо не пускали, а как полил дождь, пусть и не сильный, но зато мелкий и настойчивый, начали собираться по домам.

Еще двое суток перевозили оборудование и строителей в зоны подтопления. Кое-кому из курсантов доверили самостоятельный вылет без старшей и ничего, все справились. Спасатели сильно удивились, что часть экипажей из академии и придумали подбодрить девчонок. Старшие зашли к Туче, переговорили, вместе пошептались с командующей. Пока ждали памятные медали, курсантов погоняли, чтобы набрали нужное количество часов. Собрали мелочь в большом ангаре. Командующая произнесла короткую речь и вручила экипажам медали от корпуса спасателей. Морды у всех курсантов такие важные были, что Буми еле сдерживалась, чтобы не засмеяться.

Когда с награждением закончили, Туча собрала курсантов вокруг себя. Снаружи накрапывал дождь и с шумом стучал по палатке. Курсанты, порядком уставшие, улыбались до самых ушей.

— Молодцы, справились, — сказала Туча. — Это и есть наши стандарты работы. Спокойно, без риска, экономя силы. Любую поставленную задачу необходимо выполнить. От нашей работы зависят другие жизни, результаты операции или вообще войны. Работать как сегодня — спокойно и с полным осознанием ответственности. Ясно?

— Так точно! — ответили хором курсанты.

— Хорошо. Вольно, — Туча, хитро улыбнувшись, достала из кармана приготовленный пучок небольших палочек. — Мы тут подумали и решили, что шесть экипажей полетят в академию, пока старшие отдыхают. Подходи по одной, тащим короткие.

— Только не Ося… — сказали курсанты.

— Чего это не Ося?! — возмутилась ее пестренькая подруга-пилот.

— Не Ося! Сама тащи!

— Вы в прошлой раз просили опять не лезть, я согласилась, что в следующий раз жребий тянет Ося!

Туча повернулась к Лориэль и спросила:

— Кто такая?

— Навигатор. Легенда наша местная. Везучая девчонка.

— Да? — Туча подняла бровку и повернулась к курсантам. — Кто такая? Два шага вперед.

Ося вышла вперед и козырнула.

— Ишь, красотка! — улыбнулась Туча и протянула пучок палочек. — Тяни давай.

Пестренькая сразу подскочила к ней и встала рядом.

— Чего тянуть? — тихо спросила у нее Ося.

— Короткую тащи, я лететь хочу!

Ося легким движением руки вынула из пучка нужную палочку и показала всем. По рядам курсантов пробежался смешок.

— Вас же двое в экипаже, тащи еще, — приказала Туча.

Ося так же легко вытащила вторую короткую. Теперь уже смеялись все.

— Ясно, — Туча забрала у курсанта палочки и вернула в общую стопку. Повернулась к своим и сказала: — Ягодка. Девок берешь себе, сама наблюдателем.

— Слушаюсь!

Остальным курсантам Туча сказала:

— Ладно, теперь честно тащим по очереди. Только чур навигаторы тянут. Подходи по одной.