Рим.

Район Трастевере.

Полдень.

От прусского портала мы добирались на дирижабле. Да, пришлось показать обоим товарищам и этот секрет Кузнецовых. Мы давно сражаемся вместе, и лишние секреты ни к чему.

Оттуда до дома Юлия ехали на трех машинах, и всю дорогу Лора разглядывала Рим в окно так, словно хотела задержаться тут на несколько недель. Город и правда был хорош. Кривые улочки, красная черепица, белье на веревках между балконами, запах кофе из каждой второй двери. Есенин тоже оценил.

У дома Юлия нас встретила худощавая женщина в полотняной рубахе, копающейся в розовых кустах. Мать, как выяснилось. Она отбросила секатор, обняла сына так, что у того хрустнули ребра, и долго мяла ему плечи, бормоча что-то на латыни. Затем такая же участь ждала и ее мужа — Максимуса.

— Юлий, времени у нас в обрез, — начал я, когда церемония встречи поутихла. — Если тебе или отцу надо взять что-нибудь из дома в дорогу, берите сейчас. Второго захода не будет.

Римляне поняли с полуслова.

— Часа нам хватит, — отозвался он. — Отец не привык спешить.

Юлий ушел с родителями в дом, а мы с Есениным двинулись по адресу. Идти было минут двадцать, и Саша всю дорогу вертел головой по сторонам.

— Хороший город, — оценил он, провожая взглядом двух девушек в летних платьях. — Теплый. Люди улыбчивые. Девушки красивые.

— Ты сюда любоваться приехал?

— Я многозадачный, — Есенин подмигнул кому-то на балконе и сунул руки в карманы. — Знаешь, Миша, — добавил он вполголоса, наклонившись к моему уху, — а ведь я бы стер этот город за пару минут. Вот прямо весь.

— Долго, — я пожал плечами. — Я бы управился за минуту. Но проверять мы не будем, Саша. У тебя что, опять предрасположенность в одну сторону скачет?

— Да шучу я, шучу, — он зловеще рассмеялся. — Хотя… — Есенин прищурился и оглядел меня с ног до головы. — Чувствую, силы у тебя еще не до конца восстановились. Фонишь неровно.

— Не до конца, — согласился я. — Каналы на девяносто с лишним процентов. Думаю, неделька, и все будет хорошо, не буду торопиться.

— И правильно, — встряла Лора в моей голове. — Кстати, есть и хорошая новость. Если нам по дороге попадется какое-нибудь завалявшееся божество, восстановление можно считать законченным. Я тут провела пару апгрейдов, пока ты дрых.

— Каких апгрейдов?

— Полезных. Тебе понравится. Главное не лопни в процессе, это будет некрасиво смотреться в новостях.

* * *

Рим.

Лицей «Аврелио Саффи».

Адрес привел нас к трехэтажному зданию из желтого камня, с флагштоком над входом и гулкими голосами за окнами. Над дверью висела вывеска с именем какого-то местного сеньора, давно усопшего.

Есенин остановился и перечитал бумажку.

— Это школа, — он нахмурился. — Юлий ничего не перепутал?

— Адрес верный, — Лора сверилась с картой. — Лицей. Старшие классы. Никаких тренировочных комнат, никакой магии. Обычная школа для обычных детей.

— И тут окопался великий воин, что уделает даже римского генерала? — удивился я.

— Зайдем и узнаем.

Внутри пахло дешевым буфетом, потом и старой мебелью. В коридоре нас перехватила сухонькая секретарша, и я включил приличного мальчика:

— Добрый день. Мы из университета, хотели бы переговорить с директором по поводу одного вашего ученика.

Слово «университет» сработало безотказно. Эту легенду мы придумали еще с Юлием, что не испугать Адриана раньше времени.

Через минуту нас ввели в кабинет, где за широким столом сидел грузный мужчина с залысиной и очками на кончике носа. Он оглядел нас поверх стекол и сцепил пальцы на животе.

— Чем обязан господам из университета?

— Нас интересует ваш ученик, — я постарался держаться буднично. — Адриан. Хотелось бы узнать, где он сейчас и как выглядит. Мы с ним прежде не встречались.

Директор не торопился отвечать. Он медленно снял очки, протер их платком и надел обратно.

— А теперь честно, — произнес он. — Зачем вам Адриан на самом деле? Из университета они, вот как… За тридцать лет в этих стенах я насмотрелся на вербовщиков всех мастей. Вы на них не похожи.

— Скажи, что вы пишете работу про одаренных детей из бедных семей! — мгновенно подсказала Лора. — Скучно, безопасно, он купится.

Я открыл рот, но Есенин меня опередил:

— Мы из Российской Империи. Он нужен нам, чтобы спасти мир от Хаоса, — сообщил Саша непривычно серьезным тоном.

— Ну прекрасно! — фыркнула Лора. — Я тут сочиняю легенду, а он рубит правду прямо с порога. В следующий раз отвечать буду я сама, через твой рот.

Директор долго смотрел Есенину в глаза. Потом, ни слова не говоря, выдвинул ящик стола, достал школьный альбом, перелистнул несколько страниц и развернул его к нам.

На фотографии стоял худенький мальчишка с большими испуганными глазами и оттопыренными ушами. Тощие плечи, мятый воротник, руки по швам. Самый обычный подросток, каких в любой школе по дюжине на класс.

— Вот ваш Адриан, — директор постучал пальцем по снимку.

Я разглядывал фотографию. Что-то концы с концами не сходились.

— Не понимаю, — признался я. — Если вы знаете, что он сильный маг, почему он учится в простой школе? У вас же должны быть заведения для одаренных.

— У знати — должны, — директор откинулся в кресле, и оно жалобно скрипнуло. — А Адриан из простолюдинов. Школ вроде вашего хваленого КИИМа в Империи у нас нет, а в те, что есть, простых не берут. Дважды Адриана пристраивали в магическую гимназию и оба раза это ничем не кончилось. Дети жестокие, господа, а к чужаку без имени и денег они совсем не милосердны. Травили мальчишку так, что он отказывался ходить на уроки. К счастью, ни разу не применял сил в драке.

Саша слушал, чуть склонив голову, и впервые не вставил ни единой шутки.

— В итоге родители махнули рукой и оставили его здесь, — продолжил директор. — Способности у него редкой силы, врать не стану. Только он их не хочет. Не желает быть ни оружием, ни диковинкой, на которую сбегается глазеть половина города. Хочет быть обычным мальчишкой и просто дружить со сверстниками. И я его, признаться, понимаю. — Он закрыл альбом. — Сейчас как раз большая перемена. Адриан во дворе. Если уж вы добрались до Рима из самой Москвы, поговорите с ним, так уж и быть. Только… — директор помедлил. — Полегче с ним, он хороший парень.

* * *

Двор гудел, как разворошенный улей. Подростки сбивались в стайки, кто-то гонял мяч, кто-то жевал обед на лавках. Мы с Есениным вышли на солнце и сразу нашли глазами нужного парня.

У забора трое крепких старшеклассников окружили худенького паренька и неторопливо его пихали. Один толкнул его в плечо, другой выбил из рук рюкзак и отфутболил подальше. Паренек не отвечал, только сжимался и втягивал голову в плечи. Адриан вживую выглядел еще хуже, чем на фото.

Мы с Сашей переглянулись и одинаково вздохнули.

— Миша, — Есенин кивнул на парнишку. — Скажи мне честно. Вот это вот недоразумение уделало Юлия? Генерала, что способен сражаться против сотни тварей и не вспотеть?

— Юлий человек серьезный, врать ради красного словца не станет.

— Ну не знаю… Я бы такого одним чихом сдул.

Я двинулся к забору. Старшеклассники услышали шаги и обернулись разом, как стая, почуявшая чужого.

— Парни, — произнес я мирно. — Оставьте его в покое и идите своей дорогой.

Самый рослый из троицы смерил меня взглядом и сплюнул под ноги.

— Это не вашего ума дело, — он подбоченился.

— О, правда? — улыбнулся я. — Мне кажется, как раз наше, и вы в этом деле лишние.

— Как бы вы сами не оказались лишним. Мой отец знает половину городской полиции, и кто знает, что с вами может случиться…

— Слыхал, Саша? — обернулся я. — Половина полиции.

— Надеюсь, лучшая половина, — Есенин подошел и встал рядом, засунув руки в карманы. — Слушай, малыш, если я прямо сейчас сверну тебе шею, мне ничего за это не будет. Хоть всем троим, прямо сейчас. Знаешь, почему? Потому что я Есенин. — И добрые голубые глаза вспыхнули.

Воздух во дворе ощутимо нагрелся. Трое героев побледнели, попятились и драпанули так шустро, что подняли пыль. Рюкзак Адриана так и остался валяться на земле.

Сам парнишка смотрел на нас исподлобья, прижавшись к забору.

— Я с вами не пойду, — выпалил он прежде, чем мы успели рот раскрыть. — Чего бы вы там ни говорили. Не пойду.

— На кону жизни миллионов людей, — сказал я, сев на лавку, стоявшую рядом. — Ты можешь спасти много жизней, Адриан. Очень много.

Он мотнул головой, и в следующий миг… Нет, остался стоять. Но рядом, едва ощутимо колыхнулась энергия. Лора мигом сделала мне «глазки», и я увидел парня в инфракрасном поле — он хотел удрать, оставив после себя клона.

— Это пустышка, — сказала Лора, подходя к лже-Адриану. — Ткни, и она лопнет.

Я уже понял. Мы с Есениным повернулись к настоящему.

— Эй, — окликнул я его. — А ты куда это собрался посередине разговора? Это, вообще-то, невежливо.

Адриан замер на полушаге. Глаза у него стали круглыми.

— Вы… меня видите?

— Отчетливо, — подтвердил Саша. — Кстати, неплохой клон. Дышит и все такое. Только пустой, но это не беда. Другие купятся, это точно.

Адриан сглотнул, отступил еще на шаг — и вокруг него вспыхнула сотня копий. Они заполнили двор. На секунду я даже залюбовался работой.

А вот ребята вокруг перепугались — и бросились врассыпную. За секунду двор опустел. Есенин лениво щелкнул пальцами. Все копья лопнули разом, будто мыльные пузыри. Настоящий Адриан пятился, судя по всему, он был в панике.

Я неторопливо направился туда, где едва уловимо подрагивал нагретый воздух.

— С нами эти фокусы не пройдут, малыш, — я остановился прямо перед ним. — Мы их за свою жизнь насмотрелись.

— Это еще не все!

Воздух свернулся в воронку. Телепортом парень владел чисто, без вспышек и грохота, без жертв тоже. В следующий миг парень исчез.

Мне тоже пришлось вспомнить телепортацию — просчитав его энергетическую траекторию, я шагнул следом и вынырнул на крыше школьного склада в двух кварталах от лицея.

Адриан, уже видимый, обернулся и едва не сел на черепицу от неожиданности.

— Слушай, — я отряхнул плечо. — А как ты прокачал телепорт до такого уровня? Чтобы начать так прыгать, на первом уровне надо приносить жертвы. А ты вроде на убийцу не похож.

— Я… — он попятился к краю крыши и остановился. — Я с детства так умею. Только дар тут ни при чем. Это проклятие.

Голос у него сел, плечи опустились. Злости в нем не было, только усталость.

— Я с пеленок проваливаюсь куда не надо, — выдавил он. — Испугаюсь и исчезну. Разозлюсь и делаю двойников. Из-за меня родители полжизни разгребают неприятности. Соседи считают, что я порченый. В магической школе меня за это били. Я не хочу всего этого. Просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Адриан, — я заговорил тише. — То, что всю жизнь портило тебе жизнь, сейчас может сделать что-то хорошее. По настоящему хорошее. Спасти людей, которых ты даже не знаешь. А когда все закончится, если ты захочешь, я заберу твою магию насовсем. И ты станешь обычным мальчишкой с первой парты. Слово даю.

Он долго молчал, разглядывая собственные стоптанные кроссовки. Ветер трепал ему челку.

— Насовсем? — наконец произнес он.

— Насовсем.

Адриан поднял голову и медленно выдохнул.

— Тогда… ладно. Я согласен.

* * *

Рим.

У дома Юлия.

Обратно мы шли уже втроем. Адриан плелся между нами, поглядывая то на меня, то на Сашу, и явно не до конца верил, что согласился. Есенин по дороге успел купить ему мороженое.

Дом Юлия показался в конце улицы. Из открытых окон тянуло чем-то жареным, на крыльце стояли собранные сумки.

— Миша, — подала голос Лора, разглядывая шагающего рядом Адриана. — Один вопросик. Чисто из любопытства. Ты вот сейчас наобещал ребенку, что заберешь у него магию. А ты вообще представляешь, как это делается? Потому что я в твоих файлах такой функции не нашла.

— Никак не представляю, — мысленно ответил я. — Я его просто обманул.

— Прелестно.

— А что? Сейчас главное, чтобы он помог нам. А там разберемся. Дойдет до дела — придумаю. Не дойдет — и думать не о чем.

— Знаешь, — в голосе Лоры прорезалось что-то подозрительно похожее на гордость. — Иногда ты бываешь почти таким же беспринципным, как я. Растила тебя, растила, и вот они, первые всходы.

— Это ты меня сейчас похвалила или оскорбила?

— Сама пока не определилась. Но звучало приятно, согласись.

Адриан доел мороженое, вытер пальцы о штаны и поднял на меня глаза.

— А куда мы вообще едем? — спросил он.

— В Австралию, — я придержал ему калитку. — Спасать мир. Не отставай.

* * *

Рим.

У дома Юлия.

Сборы в дорогу и правда шли неторопливо. Пока мы с Есениным разыскивали Адриана, Максимус успел упаковать всего две сумки.

— Отец, мы воевать летим, а не на ярмарку, — не выдержал Юлий, наблюдая, как старик в четвертый раз укладывает в сумку завернутый в тряпицу точильный камень.

— Воюют головой и хорошим железом, — Максимус не оторвался от своего занятия. — А железу нужен уход. Доживешь до моих лет, поймешь.

Жена Юлия стояла на крыльце, скрестив руки на груди, и смотрела на эти сборы со спокойствием человека, которому не впервой провожать мужчин из дома на войну.

Прощались без долгих слов. Максимус обнял жену, шепнул ей что-то на ухо, а она легонько стукнула его кулаком в грудь. Юлий подошел к своей и взял ее ладони в свои.

— Я вернусь, — произнес он негромко.

— Конечно, вернешься, — она поправила ему ворот. — Постарайся вернуться целым.

— Хорошая женщина, — оценила Лора, паря над крыльцом и разглядывая римлянку.

— Все взяли? — уточнил я, когда последняя сумка перекочевала в руки Максимуса. — Возвращаться, повторяю, не будем.

— Все, — Юлий в последний раз оглянулся на дом. — Веди.

Мы пошли. Адриан плелся следом, прижимая к груди потертый рюкзак. До него, кажется, только сейчас начало доходить, во что он ввязался.

Когда мы сели в автомобиль, парень то и дело смотрел на мелькающие родные дома, и я его понимал. Когда тебя всю жизнь травили за то, что ты другой, а потом двое чужаков увозят тебя спасать мир на другой конец планеты, поневоле засомневаешься, не сон ли это.

— Слышь, малой, — Есенин хлопнул его по плечу. — Не дрейфь. Со мной не пропадешь. Я страшный только с виду и для монстров.

— А только что обещали трем парням шею свернуть, — тихо напомнил Адриан.

— Так то монстры и были. Не согласен? — Саша широко улыбнулся. — По мне те еще твари.

* * *

Борт дирижабля «Гром».

Где-то над Альпами.

Дирижабль поднялся над Римом, заложил плавный вираж и лег курсом до портала в Пруссии. Внизу тянулись снежные пики. Адриан прилип к иллюминатору и не отлипал, наверное, впервые в жизни оказавшись так высоко.

Есенин плюхнулся в кресло напротив, закинул ногу на ногу и какое-то время разглядывал его с откровенным любопытством.

— Слушай, малой, не дает мне покоя один вопрос, — начал он. — Силы у тебя, спору нет, мощные. Но Юлий мужик серьезный. Я его в деле видел, против такого с обычными фокусами не выстоишь. Как ты его уделал?

Адриан нехотя оторвался от иллюминатора.

— Копии, — пожал он плечами. — Каждая моя копия равна оригиналу. По силе и по всему.

— И сколько ты таких можешь?

— До тысячи.

Есенин присвистнул и переглянулся со мной. Тысяча бойцов, и каждый не уступает тебе самому, это уже не детская шалость. Против такой армии и впрямь придется попотеть.

— Тысяча, говоришь, — Саша задумчиво почесал подбородок. — Допустим. Только все равно это не то. Тысячу таких заморышей, уж прости, Юлий разложил бы без особого труда. Тут что-то еще. Колись, малой.

Адриан помолчал, глядя в пол, потом упрямо мотнул головой.

— Остальное я вам говорить не буду.

— Ага! Значит, что-то еще есть! — Есенин усмехнулся, но давить не стал. — Ладно, держи при себе. Только учти, на войне сюрпризы я люблю, когда они с моей стороны. С чужой не очень.

— Миша, — позвал меня Юлий с соседнего ряда. Они с отцом разложили на столе карту, и Максимус что-то чертил на ней огрызком карандаша. — Расскажи про Австралию. Что нам известно по делу?

Я перебрался к ним. Дело есть дело, и оно всяко лучше тоскливого молчания.

— Известно немного, но и того хватает, — начал я. — Буслаев, в которого вселилось Нечто, взял Канберру. Скорее всего выкачивает тамошнего короля, Ричарда. Накрыл город барьером и стягивает к себе божеств.

— Много? — Максимус поднял голову от карты.

— Много, — честно ответил я. — Каждое из них в одиночку способно стереть город. А вместе с Нечто во главе они могут наворотить такого, что Австралией не отделаешься.

— Значит, надо успеть, пока они не собрались все разом, — Юлий постучал пальцем по красному пятну на карте. — Бить, пока они порознь.

— Если бы все было так просто, — миниатюрная Лора материализовалась прямо посреди карты, усевшись на нарисованный континент, чего никто, кроме меня, видеть не мог. — Барьер вокруг Канберры я просканировать пока не могу. Слишком далеко.

— Нужна разведка на месте, — сказал я вслух.

— Разведку обеспечим, — Максимус хмыкнул в седые усы. — У меня в сумке как раз для этого кое-что припасено. Если бы кое-кто не торопил со сборами.

— Опять ты за свое, — закатил глаза Юлий.

— Хороший воин думает заранее. А плохой после того, как получит по башке, — Старик невозмутимо вернулся к карте.

— Разведка и у меня есть, — сказал я. Болванчик сложился в человечка и сел на краю стола.

Оставив их продумывать тактику, я откинулся в кресле. До Пруссии было еще несколько часов лету.

— Лора, — позвал я. — Когда прилетим, кого предлагаешь взять из наших на войну с Нечто?

— Посейдона точно надо забрать. И, Миша… — она помедлила. — Риту я бы тоже взяла. Деталек у тебя в кольце почти полный комплект. Самое время закончить начатое.

Я машинально коснулся пространственного кольца на пальце.

— В Москве и займемся.