Ксожалению, моей первой задачей в «настоящей жизни» было прощание с Сефером на следующее утро. Ему нужно было отправиться в Люминис и подготовить почву для официального визита, во время которого мы въедем в город как помолвленная пара.

Когда я приняла его предложение, королевская власть все еще оставалась абстрактным понятием, которое свалилось на меня, когда я шла по гравийной дорожке рука об руку с Селестиной, размышляя о необходимости свадебной церемонии.

Она улыбнулась, сверкнув изящными клыками.

– Итак, мне начать называть тебя принцессой прямо сейчас или подождать, пока ты не выйдешь замуж по-настоящему?

Я бросила на Селестину сердитый взгляд.

– Ты же называешь Сефера просто по имени.

– Да, но это потому, что он, по сути, мой брат. – Она пожала плечами, когда мы вошли в прекрасный разрушающийся дворец.

Я закусила губу, пока мы петляли по коридорам, которые теперь я знала почти так же хорошо, как полосы на теле Сефера.

Когда мы добрались до покоев девушки, она склонила голову набок и нахмурилась, всматриваясь в меня.

– Что не так? Ты ведь не передумала, правда? Я просто шучу.

– Нет. Просто… – Я проглотила ком в горле, который образовался во время нашей прогулки. – Думаю, что, если бы у меня было немного времени, ты могла бы стать и мне кем-то вроде сестры.

Медленно, как восход солнца, ее глаза расширились и наполнились слезами.

– Сестры? Я знаю, что у тебя отняли твою, так что для меня большая честь, что эта мысль вообще пришла тебе в голову.

– Ты честна со мной, как и она. Ты знаешь, что я не милая, и даже испытала на себе мою резкость, но все еще со мной.

– Конечно. – С дрожащей улыбкой Селестина обняла меня. – Это то, что делает семья. Связаны ли мы кровью или по собственному выбору, мы остаемся ей.

Толпа взревела громче любой другой публики, перед которой я когда-либо выступала. Это поразило меня еще сильнее. Сефер был принцем, вторым в очереди на трон Рассветного двора. И я собиралась стать его женой.

Безумие.

Как и тот факт, что я скакала верхом на олене по улицам Люминиса, будущая принцесса, а не просто артистка. Я наслаждалась множеством восхищенных взглядов.

Среди радостных возгласов были и недовольные, и любопытные. Некоторые переговаривались, прикрывая рот ладонью.

Рядом со мной, верхом на огромном олене, в охотничьем зеленом костюме и с золотой короной на голове, Сефер улыбался и махал рукой, словно ничего не замечая.

Я знала, что он все видел.

– Может, мне задушить одного из них своим хвостом? – процедил он сквозь зубы, улыбаясь. – Дам им что-нибудь, на что можно было бы по-настоящему поглазеть?

Я рассмеялась.

– Я думаю, принц Монстров со своей будущей невестой-человеком – вполне достойное зрелище.

– Так и есть. – Он отвел взгляд от толпы, и его улыбка стала более искренней. – Не думаю, что случайная смерть какого-то зеваки затмит тебя.

Согретая его взглядом цвета расплавленного золота, я подъехала ближе, когда мы свернули на широкую улицу, окруженную мерцающими переливающимися зданиями. Несмотря на их красоту, у меня мелькнула мысль, что эти незнакомцы могут причинить Сеферу боль.

– Ты… Я уверена, что в их взглядах только любопытство.

Он пожал плечами и дотронулся до моего бедра.

– Мне плевать, что думают они обо мне. Я могу менять облик. Это дар, которым меня одарили боги. Простолюдины могут смотреть на меня свысока, а мой отец, возможно, предпочел бы, чтобы я держался подальше от его двора, лишь бы не запятнать его позором своего существования. Но пошли они все к черту. Благодаря тебе я принимаю себя таким, какой есть.

Я тихо вздохнула.

– Но я вынудила тебя. Заставила…

– Ты заставила меня так жить десять лет. Заставила принять свою сущность. И когда вернулась в мою жизнь, то приняла, полюбила и захотела меня, каким бы я ни был. – Сефер приподнял подбородок и улыбнулся. – Если это не подарок, то даже не знаю что.

У меня сжалось сердце, но я все же смогла сказать:

– Ты прекрасен в любом обличье, Сефер.

Казалось, он стал еще выше, и я знала, что, будь мой принц сейчас котом, он бы хотел, чтобы я почесала его под подбородком, что, вероятно, выглядело бы не совсем подобающим образом для принца Эльфхейма, возвращающегося в столицу.

Он слегка коснулся шелка моего платья, но не зацепил его.

– Эти когти – такая же часть меня, как и мое сердце, каким бы холодным оно иногда ни было.

– Ты? У тебя холодное сердце? – Я фыркнула.

– Не для тебя. Только не для тебя. – Он сжал меня, и его когти вонзились в мое платье.

– Сефер! – Я нахмурилась, но он только усмехнулся и развел руками, как будто был ни при чем.

– Я все равно собирался сорвать его с тебя позже.

Я не позволила пылу этого обещания смягчить мой взгляд.

– Да, но теперь я предстану перед твоими родителями в дырявом платье.

Вместо ответа Сефер поджал губы, словно борясь с ухмылкой, и отвел взгляд.

Когда мы вошли в сверкающий дворец, расположенный на вершине вулканического пика в центре города, он не повел меня по широким коридорам в тронный зал.

Он повел меня вниз.