Несмотря на то что Сефер разрешил мне прогуляться, я хмуро пробиралась по коридорам. Мне хотелось продолжить изучать любовное письмо, которое я нашла среди вещей Циннии, а также свои старые альбомы для рисования и нацарапанные заметки и рисунки внутри. Должно же быть что-то, что я упустила из виду, какая-то маленькая зацепка. Возможно, я видела астролябию на убийце той ночью и не осознала ее значимости.

Но нет, прошла всего неделя с начала нашей работы, а Сефер устроил, черт возьми, вечеринку.

– Ты можешь пялиться на меня сколько угодно. – Он положил руку на мою поясницу, притягивая ближе к себе. – Но ты точно не захочешь пропустить это.

Я стиснула зубы, чтобы удержаться от ответа.

Рорк. Лой. Селестина. Мэйри. Кадан. Тавин. Терл…

Список был длинным, и я повторяла его как молитву. Одно из этих имен принадлежало убийце моей сестры. Одним из них был фейри, крови которого я жаждала все эти годы.

Селестина. Казалось невозможным, что это могла быть она, и все же ее имя было среди других. Цинния была задушена, хватка убийцы была достаточно сильной, чтобы оставить следы. Селестина была хрупкой, но все же она была фейри. Хватило бы у нее на это сил?

Этот вопрос преследовал меня, пока я шла по извилистым коридорам и через сады.

Когда мы прибыли, вечеринка была уже в самом разгаре, хотя и гораздо спокойнее, чем ожидалось, – на берегу озера на мелководье купалось меньше пятнадцати фейри. При нашем появлении все они повернулись и подняли бокалы, и Сефер, воспользовавшись моментом, с самодовольной ухмылкой обнял меня за плечи.

Он отмахнулся от них.

– Возвращайтесь к делу, выродки.

Когда принц наливал напитки для нас обоих, несколько фейри хлопали его по спине и приветствовали. Хотя их широкие улыбки, возможно, были немного натянутыми. Выражение его лица было таким же непринужденным и высокомерным, как и всегда, но я заметила, что его хвост медленно покачивался из стороны в сторону.

Кто это такие? Я знала лишь немногих из двора Монстров. Селестина, Рорк, Кадан и еще несколько. Остальные были новыми лицами, которые с интересом рассматривали спутницу принца, когда мы проходили мимо.

Сефер не потрудился меня представить. Я предположила, что на публике он хотел сохранить видимость отношений питомца и хозяина. Надо было включить этот момент в условия сделки.

В конце концов он опустился на трон под куполообразным сооружением, возвышающимся над озером, – тот самый, на котором сидел в тот день, когда я упала в снег. Держа по бокалу в каждой руке, Сефер развел руки и кивнул на свои колени, безошибочно давая понять, что это указание.

– Не могу поверить, что ты вытащил меня сюда ради этого, – пробормотала я, подчиняясь ему.

– Я же просил тебя набраться терпения, птичка. – Он протянул мне стакан с темно-оранжевой жидкостью, пахнущей кислыми цитрусами и чем-то сладким и тропическим. – Скоро ты сможешь расправить крылья и поймать свою добычу.

Поджав губы, я бросила на него суровый взгляд. Мне лучше было бы провести время дома, изучая улики, которые у нас были, а не разыгрывать из себя его щенка на вечеринке.

Но я сделала глоток и, что бы это ни был за напиток, не смогла сдержать эмоций. Лето и солнце, наш день на пляже, сладкий и острый вкус, который щекочет язык, – все после одного глотка.

Сефер ухмыльнулся, как будто получал удовольствие от моего восторга.

– Вкусно, да?

Я фыркнула.

– Ты еще спрашиваешь!

Он тихо засмеялся.

– Молодец, что призналась. А теперь слушай внимательно. – Принц прошептал эти слова чуть слышно, и я наклонилась, пока его губы не коснулись моей кожи: – Рорк, Селестина, Кадан – их ты знаешь. И вон тех троих. – Он кивнул на группу, которая лежала на берегу и играла в карты. Эти фейри постоянно жили здесь, во дворце, так что я не раз сталкивалась с ними на вечеринках и ужинах.

Я склонила голову набок, не понимая, почему он указывает мне на них.

– Вон там, с волосами цвета индиго, – это Мэйри.

Эта женщина была, пожалуй, самой красивой из тех, кого я когда-либо видела. Темно-синие волосы плыли за ней по зеркальной глади озера, а кожа имела бледно-бирюзовый оттенок.

– Ее мать была шелки[4], так что, какой бы красивой она ни выглядела, у нее есть и темные стороны.

Очень темные глаза метнулись к нам, она поймала наши взгляды, и ее рот расплылся в широкой улыбке, демонстрирующей острые зубы.

– Теперь понимаешь, что я имею в виду? – Сефер поднял свой бокал в знак приветствия. – А вон там ты видишь братьев, Тавина и Терла.

Двое мужчин-фейри загорали, их обнаженные тела были прекрасны, а кожа цвета глубокой бронзы безупречна. Если не считать заостренных ушей, торчащих из-под угольно-черных волос, они могли бы сойти за людей. Хотя я никогда не видела людей настолько красивых.

Хвост Сефера обвился вокруг моей икры.

– Они все еще живут в Люминисе. – В его голосе послышались резкие нотки, и когда я оторвалась от братьев, то обнаружила, что он пристально смотрит на меня, сжав челюсти и нахмурив брови.

Принц увидел в них того, кем он когда-то был. Они все еще жили той жизнью, которая когда-то была у него.

Я провела кончиками пальцев по шелковистой гуще его волос.

– Дураки из Люминиса. – Он заглянул мне в глаза. – Они многое упускают.

Принц вопросительно приподнял бровь.

– Ну, они очень… скучные, разве нет? Зачем быть просто симпатичным фейри с заостренными ушами, когда можно стать кем-то большим? – Я провела пальцами по его когтям и согнула ногу в том месте, где ее обвивал мускулистый хвост. Скользнув рукой под его рубашку с открытым воротом, я провела по полоскам, которые обвивали его бока. – Разве кто-то из них смог бы так изящно использовать хвост?

Его зрачки расширились.

– Не смог бы, – сказал Сефер с рычанием, скользя вверх по моей ноге. – Может, мне стоит повторить это сегодня вечером, чтобы напомнить тебе, кто точно так умеет.

По моей коже побежали мурашки, но я продолжила:

– Они никогда не согрели бы меня так быстро, как это сделал ты, когда я замерзла почти насмерть. И ни один из них и близко не такой безупречно благородный, язвительный и высокомерный, как ты. – Произнося все это, я поймала себя на том, что улыбаюсь, не испытывая к принцу ненависти, как два месяца назад.

Казалось, он не воспринял это как оскорбление, потому что его мышцы напряглись вокруг меня и подо мной, когда он выпрямился на своем троне.

– Умная девочка. – Он запечатлел на моих губах порывистый поцелуй, пронзивший меня сладким наслаждением. – Но достаточно ли ты умна, чтобы понять, зачем я сегодня собрал их здесь? – Он с вызовом вскинул голову.

Я прищурилась, посмотрев на него, прежде чем повернуться и изучить тех, на кого он указал.

Посторонние, которые не были членами его двора и все еще жили в Люминисе, предполагаю, были людьми, с которыми Сефер был ближе в прошлом, когда тоже жил там.

И их имена. Мэйри. Тавин. Терл. Я знала эти имена.

У меня по коже побежали мурашки, и мне пришлось сделать еще один глоток напитка, прежде чем я смогла заговорить.

– Дай-ка угадаю. Лой тоже здесь. Как и все остальные из твоего списка.

– Вот она, моя маленькая хитрая ведьмочка. – Принц прижал меня к себе и уткнулся носом в шею. – О, солнце и звезды, мне нравится наблюдать, как крутятся шестеренки в твоей голове. Никогда не думал, что планирование заговоров может быть таким чертовски горячим.

Но тепло, разливающееся во мне, было сильнее, чем просто физическое удовольствие.

– Ты действительно собрал их всех?

– Я сделал все это ради тебя. Они останутся на месяц. Я назвал это воссоединением старых друзей. «Как в старые добрые времена» – написано в моем приглашении. – Сефер закатил глаза, затем окинул собравшихся фейри пристальным взглядом. – Они все прибежали, когда им предложили пожить за счет королевской казны. Чертовы нахлебники.

Было трудно дышать. Тепло в моей груди занимало слишком много места. Но я хотела поблагодарить его, поэтому нежно поцеловала, чем вызвала удивленный выдох.

Я игриво провела языком по его нёбу, а затем по кончикам зубов, прикусила его губу и проглотила последовавший за этим глубокий стон. Это был самый сладкий поцелуй из всех, и Сефер открылся, позволяя мне исследовать его, вместо того чтобы сжимать меня и бороться за мнимое превосходство.

Этот поцелуй не был похож на предыдущие, словно какая-то тонкая оболочка во мне порвалась от ленивого прикосновения его языка к моему.

Когда я отстранилась, запыхавшаяся и разгоряченная, он посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

– Что это было?

Но я все еще не могла вымолвить ни слова, поэтому просто пожала плечами и повернулась, чтобы осмотреть подозреваемых передо мной.

Убийца моей сестры был близок.