***Маркус

Я ощущал, как кровь демона меняет саму суть моей магии, заставляя её кипеть изнутри. Каждая клетка тела пульсировала чужеродной силой, горячей и требовательной, словно внутри меня поселилось дикое пламя, ищущее выхода. Это было больно. Это было странно. Но это давало мне силы стоять здесь, перед лицом опасности.

Воины Двора Огня и Земли были на подходе — две мощные колонны, неумолимо приближающиеся к нашей позиции. А рядом с правителями, чуть поодаль, неспешно шли две ведьмы с непроницаемыми выражениями лиц. Их глаза горели ровным, холодным светом — они контролировали ситуацию. Или думали, что контролируют.

Я вспомнил слова Селены о том, как важно снять амулеты с правителей. Или же убить ведьм, как предлагал Лурдан. В любом случае, выбора у меня не было — они уже были близко. Слишком близко.

Зрелище открывалось завораживающее. Боевые олени в тяжелых доспехах, с гордо поднятыми головами и ветвистыми рогами. Огромные ящеры с бронированной шкурой, на которых восседали воины — как мужчины, так и женщины, одинаково суровые и готовые к смерти.

Капли дождя приятно холодили разгоряченную кожу, и я впитывал их всем телом, чтобы хоть немного унять жар в крови, бушующий после демонического эликсира. Влага была спасением — единственным напоминанием о том, кто я есть на самом деле. Я подставил ладонь под капли, собрал немного воды — и с ужасом увидел, что обычно чистая и прозрачная влага приобрела чёрный, смолянистый оттенок.

Кровь демона делает своё дело. Надеюсь, это пройдет. Надеюсь, я не изменюсь навсегда.

Я преобразовал воду в два смертоносных клинка обсидианового цвета, чувствуя, как ледяная магия воды смешивается с огнём демонической крови в моих венах. Оружие пульсировало в такт моему сердцу.

И я стал ждать приказа.

— Маркус! — прокричал Лурдан позади меня. — Я поднимусь в небо и помешаю лучникам Перитоса обрушить на нас град стрел! А ты двигайся по земле и постарайся обезвредить ведьм! Или хотя бы отвлеки правителей!

Лурдан взметнулся вверх на своём кауле, усилил голос магией и крикнул мне так, что услышали, наверное, все:

— Твою ж мать, их там около сотни! Держись подальше от плевков игниссаров, если не хочешь быть поджаренным заживо!

Как только он снова набрал высоту, земля задрожала.

Сбоку от нас, рядом с брешью, которую пробили маги и младшие, возник портал. Похожий на тот, что создавали ведьмы — но гораздо мощнее. От него исходил такой ослепительный поток света, что всем нам пришлось зажмуриться. Свет словно прожигал веки, проникал в самую душу.

Спустя несколько секунд из сияния показался высокий эльф в золотых доспехах, с короной на голове. А за ним — отряд воинов с золотыми луками в руках, одетых в лёгкие, но явно прочные доспехи. Один за другим они переступали через портал, занимая позиции на поле боя.

Сайлас, — промелькнуло в моей голове. — Он всё-таки пришел.

И тут взгляд Сайласа метнулся ко мне.

Я словно смотрел в отражение зеркала — искаженное, пугающее, но невероятно похожее. Те же черты лица, тот же разрез глаз, та же линия скул и белые волосы ниже плеч. Он был копией меня. Или, точнее, я был его копией — той, о существовании которой даже не подозревал.

Наш зрительный контакт длился всего мгновение, но в это мгновение вместилась целая вечность вопросов, на которые сейчас не было ответов.

Оглушительный треск с другой стороны заставил меня вздрогнуть.

Пространство снова подёрнулось дымкой — и прямо на поле боя, недалеко от меня, материализовалась Она.

Моя матушка.

Инела стояла посреди хаоса, в своём неизменном одеянии, с короной на голове, и смотрела на меня разъярённым взглядом, способным испепелить на месте.

— Вот дерьмо рыбье, — выдохнул я.

Инела подняла руку, указала на меня пальцем и, усилив голос магией, произнесла:

— Немедленно возвращайся домой, Маркус! Мы не принимаем участие в войнах!

Воины Двора Огня и Земли, уже готовые к атаке, слегка опешили и остановились, переводя взгляды с меня на Инелу и обратно. Даже игниссары замерли, выпуская пар из ноздрей.

А Сайлас тем временем приближался к нам, и в его взгляде, метавшемся от меня к моей матери, читалось такое недоумение, что я почти рассмеялся. Почти.

— Соображайте быстрее, родственнички! — прогремел голос Лурдана над нами, перекрывая шум битвы. — У нас тут война, между прочим!

Мама приближалась медленно, с достоинством правительницы, которой нет дела до чужой войны. Сначала она осмотрела воинов Двора Огня, затем — Двора Земли. Её взгляд скользнул по Сайласу, задержался на мне — и тут в небе послышался рёв тварей Миады.

Она резко подняла голову вверх и ахнула. Похоже, она никогда не встречалась с такими созданиями, и они произвели на неё сильное впечатление. В её глазах мелькнуло что-то — не страх, скорее изумление.

— Это творение Миады? — спросила она суровым голосом, в котором прорезались командирские нотки.

— Да, — коротко ответил я. — И их много.

Сайлас подошёл ближе. Он поймал взгляд мамы и одними губами, беззвучно, но так, чтобы я видел, произнёс, глядя ей прямо в глаза:

— Это мой сын?

Мама скривила лицо и показательно отвернулась от него. Затем схватила меня за руку — и резко отшатнулась, будто обожглась. На её лице появился неподдельный ужас.

— Что за магия в тебе, сын?

— Это кровь демона, мама. Она скоро потеряет свои свойства, и я буду собой, — ответил я как можно спокойнее, хотя внутри всё кипело от вопроса, повисшего в воздухе.

— Идём домой, сын. Я перенесу нас! — мама наклонилась к моему лицу, вглядываясь в глаза, выискивая следы тьмы.

— Нет. Нам нужно помочь им! Если мы уйдем, Миада сможет добраться до всех, кто нам дорог, и убить их. Ты понимаешь? Сейчас мы не можем стоять в стороне.

Мама открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

Воины Перитоса издали боевой клич — дикий, леденящий душу. И в тот же миг на нас обрушился град стрел. Каул Лурдана зарычал, а сам правитель расставил руки в стороны и создал слегка мерцающий щит. Стрелы с глухим стуком врезались в него и безжизненно падали нам под ноги, устилая землю острым частоколом.

Воины за моей спиной двинулись вперед. Послышался голос Сайласа, усиленный магией:

— Лучники! Огонь!

Теперь град стрел со стороны Двора Зари обрушился на Двор Огня. Воины Шасура подняли щиты, прикрываясь, но несколько эльфов упали, пронзённые золотыми наконечниками. Сам правитель возвёл купол над собой и ведьмой, укрываясь от смертоносного дождя.

— Мама, уходи одна! Я помогу им! — я пытался перекричать звуки битвы, но голос тонул в лязге металла и предсмертных криках.

Инела подняла ладони. В её руках материализовались два потока воды — чистых, прозрачных, сияющих внутренним светом. Затем она резко тряхнула руками, и вода со звуком, похожим на хрустальный перезвон, преобразовалась в два сияющих клинка.

— Я с тобой, сын, — ответила она.

И, кивнув друг другу, мы понеслись вперед.

Всё смешалось в непроглядную массу из крови и тел. Я перестал различать, где свои, где чужие — только взмахи клинков, только хрипы умирающих, только звон стали. Шасур и Перитос спрятались за воинами, ограждая себя магическими куполами. Ведьмы за их спинами шептали заклинания, питая тьму в правителях.

Мы с мамой остановились, чтобы оценить, насколько близко подобрались к цели.

— Ты не убиваешь их? — спросил я маму мысленно, не желая тратить силы на голос.

— Только тварей — воинов нет. Я не убийца.

— Зато они не прочь снести нам головы, — уже вслух проговорил я.

Нас окружили в плотное кольцо. Воины Лурдана и Арона остались позади, отбиваясь одновременно от эльфов и тварей Миады. Я видел, как каул Лурдана рвёт глотку очередному чудовищу, как воины в золотых доспехах Сайласа теснят противника.

В воздухе просвистела стрела.

Я успел только увидеть, как она неумолимо приближается к маме.

Но в следующее мгновение стрелу перехватила рука в золотых доспехах.

Я выдохнул. Сайлас.

— Смотри в оба, женщина! — его голос прогремел, заглушая шум в ушах. — Тебя чуть не ранили!

— Без тебя знаю, напыщенный придурок! — съязвила она в ответ, даже не обернувшись.

— Мама… — удивленно сказал я.

Никогда не слышал, чтобы она с кем-то так разговаривала. В этом тоне было что-то давнее, почти интимное — словно они знали друг друга много лет.

Сайлас и я отбивались от взявших нас в кольцо тварей и воинов Двора Огня. Его меч пел в воздухе, разрубая плоть, а я собрал всю силу демона и свою, превратил капли дождя в маленькие острые льдинки и с силой обрушил их на противника. Ледяные иглы впивались в тела, заставляя воинов падать.

— Значит, мама! — крикнул Сайлас, отражая удар. — Кто его отец, Инела? Отвечай!

— Ты дурак или притворяешься, Сайлас? Сам не видишь? — прорычала мама в ответ, обрушивая волну магии на воинов Шасура одну за одной. Вода хлестала, сбивая с ног, заливая глаза, лишая возможности сражаться.

— Как ты могла скрыть от меня наследника⁈ — завопил Сайлас, и в его голосе смешались ярость и боль.

Наследника…

Я замер. Остановился посреди битвы, забыв о клинках в руках, о тварях вокруг, о смерти, дышащей в лицо.

— Ты мой отец? — воскликнул я, переводя взгляд с него на маму и обратно.

— Да замолчите оба! — крикнула мама, и в её голосе впервые прозвучало что-то похожее на панику.

В небе снова послышался рёв. Я поднял голову вверх — Лурдан, восседая на кауле, раз за разом атаковал защиту Шасура и Перитоса сгустками энергии в виде небольших шаров. Но ему приходилось отвлекаться на летающих тварей и бороться с ними. Я видел, как один из монстров едва не сшиб его с каула, и лишь чудом Лурдан удержался в седле.

— Я помогу ему! — крикнул Сайлас.

Он исчез с оглушительным хлопком, оставив после себя лишь лёгкое марево.

— Ха! Слинял! — слишком весело для происходящего сказала мама. И усилила напор, сбивая с ног воинов потоками воды, заставляя их отступать, но не убивая.

Неужели он мой отец? — мысли вертелись в голове, не давая возможности сосредоточиться. Этот вопрос жёг изнутри сильнее демонической крови.

Волна ослепляющей магии направилась прямо в небо. Молнии осыпались дождем прямо на поле боя, выжигая тварей, оказавшихся слишком близко. Я присмотрелся вдаль — Сайлас разгонял тучи потоком магии, разрывая их в клочья. Затем всё вокруг посветлело, и сквозь разрывы показалось солнце — впервые за этот долгий, бесконечный день.

Он что-то прокричал — слова потонули в грохоте битвы, но я увидел, как каул Лурдана замер.

А затем Сайлас поднял руки и резко опустил.

Прямо с неба, словно из самого солнца, две ослепительные молнии, похожие на золотые стрелы, обрушились на защитные куполы правителей Шасура и Перитоса. Удар был такой силы, что я на мгновение ослеп.

Но зрение вернулось и я увидел, как оба правителя отлетели в разные стороны. Ведьма, что была с Шасуром, упала и лежала без движения на земле. А ведьма рядом с Перитосом ползла в направлении барьера, оставляя за собой кровавый след.

Игниссары плевались сгустками лавы, защищая Шасура. Мама сразу же направляла на них потоки воды, остужая раскаленные сгустки и превращая их в чёрный, безжизненный камень. Боевые олени Перитоса вставали на дыбы, прикрывая правителя своими телами.

Начался хаос. Полный, абсолютный хаос.

Лурдан спикировал на кауле — камнем вниз, со скоростью, от которой захватывало дух. Каул подхватил ведьму Перитоса прямо с земли, взмывая вверх.

— Что он собирается делать? — прошептал я, чувствуя, как внутри всё холодеет от догадки.

Каул Лурдана с силой рванул — и голова ведьмы отделилась от тела. Он скинул безжизненное тело прямо к ногам правителя Двора Земли.

Меня чуть не стошнило.

Кровь хлынула из тела ведьмы и я сдержал рвотный позыв, стискивая зубы. Похоже я не был готов к такому зрелищу.

Не успел я опомниться, как каул подхватил вторую ведьму и повторил маневр. Тело упало рядом с Шасуром, заливая землю тёмной кровью.

— Твою ж… — выдохнул я, заставляя себя двигаться.

Я побежал к правителям. Мама прикрывала меня, отталкивая водным барьером воинов и тварей. Вода хлестала во все стороны, сбивая с ног, заливая глаза, давая мне те самые секунды, которых так не хватало.

Подобравшись к Шасуру, я сорвал медальон с его шеи. Металл обжёг пальцы тёмной магией, но я сжал зубы и рванул. Затем проделал то же с Перитосом — второй медальон поддался легче, словно почувствовав, что его власть кончилась.

Воины замерли.

Они стали окружать меня и маму, внимательно следя за нашими передвижениями и своими правителями. В их глазах больше не было той решимости — только растерянность и страх.

Но твари продолжали напирать. Их атаковали воины Лурдана и Арона, запуская град стрел прямо в небо. Тёмные падали, но на их место приходили новые.

Мама создала большой шар воды и окунула туда Шасура и Перитоса, воздействуя на них своей исцеляющей магией. Она усадила их рядом, затем вода снова впиталась в её руки.

Все на мгновение замерли.

Надеюсь, Сайлас не убил их…

Сначала закашлял Шасур. Он судорожно осматривал обстановку, пытаясь понять, где находится и что происходит. Затем зашевелился Перитос. Оба взглянули друг на друга и отшатнулись, словно увидели призраков и резко встали, слегка покачиваясь и держась за головы.

Прямо перед ними материлизовался Сайлас.

— Хватит бойни, Шасур и Перитос! — его голос гремел, перекрывая шум. — Уводите воинов, кто остался жив. Миада не достойна этого кровопролития.

Шасур удивленно осмотрелся. В его глазах читалась такая боль, что у меня сердце сжалось.

— Эта мразь подчинила наш разум себе… — его голос дрожал. — Мои доблестные воины погибли зря. Вы должны были остановить её раньше!

— Не тебе сейчас диктовать, что нам нужно было делать, Шасур! — Лурдан повысил голос. — Мы сделали, что могли.

Перитос осмотрелся и покачал головой. Он выглядел разбитым, уничтоженным.

— Благодарю, что освободили, — обратился он к Сайласу. — Как теперь объясняться с жителями Двора Земли… я не представляю.

— Сайлас! — крикнул Лурдан, слегка понизив высоту. — Рано праздновать! Там впереди ещё целое полчище тварей! Зови-ка обратно всех!

Шасур выпрямился. В его глазах вспыхнул знакомый огонь — огонь воина, а не марионетки.

— Мы убьём их всех! — прошипел он. И издал боевой клич — дикий, яростный, полный боли и гнева.

— Да! Мы поможем! — гордо подняв подбородок, воскликнул Перитос и, запрыгнув на оленя, прокричал своим воинам приказ.

Воины ожили. Они перестроились, разворачиваясь лицом к новой угрозе — к тварям, что всё ещё лезли из разломов.

— Наконец-то, — выдохнул я.

Теперь наша цель — твари Миады.

Я посмотрел на свои руки. Клинки из воды всё ещё были в них, пульсировали чернотой демонической крови. Мама стояла рядом, тяжело дыша, но готовая к новому бою.

Где-то вдали ревел Карион.

— Вперёд! — прокричал Сайлас и рванул туда, где клубилась тьма.

Мама последовала за мной. И впервые в жизни я чувствовал, что я на своём месте.