С утра Тесса приняла на свои навигаторские плечи весь энтузиазм экипажа. За две минуты до шести, она, уже одетая для пробежки, прошла к спальне Зары и открыла дверь.
- Подъем! Встаем! Ноги себя не разомнут!
Зара сонным взглядом выглянула из-под одеяла и, зевнув, сказала:
- Раненых это не касается.
- Вот ты жопа ленивая! – фыркнула Тесса и закрыла дверь. – Лори! Встаем!
В отличие от травмированной подруги, Лориэль уже была готова к пробежке. Вдвоем они спустились вниз и вышли на улицу, чуть размялись и неспешно побежали к пляжу, где их ждала Искра. Втроем они легкой рысцой двинулись по мелкому плотному песку.
- Места у нас отличные и никто не мешается, - сказала Искра. – Спят еще все.
- Я думала, ты как в наставницы подалась, перестала бегать, - сказала Тесса.
- Привычка. Да и врачи говорят, что нужна нагрузка постоянная. С нашими полетами туда-сюда все суставы быстро дряхлеют.
- А! Тоже укрепляющих коробку прописали? – в такт дыханию спросила Тесса.
- Тележку!
Они добежали до дальней границы пляжа, где зеленый лес уверенно держал оборону перед песчаными барханами, и вернулись назад. Как раз вышло около часа. Тесса встала, мягко потянулась и заявила:
- Вы как хотите, а я купаться!
Под спортивным костюмом у нее был темный купальник. С довольным криком Тесса пробежалась по мелководью и нырнула. Искра проводила ее взглядом и села на песок, Лориэль устроилась рядом.
- Голова не болит? – спросила Искра.
- Нет. Зато кишки напомнили, что им не пятнадцать лет.
- Это колбаски все. Зря мы их заказали.
- Да? А кто кричал – они так шикарно хрустят на зубах!
- Ой, не начинай! – фыркнула Искра.
- У сестренки твоей, вижу, дела налаживаются?
- Да какой там! – Искра махнула рукой. – Я тебе говорила, что она ниже стала на полтора сантиметра? Вот. Представляешь, какая нагрузка на все тело? Все болит. Ноги, спина. Я-то вижу как ей больно, а она молчит, терпит. Десантура, мать их.
- Да, девки там особенные.
- Угу. Знаешь, какая у них любимая шутеечка? Лежит боец после обстрела без ног, ее все утешают, сейчас, мол, в больничку вывезем, там подлечат. А она говорит, девки, вы мне ботинки новые найдите, а это эти немного прохудились. Понимаешь? Шутки у них такие. Особая специфика рода войск, бляха-муха.
- Все одно лучше, чем помирать прикованной к кровати.
- Само собой, - Искра кивнула. – А ты чего там вчера про помощь какой-то девочке говорила?
- Есть одно дело. Попозже позвоню да смотаюсь. Там уже ясно будет.
- Хочешь, вместе поедем?
- Справлюсь.
- Ну, смотри. Я девок обещала в одно место сводить сегодня. Банька, массаж, масла, грязевые ванны. Хвост намнут так, что скулить будешь. Очень расслабляет.
- Мне лететь в одну сторону часа четыре. Так что без меня.
- Как знаешь.
- Да и нельзя мне нынче голой задницей отсвечивать, не поймут. У меня теперь список чего нельзя даже больше твоего.
Искра с пониманием улыбнулась. Они дождались Тессу и вернулись домой. Зара уже ждала их у входа:
- Вы где шатаетесь?! Я есть хочу!
- Ну так приготовила бы чего на всех! – ответила Тесса.
- Разбежалась. Я в отпуске! Пусть мне готовят!
- Я знаю одно местечко! - сказала Искра.
- Еще чего! – фыркнула Тесса. – Дома поедим.
- А там кофе неплохой варят. И блинчики по-домашнему. Сладкие!
- А! Проклятье! Веди!
Сразу после плотного завтрака Лориэль связалась с приютом Тир-Шейна и договорилась о встрече. Через пять часов она уже была там.
Охрана на пропускному пункте была очень вежлива, пропустили только когда подошла наставница Этьель. Местный приют очень походил на типичную больницу, только хорошо замаскированную. И стены расписаны красочными изображениями на все шесть этажей, и дорожки из белого камня тянутся не вдоль скучных кустов и газонов, а среди цветастых фигур разных животных. Даже лавочки здесь покрашены в яркие цвета. Смущал только высокий забор и сплошные ворота, через которые просто так не пройти.
- Прошу прощения, необходимые меры предосторожности, - сказала наставница.
- Для девочек или от них?
- Поверьте, мастер, это необходимо, - сказала Этьель.
- Хорошо, - выдохнула Лориэль.
На дверях у входа скромная табличка – «Медицинский приют №14». Внутри вся отделка еще больше напоминала детский сад: яркие полы с разметкой, яркие стены с фигурками-указателями, приятный мягкий свет. Только особый аромат медицинского заведения никуда не делся, Лориэль даже уловила в воздухе знакомый запах аэрозоля-антисептика.
По отдельной лестнице, где, скорее всего, малышня ходит крайне редко, они поднялись на четвертый этаж в кабинет наставницы. Мимоходом Лориэль заметила надпись – «Старший медик-воспитатель» и удивилась, Этьель слишком молода для старшего медика.
- Мастер, я вас очень попрошу ничего девочке не обещать и не говорить. Особенно не нужно сравнивать ее с кем-то еще. Вы у Айгиль в гостях, поэтому разговор только про нее. Если что – можете осторожно похвалить. Вопросы, пожалуйста, задавайте отстраненные. Например, не нужно спрашивать почему она читает книгу. Спросите, нравится ли ей эта книга.
- Я понимаю, - ответила Лориэль.
- Прошу подождать, - вежливо попросила наставница и ушла.
Лориэль осмотрелась. И снова все похоже на кабинет учительницы или школьной наставницы, если бы не медицинский шкаф с кучей препаратов. Вторым излишеством была кушетка, медицинскую принадлежность которой попробовали скрыть детскими рисунками и цветным покрывалом.
Через пару минут дверь открылась, и наставница пропустила вперед себя невысокую девочку. Лориэль даже не сразу обратила внимание во что она одета, все внимание к себе сразу приковали очень яркие и живые темно-голубые глаза. Они настолько светились умом и радостью, что Лориэль стало немного некомфортно. Нет, девочка не радовалась гостье, это, похоже, ее обычный взгляд.
- Пожелай добрых дел тетушке, - мягко сказала наставница.
- О-ы… Ел… - тяжело проговорила девочки и смущенно, какими-то ломанными движениями, потянулась потрепать свое ушко.
- Ну-ну, тебе нечего стесняться, - успокоила ее наставница.
- Добрых дел, - ответила Лориэль.
- Нас зовут Айгиль, - ответила наставница за девочку.
Только когда девочка прошла мимо и села возле стола, Лориэль заметила, что одета Айгиль вполне себе прилично – темные штаны, футболка точно по размеру, темные волосы убраны в аккуратный хвост. На ногах светлые мягкие туфельки без каблучков.
- Давай удивим нашу гостью, - наставница улыбнулась и достала из стола альбом и два карандаша. – Рисунок выберем как обычно?
Девочка кивнула и вооружилась карандашами. Наставница порылась в планшете и негромко сказала:
- Это совсем для маленьких. Это тоже очень просто. Вот. Выбирай.
Это была какая-то игра с циферками и выбором. Девочка так быстро положила карандаши, протянула руки и пальцами раскрутила на экране планшета какие-то колесики, что Лориэль удивилась. Реакция и координация не просто высокие, они феноменальные. А когда на планшете появилось изображение, и девочка принялась рисовать, Лориэль недоверчиво посмотрела на наставницу. Картинка самая обычная – комната с открытым окошком, короткие шторки развеваются на ветру. Посреди комнаты стоит стол, на нем ваза и овальный поднос под яркими солнечными лучами из окошка. Вся работа выполнена именно что карандашом, было что копировать.
Айгиль расположила карандаши на листе в углах по диагонали и выверенными движениями начала повторять рисунок. Рисовала она одновременно разные части и получалось очень быстро и точно, словно карандаши водили не руки ребенка, а какой-то робот. Справилась девочка за каких-то минут пятнадцать.
Лориэль попросила у нее рисунок и сверила ее с тем, что увидела на экране. Насколько она могла судить – все совпадало.
- Ты молодец, - сказала Лориэль.
Девочка смутилась и снова ломанными движениями потянулась потереть ушко.
- Может посчитаем? – улыбаясь девочке, предложила наставница.
Лориэль предложили задать вопрос, и она еще больше удивилась, когда наставница вытащила из стала академический задачник для курсантов второго курса летной академии.
- Наугад выбирать? – спросила она у Айгиль.
Девочки заулыбалась.
- Ой не верю! – сказала Лориэль и наугад открыла страницу.
Она удивилась даже не тому, что девочка написала решение, а как она это сделала. Писала Айгиль двумя руками сразу две строки формулы. На белом листе без разметок линии букв и чисел получились аккуратными и ровными. Не самый красивый почерк на планете, но крайне приятный своей точностью исполнения.
Смущали только эти ломанные движения, но, когда наставница попросила Айгиль повторить за ней упражнения на координацию, никаких неестественных изломов рук уже не было. Когда спросили, о чем нравится ей читать, девочка очень быстро нарисовала ховер. По рисунку Лориэль поняла, что видела этот аппарат девочка где-то в книге.
За следующие полчаса было еще два рисунка и несколько хитрых формул. Лориэль даже немного изменила данные и убедилась, что девочка знает, как решать, а не просто запомнила задачник наизусть. Под конец Айгиль по памяти написала целый лист из детской книги. Опять двумя руками, только писала сразу сверху и снизу, в итоге строки сошлись настолько идеально, что на глаз разрыв между ними был одинаковый.
- Ты и правда молодец, - сказала Лориэль.
Айгиль осталась спокойной, ее живые глаза даже не сверкнули. Она посмотрела на наставницу, и та разрешила ей уйти.
- О-ых… е… - проговорила девочка у двери, уже не так сильно стесняясь.
- Добрых дел, - попрощалась Лориэль.
Когда дверь закрылась, Лориэль с минуту собиралась с мыслями и терла лоб.
- Никогда подобного не видела, - сказала она.
- Я вам больше скажу – Айгиль умышленно занижает оценки по другим предметам. Учителя постоянно это замечают.
- И зачем она это делает?
- Сложно сказать. Она очень легко перестраивается и адаптируется. Может повести за собой малышек или успокоить, если нужно. А это, поверьте, порой очень сложно. Девочки у нас разные. Я думаю, она просто не хочет выделяться на фоне других девочек, не все из них учатся хорошо. Она даже в тесте на профориентирование хитрила временами. Пробовала отвечать медленнее.
- А куда-то ее отдать учиться вы не думали?
- Медицина не так лояльна к девочкам. По всем показаниям нужен приют для немых, а это не совсем корректно. У Айгиль прекрасный слух, проблемы только с речью. Вот, посмотрите еще на это.
Наставница протянула планшет, на нем оказались данные общего осмотра. Пульс, давление, активность мозга и куча всего разного. Были контрольные данные, были и совсем свежие, всего-то несколько минут назад.
- Девочки у нас носят биодатчики, - пояснила наставница. – Видите? В момент решения задач и рисования у нее практически не растут показатели. Никакого напряжения, волнения, беспокойства. Она полностью себя контролирует.
Лориэль потерла лоб. Она ожидала чего угодно, но не такого. Пилот пилота узнает сразу. Никакой это не инженер и не техник, это самый настоящий пилот. Вот только немую девочку в кабину не посадишь.
- Вы сможете прислать мне ее медицинские данные, если потребуется? – спросила Лориэль.
- Боюсь, только лечащему врачу. Сами понимаете, девочки у нас особенные.
- Понимаю, - Лориэль кивнула и сказала: - Ничего не могу обещать. Я не ожидала увидеть такие способности.
- Через семь месяцев Айгиль исполнится шестнадцать и ее переведут во взрослый пансион.
- Принято, - сухо ответила Лориэль, прекрасно понимая, что времени очень мало.
Из приюта Лориэль вышла в крайней задумчивости. Ее немного потряхивало. Между желанием и реальной возможностью была целая бездна, а не пропасть. И ведь никакой гарантии, что девочке смогут помочь. Вообще никакой.
Разные мысли настолько одолевали Лориэль, что она даже не заметила, как села в ховер и вернулась на побережье. Она еще минут десять не решалась выйти из машины и размышляла, а потом все-таки позвонила. Рука почему-то дрогнула и набрать номер профессора не вышло. Тогда Лориэль набрала короткое сообщение и отправила его Метельке, если доктор что-то спросит в ответ, будет повод для разговора. Тут же Лориэль выскочила из машины и нервно прошлась туда-сюда, чихвостя себя за трусость. Под обстрелом вывозить раненых было не страшно, в пробитой машине без кислорода лететь тоже, а тут испугалась звонка! Но уже поздно. Отправила сообщение, а там будет видно.
Успокоив себя, Лориэль направилась домой и не удивилась, когда никого там не застала. Все веселая компания собралась в том же ресторанчике, только теперь вместо крепкой браги на столе стояла мягкая наливочка.
- Ты только ее с горла не лакай, а то лапки за хвост запнутся, - предупредила Искра.
- Я и не собиралась.
- Да? А рожа у тебя прям просит ведро бухла. Чего случилось-то?
Лориэль посмотрела на собравшихся. Все друг друга давно знают, так что ее попытки скрыть беспокойство улыбкой успехом не увенчаются.
- Отстаньте от нее, - вмешалась десантница. – Могла бы – рассказала сразу.
- Так ты все-таки была в приюте? – Искра задумчиво почесала щеку.
Лориэль кивнула и потерла лицо рукой. Не то голова гудела, не то сердце собиралось выскочить. Искра все поняла, налила рюмочку и пододвинула поближе:
- Это твоя норма на сегодня. Просто для аппетита, сейчас ребрышки принесут. Они тут закачаешься какие вкусные!
- Лучше просто чай, - проговорила Лориэль.
- Мнда, - Искра покачала головой. – Помочь чего? Тут же все свои.
- Нет, - уверенно ответила Лориэль. – Это дело только мое и Зары. Мы разберемся.
- А, дела старших! Молчу-молчу!
Зара все поняла и незаметно кивнула. Ребрышки и в самом деле оказались отменные, под них и чай ушел, а следом, успокоившись, смело выпили пару бутылок наливочки. Она тут лечебная, как говорила Искра. Полезло для пищеварения и меха. И ничего ноги не заплетались.
Уже стемнело, над головами включились неяркие лампочки освещения. Вполне приятная обстановка, все видно, а глаза не режет. Десантница вдруг, немного крякнув, встала и принялась разминать ноги.
- Пойду пройдусь, затекло все малость, - сказала она.
Искра посмотрела вслед уходящей сестренке, быстренько допила настойку и вытерла полотенцем губы.
- Пригляжу за ней на всякий случай. Мы недолго, - сказала она и встала из-за стола.
Тесса сладко потянулась и ушла проверить мех на щечках. Зара только и ждала момента, когда они с Лориэль останутся вдвоем:
- Чего случилось? Рассказывай.
- Триста сорок семь.
По лицу Зары пробежались тени раздумий, через секунду она все поняла, глаза ее широко раскрылись.
- Сколько? Этого быть не может!
- Может. Я видела эту девочку.
- Так… - Зара сложила руки на столе и немного подалась вперед. – Так… Не все так просто, да?
Лориэль кивнула:
- Аутизм. Отличная память, координация, и, судя по тестам, очень умная девочка. Главная сложность – у нее плохо развиты речевые центры.
- То есть, она не немая?
- Но очень плохо говорит.
- Та-ак… - Зара задумалась ненадолго. – Вот же проклятье! А и взаправду интересно! И что думаешь делать? В институт?
- Надо уговорить профессора на нейроимплант. Они с помощью имплантов зрение и слух возвращают, может и речь смогут.
- Уговорим. Нет, так штурмом возьмем институт.
- Серенгу, по-моему, даже орбитальным ударом не напугать.
- Да? – Зара усмехнулась. – Ты звонила уже?
- Метельке. Сообщение отправила.
- Зря, - Зара цокнула. – Надо было позвонить. Ладно, теперь рассказывай, что за девчонка и почему она тебя так зацепила.
Чем больше Лориэль рассказывала, тем выше поднимались у Зары ушки. Простыми словами все увиденное передать сложно, но хватило и этого. Зара, как настоящий флотский коготь, уловила суть сразу. Тетушка Ниларэль учила, что пилот состоит из трех вещей – первая, это голова и руки, то есть ум и координация, они должны быть отменными. Второе – это характер, без него первая часть не живет. И третье, самое важное, это любовь к своему делу. Любая девчонка, мечтающая о небе, может получить шанс закалить характер и стать настоящими пилотом. Координация тоже нарабатывается, это просто механика, сильванки от природы ловкие, так что поднять навыки на должный уровень бывает трудно, но вполне реально. С головой все проще - дуры мечтать не умеют.
- Правильно сделала, - подвела итоги Зара. – Теперь главное хвост не переломать. Времени маловато, но один хер, если что вытащим девочку откуда угодно. Как ее зовут, кстати?
- Айгиль.
- Как?! – Зара заулыбалась и вдруг безудержно залилась веселым смехом. Смеялась с минуту, а потом, утерев ладошкой слезы, через силу сказала: - Вот уж где не сомневаюсь – наша девка! Лори, знаешь, как ее имя с древнего переводится?
- Мои интересы в древнем закончились, когда я выбрала имена дочкам.
- Тоже верно, - Зара потянулась разлить настойку. – Ну, давай, за нашего Орленка!
Когда остальные вернулись за стол, они нашли пилотов в очень хорошем расположении духа. Посиделки приняли другой оборот, открылось второе дыхание на поговорить и посидеть в близком кругу.
Чтобы не сильно мучить местных поварих, решили взять с собой всего побольше и ушли в дом, прихватив несколько бутылочек наливки. Заболтались разными историями до самого утра, разошлись спать на рассвете.
Метелька ответила к полудню на следующий день, когда вся толпа бродила по местным магазинчикам. Лориэль больше закупалась не для себя, а для Мири. Сестренка с матушкой прислали большой список. Звонок пришел неожиданно, Лориэль даже на мгновение задумалась, чего хочет доктор.
- Не совсем вас поняла, - сказала Метелька. – Судя по описанию заболевания, вам лучше сразу обговорить все с профессором.
- Не решилась ее беспокоить.
- Раньше вы врали более убедительно. Профессор вернется через три дня, раньше я с ней ничего обсудить не смогу в любом случае.
- Благодарю.
- Если говорить честно, то вам будет сложно ее убедить. У нас сейчас развивается несколько новых направлений. Персонала не хватает.
- Передайте профессору… Я ее уговорю.
- Вот теперь я вам верю. Добрых дел.
Метелька отключила связь. Лориэль почесала ушко и побежала догонять подруг.
За оставшиеся дни отпуска набрали столько барахла и подарков, что всерьез задумались, а влезет ли оно все в ховер. Одних только морских деликатесов вышло кило так тридцать. Дома, конечно, всего хватает, океан близко, но тут нашлись некоторые виды редкой рыбки, да еще и с местных коптилен по бабушкиным рецептам было чего взять. Это не считая прочего барахла. Тесса дочкам взяла несколько видов ботинок и прогулочных туфелек. Остальные тоже не скромничали. Вопрос перегруза настолько беспокоил, что запихали все в машину и смотались к одной тетушке в контору с большими весами. Вышло, что до лимита грузоподъемности не дотянули всего десять кило. На всякий случай еще и на полностью загруженном ховере сделали круг над пляжем, чтобы успокоиться. Потом сели, пожелали добрых дел Искре и ее рыжей сестренке и умчались.
Переедание и веселые попойки сразу же всплыли в анализах.
- Да вы охренели! – проворчала доктор Чаранга и прописала всем кучу препаратов для профилактики, правда допуск к полетам не отменила.
Айрина, счастливая и довольная, что ее оставляли за старшую, часа два докладывала, что успели сделать по машинам. Хмурилась больше всех Петимарра, копаться с документацией и помогать техникам лучшая работа в мире, но без полетов все-таки скучно. Девчонка и в самом деле тосковала. Зара сжалилась и пообещала, что запишет ее на вторичные облеты бортов при первой возможности. К первым вылетам допускаются только старшие пилоты, тут уж ничего не поделаешь.
Профессор позвонила где-то через неделю и предложила встретиться на обязательных процедурах, как раз пора было проверить протез.
С утра пораньше Лориэль помчалась в институт. Полная проверка занимает много времени, на одном программаторе только три часа пришлось просидеть. Основную часть исследований проводила Энтилана, к ее великому неудовольствию. Она шипела, ворчала, и сыпала шуточками чаще обычного.
- У меня заказов на регенериновые препараты на сто сорок дней вперед! Сто сорок, понимаете! А чем занята наша беленькая докторша? С профессором проверяют как провели ремонт в старом корпусе! Чтоб там все осыпалось! Не шевелитесь! Смотреть перед собой! А то все переделывать.
После процедур Лориэль просидела часа полтора в приемной, пока вся троица начальниц не вернулась в кабинет к профессору. Серенга, похоже, напрочь забыла о предстоящем разговоре и даже секунду-другую вспоминала, зачем ее ждут. В кабинете Лориэль изложила все как есть. По глазам профессора и так было все понятно, нейроимплант дорогая игрушка и кропотливая работа, сейчас у института планов обзаводится новым пациентом не было. Серенга, как опытный переговорщик, отказала так, что Лориэль на минутку почуяла себя еще и сильно задолжавшей институту. Метелька молча развела руками, мол, она предупреждала, у института сейчас ресурсов не так много.
- Я понимаю, - спокойно ответила Лориэль и собралась уходить.
- Вот же вы две крысы! – прорычала Энтилана. – Нас троих на дух не переносят, а тут вдруг приходят с просьбой, и вы носы воротите! Две старые…
Энтилана рыча махнула в сторону профессора с Метельной и повернулась к Лориэль:
- Вы мне одно скажите – девочка разговаривает все-таки? Речь связная?
- Так точно. Очень плохо говорит, но слова разобрать можно.
- Хорошо! – Энтилана хлопнула по столу. – Приводите. Я найду, кто займется девочкой.
- Уважаемая… - профессор напомнила о своем присутствии и потерла коготком переносицу.
- А вот нехер было меня равноправной участницей проекта делать! – фыркнула Энтилана. – Мы, возможно, можем подарить планете отличного пилота! Подарить одной девчонке шанс на обычную жизнь! С ваших миллиардов не убудет еще на одного пациента! Все, не обсуждается!
Профессор кашлянула.
- Ага, - Энтилана кивнула. – Жалобу от руки в трех экземплярах. На ближайшем совете учредителей обсудим. Я-то читала устав института, кстати. Вам тоже рекомендую. Вопросы? И попробуйте только мне помешать!
- Ты уже коэффициент биологического программирования знаешь? – с интересом спросила Серенга.
- Разберемся.
- Разбирайтесь, - холодно ответила профессор.
Энтилана утащила Лориэль к себе в кабинет и за закрытыми дверями честно предупредила:
- Средний показатель для установки изделия не ниже шестидесяти. В среднем этот коэффициент у рядовых сильванок не выше сорока восьми процентов. У вас, к слову, девяносто два. Если показатели будут ниже нормы об установке изделия не может быть и речи. Есть, конечно, передовые образцы, там совершенно иные требования и сложнейшая операция, зато совместимость полная.
- Я понимаю, доктор.
- Хорошо. Тогда недельки через две с вами свяжутся, покажите пациента нашей тетушке. Аутизм заболевание очень специфическое, и специалист должен быть такой же. Согласны?
- Так точно… Стоп! – Лориэль осенило. – Новый образец? Вы сейчас мне намекаете, что заранее записали девочку в подопытные мышки?!
- Да не шумите вы! – фыркнула Энтилана. – Мозг аутистов имеет свои особенности, средний показатель совместимости там не будет выше двадцати.
- Доктор! – Лориэль вскочила и прошлась по кабинету.
- Не переживайте. Операция сложнейшая, но это единственный шанс протащить вашу девочку в будущее. С гарантией. Ну, решение, в общем-то, принимать вам. Предложение я сделала.
- Так точно, - вздохнула Лориэль. – Решение принимать мне.