В течение еще семи дней измученные путешественники шагали по склонам поросших травой холмов, иногда встречая на пути маленькие рощи. Больше с ними не случилось никаких неприятностей, хотя разговоры о серьезном отряде разбойников, с которым они повстречались, не смолкали. Не так уж часто появлялись такие крупные отряды, которые устраивали настолько хорошо продуманные засады, как у реки с затонувшим речным судном. Звучали самые разные теории, а некоторые даже говорили о неуловимых повстанцах.

К тому моменту, когда они добрались до Лорелиса, в полдень восьмого дня, все устали, чувствовали себя грязными и мечтали о горячей ванне и мягкой постели. Фриша заметила, что ее штаны стали ей немного велики в талии, и решила их немного ушить, как только появится такая возможность.

После того как они сошли с парома, который перевез их через реку Лорелис, Резкайн, Тэм и Фриша сняли пару комнат на постоялом дворе в северной части города, где ждали, когда их позовет Джимсон. Лейтенант и его люди сразу направились с докладом в форт, и Джимсон сказал, что командующий фортом, возможно, пожелает с ними побеседовать.

После обильной трапезы и мытья Резкайн не мог усидеть на месте. Он решил заняться делами, пока остальные отдыхали. Он отдал грязное белье слишком энергичной горничной, наполнил кошелек монетами и покинул постоялый двор. Лорелис не был столичным городом и заметно уступал размерами Джастейну, но и называть его маленьким не стоило. Через него протекала река и проходил торговый путь, шедший с севера на юг, река и тракт получили название в честь города. Здесь находилось множество складов, откуда товары отправлялись в другие места.

Лорелис не мог похвастаться своими культурными достижениями, аристократия не оказывала на него особого влияния, но свои функции выполнял успешно. Форт Манеске располагался на окраине и являлся главным военным форпостом для войск, расположившихся к западу от реки Стрейи, так что на культуру города решающее влияние оказывало присутствие солдат. В результате преступность была очень низкой, и здесь отсутствовали гильдии, существовавшие в крупных городах.

Резкайн отправился на рынок и купил себе новую рубашку и штаны, чтобы заменить испачканные кровью во время ночного сражения. Затем восстановил запасы лекарств и перевязочного материала, потраченные на лечение получивших ранения солдат. Наконец он нашел неплохой двуручный меч для Тэма. Конечно, не клинок мастера, но он заметно превосходил обычные мечи, которыми пользовались солдаты. И, что гораздо важнее, имел неплохую балансировку и обладал превосходно заточенным лезвием. Тэм был достаточно хорошо сложен, чтобы управляться с двуручным мечом, но Резкайн выбрал его по другой причине. В армии только пехота первой шеренги носила щиты, а если Тэм станет солдатом, с собственным двуручным мечом его с меньшей вероятностью поставят в первую шеренгу.

Пока Резкайн изучал меч, у него появилась идея. Ему не нравилось, что Фрише, возможно, придется встречаться с противниками в ближнем бою. Она была хрупкой, и ей не хватало агрессии и уверенности, необходимых для хорошего мечника. Кроме того, в приличном обществе женщине не полагалось носить меч. Резкайна мало волновали такие правила, но после всех разговоров о желании овладеть оружием Фриша отказывалась держать при себе меч. Резкайн поговорил с кузнецом и купил набор хорошо сбалансированных, легких метательных ножей. Они были маленькими и хорошо лягут в женские ладони.

Вернувшись на постоялый двор, он обнаружил, что его друзья наслаждаются прохладным элем вместе с другими посетителями, которые заглянули в общий зал после обеда. Резкайн убрал сверток с одеждой в сторону, а меч положил на стол перед Тэмом.

– Это тебе, – прямо сказал Резкайн.

Глаза Тэма широко раскрылись.

– Что? Ты серьезно?

– Конечно, – ответил Резкайн. – Тебе необходимо оружие в дополнение к твоему кинжалу. У этого меча правильный размер и вес, и он более высокого качества, чем клинок, который ты получишь в армии. Мы продолжим обучение на пути в Кайбейн.

Тэм потерял дар речи. Он не знал что сказать. Ему пришлось бы работать учеником целый год, но даже и тогда он не смог бы позволить себе такой меч. Рукоять оплетал зеленый шелковый шнур, ножны сделаны из мягкой коричневой кожи. Он наполовину вытащил лезвие – полностью обнажить меч на постоялом дворе было бы невежливо, и принялся изучать клинок. Он мало знал о том, как определять качество оружия, но верил в знания Резкайна.

– Рез, я не знаю что сказать. Это слишком шикарный подарок. Я не думаю, что могу его принять. – Он с трудом произнес последние слова, потому что ему очень хотелось обладать таким мечом.

Резкайн поднял руку и покачал головой. Он знал, что так будет, как часть Умений Вежливого общения. Всякий, кроме самых близких родственников, всегда отказывался от дорогих подарков – перед тем как их принять. Теперь пришел черед Резкайна произнести необходимые слова. Он считал подобные правила совершенно бессмысленными, потому что подарок обязательно принимался, чтобы не обидеть дарителя.

– Я не считаю это подарком. Скорее приобретением необходимого инструмента, если так тебе больше понравится. Нам предстоит долгий путь, и тебе потребуется оружие. К тому же трудно учить владению мечом того, у кого его нет.

Фриша положила руку на плечо Тэма.

– О, Тэм, это же замечательно, тебе необходим меч. Ты должен принять подарок Реза.

– Я рад, что ты так думаешь, Фриша, – с облегчением сказал Резкайн. Ему совсем не хотелось снова повторять те же объяснения. Он положил перед ней кожаный сверток. – А это для тебя.

Губы Фриши сложились в удивленное «о», пока она развязывала сверток. Внутри оказалось шесть блестящих ножей. Свет ламп отражался от серебристых клинков, на лезвиях танцевали огненные элементали. У ножей не было рукоятей, но отполированный хвостовик оказался таким же гладким, как лезвия, каждое из которых украшал выгравированный ворон в полете. Ножи поражали своей красотой.

– Это метательные ножи? – спросила Фриша.

– Да, я думаю, они станут хорошим оружием для тебя и позволят сохранять дистанцию с врагом. Я научу тебя ими пользоваться, чтобы ты не поранила себя.

– О, Резкайн, прямо как на Зимнем Фестивале! Огромное тебе спасибо, Рез, – ответила Фриша.

– Да, спасибо, Рез. Я очень ценю твой подарок и постараюсь тренироваться изо всех сил, чтобы соответствовать твоей щедрости, – заявил Тэм.

Резкайн коротко кивнул.

– Если я не смогу вас защитить, то должен по меньшей мере быть уверен, что вы сами будете на это способны.

Тэм поднял взгляд и первым заметил лейтенанта Джимсона, стоявшего в дверном проеме. Он помахал ему рукой, приглашая лейтенанта присоединиться к ним. Джимсон помылся и переоделся в выглаженную чистую форму, на которой блестели все пуговицы и пряжки. Кроме того, он тщательно побрился и причесал короткие волосы. Идеальный образ офицера королевской армии.

– Смотрите, что Рез мне подарил, – взволнованно сказал Тэм, показывая лейтенанту меч.

Джимсон взял клинок и осмотрел его так же тщательно, как Резкайн, только не стал полностью вынимать лезвие из ножен на постоялом дворе.

Лейтенант кивнул.

– Хорошее оружие. Лучше, чем мой меч. – Он посмотрел на Резкайна и спросил: – Быть может, вы поможете мне выбрать новый, когда мы доберемся до Кайбейна? Я бы не хотел использовать свой старый на турнире, и мне потребуется время, чтобы привыкнуть к новому клинку перед состязаниями.

– Конечно, – ответил Резкайн. – Никаких проблем.

Лейтенант являлся одним из его друзей, и он сделает все, чтобы ему помочь. Кроме того, его радовало, что солдат имел неплохую подготовку во владении мечом. Однако его пугала мысль, что он будет продолжать находить новых друзей и каждого придется учить себя защищать.

– Итак, – сказал лейтенант, – мы сможем отправиться в Кайбейн послезавтра. И немного отдохнем перед путешествием. Однако нам придется двигаться по суше. На реке Лорелис возникли проблемы. Полковник Симмонс неделю назад послал инженеров, чтобы они устранили затор, но от них до сих пор нет никаких известий. Кроме того, произошло несколько стычек с разбойниками. После рапорта, который я отдал полковнику Симмонсу, он думает, что за этим стоит нечто большее. Он отправляет большой отряд на патрулирование реки, а мне поручил доставить послание генералу в Кайбейн.

– Что вы имеете в виду, когда говорите «нечто большее»? – спросила Фриша.

– Ходят слухи о появлении повстанцев. Не всем нравится правление короля Кейдина. После преждевременной смерти короля Бордрана два года назад звучали разные разговоры. Бордран не был пожилым человеком и являлся сильным, впечатляющим правителем. Он мог править еще двадцать лет или даже больше. – Остальные принялись понимающе кивать, и лейтенант вздохнул. – И это еще не все. Не секрет, но сейчас не многим известно, что брат короля, принц Трессон, исчез два месяца назад. – Лейтенант Джимсон понизил голос. – Некоторые думают – не я, имейте в виду, но возникли подозрения, что тут замешан король.

– Но зачем королю причинять вред брату? – с тревогой спросила Фриша, приглушив голос.

Лейтенант пожал плечами:

– Люди, которые так говорят, предполагают, что король чувствует опасность с его стороны. Похоже, они думают, что король приложил руку к смерти своего отца. Они утверждают, будто король боится, что с ним может произойти то же самое, поэтому он предпринял шаги, чтобы избавиться от возможной угрозы. Я лишь повторяю то, что говорят некоторые, но предпочел бы, чтобы вы не повторяли мои слова.

– А что думаете вы? – спросила Фриша, широко раскрыв глаза от любопытства.

Лицо лейтенанта стало непроницаемым, и он рассудительно ответил:

– Я думаю, что это измена – вести такие разговоры о короле. – И он бросил на молодую женщину суровый взгляд, показывая, что ей больше не следует задавать вопросов.

– Да, конечно, – прошептала Фриша, усаживаясь на свой стул.

Лейтенант снова повысил голос.

– Вот почему в надежде, что вы поможете мне доставить послание в Кайбейн, полковник согласился дать вам пару лошадей. Мой долг состоит в том, чтобы письмо добралось до своего адресата, после чего я смогу участвовать в турнире. Я рассчитывал, что мы сможем отправиться в Кайбейн вместе.

Все трое согласно кивнули.

– Конечно, лейтенант, – сказала Фриша, – вы должны поехать с нами. Рядом с вами я буду чувствовать себя гораздо лучше. Мне трудно представить, что произойдет, если на нас нападут на торговом пути.

Лейтенант посмотрел на Резкайна.

– Я полагаю, с вами все будет в порядке, – проворчал лейтенант, – но всегда лучше путешествовать большими группами.

Резкайн прислушивался к разговору, но по большей части его внимание было сосредоточено на другой молодой женщине, сидевшей за одним из соседних столиков. Она наклонилась в их сторону, и не вызывало сомнений, что подслушивала разговор. Он не видел ее лица, так как она сидела, отвернувшись от него, но заметил, что ее одежда выглядела необычно.

Фриша обратила внимание на то, что Резкайн заинтересовался девушкой за соседним столиком, почувствовала укол ревности и решила его отвлечь.

– Резкайн, а что ты думаешь? – спросила она.

Резкайн скользнул глазами по залу, чтобы проверить, ведет ли себя еще кто-то подозрительно, но не перестал наблюдать за молодой женщиной.

– Я думаю, будет выгодно для всех, если лейтенант отправится с нами. Он прав, безопаснее путешествовать большими группами. Кроме того, он поможет тренировать вас обоих в использовании нового оружия и стоять на часах по ночам. А я, в свою очередь, могу гарантировать, что он благополучно доставит свое послание. Совместное путешествие на турнир представляется мне самым эффективным, ведь за группу приходится меньше платить, а его документы позволят нам двигаться без задержек. И, что еще важнее, я предпочитаю, чтобы мои друзья находились рядом, ведь в таком случае я смогу продолжать выполнять Правило 1.

Фриша нахмурилась. Она не думала, что он слышал их разговор. Но более всего ей не нравилось, что он смотрел на другую женщину.

Лейтенант Джимсон улыбнулся.

– Благодарю вас. Я ценю ваше общество. Мы уже довольно долго путешествуем вместе, и я с радостью буду считать вас всех друзьями. Пожалуйста, называйте меня Джимсон или Джим, если вам так больше нравится.

– Да, пожалуйста, давайте избавимся от формальностей. Они становятся утомительными, – с довольным видом сказала Фриша, хотя ее продолжал беспокоить интерес, который проявлял Резкайн к женщине за соседним столиком.

Внезапно, удивив своих друзей, Резкайн встал и подошел к столу, за которым сидела женщина, подслушивающая их разговор. Все три его спутника были потрясены. Фриша с огромным трудом сдерживала ярость.

– Добрый вечер, госпожа, – сказал Резкайн без обычного обаяния. Спина женщины напряглась, руки исчезли под столом. Не дожидаясь приглашения, Резкайн сел на стул напротив, наклонился вперед и одарил незнакомку ледяным взглядом. – Раз уж вы с таким интересом слушали нашу беседу, я подумал, что вы предпочтете поговорить непосредственно с одним из нас.

Женщина оказалась молодой. Едва ли старше Фриши – золотистые волосы собраны на затылке, одета в длинную коричневую тунику, доходившую до середины бедра, поверх темных штанов, заправленных в высокие сапоги, как принято у кавалеристов.

Но самым необычным в молодой женщине было то, что она носила потертые, но вполне приличные доспехи. Они казались великоватыми для ее хрупкой фигуры – скорее всего, прежде принадлежали молодому мужчине. На поясе у нее висели кинжал и короткий меч. Кожаные ножны выглядели далеко не новыми, но оплетку на рукояти явно поменяли недавно. На каждой руке были надеты наручи с небольшим ножом. Большие карие глаза смотрели на Резкайна и удивленно моргали.

– Но я не…

– Нет, вы подслушивали. Что вы хотели? – Резкайн говорил быстро и уверенно, не допуская возражений.

Плечи молодой женщины поникли, и она сразу стала казаться моложе, чем несколько мгновений назад.

– Ну ладно. Ваша правда. Я слышала, что вы направляетесь на турнир, и собиралась подойти к вам, чтобы попросить разрешения путешествовать с вами. Я хочу принять участие в турнире.

Резкайн удивленно приподнял брови.

– Вы хотите участвовать в турнире? Я уже начал думать, что никто из женщин внешнего мира не обладает необходимыми Умениями.

Молодая женщина гордо приподняла подбородок.

– Я не знаю, что значит «внешний мир», но это точно не имеет отношения к тому, что я женщина. Я воин.

– В самом деле? – спросил Резкайн. – Значит, вы умеете пользоваться мечом? – Он кивнул в сторону ее оружия.

Она заерзала на месте.

– Да, умею. – Совсем не тот ответ, который ждешь от человека, уверенного в своих возможностях.

– Как вас зовут? – спросил Резкайн.

– Реайлин де Восс. – Она самодовольно улыбнулась, словно ему следовало знать ее фамилию.

Он ее не знал, из чего следовало, что ее семья не была особенно богатой, могущественной или влиятельной.

– Госпожа Реайлин, если вы воин, то почему не вступили в армию? – спросил он.

Реайлин фыркнула и скрестила руки – привычка, от которой ей следовало отказаться, ведь в такой позе она становилась особенно уязвимой для нападения и не могла быстро достать оружие. В ее глазах что-то сверкнуло.

– Я пыталась, – резко ответила она. – Они говорят, что я слишком маленькая… или слабая… недостаточно хороша… Но главное, что я женщина.

Реайлин совершенно определенно была женщиной, миниатюрной, с необходимыми округлостями.

Резкайн покачал головой:

– Лишь немногие женщины попадают в армию. Такие случаи редки, но известны.

– Да, но они огромные и с тем же успехом могли быть мужчинами. Но я могу сражаться. Я не такая, как рекруты, мастера меча и страйкеры. Если я смогу победить хотя бы одного из них, им придется меня принять, – прорычала она, и ее голос наполнило негодование.

Резкайн был вынужден согласиться с ней. Если она сумеет показать себя равной даже самому последнему солдату, ее должны принять.

– Значит, для того, чтобы вступить в армию, вы хотите участвовать в турнире?

Реайлин пожала плечами и снова вздернула подбородок:

– Если я хорошо выступлю на турнире, они будут вынуждены признать, что я воин, и позволят мне поступить в армию.

– И вы решили, что будет правильно путешествовать в одиночку с группой незнакомцев? А вас не тревожат приличия, которые все считают очень важными.

На мгновение он уловил неуверенность и уязвимость в ее карих глазах, но им на смену пришла отчаянная решимость.

– Вы не похожи на разбойников. Этот мужчина, – она указала на лейтенанта, – офицер, к тому же вы путешествуете с женщиной, так что я не вижу никаких проблем.

– Мы поедем по торговому пути до Кайбейна и дальше двинемся уже оттуда. У вас есть лошадь? – спросил Резкайн.

Лицо молодой женщины слегка покраснело, и она слегка заерзала на месте.

– Хм-м-м, я смогу найти лошадь.

Резкайн прищурился, понимая, что ее слова нельзя считать правдой. Он бросил взгляд через плечо женщины на своих друзей, которые внимательно слушали их разговор. Лейтенант Джимсон согласно кивнул, Тэм пожал плечами, а Фриша отказывалась смотреть ему в глаза. Она махнула рукой, словно происходящее не имело к ней отношения, и Резкайна поразила ее реакция. Он думал, что она обрадуется обществу еще одной женщины, в особенности из-за того, что сможет проводить с ней тренировочные бои и улучшать свои Умения.

Резкайн снова повернулся к светловолосой женщине, которая смотрела на его спутников.

– Это лейтенант Джимсон из королевской армии. Мастер Тэмарин Блэкуотер, ученик плотника, а в будущем рекрут. И госпожа Фриша, спутница Тэмарина. Они мои друзья и находятся под моей защитой. Меня зовут Резкайн.

Реайлин улыбнулась ему.

– Резкайн? Правда? Как удивительно!

Когда Реайлин встала, чтобы приветствовать остальных, он понял, что она действительно маленькая. Он бы подумал, что она девочка, если бы Реайлин не обладала формами взрослой женщины. Она была почти на полголовы ниже Фриши и едва доставала ему до плеча. Теперь он понимал, почему армия от нее отказалась, вот только он прекрасно знал, что размер не имел никакого отношения к Умению или его отсутствию. Он уже убедился, что подготовка солдат в армии внешнего мира оставляет желать лучшего, но из-за своего роста Реайлин придется очень нелегко, если только ее Умения не будут существенно превосходить ее противников-мужчин.

Лейтенант Джимсон слегка поклонился молодой женщине, и Тэм попытался повторить жест лейтенанта. Вежливая улыбка Фриши оставила глаза холодными, но она вела себя вполне дружелюбно. По языку ее тела Резкайн понял, что она не одобряла молодую женщину, которая намеревалась путешествовать с ними в ближайшие пару месяцев. Им потребуется две недели, чтобы добраться до Кайбейна. Оттуда по реке Тремадел до форта Манай, что должно занять полторы недели.

Из-за глубины по реке Тремадел главным образом ходили галеоны или каракки с более низко посаженными и широкими корпусами, кроме того, они имели больше парусов, чем маленькие речные суда, обладали хорошей скоростью и брали больше пассажиров. Из-за того что каракки могли плавать по морю, и из-за увеличившегося потока желающих участвовать в предстоящем турнире у них были шансы найти в Кайбейне корабль, отправлявшийся в Скаттон, но, скорее всего, предстояло пересесть на другой корабль в порту Манай.

Джимсон объяснил, что каждый год турнир проводится в другом столичном городе. Скаттон являлся самой южной столицей, а с учетом того, что город находился на острове, организаторы турнира беспокоились, что туда прибудет недостаточно участников. В результате королевство предлагало более крупные призы, чем в предыдущие годы, чтобы убедить участников предпринять длительное путешествие.

После того как все поприветствовали нового члена отряда, Резкайн спросил у лейтенанта:

– Как вы думаете, полковник согласится расстаться с еще одной лошадью?

Джимсон посмотрел на шейалинские мечи Резкайна.

– Я думаю, он согласится на любую вашу просьбу.

Реайлин оживилась и спросила с избыточным удивлением:

– Почему? Вы такая важная персона?

– Нет, – коротко ответил Резкайн.

Реайлин продолжала вопросительно на него смотреть, и лейтенант решил, что ему следует удовлетворить ее любопытство, не создавая проблем для Резкайна.

– Он недавно помог разрешить одну проблему, и полковник считает, что он перед ним в долгу. На самом деле ничего такого. Мы вернем лошадей в королевские конюшни в Кайбейне, как только туда прибудем.

– Вот как, – радостно сказала Реайлин. – Значит, у меня будет лошадь?

Резкайн кивнул.

– Вы умеете ездить верхом? – спросил он.

– Конечно, – с усмешкой ответила она. – Я много раз ездила верхом. Не беспокойтесь обо мне!

Фриша и Тэм с тревогой переглянулись.

– Я никогда не ездила на лошади, – тихо сказала Фриша.

– Тэм? – спросил Резкайн, уже понимая, каким будет ответ.

– Ну, я сидел верхом на муле моего хозяина несколько раз, когда был моложе. Но обычно я правил фургоном, – ответил Тэм, смущенно потирая шею.

Резкайну ничего не оставалось, как молча кивнуть. Он продолжал задавать себе вопрос, как удалось этим людям стать взрослыми мужчиной и женщиной?

– Еще одно Умение, которое вам предстоит освоить по дороге, – сказал Резкайн и повернулся к Реайлин: – Мы отправляемся послезавтра утром. Позаботьтесь взять с собой достаточно припасов. Если у вас есть вопросы относительно того, что необходимо иметь, обращайтесь к лейтенанту или ко мне. – Он оценивающе посмотрел на нее. – Вы хорошо одеты и вооружены.

Фриша перехватила взгляд Резкайна и подумала, что могла бы бросить в него что-нибудь тяжелое, будь оно у нее под рукой. На нее он никогда не смотрел.

– А как же я? – спросила она, понимая, что ведет себя, как капризный ребенок.

Резкайн кивнул головой.

– Ты знаешь, что я одобряю твою одежду, Фриша. Ты всегда была более практичной, чем большинство других женщин. А теперь, когда у тебя есть это, – он указал на связку метательных ножей, которую ей подарил, – ты хорошо вооружена.

Теперь, когда он напомнил ей об удивительном подарке и положительно отозвался о внешности, она почувствовала себя глупой из-за своей реакции. Рез вел себя безупречно с того самого момента, как они встретились, а она стала похожа на ревнивую любовницу. От этой мысли Фриша покраснела. Сможет ли она когда-нибудь назвать Реза своим любовником?

Тэм закатил глаза из-за смехотворных проблем Фриши.

– Быть может, нам стоит сесть вместе и разделить трапезу? Как мне кажется, уже подают обед. Некоторые посетители уже получили свои тарелки, а я ужасно хочу есть.

Джимсон принес стул для Реайлин, чтобы она могла присоединиться к ним, и все расселись вокруг стола. Тэм незаметно переместился к стулу Резкайна так, что тому пришлось сесть рядом с Фришей.

После того как они поели, все отправились по своим делам, и Фриша отыскала Резкайна в конюшне, куда он пришел, чтобы проведать Гордого. Тэм его сопровождал, и Резкайн объяснял ему, для чего предназначены отдельные части сбруи. Фриша выслушала лекцию Реза, и на нее в очередной раз произвели впечатление его обширные познания и то, с какой легкостью он давал объяснения. Когда Рез и Тэм закончили разговор, Фриша спросила прежде, чем успела подумать:

– Хм-м-м, Рез? Когда мы доберемся до Кайбейна, каковы твои дальнейшие планы?

– Мои планы? – с любопытством спросил Резкайн.

Тэм слушал очень внимательно, наконец у них появилась возможность узнать его тайну.

– У меня нет никаких особых планов в Кайбейне. Полагаю, я куплю необходимую провизию для путешествия в Скаттон.

Фриша нахмурилась.

– Но когда мы встретились, ты сказал, что намерен отправиться в Кайбейн. Что ты собирался там делать?

– Да, ты права. Я кое-кого ищу. Мне казалось, что я смогу о нем узнать в Кайбейне, надеюсь, так и будет, но думаю, на турнире у меня больше шансов, – объяснил он.

– Речь о человеке, которого ты знал, когда рос в форте? – уточнила Фриша.

– Да, – коротко подтвердил он.

– А как же я – ну, точнее, мы? Тэм и я? – почти смущенно спросила она.

– А что ты собираешься делать? – спросил Резкайн, уверенный, что упустил нечто важное.

Фрише удалось поднять взгляд и посмотреть в кристальные голубые глаза Реза.

– Ну, я имела в виду, я тебя еще увижу?

Вот что он упустил. Ему и в голову не приходило, что Тэм и Фриша не поедут вместе с ним на турнир. Несомненно, она решила, что он намерен забыть о своей цели защищать ее и Тэма.

Ему хотелось заверить молодую женщину, что он не забудет о своем долге и сделает все, что в его силах, чтобы защищать и чтить своих друзей в соответствии с Правилом 1.

– Я знаю, что у всех людей есть цель, Фриша, – ответил он. – Ты моя цель.

Он посмотрел ей в глаза, рассчитывая, что она поверит в его серьезность.

Сердце Фриши перестало биться, весь ее мир наполнили вибрировавшие яркие цвета.

– О, Рез, – выдохнула она и бросилась обнимать красивого воина, обхватила его за шею и поцеловала в губы.

Фриша понимала, что удивила его столь неуместным всплеском эмоций, но ничего не могла с собой поделать. Когда она наконец сумела отстраниться от него, он не спускал с нее глаз, и она увидела в них вопросы. Или уязвимость? Пытался ли он разгадать ее намерения? Теперь он наверняка узнал, какие чувства она к нему испытывала. Но нет, в его глазах она больше не находила уязвимости. Они были… голодными.

Резкайн понятия не имел, что произошло. Молодая женщина уже не в первый раз нарушала допустимый барьер его личного пространства, но сейчас объятия получились значительно более интенсивными, чем в предыдущих случаях. Она так сильно прижалась к нему всем телом, что он ощутил все его изгибы под тонкой туникой. Оно было теплым и мягким, и от нее пахло лилиями. Когда ее губы прижались к его губам, он замер, поскольку не мог понять, что она делала с его лицом. Единственный раз, когда с ним случилось нечто подобное, был крайне неприятным. На самом деле, он тогда едва не умер.

Резкайн попытался связать ее действия с последними событиями. Он лишь повторил свое обещание ее защищать в соответствии с Правилом 1, возможно, она таким образом его приняла? Но еще больше его смутила собственная реакция. Ему понравилось то, какие мягкие у Фриши губы и как ее теплое дыхание смешалось с его собственным, а ее грудь и тело прижались к нему, вызвав у него внутри странное, но приятное чувство. Он не понимал, что означало ее поведение и почему она так поступила, но не сомневался, что готов повторить новый опыт.

Как раз в тот момент, когда Резкайн обдумывал, не схватить ли ему Фришу, чтобы повторить ее действия, Тэм откашлялся.

– Ну, если вы двое закончили целоваться, возможно, нам стоит поговорить про Кайбейн. – Лицо Фриши заметно порозовело.

Она на время забыла о Тэме.

Целоваться? Значит, они целовались? Резкайн уже слышал этот термин прежде, но никогда не видел самого действия – если не считать того единственного раза, но тогда он не знал, как оно называлось, к тому же оно сильно отличалось от того, что произошло мгновение назад. Ему очень понравилось целоваться, решил он.

Резкайн тряхнул головой, заставив себя вновь вернуться к реальной жизни. Когда он отвлекся? Казалось, в тот момент, когда губы Фриши коснулись его губ, исчезло все, чему его учили. Внезапно он понял, что целоваться опасно. И хотя ему это очень понравилось, он не мог снова стать уязвимым. Ему следовало избегать подобного опыта в будущем… наверное. И, что еще важнее, требовалось понять, какова причина такой реакции. Он не знал ответа, но у него не вызывало ни малейших сомнений, что он не хотел пережить такой же опыт с Тэмом.

– А что относительно Кайбейна? – со вздохом спросил Резкайн, который едва не забыл про его вопрос во время своих мысленных рассуждений.

– Ты знаешь, где там остановишься? – спросил его друг.

Резкайн пожал плечами:

– Полагаю, я сниму номер на постоялом дворе.

– Нет! – взволнованно сказала Фриша. – Ты поселишься со мной… с нами, я хотела сказать. В доме моего дяди.

Резкайн с любопытством наклонил голову.

– Значит, у тебя семья в Кайбейне? Получается, ты не из Чесвика?

– Ну да, моя семья сейчас в Чесвике, но мой дядя и его жена живут в Кайбейне, – ответила Фриша.

– И… – твердо добавил Тэм.

– И именно по этой причине я туда направляюсь, – продолжала молодая женщина.

Резкайн понял: она что-то скрывает.

Тэм скрестил руки на груди и бросил на Фришу суровый взгляд.

– Фриша, скажи ему, зачем ты направляешься в Кайбейн.

– Ну, я… я…

Резкайн начал терять терпение.

– Что?

– Ищу мужа, – пробормотала она, отводя глаза в сторону.

– Зачем? – спросил совершенно обескураженный Резкайн.

Фриша фыркнула от возмущения.

– Потому что мне уже двадцать лет, но я все еще не замужем. Мой отец говорит, что время пришло, и моя мама с ним согласна!

– Ла-а-адно, – протянул Резкайн. – Но какое это имеет отношение к Кайбейну?

– Ну, понимаешь, мой отец занимается торговлей, он один из самых успешных купцов в городе. Более того, он глава Городского Управления торговли. Поэтому он настаивает, чтобы я вышла замуж за достойного человека. – Она рассмеялась и махнула рукой в сторону Тэма. – В детстве мы очень сильно дружили, и мой отец начал опасаться, что мы полюбим друг друга. Он попытался научить Тэма правилам торговли, но Тэм не хотел этим заниматься.

– Ужасно скучное занятие, – пожаловался Тэм и поморщился.

– Так или иначе, но он почувствовал облегчение, когда понял, что Тэм и я не хотим быть мужем и женой. Мы были слишком близки в детстве.

– Она мне как сестра, – вмешался Тэм.

Фриша кивнула.

– Совершенно верно. Вот почему отец решил выдать меня замуж за кого-то из Больших Торговых домов, но все сыновья были слишком старыми, или слишком молодыми, или оказались совершенно невыносимыми.

Резкайн пытался следить за словами молодой женщины, но все еще не понимал, какое отношение это имело к Кайбейну. Он надеялся, что скоро все поймет.

– Ну а потом дядя связался с моим отцом и сообщил ему, что намерен сделать меня своей наследницей, потому что у него нет своих детей. Мать и отец ухватились за эту возможность – ведь у меня появился шанс выйти замуж за дворянина, – закончила она.

– А как то, что ты стала наследницей дядиного состояния, поможет тебе выйти замуж за дворянина? Он такой важный человек? – спросил Резкайн.

Он был знаком с важными людьми и дворянами и теперь начал кое-что понимать.

Фриша вздохнула.

– Мой дядя – генерал Маркум.

Резкайна поразило признание Фриши, и он нахмурился.

– Когда мы познакомились, ты сказала, что не являешься леди. Но если ты племянница Маркума, тогда ты член Дома Джебай.

Фриша стиснула руки.

– Ну, да и нет. Дело в том, что дядя Маркум был вторым сыном. Его старший брат Симеон наследовал земли и титул. – Резкайн понимающе кивнул, и она продолжала: – Зная, что он не получит наследства, дядя пошел в армию. Он быстро получал одно звание за другим, и после долгих лет безупречной службы король Бордран сделал его генералом армии.

– Мне известны достижения генерала Маркума, – ответил Резкайн.

Многие стратегии современных сражений, которые изучал Резкайн, впервые применил генерал во время последней войны между Сандинсом и Джирисом на дальнем севере и востоке Чаннерии. Ашаи многие годы состояли в союзе с Чаннерией, но после того, как Торрели присоединился к северным врагам, война перешла на северные территории Ашаи. Несмотря на численное превосходство неприятеля, генерал сумел их отбросить прежде, чем они добрались хотя бы до одного города Ашаи.

– Так или иначе, но моя мать является младшей сестрой Маркума, а отец – торговец, но не дворянин. Из-за того, что мать вышла замуж за простолюдина, вопреки желанию семьи, она отказалась от своего статуса, и дети от ее брака считаются обычными людьми. Однако после того как дядя решил сделать меня наследницей, я войду в Дом Маркум и буду считаться дворянкой. Конечно, если бы к титулу прилагались земли, никто бы этого не позволил, но речь идет только о личном состоянии дяди и поместье.

– Значит, ты леди, которая выросла как обычный человек, – задумчиво проговорил Резкайн. – А потому дворяне не примут тебя как равную. Тебе будет очень трудно.

Фриша печально кивнула.

– Ну, в социальном плане – да. Они всегда будут видеть во мне женщину, в жилах которой не течет дворянская кровь. Но мое приданое, с учетом участия дяди и отца, будет немалым, и многие мелкие лорды или вторые и третьи сыновья захотят на мне жениться.

– Понятно, – сказал Резкайн.

Если Фриша выйдет замуж за дворянина, она будет надежно защищена, и нужда в нем отпадет. Конечно, Резкайн и раньше это понимал, ведь Фриша была женщиной, ей следовало выйти замуж и рожать наследников. Но вокруг происходило столько всего, что ему и в голову не приходило, что это могло случиться в ближайшее время. Он почувствовал, что у него внутри что-то сжалось, и ему стало не по себе, но он не понимал причины. Обычно инстинкты его не обманывали, но сейчас он никак не мог распознать чувства, которые его охватили.

Резкайн понимал, что личная жизнь Фриши его совершенно не касалась, если только что-то не причинит ей вреда, и он решил выбросить выводившие его из равновесия мысли из головы. Это не имело к нему отношения, к тому же у него были другие дела, которыми следовало заняться. Если ему не придется беспокоиться о защите Фриши, он сможет сосредоточиться на Тэме и Джимсоне. И нельзя исключать, что придется вступить в армию.

Резкайн постарался отбросить все тревоги.

– Спасибо, Фриша, что ты мне это рассказала. – Он посмотрел на Тэма, который внимательно за ним наблюдал. – Есть еще какие-то вопросы, которые вы хотели бы обсудить сегодня вечером? Уже довольно поздно.

– Нет, – с некоторым сочувствием ответил Тэм. – Я думаю, что мы закончили. Но я скоро встану, если ты захочешь продолжить.

Резкайн кивнул и ушел в темноту.

Тэм сразу повернулся к Фрише:

– Что это было? Я думал, что он тебе нравится, Фриша?

– Что? Да, конечно! Я не понимаю, о чем ты говоришь? – с тревогой сказала Фриша.

– Сама подумай. Мужчина сказал, что ты цель его жизни, а ты завела разговор о том, как для тебя важны деньги и дворяне, которые пожелают на тебе жениться. Ты не забыла, что у Резкайна нет семьи? Он вырос в форте. Скорее всего, не владеет землей. Вероятно, носит все свое имущество с собой. А ты показала ему, что он недостаточно хорош для тебя. Теперь он думает, что тебе не нужен.

Фриша прижала руки к губам и воскликнула:

– Что? Нет! Я не имела в виду… – Она бросила на Тэма гневный взгляд. – Но это же ты подтолкнул меня и заставил рассказать все Резу!

– Я хотел, чтобы ты рассказала ему, зачем направляешься в Кайбейн – и что ищешь мужа. Хотел, чтобы ты показала ему, что он тебе интересен. И никак не ожидал, что ты станешь ему объяснять, как он далек от твоих потенциальных женихов! – отругал ее Тэм и решительно вышел из конюшни.

– Тэм! Тэм! – позвала Фриша. – Ты же знаешь, я не хотела!..

Тэм резко к ней повернулся:

– Тебе следует исправить то, что ты натворила, Фриша. Сейчас это выглядит так, будто ты тащишь его за собой. Он не заслуживает такого обращения. Рез хороший человек.

Когда Тэм вернулся в комнату, Резкайна там не оказалось.