Простую истину, что учиться надо всю жизнь, Лориэль запомнила благодаря матушке. После начальных классов жутко не хотелось делать нудные уроки, оценки в школе резко пошли вниз и дома об этом узнали. Шази обещала покусать за уши, а матушка только головой покачала и сказала ту саму фразу:

— Учиться надо. Никто за тебя это не сделает.

Отличницей в школе была Мири, вот уж где наставницы радовались. Лориэль же знаниями не блистала, но и перед матушкой было стыдно, поэтому оценки пришлось срочно исправлять.

Такой же как сестра, упертой зазнайкой, Лориэль не стала, да и не собиралась. Никто не ругал за оценки и этого ей было достаточно. Это уже перед академией запахло мечтой, а там служба, работа на заводе… Выбора нет, приходилось учиться и каждый день сдавать экзамен перед самой суровой наставницей — жизнью.

Юриэль прекрасно заполнила своими уроками пустующую нишу знаний Лориэль. Опыт общения доктора с хозяйками, все эти тонкости интрижек в кабинетах, знание законов и лазеек в них очень пригодились. Это было именно то, чего так не хватало, чтобы отбиваться от тех, кому просто так не дать в зубы.

Сейчас, заходя на посадку перед домом Совета, Лориэль мысленно благодарила праматерей за то, что свели ее с Юриэль. Еще бы месяца два назад Лориэль бы махнула рукой, но сейчас поняла, что надо действовать. Но зайти на посадку мало, «ласточка» пронеслась чуть в стороне от здания и снижаться начала как раз перед огромным окнами на пятом этаже, где совещание и должно идти.

Больше недели ждали вызов в совет. Лориэль как мастера империи наравне с Хирондель и Тиранэль включили в состав экстренного правительства. Править, конечно же, мастерам никто не даст, но так уж сложилось, что если мастера будут едины, то могут своим решением поддержать какое-нибудь решение совета или отменить его. Поэтому Лориэль пригласили тоже. Сообщение пришло в восемь часов утра, а совещание назначили на одиннадцать. Никто не успеет добраться до столицы за три часа. Если только в их распоряжении не будет «ласточки».

Охрана на посадочной площадке забегала, что делать с прибывающим транспортом — они не знали. Охрана самого важного здания на Галадане и привыкла действовать строго по инструкции и предписаниям. Кому в голову придет вламываться в здание совета? Так еще и разрешение на посадку у объекта есть, а в предписаниях и инструкций никакой «ласточки» не значилось.

Лориэль вышла из машины напустив на лицо суровый взгляд. Юриэль твердила раз за разом — спокойное лицо, чуть-чуть вежливости и командный голос — действует безотказно на охрану.

— Ко мне! — скомандовала Лориэль ближайшей охраннице и кивнула на машину: — Занять пост.

— Слушаюсь!

— Проводите к залу совещаний, — подозвала Лориэль другой охраннице.

Та козырнула и провела в здание. На пропускном пункте девки нервничали. В списках мастер Лориэль есть, а пропуска на нее нет. И никогда не было. И не пропустить нельзя, и пропустить никак. У оперативниц мех шевелился, не только уши и хвосты. Еще больше они опешили, когда Лориэль подошла к общему терминалу, приложила руку и система тут же разрешила допуск. Еще и контрольная арка жалобна пискнула после сканирования, обозначила странное устройство на руке объекта и тут же сменила статус на «Одобрено».

— Могу идти? — спросила Лориэль у застывших оперативниц.

— Что происходит? — раздался знакомый голос старшего инспектора.

Саргисса собственной персоной спускалась по лестнице к пропускному пункту.

— Пропустить! Выдать временный пропуск! — распорядилась она.

— Виновата! — козырнула старшая на посту. — Мастеру пропуск не требуется.

— Чего? — старший инспектор не поверила и сильно озадачилась, когда на предоставленном планшете увидела соответствующие записи.

Мрачно уставившись на Лориэль, инспектор неспешно вернула планшет подчиненной и холодно просила:

— И что это значит, мастер?

Лориэль показала таймер на «куполе»:

— Опаздываем, старший инспектор. Совещание уже идет.

— Конечно. Прошу за мной, — сказала Саргисса.

Они поднялись на один полет и инспектор, все таким же холодным голосом спросила:

— Откуда у вас имперский доступ?

— И разрешение на полеты, старший инспектор. Без ограничений.

— Что происходит, мастер? — старая оперативница на ходу бросила тревожный взгляд.

— В очередной раз выполняю вашу работу.

— Вы понимаете, о чем вообще говорите?

На пролете стояла миловидная девчушка в форма гвардейца. Завидев гостей, она сразу вытянулась по стойке «смирно».

— Вы рискуете, мастер, — добавила инспектор.

— Опять моих детей украдете? Или кого-то из подруг покалечите?

— Не несите ерунду.

— Вам стоит выбрать, старший инспектор, на чьей вы стороне.

Они поднялись на следующий пролет, тут их приветствовала очередная девчонка из гвардии.

— Галадана моя родина. Была и есть, — сказала Саргисса.

— Помогите или не мешайте. И, да. Если с кем-то из мастеров что-то случиться — ведьмы вас не спасут.

Саргисса встала и уставилась на Лориэль. Взгляд у старой оперативницы был спокойный, а лицо словно ничего и не выражало.

— Вы зря угрожаете, — сказала она. — Ведьмы всегда стояла на страже нашего рода. Угрожать им глупо.

— Даже ведьмам не справиться со всей Галаданой, — Лориэль покачала головой.

— Вы готовы развязать гражданскую войну?

— Я стараюсь всеми силами ее не допустить. Если ради этого надо будет вырезать всю оперативную службу и пару тысяч ведьм — я это сделаю. Лично вы и ваша служба свой бой проиграли, так что не смейте нам мешать. И да, старший инспектор. Симарру нужно вернуть на завод.

— Насколько знаю, у нее важная работа в центральном архиве.

— Вы не поняли, тетушка, — Лориэль улыбнулась. — Это была не просьба.

Саргисса ничего не ответила, проводила до зала совещаний. Тут все шикарно и красиво, зал тот самый, торжественный, где всегда совещалось большое начальство. От лестницы к массивным дверям из красного дерева по темному паркету уложены две ковровые дорожки. Все стены в барельефах, все под старину, как в каком-нибудь древнем замке. Световые панели чуть портили атмосферу, зато темные светильники видом под факелы смотрелись на стенах прекрасно. Возле дверей два поста и шестеро гвардейцев. Лориэль была в летном комплекте, гвардия открыла было рот, одеваться надо прилично, но тут же сверилась с правами допуска и нехотя отступила в сторону. Одна из крепких девчонок потянула большую дверь за ручку и впустила Лориэль.

Сам зал был огромен. Здоровенный вытянутый подковой стол, окна на всю левую стену, невообразимых размеров светильники на цепях. Все стены буро-красно-черные, под обычные цвета Империи и Галаданы. На небольшом возвышении у дальней стены пустующий стол, где обычно сидела верховная, а сейчас собрались только двое матриархов — Шилезра и Эрмискара. С правой стороны знакомые по новостям лица, те самые помощницы совету, будь они неладны. Спиной к Лориэль сидел кто-то еще, она не поняла на чьи хвосты смотрит. А слева в одиночестве скучали два мастера. И сейчас все дружно повернулись к Лориэль.

— Не надо, не вставайте, — сказала она. — И прошу прощения за опоздание. Оперативная служба в наши дни работает крайне нерасторопно.

— Не оправдывайтесь, мастер, — сухим простуженным голосом сказала матриарх Эрмискара. — Займите свое место.

— Слушаюсь, — Лориэль вежливо поклонилась и прошла в зал, села между мастерами.

— Ты как успела? — прошептала Тиранэль.

— Пять триста сорок. И это не предел.

— Сколько?! — шепотом восхитилась Хирондель. — За полтора часа успела?

— Чуть меньше, — шепотом ответила Лориэль. — Буми была занята, ждала ее долго. Так бы быстрее добралась.

— Молодец что перед окнами прошла, они тут все обделались, — прошептала Тиранэль.

В зала продолжился доклад. Странного вида девица, у которой почему-то нервно дергались пальцы на левой руке, монотонным голосом зачитывала с планшета финансовые данные по ущербу столице.

— А чего вообще происходит? — прошептала Лориэль.

Хирондель наклонилась поближе и прошептала, прикрыв рот ладошкой:

— Они хотят выставить совет как несостоятельное управление.

— И себя вместо совета?

— План именно такой.

— А почему нет Ургоны?

— Говорят, что серьезно больна.

Тиранэль фыркнула и шепнула с другой стороны:

— Они все тут старательно срывают совещание за совещанием.

— И какой план? — прошептала Лориэль.

— Надо заставить их действовать, — сказала Хирондель.

— И чего делать?

— Нас трое, значит может отменить три собрания. Их всех поджимает время, — сообщила Хирондель.

— Так и нас тоже! — прошептала Лориэль.

— А то! — Хирондель усмехнулась.

Они втроем переглянулись и без слов поняли друг друга. Хирондель включила микрофон и прервала докладчицу:

— Уважаемый совет! А почему мы в очередной раз совещаемся в неполном составе? Неужели совету нет дела до тяжелой обстановки на нашей родине? Где матриарх Ургона? Где матриарх Низери? Столько времени прошло, а ее до сих пор не нашли? Почему тогда никто из командующих не присутствует? В прошлый раз вы обещали, что нам предложат на обсуждение матриарха-примару! Неужели среди оставшихся сотрудников корпуса примарил и оперативной службы нет достойной преемницы?

Сборище помощниц подхватила идею и кинулась обвинять совет. Матриарх Шилезра не осталась в долгу. Перепалка получилась знатная. Выслушав обе стороны с пару минут, Хирондель воспользовалась правом мастера и прервала совещание.

— Думаю, через неделю мы сможем продуктивно продолжить разговор, — сказала она и добавила: — Если другие мастера не будут против.

Матриархи подхватили идею и сразу же покинули совещание. Остальные тоже засобирались.

— О, какие у них морды недовольные! — прошептала Тиранэль, провожая взглядом вереницу докладчиц и помощниц.

Хирондель встала с большим трудом. Опираясь на две трости, она медленно направилась к выходу. Старшая гвардейцев распорядилась и для мастеров придержали лифт. Когда лифт остановился на первом этаже, Хирондель тяжело качнулась в сторону.

— Совсем погано? — Тиранэль, как и Лориэль, поддержали ее под руки.

— Терпимо.

Когда проходили через пропускной пункт, Тиранэль обратила внимание, что Лориэль не показала пропуск. У выхода мастера Хирондель поджидала с коляской медсестра. Обычная шустрая девица с милым личиком. Она помогла мастеру сесть, спросила, что дальше, и покатила коляску к боковому выходу.

— Слухи про имперский доступ оказались правдой? — Тиранэль кивнула, чтобы идти за коляской.

— Быстро работают. Уже прям слухи? — на ходу спросила Лориэль.

— Каждая вторая шепчет, что ты на империю работаешь. Чуть ли не лично на императрицу.

— Ага, вот только утром с ней кофе пила! — Лориэль усмехнулась. — Почему бреду у нас верят больше?

— Ха! Лори! Да на тебя куда не ткни, везде правда такая, что ушам не веришь! Одна экспедиция чего стоит. Да, видала новый ролик про себя? Наша репортерша постаралась.

— Нет еще.

Они обогнули целую толпу каких-то девиц в строгих костюмах одного покроя и придержали двери, чтобы медсестра спокойно прокатила коляску. Во дворе зала советов парк был излюбленными местом встреч и передачи друг дружке сплетен. Всюду приятные взору газоны, обрамленные невысоким подстриженным кустарником. Огромные пушистые деревца давали в парке так необходимую порой тень. Везде полно лавок, но особым интересом пользовались небольшие беседки, где можно устроиться и спокойно поговорить. Одна из беседок пустовала и все направились туда. Внутри даже было немного прохладно, рядом с шумом плескался фонтан, и ветер редкими порывами приносил с него брызги.

Медсестра помогла закатить коляску внутрь беседки и отошла в сторону, чтобы не мешать разговору.

— Хорошо, что ты успела, Лори… — мастер Хирондель поморщилась и потерла правую ногу.

— Так откуда у тебя имперский доступ? — снова поинтересовалась Тиранэль.

— Сертификат пришел, — ответила Лориэль и достала из кармана имперскую карту. — Предписания такие, что уши болят заранее. На одну только стилистику оформления книжку в семьдесят страниц.

— А как ты хотела! Империя любит красоту и порядок! — усмехнулась Тиранэль. — Ладно, какие у нас планы?

— Планы… — Хирондель пожала плечами. — Планы интересные. Оперативная служба вечером пустит слух, что верховная пришла в себя. Естественно, по медицине к ней никого не допустят ближайшие две-три недели.

— Ахуеть как смело! — Тиранэль кивнула. — Ты сразу в атаку решила перейти?

Лориэль догадалась что будет дальше:

— Им всем не понравится, что мы тянем время?

— Угу… — пробурчала Тиранэль. — Полезут хвосты друг дружке облизывать.

— Не полезут, — уверенно сказала Хирондель.

— Да ты что?! — Тиранэль фыркнула. — Когда жопа говорит — на все убеждения похуй. У них задача номер один — свернуть нам головы, чтобы не мешали.

— У них нет повода, — заверила Хирондель. — Лори себя имперским статусом прикрыла, а на нас у них ничего нет.

— И чего? Пиздеть они умеют побольше твоего, — Тиранэль покачала головой. — Очередная авантюра. Паленым несет.

— Чтобы свернуть шею нам, им потребуется вся планета, — сказала Хирондель. — Они должны в чем-то нас обвинить перед всей Галаданой, а это повод в ответ обвинить их. Да, Лори? Понимаешь, о чем я?

— Догадываюсь.

— Они договорятся! — фыркнула Тиранэль.

— Со всеми сразу не смогут. У Эрмискары слишком много интересов, с которых ее собираются подвинуть. А Шилезре уже на хвост наступили.

— Эх, Хори, Хори… Все-то у тебя красиво и гладко.

Тиранэль уставилась на Лориэль, ища поддержки. Очередной порыв ветра сдернул с фонтана крошечные брызги и окатил всех в беседке. Тиранэль дернула ухом и отошла в сторонку.

— А что на самом деле с верховной? — спросила Лориэль.

— Вечером придет в себя, — усмехнулась Тиранэль. — Ты же слышала.

— Низери?

— А вот тут проблема… — Тиранэль поскребла когтями подбородок. — Испарилась тетка, нет ее нигде. Ни одна система не фиксирует, не могут найти.

— А она вообще жива?

— Еще бы! — Тиранэль фыркнула. — На нее столько всего сейчас вешают! Жаль ты обвинения не слышала. Там половина статей — вздернуть, вторая — снять шкуру. Я заебалась слушать весь этот бред!

— Ясно, — Лориэль окинула взглядом мастеров и спросила: — А что делать с ведьмами будем?

Все переглянулись. Тиранэль высказала общее мнение:

— В душе не ебу чего с ними делать.

Вечером по нескольким каналам прошла новость, что верховная пришла в себя. По другим каналам в тоже время шли новости, где печальным голосом сообщали, что состояние здоровья верховной не улучшилось. На ночь глядя Лориэль не без интереса посмотрела выступление двух теток, которые как раз и пытались друг дружке доказать, каково именно состояние дел у хозяйки планеты. Смех, да и только.

Двое суток по всем каналам продолжался этот бред, все хотели переспорить соперниц, доводы шли такие, что еще через день выпустили юмореску, где две ряженые в старух девицы глупейшими доводами повторяли эти споры. Вышло вполне забавно, тетушка Газа хохотала до слез, как и матушка.

Денек выдался спокойным, Тиранэль пропадала в столице, сообщила, что тут словно все вымерли, ничего не происходит.

— Тишина, как воды в жопу набрали. А потом в рот, — подвела итог мастер.

А вечером вдруг позвонила Энтилана и попросила срочно приехать. Лориэль вскочила в ховер и помчалась в институт. Уже вечерело, солнце катилось к закату, во дворе института дожидались две девицы в имперской форме. Они проводили Лориэль в кабинет к доктору, где помимо нее сидела и крепкого вида коготь оперативной службы, только не Галаданы, а опять же Империи.

— Однако удивили! — хмыкнула Лориэль. — Чем обязана?

Энтилана посмотрела на когтя и сообщила:

— Профессор пропала.

— В смысле пропала? — не поняла сразу Лориэль. — То есть, как пропала?!

— Прямо из дома и пропала, — Энтилана снова посмотрела на гостью и добавила: — Дома следы борьбы и четыре трупа. Все незнакомые.

— То есть, профессора похитили? — Лориэль замерла. — Проклятье.

— Исключено, — сухим голосом сказала вдруг имперка. — Машина нападавших с заведенным двигателем осталась возле дома. Транспорт профессора тоже.

— Она прячется? — Лориэль окинула взглядом собравшихся. — И чем я могу помочь?

— Мы надеялись, что вы можете прояснить ситуацию, — сказала имперка.

— Каким образом?! — удивилась Лориэль. — Я недели три как не виделась с профессором.

— А она к вам не обращалась в эти дни? — с надеждой спросила Энтилана.

— Увы, нет! — Лориэль развела руками. — А четыре трупа кто оставил? У профессора есть охрана?

— Эм… — имперка задумалась на миг. — Судя по характеру следов, профессор была одна.

— Стоп. Чего?! — Лориэль опешила. — Она угрохала четырех нападавших? Вот как профессор!

— То есть, вы не владеете информацией о местонахождении профессора? — спросила имперка.

— А с чего вдруг такой интерес к профессору, а? — Лориэль уставилась на гостью. — У нас тут бедлам твориться, Империи дела нет, а ради одной сильванки целый коготь прилетела? Чего происходит-то?

— Согласно особому формуляру я обязана вывести профессора с планеты, — спокойно сообщила гостья. — И раз уж у вас, мастер, есть некоторые обязанности перед Империей, то я рассчитываю на ваше содействие.

— В любое время! Только найдите профессора. Главное, чтобы она была жива.

— Я рассчитываю так же и на ваше содействие, если профессор Серенга обратится к вам за помощью.

— Так точно.

На следующий день в своем кабинете в академии Лориэль встретилась с помощницей Вестницы. Та обустроила дела таким образом, словно она проверяющая по делам обучения военному делу. Выводов никаких она не делает и не будет, только знакомится с материалами и посещает занятия с курсантами. Хорошее прикрытие, чтобы спокойно встречаться и говорить. В эту встречу она тоже спросила, не известно ли Лориэль, где профессор Серенга.

— Удивительное внимание к нашим ученым, — заметила Лориэль.

— Семьдесят девять миллиардов инвестиций, — улыбнулась помощница.

— Ясно, — Лориэль кашлянула.

— Как прошло совещание в совете?

— А то вы не знаете.

— Остальные объединятся против вас, это самый очевидный шаг.

— Есть такое подозрение.

Вынув из тонкой папки с гербом академии листок, помощница протянула его Лориэль. Интересная таблица с ценами, датами, количество поставок и отдельной колонкой с отрицательными суммами.

— Это чего такое? — спросила Лориэль.

— Вам пригодится. В новостях данные были неполными. Задать вопрос совету, куда делись деньги по конкретным проектам будет не лишним.

В новостях расходы по некоторым статьям только обозначили, а в таблице в руках Лориэль были даже указаны компании и заводы, получившие заказ. Очень интересные данные, но не так чтобы сногсшибательные. Наверняка в своей свите матриархи найдут парочку виновных и демонстративно их накажут. Зато можно выиграть немного времени. То самое, чего сейчас боятся все.

Еще одно, очень интересное отличие таблицы на бумаге с озвученными по новостям, крылось в отсутствии двух строк. Лориэль только улыбнулась в ховере, когда ознакомилась с данными как следует.

Утро выходного дня началось с плачущей Али. Еще не случалось, чтобы ушко заболело у нее ночью. Она еще ничего никому не сказала, терпела, пока Лориэль не заглянула в комнату поднять девочек на утреннюю пробежку. Бедная девочка намучилась, не выспалась, ее пришлось отнести вниз на руках, чтобы оставить под присмотром бабушки. Лориэль уже думала отменить пробежку, но Аля, видимо просто почуяв мазь в ушке, сразу расслабилась, сказала бежать без нее и пристроилась на диване поспать. Пока решали, что делать, малышка уснула. Не притворилась, а именно что уснула, завернувшись в тонкое одеяло, которым ее заботливо укрыла Орси.

Аля проспала завтрак, осталась очень вялой перед обедом. Поела хоть с аппетитом, а потом забралась на лавку рядом с бабушкой и уснула рядышком.

— И чего ночью делать будешь? — вздохнула бабушка, поглаживая больную внучку.

Орси выглянула из-за планшета, посмотрела на сестренку и вернулась к своему занятию. Все свободное время она теперь копалась в планшете. Материалов для детского развития полно, можно даже найти начальный школьный курс для начальных классов, но девочку мало занимали счет и письмо. Немногим лучше она относилась к истории, тут главная заслуга Мири, она умеет заинтересовать девочек каким-нибудь хитрым вопросом, после чего малышня лезет учить историю.

— А знаете, кто первая придумала настойку от живота? А из чего ее делали, знаете? — спрашивала Мири.

Орси становилась любопытно, она на пару с Алей копались в ссылках, пока не находили нужные сведения.

— А знаете, почему мы ныряем, и в ушки вода не попадает? — подначивала дальше Мири, и девочки снова лезли искать.

Альке ее ушки были интересны, хотя врач в больнице все пояснила сразу, когда малышка обиженно сказала после осмотра:

— Болею, потому что я плохая…

Врач разложила перед ней брошюрку с рисунком детского ушка.

— Видишь маленькую косточку в центре ушка? Называется центральный молоточек, — говорила врач. — Эта мягкая косточка и очень подвижная, вибрирует, когда звук поступает в ушко. А у тебя на этом месте есть небольшой шрам, из-за него косточка постепенно становится твердой, ушко начинает плохо работать и болеть. Мазью и каплями мы косточку снова делаем мягкой. Ты подрастешь чуть-чуть, мы аккуратно вырежем старый шрам на косточке, она заживет и все, ушко болеть перестанет. Ты сейчас очень быстро растешь, как все девочки, поэтому операцию делать нельзя, она не поможет.

Но Але все равно было интересно все, что касалось ушек. В этом она интерес проявляла, как и Орси, в отличие от других тем. Еще девочкам понравились ролики как ухаживать за коготками, приловчились чистить их до блеска и потом хвастаться у кого получилось аккуратнее. Во всем остальном Аля не сильно поддерживала сестру, медицина ее не интересовала нисколько. А вот разукрашки и уроки рисования девочке очень нравились. Мири даже подумывала свозить малышню в школу искусств, как только сможет спокойно передвигаться без коляски.

Лориэль перечитывала документы по корпусу спасателей и поглядывала за Орси. Девочка навострила и увлеченно временами тыкала в планшет, пролистывая прочитанные странички. Она вдруг замерла, нервно тыкнула в планшет, словно он отказался работать, и наклонила голову с интересом что-то разглядывая на экране. Через две минуты Орси соскочила со стула и, держа планшет обеими руками, побежала к Лориэль:

— Мама-мама! Тут про тебя! — Орси проскочила под руку и ловко забралась на коленки.

Обычно девочки всегда ждали, пока мама откликнется, а тут явно случилось что-то важное. Лориэль взяла планшет и посмотрела на статью, написанную явно не для маленьких девочек. Текст написан очень мелодично, не оторвешься. Глупость на глупости, но проработали знатно. Упоминаются какие-то исследования, какие-то ученые, какие-то институты, никакой конкретики, зато все в один голос твердили, что нейро-импланты или кибер-импланты — это явный способ управлять сознанием, превратить живую сильванку в бездушного робота. Лориэль бы посмеялась, не будь это выпад в ее адрес и мастера Хирондель. Вот зачем кому-то понадобилась профессор Серенга.

— Милая, а где про меня тут? — спросила Лориэль.

— Сейчас! Вот… — Орси дотянулась до планшета и пролистнула текст вверх.

Увы, в первом абзаце вдруг появился большой пробел в словах, словно кто-то спешно вымарал текст. Лориэль попробовала найти источник или кто автор, но планшет как-то странно завис и от первого же нажатия переключился на чистую поисковую страницу.

— Ну вот! — Орси обиделась, схватила планшет и повторила все что делала раньше. Вместо странной статьи вышел ожидаемый мультик, как правильно поднимать хвост при неспешном беге.

Девочка жутко обиделась и прошептала:

— Там правда про тебя было! Честно-честно!

— Верю, котенок, — Лориэль поцеловала дочку в ушко.

Орси хотела встать и пересесть на свое место. Лориэль удержала ее. Вместе сидеть веселее, не хватало еще Али рядом, но она неплохо устроилась на бабушкиных ногах.

Ход с имплантами достаточно интересный, подумала Лориэль. Вроде и обвинять никого не надо, а можно просто убрать двух мастеров из совета. Сначала за уши тащили в этот совет, теперь выпинывают. Не уложилась в мировоззрение хозяек, что мастера тоже не пальцем деланные. Хотя, по факту, сами же всех и научили своими вечными интрижками, заговорами и подставами.

Будь возможно зомбирование имплантами, Империя бы создала непобедимую вечную армию. Так говорила Серенга в беседах. Сто миллионов молодых балбесок в 20-25 рожают двойню и идут воевать. Еще через двадцать лет идут воевать уже двести миллионов. И так каждый раз. Вселенной будет мало для Сильвании.

— Мы частично расшифровали базовые функции мозга. Частично! — повторяла профессор. — Оптический нейро-интерфейс не часть мозга, это биокомпьютер, усиление. Речь, слух, зрение можем частично вернуть, но только потому, что нейро-имплант сам обрабатывает импульсы. Сообщить мозгу что он должен услышать какое-то слово или выполнить необходимое действие не в наших силах. Ах! Если бы можно было вживить в голову имплант со знаниями! Поверьте, я была бы первой в рядах на операцию!

Не удивилась Лориэль и утром, когда раздался звонок и ее попросили к трем часам быть в столице на рабочей встрече. Тиранэль про встречу знала и ответила:

— Чем-то они нас хотят удивить.

— Догадываюсь чем. Вас подобрать?

— Не. Я в бригаде. Девки доставят в лучшем виде.

Поцеловав дочерей, Лориэль вышла из дома и у крыльца остановилась в задумчивости. Вернулась и забрала таблицу с интересными циферками от помощницы. Да, показать всем фантики. Именно это она и собиралась сделать. Почему-то от этой мысли стало весело. На заводе она долго рылась в своем кабинете, пока не нашла две подходящих папки. Одну потоньше, другую пухлую. Вполне себе прилично выглядят, а бумаги внутри дают ощущение солидности.

Собирались на большое и конечно важное собрание в малом зале. Тут все заметно скромнее. И само помещение не такое огромное, и обстановка немного скромнее, нет даже огромных окон, зато на стенах висят гербы Империи и двух планет. Под ними и должны были сидеть хозяйки, судя по расставленным табличкам, а мастера сели напротив.

До совещания оставалось немного времени, зал постепенно заполнялся. Хирондель начала расспрашивать про дела на заводе, она уже слабо представляла, чем конкретно сейчас все заняты и слушала Лориэль с большим интересом. Они заболтались и не заметили, что началось собрание. Только хозяек не было, на месте матриарха Шилезры сидела молоденькая девица в безупречно белом костюмчике. На месте Эрмискары сидела тетушка с таким видом, словно у нее скрутило живот. Да и среди остальных мало знакомых лиц, скорее всего тоже помощницы помощниц для помощи.

Замещающая матриарха Шилезру посмотрела в очередной раз на время и кашлянула. Никакой реакции. Тогда она включили микрофон и мягким голосом произнесла:

— Неприятно вас прерывать, уважаемые мастера, но нам пора начать нашу встречу.

Лориэль посмотрела на девицу и спросила:

— А вы вообще кто?