На следующее утро отношения между тремя путешественниками изменились. Казалось, Фриша и Тэм стали чувствовать себя гораздо лучше, когда поняли, что их новый друг совсем не такой пугающий или опасный, как они сначала подумали. Выводы, сделанные прошлой ночью, развеялись вместе с их тревогами. Резкайн обрадовался, что они собрали свои вещи. Речное судно отбывало через час после рассвета, и если они не успеют подняться на борт, оно уйдет без них.

Резкайн встал раньше остальных, как обычно, чтобы попрактиковаться с мечами. Затем вернулся в свою комнату, переоделся и собрал вещи, что разбудило Тэма. Наконец он быстро позавтракал и направился в конюшню, чтобы подготовить Гордого, пока остальные завтракали. Когда он закончил, надежно закрепив сумку на спине скакуна, он вывел его на улицу к выходу с постоялого двора. Опустив поводья, чтобы лошадь не двигалась, он вернулся за своими спутниками. Резкайн не опасался, что кто-то попытается украсть лошадь, боевой скакун вполне мог откусить несчастному вору голову.

Когда он вошел в общий зал, Фриша и Тэм закончили завтракать и отправились за вещами. Резкайн подумал, что их многовато для путешествия в Кайбейн, но он так и не спросил Фришу, зачем она направлялась в город. Резкайн тряхнул головой. Эти двое не могли добраться до доков с таким количеством вещей. Ему придется часть нагрузить на Гордого. Некоторые люди повеселятся, увидев, как боевого скакуна используют в качестве вьючной лошади. А настоящий военный сочтет это святотатством. Как только Фриша вышла с постоялого двора, она воскликнула:

– И это твоя лошадь?

Резкайн перевел взгляд с женщины на скакуна.

– Да.

– Но он огромный! – не унималась Фриша.

– И страшный, – добавил потрясенный Тэм.

Резкайн кивнул.

– Так и должно быть, – ответил он. – Отдайте мне часть ваших вещей. Я привяжу их ему на спину. Однако вам лучше к нему не подходить. Он может лягаться и кусаться.

– Он злой? – спросила Фриша.

– Нет, не злой. Просто он так обучен. Он ведет себя как должен, – сказал Резкайн и вспомнил слова Шлема о том, что лошадь должна иметь имя. Резкайн добавил: – Его зовут Гордый.

Фриша скрестила руки на груди.

– Это имя ему подходит, – заявила она.

Когда молодые люди покидали постоялый двор, Рокси вышла их проводить, вытирая слезы. Резкайн не стал обращать на них внимания, ведь у нее не было никаких заметных ранений, но Фриша спрятала самодовольную усмешку. Она сочувствовала девушке, которая не скрывала, что ей нравился Рез, но Фриша призналась, что немного ее ревновала – горничная постоянно вертелась вокруг красивого юноши. Фриша радовалась, что ей не нужно прощаться с Резом.

В порту уже собралось много народу, хотя солнце совсем недавно показалось над горизонтом. Путешественники нашли свое судно на конце длинного пирса. Капитан взял их разрешение на проезд и с сомнением посмотрел на коня. Он мало знал о лошадях, но эта вызывала у него тревогу. Как и ее хозяин, мрачно подумал он. Гордый сразу не пожелал взойти по трапу, но Резкайн быстро его успокоил, и очень скоро все поднялись на борт.

Как вскоре выяснилось, остальные пассажиры были солдатами, направлявшимися в Кайбейн. Первая пара солдат, с которыми столкнулся Резкайн, встала по стойке «смирно» и отдала ему честь, прижав кулаки к сердцам.

– Доброе утро, сэр, – сказали они одновременно.

Резкайн покачал головой:

– В этом нет необходимости. Я не состою в армии и не являюсь офицером.

Солдаты посмотрели на его доспехи и оружие, а потом на великолепного боевого скакуна. Оба не сводили с него глаз, явно не поверив его словам, продолжая стоять по стойке «смирно». Резкайн покачал головой и махнул им рукой.

– Свободны, – сказал он.

– Есть, сэр. – И они отправились по своим делам.

Когда Резкайн вел скакуна в стойло, которое ему указал капитан, то же самое происходило с каждым солдатом, проходившим мимо. Пока он снимал сумки и сбрую, Фриша и Тэм стояли на палубе и беседовали приглушенными голосами.

– Я же говорил тебе, что он дворянин, – сказал Тэм. – Он явно офицер.

– Ты сказал, что ему девятнадцать. Он слишком молод, чтобы быть офицером, – ответила Фриша.

Тэм махнул рукой на солдат, которые расхаживали по палубе:

– Складывается впечатление, что солдаты знают, кто он такой.

– О, Тэм, они просто делают тот же вывод, что и мы с тобой ранее. Они не знают, кто он такой, а он сказал им, что не служит в армии. Зачем ему лгать?

– Я не знаю, – со вздохом сказал Тэм. – Ладно, ты права. Я снова поспешил с выводами. Из того, что он похож на офицера, еще не следует, что он офицер.

Резкайн присоединился к своим спутникам после того, как устроил Гордого. Он держал несколько сумок, остальные нес матрос. Тэм забрал сумки у Резкайна и поблагодарил его. Матрос отвел всех троих в трюм и указал им каюту. Когда Фриша вошла внутрь, она замерла, увидев крошечное пространство, где ей предстояло провести немалое время.

Каюта оказалась длинной и узкой, на полу лежало три тонких матраса, койки, поставленные в ряд, практически касались друг друга. Ножки были скреплены крюками, проходившими через металлические кольца, вделанные в половицы. Несколько дополнительных коек стояли вдоль стены, привязанные к ней толстыми веревками. Две золотые лампы раскачивались на крюках, вбитых в балки потолка. Тэм обменялся нервными взглядами с Фришей. Все это выглядело не так, как они рассчитывали.

Матрос без церемоний бросил их сумки на пол и зашагал вперед.

– Я вижу, о чем думает красотка, – сказал он. – Я немного ее успокою. Посмотрите вот сюда. – Он указал на белый холст, прикрепленный к стене: – Это перегородка для коек. – Холст перемещался вдоль веревки, прикрепленной к потолку. – Его можно передвинуть и зацепить на полу. – Он махнул рукой на крюк в полу. – Так женщина сможет остаться в одиночестве, понятно?

Штора лишь незначительно улучшала их положение. Холст в свете лампы напоминал золотую стену, и любое движение по другую сторону проступало в виде силуэта.

Резкайн обдумал расположение коек. Для собственной безопасности он бы предпочел ту, что стояла у дальней стены, но он намеревался защищать друзей, поэтому ему следовало занять ближайшую к двери. Он решил предоставить остальным разбираться между собой, а сам бросил на пол сумку и занялся проверкой ловушек и других возможных опасностей.

– Скоро мы отплываем, – сказал матрос. – Так что будьте осторожны. Сейчас судно практически неподвижно, потому что оно привязано к пирсу, но после того, как мы покинем порт, начнет довольно сильно раскачиваться.

– Как тебя зовут? – спросила Фриша.

Матрос заметно удивился, что женщина задала такой вопрос, но улыбнулся в ответ – оказалось, что у него не хватало нескольких зубов, но улыбка получилась дружелюбной.

– Меня зовут Нейт, мадам.

– Рада познакомиться с тобой, Нейт. Меня зовут Фриша, а это Тэм и Рез. Ты не против, если я спрошу, откуда ты? У тебя немного необычная речь.

Нейт рассмеялся.

– Да, так и есть. Я из Даунфеста, но не думайте, что все там говорят так же. Только моряки, ну, и те, кого растили, как моряков. Я научился всему от отца.

– Значит, ты плаваешь по морям? – спросила она. – И как оно?

– О, я люблю море. Нет ничего более красивого и пугающего. Оно может тебя обнимать и ласкать, дает пищу и жизнь и утешает песней. Но может быть жестокой госпожой, такое уж оно. Когда море злится, то уничтожает все на своем пути и ничто не может его остановить. Нужно быть смиренным, чтобы выживать в море.

Взгляд Фриши остановился на Резе, пока старик говорил. Его грациозные, как у кота, движения были уверенными и изящными. Огонь лампы отражался на перекрестье его меча, напоминая о смертельном клинке. Резкайн перехватил ее взгляд и удостоил очаровательной улыбкой.

– Да, – рассеянно ответила она матросу, – кажется, я все поняла.

Тэм наблюдал за Фришей, которая не сводила с Реза глаз. Он знал, что Фриша влюбилась по уши в их нового друга, и ему оставалось надеяться, что это не закончится для нее сердечной болью. Он снова подумал, что так и не узнал, зачем Рез направляется в Кайбейн, и решил, что обязательно спросит при первой же возможности. Не исключено, что там он намерен встретиться с невестой. Однако Тэм практически не сомневался, что Рез не станет тянуть за собой Фришу и поощрять ее внимание, если не будет испытывать к ней какие-то чувства. На самом деле он сомневался, что воин осознавал, как сильно Фриша в него влюблена. Тэм решил не вмешиваться, пока не возникнет необходимость.

Сверху донесся громкий крик, пол, стены и потолок дернулись. Судно пришло в движение. Тэм пошатнулся и подхватил покачнувшуюся Фришу. Резкайн лишь слегка опустил центр тяжести и устоял на ногах. Это напомнило ему упражнение по сохранению равновесия на раскачивающихся бревнах. Страйкеры насаживали бревно на кол и заставляли его балансировать на нем, раскачивая с двух сторон. Со временем к этому упражнению присоединилось использование оружия. Тогда он считал, что это нужно для тренировки силы и умения удерживаться на ногах, но теперь понял, что получил отличную подготовку для путешествия по воде. Пока все было не так сложно, как на бревне.

Нейт рассмеялся.

– У вас скоро появятся «ноги моряка», не беспокойтесь. Это ерунда по сравнению с открытым морем. Река быстро течет в одном направлении, и судно не так уж сильно раскачивается. Вам лучше подняться на палубу и смотреть на берег, пока вы будете привыкать. Не хочу, чтобы у вас началась морская болезнь.

Его слова напомнили Резкайну о лекарственных травах, которые он купил именно на такой случай. Он достал их из сумки и убрал в висевший на поясе мешочек. Он знал, что ему придется найти горячую воду, чтобы приготовить чай, если кто-то почувствует себя плохо. После того как Резкайн убедился, что в каюте наведен порядок, он кивнул своим спутникам – и они последовали за ним на палубу.

Судно набирало скорость, и Резкайну нравилось наблюдать за проносившимися мимо деревьями. Даже Гордый не мог скакать так быстро. Река была широкой и глубокой. Резкайн смотрел через мутную черную воду и с трудом мог разглядеть отдельные деревья на дальнем берегу. Само речное судно оказалось совсем небольшим – четыре каюты под палубой, каюта капитана и кухня (моряки называли ее камбуз) наверху.

Для речного судна не требовалась полная команда, чтобы плыть по течению, так что матросы помещались в одной каюте. Они будут спать не одновременно, поэтому менялись койками по сменам. В двух других каютах находились солдаты, всего дюжина. Корпус судна был мелкосидящим, но в нем нашлось место для груза в трюме. Сейчас лодка перевозила доспехи и оружие – и груз сопровождали солдаты.

Резкайн восхищался ранним светом утра, который сиял на воде, освещая деревья на дальнем брегу, когда почувствовал, как к нему подошел солдат – среднего роста, худой, кожа потемнела от многих дней, проведенных на солнце. Темно-синяя форма была чистой и ухоженной, а походка уверенной, несмотря на то, что кораблик раскачивался. Мужчина слегка поколебался, но потом принял решение и заговорил:

– Сэр, я лейтенант Джимсон. Хотел просто представиться и дать вам знать, что я и мои люди к вашим услугам, если это не будет противоречить нашему долгу.

Фриша и Тэм стояли чуть в стороне и тихонько хихикали. Теперь, когда они поняли, что представлял собой Резкайн, их развлекало то, как реагировали на него другие.

Резкайн посмотрел солдату в глаза и ответил:

– Благодарю вас, лейтенант. Однако я не служу в армии, а потому не могу претендовать на ваши услуги. Меня зовут Резкайн.

Лейтенант незаметно огляделся по сторонам.

– Я понимаю, сэр, – сказал он, понизив голос. – Вы обычный гражданский, если речь идет о других людях, но если мы вам понадобимся, мы всегда рядом. – Лейтенант коротко кивнул, а потом, решив, что старший офицер путешествует инкогнито, повернулся и зашагал прочь.

Тэм и Фриша рассмеялись, когда Резкайн покачал головой. Очевидно, подумал он, присвоить себе права офицера гораздо легче, чем он думал.

Остаток утра они провели, разгуливая по палубе и изучая устройства и снаряжение, уникальные для корабля. Солдаты перестали отдавать честь всякий раз, когда проходили мимо, но продолжали уважительно кивать и держались на расстоянии, демонстрируя уважение. К концу утра Резкайн начал испытывать беспокойство и решил подойти к капитану и попросить его предоставить ему место для тренировок Умений.

– Да, милорд, – сказал капитан. – Вы не первый солдат, который об этом просит. Вы можете использовать ют, но следите за ногами. Если вы упадете за борт, мы не станем за вами возвращаться.

Акцент капитана Толуотера был не таким сильным, как у Нейта, но также привлекал внимание.

Резкайн решил не поправлять капитана относительно его выводов, просто поблагодарил его и отправился на поиски лейтенанта Джимсона. Раз уж лейтенант оказался таким доброжелательным, это следовало использовать. Он кратко объяснил лейтенанту, что ему требовалось, стараясь, чтобы его слова не прозвучали как приказ, но лейтенант интерпретировал их именно так.

– Конечно, сэр, но могу я спросить, почему вы не собираетесь использовать мечи?

Резкайн не хотел привлекать внимания к своим клинкам, в особенности в общении с солдатами, поэтому ушел от ответа на вопрос.

– Мой друг Тэм хочет вступить в армию и поэтому направляется в Кайбейн. У него нет собственного меча, и он не владеет техникой боя. Я решил немного с ним позаниматься, ведь у нас здесь будет много свободного времени. Естественно, для тренировок нам потребуется пара клинков подходящего размера, – пояснил Резкайн.

– Понятно. Звучит разумно. Мы найдем клинки из запасов в трюме. Вам потребуются доспехи или другое оружие, сэр?

– Нет, я думаю, что обучения владению мечом будет достаточно, в особенности на движущемся судне, – сказал Резкайн.

Солдат отправился за оружием, а Резкайн подошел к Тэму. Тот сидел на бочке и разговаривал с Фришей.

– Тэм, мне нужно твое присутствие на юте. Пришла пора начать твое обучение.

– Обучение? – удивленно переспросил Тэм.

Резкайн нахмурился.

– Ты ведь хочешь стать солдатом, верно? Значит, должен научиться владеть мечом. В идеале мне бы следовало начать учить тебя и другим Умениям, но наше путешествие будет коротким, и у тебя не так много времени. Пойдем. У нас есть два часа до ужина – поработаем над базовой техникой.

– Ты собираешься меня тренировать? А ты сам умеешь? – спросил Тэм.

Очевидно, он знал, что у Резкайна были мечи, но ни разу не видел, как он их использовал.

Резкайн пожал плечами:

– По сравнению с кем?

– Я хочу учиться, – вмешалась Фриша.

Резкайна ее желание приятно удивило. Ему понравилось, что женщина хотела научиться одному из важных Умений, хотя многие обитатели внешнего мира считали, что оно приходит само собой. Если Фриша сможет себя защищать, это сделает его задачу гораздо проще. Он одобрительно улыбнулся – и улыбка получилась не такой напряженной, как обычно.

– Превосходно, Фриша. В таком случае ты пойдешь с нами.

– Что? Ты не должна пользоваться мечом, Фриша, – запротестовал Тэм. – Это опасно, ты можешь получить ранение.

Фриша положила руки на бедра и с вызовом повернулась к Тэму:

– Вне всяких сомнений, я смогу научиться владеть мечом не хуже, чем ты. К тому же идея состоит в том, чтобы уметь защищаться, поэтому я не получу ранений.

Тэм нахмурился и повернулся к Резкайну:

– Разве у тебя нет подходящего правила для данного случая? У меня такое впечатление, что у тебя они имеются на все случаи жизни.

Резкайн кивнул.

– Конечно, дай немного подумать… Правила 47, 96, 164, 233 и 239, пожалуй, подойдут, – сказал он, загибая пальцы.

– Ну, вот видишь, – проворчал Тэм.

Фриша поджала губы и хмуро посмотрела на своего юного спутника.

– И что же говорится в этих правилах? – раздраженно спросила она.

– Обладай необходимыми Умениями для каждой задачи, всегда будь готов, старайся ни от кого не зависеть, ты – оружие и защищай себя прежде, чем других, если это не противоречит Правилу 1, – наизусть повторил правила Резкайн.

Фриша повернулась к Тэму с довольной улыбкой:

– Видишь? Он поддерживает меня.

– Рез, тебе следовало встать на мою сторону! – воскликнул потрясенный Тэм.

Резкайн покачал головой:

– Если Фриша хочет изучать Умения, мой долг состоит в том, чтобы ей помочь. А если я буду активно мешать ей овладеть Умениями, это будет означать, что я лишаю ее возможности раскрыть свой потенциал. Подумай вот о чем: если ты не позволишь ей учиться себя защищать и она умрет, когда могла бы спастись, получится, что ты ее убил.

Тэм побледнел.

– Я… никогда не думал об этом так. – Он перевел взгляд от Резкайна к Фрише. – Хорошо. Только… проследи, чтобы она не пострадала.

– Если она получит рану, это поможет ей быстрее осваивать уроки. Но с учетом того, что на борту нет целителей, вы оба должны стремиться выполнять Правило 6.

Тэм потер челюсть. Ему показалось, что он уже слышал про Правило 6, но не мог вспомнить, в чем оно состояло.

– И как… оно звучит? – спросил он.

Резкайн посмотрел в глаза Фриши.

– Не. Получай. Ранений, – медленно проговорил он.

Оба его спутника рассмеялись, словно он сказал что-то забавное. Резкайн не видел ничего смешного в ранах. Многие могли угрожать жизни, в особенности когда речь шла о мечах.

Он повел друзей на ют. Речное судно плыло посередине широкого русла, и хотя скорость оставалась высокой, движение было ровным. Резкайн начал с того, что показал обоим, как ставить ноги, чтобы сохранить равновесие, после чего предложил делать руками разнообразные движения, имитирующие технику боя на мечах. Кроме того, он учил их правильно падать, чтобы не пострадать во время приземления. Когда появился лейтенант Джимсон, он увидел, что Фриша также принимала участие в тренировке, и вопросительно посмотрел на Резкайна, но ничего не сказал.

Лейтенант отошел в сторону и часто кивал, когда Резкайн что-то говорил, исправляя движения учеников. Лейтенант не сомневался, что молодой человек знал, что следовало делать. Более того, он решил, что часть его людей могли извлечь пользу из его уроков. В то время как рекрутов тренировали в базовых навыках, период обучения был коротким и оставлял желать лучшего. По большей части, пехоту учили крепко держать меч и не бросать его при первых признаках опасности. Позднее он попросил Резкайна позволить нескольким его солдатам присоединиться к обучению. Резкайн лишь пожал плечами и кивнул, соглашаясь. Он не мог стоять на пути людей, которые хотели улучшить свои Умения!

К тому моменту, когда пришло время ужина, Фриша и Тэм ужасно устали и все у них отчаянно болело. Фриша не могла поверить, что тренировка окажется такой тяжелой, а она еще даже не брала в руки меч! После ужина, состоявшего из рыбы и фруктов, они час отдыхали, чтобы еда улеглась в желудках.

Резкайн осмотрел принесенные клинки и посчитал их вполне подходящими. Они были самыми обычными – легко ржавели и ломались. Но для его целей вполне годились. До конца дня Резкайн объяснял своим спутникам и нескольким молодым рекрутам базовые принципы.

После окончания занятий Резкайн и остальные достали из реки ведра с водой и вылили на себя, чтобы смыть пот. Повара уступили на время камбуз Фрише, чтобы она смогла вымыться речной водой в небольшой ванне. Ночью Резкайн лежал на койке, ближайшей к двери, Тэм настоял, чтобы Фриша спала на той, что стояла у стены. Однако в середине ночи Фриша потребовала, чтобы Тэм поменялся с ней местами – после того, как он трижды свалился на пол. Теперь, у стены, у него будет шанс падать только в одну сторону. Резкайн подумал, что это удачное решение – Тэм до самого утра больше не падал.

Следующий день был почти таким же, как предыдущий. Сначала Тэм и Фриша дружно жаловались, что слишком устали и у них все болит для новой тренировки. Фриша с трудом могла поднять руки, чтобы привести в порядок волосы, не говоря уже о том, чтобы держать меч. Тэм старался выглядеть храбрым и сражался с болью и усталостью, но не вызывало сомнений, что он чувствовал себя отвратительно.

На вторую ночь Резкайн остался на палубе, чтобы заняться собственными упражнениями. На юте не было ламп, поэтому темнота ночи скрыла его от любопытных глаз. Он привык к ночным тренировкам, это никак ему не мешало, и его не тревожило, что кто-то сумеет разглядеть мечи.

Впрочем, не видимые Резкайну солдаты и матросы наблюдали за его танцующим силуэтом, пораженные скоростью и грацией.

Закончив, Резкайн вернулся в каюту. Тэм и Фриша уже лежали в кроватях. Тэм негромко храпел, а Фриша затаилась, как мышка, по другую сторону перегородки. Одну из ламп они оставили гореть для его удобства. Резкайн отстегнул ремень и поставил мечи возле койки, затем стащил сапоги и потянулся всем телом, снимая тунику. Наконец он сменил штаны на сухие и чистые.

Фриша тихонько за ним наблюдала. Она знала, что ей не следовало это делать, к тому же она видела лишь его смутный силуэт. Темная фигура воина скользила на фоне золотого холста, пока он снимал одежду. Могучий торс вытягивался, как у гигантской черной кошки, и ее разум воссоздал образ его великолепной мускулатуры и упругой кожи, оставшийся у нее в памяти после постоялого двора.

Фриша отчаянно покраснела, когда он снял штаны. И хотя сквозь холст она не видела никаких деталей, воображение все сделало за нее. Она знала, что он бы так никогда не поступил, но если бы Резкайн позвал ее, она не была уверена, что сумела бы отказать. Интересно, подумала она, сколько женщин пали жертвой его обаяния и невероятно красивой внешности. На нее накатила волна ревности, и она постаралась выбросить глупые мысли из головы. Когда Резкайн погасил лампу, ей не осталось ничего другого, как предаваться фантазиям.

На третий день путешествия по реке поднялся сильный ветер. Длинные волосы Резкайна постоянно хлестали его по лицу. Фриша завернулась в плащ, но капюшон постоянно срывал ветер. Резкайн вспомнил про шарф, который купил для нее, спустился в каюту и достал его из сумки. Перехватив ее взгляд, он молча протянул ей подарок.

Фриша взяла мягкий шелковистый шарф из рук Резкайна и некоторое время смотрела на него, словно пыталась понять, что это такое. Она несколько раз моргнула, потом взглянула в кристальные голубые глаза на идеально вылепленном лице. Его черные волосы трепал ветер. В этот момент она не могла сказать, ангел это или привидение, но он явно не мог быть простым смертным.

– Это женский шарф, – с удивлением сказала она.

Резкайн опустил голову, как делал всякий раз, когда смущался или задумывался.

– Да?

– Где ты его взял? – спросила она.

– В Джастейне, – ответил он.

Фриша снова заморгала. Иногда манера Резкайна прямо отвечать на вопросы не могла не вызывать раздражения.

– Но почему? – спросила она.

Возможно, шарф принадлежал другой женщине? Быть может, его любовнице? От этой мысли все у нее внутри сжалось.

– Как видишь, на лодке бывает ветрено. Я не хотел, чтобы ты простудилась, – ответил Резкайн.

– Ты купил его для меня? – спросила она.

Резкайн посмотрел на шарф, потом перевел взгляд на молодую женщину. Неужели она подумала, что он мог купить женский шарф для себя?

– Естественно, – сказал он. – Кому еще я мог его купить?

Внезапно Фриша почувствовала волнение. На лице у нее расцвела улыбка, пока она гладила нежную ткань.

– Спасибо тебе, Рез. Это… просто… ты такой заботливый. Огромное спасибо.

Резкайн напомнил себе, что женщины особенно озабочены стилями, цветом и модой в одежде. Его уроки правильной одежды для разных целей, постоянно менявшиеся тенденции в придворной моде казались ему бесконечно скучными. Ему хотелось понять, понравился ли ей шарф, на случай, если ему придется покупать еще что-то в будущем.

– Тебе он нравится? – осведомился Резкайн. – Он такого же цвета, как туника, которая была на тебе, когда мы познакомились, поэтому я решил, что ты его одобришь.

Фриша ликовала. Он запомнил, что на ней было надето, когда они познакомились, и специально купил этот шарф. Забота Резкайна о ее комфорте волновала ее все сильнее. Это было невероятно романтично.

– Шарф идеален, – с энтузиазмом сказала она.

Резкайн встревожился, когда Фриша неожиданно к нему прижалась. Он с трудом сдержал инстинктивное желание перейти к защите – убрать Фришу из своего личного пространства. Он чувствовал ее тело, и ему пришлось напомнить себе, что физический контакт – обычное дело для людей внешнего мира, и она не собиралась причинять ему вред. Его мышцы были напряжены, но он заставил себя дышать спокойно. Это напомнило ему борьбу. Иногда требовалось, чтобы тела вошли в соприкосновение. Однако он не совсем понимал, почему такой момент настал именно сейчас. Фриша поцеловала его в щеку и прошептала:

– Спасибо тебе.

Потерявшая голову молодая женщина вернулась в каюту, причесалась и завязала шарфом волосы, а потом поплотнее обернула его вокруг шеи, чтобы не унес ветер. Она взглянула на себя в маленькое ручное зеркальце и радостно улыбнулась. Неужели Резкайн намерен за ней ухаживать? Такой чудесный личный подарок вполне можно считать подходящим для такой цели. Обычно потенциальный ухажер дарил женщине вещь, которую она могла носить. И она приняла его подарок. Фриша с довольным видом вздохнула. Она влюбилась в Резкайна в тот момент, когда в первый раз его увидела, но до сих пор лишь мечтала, что он обратит на нее внимание.

Тэм вошел в каюту и посмотрел на влюбленную девушку, ставшую для него почти сестрой.

– Ты понимаешь, что делаешь? – спросил он.

Фриша, которую вырвали из приятных мечтаний, удивленно спросила:

– Что такое?

– Я видел, что произошло на палубе, – сказал он, показывая рукой наверх. – Если ты уже приняла решение относительно Реза, то зачем плыть в Кайбейн? Кроме того, неужели ты думаешь, что отец и дядя одобрят твой выбор?

– Я думала, что Рез тебе нравится! – в смятении ответила Фриша.

Тэм фыркнул и недовольно сжал кулаки.

– Да, мне он нравится, но из этого еще не следует, что ты можешь принимать его ухаживания. – Он покачал головой, вспомнив вопросы, которые собирался задать таинственному молодому воину. – Мы по-прежнему ничего о нем не знаем!

– Конечно, знаем. Он джентльмен, преданный и склонный к сопереживанию, к тому же превосходный учитель. Резкайн живет в соответствии с кодексом и хочет защищать и чтить нас обоих, – ответила Фриша, и ее глаза озарили все недавние фантазии.

– Но откуда он, Фриша? Чем зарабатывает на жизнь? Есть ли у него семья? Почему все думают, что он лорд или военный? Зачем направляется в Кайбейн и что собирается там делать? Какие у него планы на дальнейшую жизнь? Женат ли он? – Тэм быстро выпалил вопросы, которые приходили ему в голову, когда он оставался один, но сразу исчезали, если оказывался в присутствии Резкайна.

На миг на лице Фриши появились сомнения, когда она задумалась над вопросами Тэма, но потом она тряхнула головой и взмахнула рукой, словно отбрасывая прочь его возражения.

– Я уверена, что нам не о чем беспокоиться. Ни один человек, который ведет себя так, как он, не может скрывать ужасную тайну. Я не сомневаюсь, что всему найдется разумное объяснение, к тому же он не похож на человека, нуждающегося в деньгах. Мы просто зададим ему вопросы, и ты успокоишься.

Тэм поднял руку и разочарованно дернул себя за волосы.

– А что, если тебе не понравится то, что он ответит, Фриша? Что, если солжет?

Фриша равнодушно пожала плечами:

– Он всего лишь подарил мне шарф, Тэм. Это не означает, будто мы обручены. Я уверена, что все выяснится.

Тэм смотрел, как его подруга продолжала прихорашиваться перед зеркалом, и вздохнул.

– Ради твоего блага, я очень на это надеюсь, – сказал он, повернулся и ушел.