— Ты чего такая дерганая, Насть? — Егор зашел в гостиную, когда я нарезала круги по комнате.

— Я не дерганая.

— И какой по счету круг ты уже прошла? — спросил брат, усевшись на диван. Вот только его расспросов мне сейчас не хватало.

— Все хорошо. Можешь меня ни о чем не спрашивать, пожалуйста? — я безумно переживала за Диму и за Дэна, которые отправились непонятно куда, без дополнительной помощи. А если их там побьют? А если что-то произойдет?

— Насть, остановись. У меня уже голова кружится.

Я села на диван и достала телефон, гипнотизируя экран. Дима как будто почувствовал. От него пришло сообщение.

«Все хорошо. Еду домой. При встрече расскажу. Если хочешь, могу за тобой заехать».

Я вскочила с дивана и побежала в комнату, чтобы надеть джинсы и свитерок. Только после того, как полностью переоделась, вспомнила, что так и не ответила на сообщение.

«Приезжай, я готова». Я вышла из комнаты и наткнулась на подозрительный и серьезный взгляд Егора.

— Мне со Светой нужно встретиться. Очень срочно, — сказала я и за спиной скрестила пальцы.

— Я почти на сто процентов уверен, что ты встречаешься не с ней. — Он сложил руки на груди и преградил мне дорогу в прихожую. — Насть, может, расскажешь, с кем ты встречаешься? Я просто переживаю.

— Братик, у меня все хорошо, да, я действительно встречаюсь не со Светой, а с другим человеком. С очень хорошим человеком. Он никогда меня не обидит. Можно сказать, что я в нем уверена так же, как и в тебе.

На этих словах Егор поднял брови и ухмыльнулся, словно не поверил, что я могла такое сказать.

— Ты правда настолько в нем уверена? — с недоверием спросил он.

— Да. — В моем ответе не было ни доли сомнения. — Поэтому я хочу, чтобы ты перестал за меня переживать и просто порадовался.

— Когда познакомишь? Пока лично не познакомлюсь, буду волноваться.

И тут я представила эту встречу в жизни.

— Позже. Но обязательно познакомлю, просто сейчас не время, ладно?

— Ладно. Иди уже. Телефон держи на связи. А, и кстати, я сегодня вечером уезжаю в командировку на несколько дней, в универе за тобой будет приглядываться Дима.

Если честно я не думала, что брат мне расскажет.

— Ты что, с ним помирился? Вроде же и слышать об этом не хотел.

— Пока не совсем помирился, но, кажется, мы оба с ним напортачили. Я сильнее.

— Ясно. Держи меня в курсе. — Я улыбнулась и пошла одеваться.

Спустя пятнадцать минут я уже стояла на нашем месте и ждала знакомую машину. Когда Дима подъехал, я, точно фурия, залетела в салон, нечаянно сильно хлопнув дверью.

— Ты в порядке? В драку не ввязался? Не пострадал? Тебя не били? А Дэн как? Вы смогли забрать Катю? — я понимала, что говорила слишком быстро, но никак не могла остановиться.

— На какой из вопросов отвечать? — спросил он, еле сдерживая смех.

— Ты дурак? — я стукнула его по плечу. — Я же переживаю, а ты смеешься. Извилась вся, пока дождалась от тебя обратной связи.

Мне стало обидно. Я нахмурилась и отвернулась к окну.

— Ну и долго ты будешь обижаться? — так как волосы были собраны в высокий длинный хвост, сначала я почувствовала на шее теплое дыхание, а потом почти невесомый поцелуй, отчего по спине побежали мурашки.

— Что ты делаешь? — я пыталась сделать возмущенный голос, но у меня получалось не очень хорошо.

— Ничего. Просто пытаюсь сделать так, чтобы ты на меня не обижалась. — Еще один поцелуй, и я на пару секунд прикрыла глаза. Обижаться долго я не могла.

Я резко развернулась и обняла Диму, спрятав свое лицо у него в районе ключиц.

— Ты невыносим.

— Как ты, моя родная. Кажется, мы друг друга стоим.

Я хотела хмыкнуть, но вместо этого из груди вырвался сухой кашель. Прислушавшись, мне показалось, что и в горле першило.

— Это что было? — Дима отодвинул меня от себя. — Ты заболела? — он дотронулся рукой до лба, а я мне было до ужаса приятно, что он так переживал.

— Нет. Просто в горле чуть-чуть першит.

— Я же говорил, чтобы ты тогда окно закрыла. — Романтическое настроение у него вмиг улетучилось, и он вернулся к машине, направившись в сторону своего дома.

— Дмитрий Александрович, вы так сильно меня любите? — я состроила ему глазки, но он не менял своего серьезного выражения лица.

— Не паясничай. Тебе по-хорошему бы домой и в постель.

— Только если с вами.

— Настя, я не шучу.

— Я тоже.

Хоть мой преподаватель и пытался показаться серьезным, важным и непреклонным, я видела, как у него чуть затуманился взгляд. И готова была прыгать до потолка, когда осознавала, что именно я оказываю на него такое влияние.

— Ладно, приедем домой, уложу тебя в кровать.

— Дим, а давай не домой, а?

— А куда?

— Не знаю. Давай пойдем гулять? Просто по городу. Куда глаза глядят. — Мне не хотелось сидеть в четырех стенах, мне хотелось свободы.

— Ты как себя чувствуешь?

— Нормально, Дмитрий Александрович. Поехали уже.

Дима вздохнул, потому что понял, что спорить со мной бесполезно, и перестроился. Через минут десять мы остановились рядом с небольшой красивой площадью.

— Расскажи, что было в квартире у Кати? — я шла рядом с Димой, а он крепко держал меня за руку.

— Ее сильно избил отец. На лице ссадины, на руках синяки. Девушка еле на ногах стояла.

— Ужас какой. Как вы смогли ее вытащить оттуда?

— Я пригрозил этому уроду. Сказал, что завтра идем писать заявлению в полицию.

— А Катя пойдет?

— Не знаю, Настюш. Мне кажется, что нет. Это только ей решать. Насколько я понял, она пока останется у Дэна. Он тоже сильно испугался.

— Молодец Дэн. — Я улыбнулась тому, что место в сердце друга наконец сможет освободиться для другой девушки. — Надеюсь, у них все получится.

— Ты думаешь, она ему нравится? Я думал, что Денис неравнодушен к тебе.

— А вы что, ревнуете, Дмитрий Александрович?

— Я не ревнивый, — сказал он, но прозвучало это не слишком убедительно.

— Ага, конечно, не ревнивый. Рассказывай мне. — Я-то знала правду. — Дим, у меня идея. Я передумала гулять, давай поедем в соседний город на пару дней.

— Ты серьезно, Насть? — Дима не обращал никакого внимания на мой порыв, продолжал так же спокойно гулять.

— Ну да. Смотри, сегодня четверг. Ехать туда на машине примерно часов шесть. Завтра попросишь кого-нибудь отработать за тебя, а мы сегодня выедем, побудем дня два, и в субботу можно будет вернуться обратно. Чтобы ты в воскресенье отдохнул. Ну, как тебе идея? — Я даже остановилась от предвкушения его ответа.

— Ужасная, — сказал он, усмехнувшись.

— Но почему?! Стой, Дим. — Я встала перед ним, не давая пройти. — Ну пожалуйста, давай попробуем. Мы и так встречаемся, когда у тебя пары заканчиваются не поздно, а мне приходится быть у тебя только пару часиков, чтобы не объяснять каждый раз, почему так поздно пришла. Ну и Егор уезжает, хоть отдохну от его контроля. Ты можешь это организовать, я знаю. — Я сложила руки в умоляющем жесте и попыталась состроить самый жалобный взгляд, на которой только была способна.

— Олененок, — он заправил выпавшую прядь мне за ухо. — Ладно. Твоя взяла.

— Правда? — Я, кажется, не верила, что сработало.

— Правда, — ответил Дима, и я от радости запрыгнула на него, точно как мартышка, вцепившись руками и ногами. Он крепко меня обнял и закружился вокруг своей оси.

— Спасибо, спасибо. — Я поцеловала его в щеку и также быстро слезла.

— Только что ты собираешься говорить родителям?

— Скажу, что еду на образовательную экскурсию вместе с группой. Думаю, прокатит.

— И не стыдно тебе врать родителям? И брату, кстати.

— Стыдно, конечно. Но это до тех пор, пока мы им все не расскажем. А давай после поездки? Как ты думаешь, уже можно будет?

— Не знаю. Посмотрим.

Мы так гуляли еще около двух часов, после чего вернулись к машине, и Дима отвез меня домой. Родители были на работе, и я позвонила маме, чтобы рассказать о своей легенде. Она сказала, что придет пораньше, чтобы проводить, но, так как нас собирался «отвезти папа Дэна», я сказала, чтобы они не переживали и не оставляли работу из-за этого. И как доберемся, я обязательно скажу. Остался Егор, насчет которого я сомневалась больше всего. Стоит ли ему вообще что-то говорить? Он ведь тоже уезжает в командировку. Если родители ему ничего не скажут, то можно было не переживать, что он что-то узнает, тем более вернулись бы мы все равно раньше.

— Насть, ты дома? — И как так у него получается? Возникать рядом, когда я о нем думаю.

— Дома, — крикнула я из своей комнаты.

— Думал, ты вернешься позже, — сказал он, когда заглянул ко мне.

— Так получилось.

— Но все же хорошо? — брат вмиг нахмурился.

— Конечно, просто нужно было закончить одну работу по универу, поэтому и решила вернуться пораньше. — Говорить об «экскурсии» я все-таки не стала. — А ты когда уезжаешь?

— Да вот сейчас. Вещи уже собрал, заезжал по делам.

— К Яре? — на моем лице появилась хитрая улыбка. Но сейчас я была действительно рада за брата.

— Настя! — он явно засмущался, что бывало очень редко.

— Ладно-ладно, можешь не отвечать. Я и так все поняла. — Я подошла к нему и крепко обняла. — Хочу, чтобы у тебя все было хорошо.

Егор положил свою голову на мою.

— Я тоже, сестренка. И надеюсь, твой парень не дурак, иначе я сломаю ему нос.

— Не переживай, идиотом его точно назвать нельзя. Ладно, иди уже, а то опоздаешь.

— Пока, Насть. — Брат чмокнул меня в макушку и, забрав сумку, вышел из квартиры.

Я вернулась в комнату и быстро покидала все необходимое в маленький чемодан.

«Нашел замену на работе?»

«Да, собрала вещи?»

«Да. Когда заедешь?»

«Через двадцать минут. Жди)».

Скобочка? Так он делал совсем нечасто. Дима был человеком, который не проявлял любовь через постоянные «я тебя люблю», «ты мой воздух», «жить без тебя не могу», он делал это намного тоньше. Мог поцеловать тогда, когда я меньше всего этого ожидала. Без слов включал в машине печку, когда я начинала растирать холодные пальцы. Ставил ту радиоволну, которую я больше всего любила слушать. Спрашивал утром, тепло ли я оделась. Потому что на работу он обычно выезжал раньше и говорил, как там обстоят дела с погодой. Для меня это было намного важнее и сильнее слов. У меня любовь проявлялась в тактильной мило-агрессивной форме. Мне всегда хотелось его касаться. Поэтому, когда мы были вдвоем, я от него не отлипала. Если Дима в проявлениях любви был нежным, то мне хотелось его укусить. Да так, чтобы на руке остались маленькие отметины. В принципе это я и делала. Или скрутить его в объятиях так, чтобы косточки хрустели, но за счет разной комплекции выходило это нечасто. Еще я очень любила запрыгивать ему на спину, когда мы проводили время в его квартире. А он мне подыгрывал и катал по всем комнатам. Рядом с ним я была совершенно разной. Нежной, игривой, серьезной, чувственной. Только вот с последним были проблемы. Дима еще ни разу не переходил границы, хотя я и понимала, что он довольно часто был на грани. В такие моменты он всегда останавливался и до конца вечера даже не целовал меня по-настоящему, а лишь ограничивался чмоком в щеку или макушку. Как бы я ни старалась вывести его из себя в этом плане, он всегда одерживал победу. Но, возможно, эта поездка позволит ему немного расслабиться.

Из груди снова вырвался кашель, но я выпила стакан горячей воды и, как мне показалось, слегка заглушила неприятное раздражение. Вскоре Дима написал, что можно выходить, и, взяв с собой чемоданчик, я покинула квартиру на ближайшие три дня.