Проходя мимо высокого узкого окна, я поймала свое отражение в стекле — раскрасневшееся лицо, расширенные зрачки, взгляд потерянной девчёнки. «Соберись, Мира! Ты будто никогда не видела обнаженных мужчин!» — мысленно выругала я себя, сжимая кулаки и глубоко вдыхая прохладный воздух комнаты. Нужно сохранять хоть видимость самообладания, нельзя позволять ему видеть мое смятение.

Но едва я успела снова представить перед собой влажную кожу и рельефные мышцы, как он сам появился в дверях гостиной. Свежевымытый, в чистой темной рубашке, которая лишь подчеркивала ширину его плеч и мощь груди. Он с совершенно невозмутимым видом устроился на диване напротив. Его движения были плавными, словно у большого хищника, уверенного в своей силе. Развалившись, он разбросал руки по спинке дивана и уставился на меня тёмным, непроницаемым взглядом.

— Что? — я всплеснула руками, чувствуя, как предательский жар снова заливает щеки. Его молчаливое ожидание действовало на нервы сильнее любого допроса.

Он выдержал паузу, давая моему смущению достичь пика, прежде чем его губы тронула едва заметная, дразнящая усмешка.

— Ты хотела задавать вопросы…— его голос звучал спокойно, но в уголках губ пряталась едва заметная, дразнящая усмешка. Он прекрасно знал, о чем я думала.

— А ты… об этом… — я запнулась, ненавидя себя за эту неуверенность, за скомканные фразы.

— А о чем еще? — он приподнял бровь, и в его взгляде читалось откровенное веселье. Он играл со мной.

— Ни о чем! Вообще… — я с силой выдохнула, пытаясь собрать мысли в кучу. — Источник говорил, что даст мне тело, положенное мне по крови в этом мире. Что я потомок первой ведьмы. Мне дали силу с условием, что я убью Миаду…

— Продолжай. — его длинные пальцы начали неторопливо барабанить по деревянной спинке дивана. Этот мерный стук отдавался в моих висках.

— Я подумала… чтобы сразиться с Миадой, мне нужны не только тренировки с магией, но и физические упражнения. Я хочу иметь крепкое тело. Сильное. Выносливое.

— «Иметь крепкое тело»? — в его низком голосе зазвучали явные нотки насмешки, и по моей спине пробежали мурашки от раздражения.

— Это все, что ты услышал из моих слов? — я скрестила руки на груди, пытаясь создать хоть какую-то защиту между нами.

— Ну, ты так выражаешься… — он пожал плечами, и это его показное безразличие вывело меня из себя окончательно.

— Мне нужны тренировки! — я чуть не топнула ногой от досады, чувствуя, как гнев вытесняет смущение. — Понимаешь? Не просто «иметь», а стать сильнее!

— Ты хочешь, чтобы я тренировал тебя? — он наклонился вперед, и его глаза внезапно загорелись каким-то странным, хищным огнем. — Научил драться и владеть оружием?

— Даааа! — почти выдохнула я, загипнотизированная этой внезапной переменой в нём.

— Я согласен.

— И всё? — я не поверила своим ушам. Так легко? Без споров, без уловок?

— А что еще? — он снова откинулся на спинку, его лицо вновь стало маской невозмутимости.

— Ты не будешь меня отговаривать? Говорить, что мне это не нужно, что я не справлюсь, что это опасно, и всё такое? — я не могла в это поверить.

— Тебе это нужно, Мира. — его голос вдруг стал мягким, почти нежным, и это прозвучало искреннее любой его предыдущей насмешки.

И в этой тишине, подкрепленная этой неожиданной поддержкой, во мне проснулась старая, неутоленная жажда правды. Я посмотрела ему прямо в глаза, больше не отводя взгляда.

— Карион… мне нужны ответы. Не позже, не когда-нибудь, а сейчас. Я хочу знать правду о демоне. И что вас связывает. Настоящую правду.

***Карион

Такая милая, когда злится. И уже просит совместных тренировок. Я думал, она будет дольше таить обиду за ложь… А может, просто не видит другого выхода. Жаль, я не могу прочитать ее мыслей.

— Зато я слышу твои, ищейка, — проскрежетал знакомый голос в моей голове, полный едкой усмешки.

— Ты вовремя. Что я могу ей рассказать? — мысленно спросил я, не отрывая взгляда от Миры. Ее глаза горели требованием правды, и я понимал — отступать некуда.

— Расскажи, что я не желаю ей зла. И что я заметил ее еще из мира людей. Что я не отсюда. Скажи, что она важна для меня. Что с помощью ее силы я могу обрести телесную оболочку, но заставлять не собираюсь. Можешь добавить, что я вроде фамильяра, но намного могущественнее и круче.

Я сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями, и пересказал Мире слова демона, стараясь быть максимально точным. Она слушала, не шелохнувшись, и с каждым моим словом ее лицо становилось все бледнее. Когда я закончил, она замерла, словно превратилась в статую. В воздухе повисла тишина, напряженная до предела.

Затем она прошептала, и ее голос дрогнул:

— Значит… он знал меня в мире людей?

— Да, — коротко ответил я, и в ту же секунду волна ужаса накрыла меня с головой. Проклятие! Главная ошибка! Она ведь может спросить его о своей прошлой жизни. Узнать все детали. И… захочет вернуться обратно. Мысль о том, что она может захотеть уйти, сжала мое сердце стальными тисками.

Мира тяжело сглотнула, повернулась к коту, сидевшему на стуле с видом невинного наблюдателя. Ее голос дрожал, но был полон решимости:

— Ты… ты можешь ответить правду? На мои вопросы? Обо мне… в мире людей?

Кот медленно кивнул своей черной головой, но его ответ прозвучал снова в моем сознании:

— Скажи ей, что я могу ответить. Но для этого мне придется принять бестелесную оболочку, чтобы она меня слышала.

Я перевел дух, чувствуя, как по спине бегут мурашки тревоги.

— Он говорит… что может. Но ему придется принять другую форму, чтобы ты его слышала.

Мира кивнула, ее взгляд был твердым, несмотря на внутреннюю дрожь. А вот я уже забеспокоился не на шутку. Какую же правду он собирается ей открыть? Я знал, демон может играть с чужими чувствами. И сейчас он держал в лапах самое уязвимое место Миры — ее прошлое. Ее память. Ее самую большую тайну, которую она сама не помнила. Я сглотнул ком в горле, готовясь к худшему.

***Мира

Я сидела на стуле, вцепившись в подлокотники так, что мои пальцы затекли и побелели. Это была единственная точка опоры, единственный способ хоть как-то унять предательскую дрожь, пробивавшуюся сквозь все тело. Одна часть моего разума кричала, что доверять демону — верх безумия. Другая, более громкая и настойчивая, исступленно твердила, что я должна знать правду. Но какую? Какой вопрос задать первым? Я понимала, что ответ может навсегда изменить всё.

Мне нужно было решить прямо сейчас, что для меня важнее — этот мир, полный опасностей, но и невероятной магии, свободы, которую я едва успела ощутить… или моя прошлая жизнь, серая и забытая, но знакомая. Хочу ли я вернуться? Смогу ли я вообще захотеть этого, узнав детали? Не разрушат ли его слова тот хрупкий стержень, что начал формироваться во мне? Ведь буквально вчера я была готова сражаться за свою новую жизнь здесь, готова была стать сильной.

Не успела я обдумать решение до конца, как кот спрыгнул с кресла и плавно прошел в конец комнаты, подальше от меня. Пространство вокруг него затрепетало, завихрилось, и фигура кота поплыла, пошла рябью. Потом повалил густой, черный, почти осязаемый дым. И передо мной снова возник Он. Тот самый монстр в бестелесной оболочке, с пылающими углями глаз и пастью, полной игл. Демон медленно облизнулся, и я услышала его голос — низкий, вибрирующий, полный древней мощи и неоспоримой силы.

— Спрашивай, Мира.

На мгновение дрожь во всем теле исчезла, вытесненная леденящим оцепенением. Я замерла. Он не опасен, он защищал меня, он может дать ответы, — отчаянно попыталась я убедить себя, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Я обернулась на Кариона, ища поддержки. Он ободряюще, почти неуверенно улыбнулся и тихо произнес:

— Всё в порядке, не бойся.

Легко сказать, — с горькой иронией подумала я, ощущая, как холодный пот стекает по спине. О чем же спросить? Мысли метались в голове в бешеном ритме, сталкиваясь и разбиваясь друг о друга. И тут я поняла. Есть только несколько вещей, которые действительно имеют значение. Те, что жгли меня изнутри. Сделав невероятное усилие, я заставила свой голос звучать твердо, обращаясь к демону:

— Готов ли ты отвечать правду?

Демон медленно кивнул своей ужасающей головой.

— Да.

— Ты можешь поклясться, что будешь отвечать только правду? — выдохнула я, чувствуя, как с каждым словом напряжение нарастает.

Демон задумался на мгновение, его красные глаза сузились, изучая меня.

— Клянусь, Мира.

Я вытерла вспотевшие ладони о грубую ткань брюк и произнесла первый, самый главный вопрос, от которого замерло все внутри:

— Скажи… у меня была семья?

Демон кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то почти человеческое.

— Да.

Хорошо, это я выяснила. В груди что-то кольнуло — то ли облегчение, то ли тревога. Я снова задумалась, собираясь с духом для следующего, еще более страшного вопроса.

— У меня был… муж? Или ребенок?

Демон ухмыльнулся, обнажая клыки, и его взгляд скользнул по бледному, как полотно, лицу Кариона.

— Нет, — четко и безразлично ответил он.

Из моей груди вырвался сдавленный, непроизвольный вздох облегчения. Оставлять свое дитя, своего мужа в другом мире… нет, я бы не смогла с этим жить. Мысль о том, что я никого не бросила, была подобно глотку свежего воздуха.

— Я рада, что это выяснила, — прошептала я больше для себя.

— Дальше, — проскрежетал демон, и в его голосе прозвучало нетерпение.

— Скажи… я была счастлива? В мире людей?

На этот раз демон задумался подольше.

— Этого я не знаю. Но могу сказать, что тебя неудержимо влекло ко всему волшебному. Ты искала его.

Я кивнула, переваривая эту информацию. Это что-то объясняло, но оставляло зияющую пустоту.

— Поняла.

— Что-то еще? — спросил демон, и его бестелесная форма начала слегка мерцать, словно теряя фокусировку.

Нервы снова натянулись, как струны. Я уже заметно нервничала, но отступать было некуда.

— Что тебя связывает с Карионом?

Демон сузил свои огненные глаза до двух тонких щелей.

— Твоя защита.

Я нахмурилась, чувствуя, что он снова уходит от прямого ответа.

— Тогда почему ты можешь разговаривать с ним без слов?

— Это уже не моя тайна, Мира, — его голос стал глуше, форма начала расплываться. — И ты исчерпала моё время в бестелесной оболочке.

С этими словами он стал стремительно уменьшаться в размерах. Воздух вокруг него снова завибрировал, исказился, и в одно мгновение передо мной снова сидел черный кот, лишь его красные глаза хранили отблеск той самой древней силы.

Я тяжело сглотнула, чувствуя, как адреналин медленно отступает, оставляя после себя опустошенную дрожь. Разговор был не из легких. Я посмотрела на Кариона. Он сидел, не двигаясь, его лицо было застывшей маской, не выражавшей никаких эмоций.

Тогда я встала и, набравшись смелости, подошла к нему.

— Что скажешь? Ты можешь рассказать мне правду? О себе?

Тишина повисла между нами. Его пальцы, лежавшие на коленях, замерли. Взгляд стал отстраненным, он смотрел куда-то сквозь меня.

— Не сейчас, Мира, — его голос прозвучал глухо, отрезая все дальнейшие вопросы. — Иди в купель. А после пойдем к правителю Арону. Я попрошу дать разрешение пожить нам в его дворе, чтобы мы могли тренироваться… — он резко, почти порывисто поднялся с дивана, отворачиваясь от меня.

— Но… — я попыталась возразить, почувствовав, как в груди закипает знакомая обида.

— Иди, Мира… — его голос прозвучал как приказ, не терпящий возражений.

Я опустила голову, чувствуя, как внутри все сжимается от горького кома. Почему? Почему он так отстраняется? Почему снова возводит эту стену? Сейчас он — единственный, кто может помочь мне, научить меня, кто просто находится рядом… и при этом держит между нами эту непроницаемую, ледяную дистанцию.

Сдавленно кивнув, я, побежденная, направилась к купели.

* * *

Теплая вода приятно успокаивала. Но после сегодняшнего разговора с демоном я никак не могла прийти в себя. Мысли метались, ударяясь о стены жестоких фактов и обманчивых полуправд.

Что мне делать? Довериться им или нет? Ведь Карион так и не раскрыл правды. Он снова отгородился от меня этой ледяной стеной. «Демон сказал — это не его тайна»… Чья же? И почему мысль о том, что Карион что-то скрывает, ранит куда сильнее, чем ужасающий облик демона?

Я с силой провела ладонями по лицу, смывая вместе с каплями воды набежавшие от отчаяния слезы. Нужно сосредоточиться на фактах. Единственное, что меня действительно успокоило и согрело изнутри, — меня ни чего не держало в мире людей. Я снова облегченно вздохнула и закрыла глаза, пытаясь расслабиться, поймать эту крупицу ясности.

Собравшись с духом, я вышла из купели. Капли воды стекали по разгоряченной коже, но внутри все еще клокотала буря от сегодняшних откровений. И тут я заметила на столике рядом аккуратно сложенные чистые лоскуты мягкой ткани. Щемящее чувство, теплое и колющее одновременно, сжало мне горло.

Он снова позаботился обо мне.

Я совершенно не понимала этой игры. Он то отстраняется, то хранит свои тайны, а то вдруг оказывается таким… заботливым и милым. Как бы я ни злилась на него за его ложь и недомолвки, в такие мгновения искренней, тихой заботы мое сердце предательски таяло, и мне до боли хотелось просто довериться ему, отбросить все сомнения.

Я осмотрелась в комнате. На вешалке висел комплект одежды — простые штаны и рубашка. Он был явно больше моего размера, но чистый и пахнущий свежестью. Я сполоснула свое единственное белье в воде, но оно все еще было насквозь мокрым. Отжимая его в отчаянии, я чувствовала свою беспомощность. Что же делать? Идти и спрашивать у Кариона про такое… нет, я скорее умру на месте.

Затем в измученной голове мелькнула спасительная искра. Я же разжигала костер! Может, я смогу высушить его магией? Слабая надежда заставила сердце забиться чаще.

Я обернулась в большое полотно, что нашла рядом с чистой одеждой — еще одна часть его заботы. Спасибо хоть за то, что кровь шла уже не так сильно. Осторожно присев на холодный край купели, я положила мокрое белье рядом с собой на камень.

Я положила ладонь над влажной тканью и закрыла глаза, изо всех сил сосредоточившись. Я мысленно представляла, как все тепло мира, все солнечное сияние собирается в маленький, послушный шарик у меня в ладони. Сначала я почувствовала, как ткань под рукой стала приятно нагреваться. Восторг и гордость волной хлынули на меня! Получается! Широкая, счастливая улыбка растянула мои губы. Я усилила подачу магии, желая поскорее закончить этот унизительный ритуал.

И тут внезапно прозвучал резкий, сухой хлопок. Пахнущий гарью. Я испуганно открыла глаза и увидела, как от моего белья пляшут тревожные желтые язычки пламени.

Я вскрикнула от ужаса и резко отодвинулась, как ошпаренная. В ту же секунду дверь в купель с силой распахнулась, и в проеме, заполнив его собой, возник обеспокоенный Карион.

— Мира! Ты в порядке? Что случилось?

Я почувствовала, как вся покраснела до корней волос. Мне было мучительно стыдно. Стыдно за свою неумелость, за этот пожар из ничего, за то, что я сожгла единственное белье, что у меня было, и теперь он это видит. Я молча сидела на краю, вцепившись пальцами в каменный край, и смотрела в пол, желая провалиться сквозь землю.

Карион медленно приблизился. Он не засмеялся, не вздохнул с раздражением. Он просто присел рядом на корточки, его высокая фигура вдруг стала меньше. Он посмотрел на черный, обгорелый след на камне, а затем перевел взгляд на меня. Его глаза были серьезными.

— Ты что-то подожгла? — тихо спросил он.

Я лишь кивнула, отчаянно сдерживая подступающие к горлу слезы. Предательская капля скатилась по носу и упала на колени.

— Что же? — спросил он еще осторожнее, будто имел дело с пугливым зверьком.

— Свое белье, — прошептала я, и голос дрогнул от унижения.

— Ого, — удивился Карион, и в его тоне не было ни капли насмешки. — А ты молодец.

Я подняла на него взгляд, полный недоверия и слез.

— Молодец? — неуверенно переспросила я, слыша, как захлебываюсь собственными рыданиями.

— Угу, — уверенно кивнул он. — Поджечь ткань мыслью, без заклинаний и жестов — это не так просто. Сила у тебя мощная, просто необученная. Ты хотела высушить мокрое белье?

— Да, — тяжело вздохнула я, чувствуя, как от его спокойных слов внутренний ураган понемногу начинает стихать, сменяясь горькой усталостью.

— Это ничего, — он мягко положил свою большую теплую руку мне на плечо на мгновение, и от этого прикосновения по телу разлилось странное успокоение. — Я схожу тебе за новым. Иди пока в комнату и отдохни.

Я просто кивнула, всхлипнув в последний раз. Я сама не понимала, что меня так сильно расстроило. Может, то, что я безумно испугалась собственной же магии, этой дикой, неподконтрольной силы внутри меня. А может, горькая обида на то, что я снова не справилась, что я полностью завишу от Кариона в таких простых, бытовых вещах. И неважно, лжет он мне или нет, — эта зависимость делала меня такой уязвимой.

Обернувшись поплотнее в полотно, словно в кокон, и прихватив с собой его большую одежду, я побрела в комнату, чувству себя абсолютно разбитой, но с крошечным угольком надежды, согретым его неожиданными словами: «Молодец».

Я лежала на кровати, уставившись в потолок. Мысли не давали покоя: сила, которая то не слушается, то вырывается наружу с таким разрушительным эффектом; демон, знающий мои самые потаенные секреты; Карион, эта ходячая загадка, от чьей мимолетной доброты закипает кровь и одновременно сжимается сердце. Как со всем этим справиться? Как не сгореть дотла?

Легкий скрип двери заставил меня вздрогнуть. Я обернулась, ожидая увидеть Кариона с обещанной одеждой, но в проеме никого не было. Опустив взгляд, я увидела его. Черный кот сидел на пороге, его красные глаза пристально следили за мной.

— Чего тебе? — произнесла я, и в голосе прозвучало столько усталой обиды, что мне стало стыдно за собственную слабость.

Демон склонил кошачью голову набок, а затем, не удостоив меня ответом, бесцеремонно вошел в комнату. Он прошелся по ней с видом полновластного хозяина, словно меня здесь и не существовало, и вальяжно устроился на кресле рядом с моей кроватью.

Возмущение кольнуло где-то глубоко внутри, но было тут же задавлено волной апатии. Ладно. Пусть. Может, это и к лучшему, что он не может ответить. Мне нужно выговориться, а он… он стал моим слушателем поневоле.

Я запрокинула руки за голову, снова уставившись в узоры на потолке, и повела монолог в пустоту, обращаясь скорее к самой себе.

— Знаешь, сначала я безумно злилась на вас обоих. Готова была стены рушить от этой ярости. Не знала, как дальше жить, запертой в этой ловушке из лжи и полуправд.

Я замолчала, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь ровным дыханием кота.

— А сейчас… Сейчас внутри такое опустошение, что сил враждовать с вами просто нет. Я выжата.

Я перевернулась на бок, встретившись с горящим алым взглядом. Кот сузил глаза, и мне почудилось в этом жесте раздражение. От моей слабости? От моих жалоб? Горькая ухмылка сорвалась с моих губ.

— Не знаю, сказал ли тебе Карион перед уходом или нет, но я сожгла свое единственное белье, — выдохнула я, и голос дрогнул от унижения. — Грёбанная магия, я просто хотела его высушить! Чтобы нормально одеться и не заляпать кровью одежду! А в итоге… в итоге устроила погребальный костер из последних трусов. Даже с таким, простейшим, я не справилась.

Я снова оглянулась на кота.

— А еще я совершенно не понимаю, стоит ли вам доверять. Обоим. И как с вами вообще сосуществовать? Один — демон, плетущий паутину из моих прошлых жизней, второй… второй лжет на каждом шагу, играя в свои тайные игры.

Кот внезапно хмыкнул, низкий, почти человеческий звук, и лениво потянулся, демонстрируя полнейшее равнодушие. И это равнодушие стало последней каплей.

— Но я бы хотела вам доверять! — сорвалось у меня с отчаянной, почти детской надрывностью. — Ведь вы… вы единственные, кто сейчас рядом. Единственные, кто… помогает мне!

Дверь снова скрипнула. В проеме стоял Карион. Его взгляд скользнул по коту, затем приковался ко мне.

— Всё хорошо?

— Чуууудесно, — протянула я, с насмешкой, которую сама же и ощущала фальшивой. Я села на кровати, подтянув к себе колени. — Скажи, что ты принес мне белье.

Карион усмехнулся уголком губ и вошел в комнату. Он молча положил на кровать рядом со мной три объемных свертка из мягкой бумаги. Затем его взгляд снова упал на кота, и в нем вспыхнули знакомые искры раздражения.

— Так и будешь лежать здесь? Выходи давай!

Кот лениво поднял голову, потянулся с преувеличенной неспешностью, а затем, встав на лапы, внезапно выгнул спину и зашипел на Кариона, обнажив крошечные острые клыки. Напряжение на мгновение повисло в воздухе. Но через секунду демон спрыгнул на пол и засеменил к двери, скрывшись в гостиной.

Карион проводил его взглядом и повернулся к выходу.

— Переодевайся и пошли обедать. Потом пойдем к Арону.

Дверь закрылась за ним с тихим щелчком, оставив меня в тишине. Я сидела, обхватив колени, и слушала, как бешено стучит мое сердце. Эта беготня, эти шипения, этот ледяной приказ… Меня снова отстраняли. Выставляли за рамки их странных, напряженных отношений.

С глубоким вздохом я привстала и взяла в руки первый сверток. Бумага шелестела, поддаваясь моим пальцам. Внутри лежали три пары белья. Не просто куски ткани, а красивые, изящные вещи, с кружевами и тонкими лямками. Я невольно провела по ним пальцем, и что-то дрогнуло внутри. Затем я развернула остальные. Комплекты одежды — просторные рубашки из мягкой ткани и удобные черные штаны.

Я быстро надела рубашку и штаны и подошла к зеркалу. Ткань легла идеально, облегая изгибы, там где нужно, не сковывая движений. Он угадал с размером. До мелочей.

— Спасибо, Карион, — прошептала я своему отражению, и на моих губах дрогнула неуверенная, но искренняя улыбка.

Собравшись с духом, я выпрямила плечи и вышла из комнаты, чтобы присоединиться к ним. К тем, кому я так отчаянно не доверяла и кому так отчаянно хотела доверять.

* * *

Мы молча ели. Каждый кусочек сочного мяса таял во рту, наполняя меня теплом и удивительным чувством умиротворения, таким контрастным внутреннему урагану. Я блаженно прикрывала глаза, полностью отдаваясь простому удовольствию от еды, пытаясь заглушить им непонимание от его недавних слов, когда вдруг ощутила на себе чей-то пристальный, тяжелый взгляд.

Подняв глаза, я увидела Кариона. Он сидел напротив, опершись подбородком на сцепленные пальцы, и наблюдал за мной. Не с насмешкой, не с досадой, а с каким-то странным, непонятным выражением. В его взгляде было что-то тёмное, сосредоточенное, почти болезненное. Будто он пытался разгадать сложнейшую загадку, а эта загадка — была я.

Мне повезло, что Карион не против нам готовить, сама бы я не хотела сейчас этим заниматься. Мысль была до смешного бытовой, попыткой уцепиться за что-то простое в этом водовороте чувств.

Как только мы закончили, я подошла к выходу, и заметила, что кот так и остался лежать на подушке, свернувшись в черный бархатный клубок.

— А почему демон остается? — спросила я, прерывая тягостное молчание.

Карион ухмыльнулся, его взгляд скользнул по неподвижной фигуре.

— А он не может пойти. Вместе с Ароном могут присутствовать его маги, и они почувствуют силу, исходящую от него.

Я нахмурилась, ощущая знакомое щемящее недоверие.

— Значит, его нахождение среди нас — тайна?

— Пока да, — коротко ответил Карион и резким движением подбородка показал на выход. — Идём, нас уже ждут.

Я лишь кивнула и поспешила за ним.

* * *

Дорога к дворцу была подобно путешествию в небесную обитель. Серпантин, вырубленный прямо в скале, вился все выше и выше, открывая головокружительные виды на долину, утопавшую в дымке. Воздух здесь был чистым и холодным, а ветер на этой высоте был пронизывающим — он забирался под одежду, заставляя меня ежиться и кутаться плотнее. Я оглядывала местных эльфов — все они, стройные и изящные, были одеты в легкие, струящиеся одеяния, будто не замечали ледяного дыхания гор. Даже Карион в своей вечной тонкой рубашке выглядел абсолютно спокойным, его плечи были расслаблены.

— Карион, — я дрожала, зубы предательски стучали, — почему вам не холодно? Я буквально замерзаю!

Он резко остановился, его брови сдвинулись. Без лишних слов, с тем же раздраженным видом, он схватил мою руку и потащил к небольшой лавке, уютно притулившейся у края дороги.

— Куда мы? — я едва поспевала за его длинными шагами, спотыкаясь на неровностях. — Я не успеваю! Ты видел свои ноги? Один твой шаг — это три моих!

Карион даже не обернулся, но его пальцы, сжимавшие мое запястье, неожиданно ослабели, сжали мою руку чуть нежнее. В этом жесте было что-то… обнадеживающее, крошечная уступка, от которой сердце сжалось еще сильнее.

Мои возмущенные возгласы так и повисли в воздухе, когда мы резко остановились перед маленькой лавкой, завешанной пестрыми тканями. За прилавком стояла эльфийка — пышная, миловидная, с соблазнительными формами, которые так контрастировали с моей хрупкостью. Ее миндалевидные глаза сразу же загорелись при виде Кариона, будто он был единственным посетителем во всём Дворе Неба.

— Карион! Дорогой мой, что привело тебя в мои скромные владения? — ее голос звенел, как колокольчик, слишком сладко и нарочито для моего взвинченного слуха.

Карион сделал шаг в сторону, обнажая меня словно на сцене, выставляя на всеобщее обозрение.

— Здравствуй, Ленора. Я не один. Позволь представить — Мира, моя спутница. Мы приехали навестить правителя и… потренироваться.

— Как замечательно! — эльфийка сложила руки у груди, ее взгляд скользнул по мне оценивающе, быстро и безжалостно. — Очень рада познакомиться, Мира. — В ее улыбке было что-то хищное, острое. — Так значит, наш Карион наконец-то нашел себе пару?

Сердце почему-то неприятно и резко сжалось, будто его сдавила ледяная рука.

— Нет, — Карион ответил слишком ровно, слишком спокойно, отчеканивая каждое слово. — Мы просто связаны общим делом. Правда, Мира?

Внутри меня что-то кольнуло, натянулась какая-то струна. Почему эта вычурная торговка смотрит на него так, будто он ее собственность? И почему он так подчеркивает эту деловую связь, будто я для него всего лишь обуза?

— Ко-неч-но, — я нарочно протянула, подмигнула Леноре с видом заговорщицы и слегка склонила голову, давая понять, что между нами куда больше, чем он говорит. Необъяснимое, острое желание позлить ее, поставить на место, вспыхнуло во мне, смешавшись с обидой на него. Я повернулась к Кариону и с преувеличенной заботой начала смахивать несуществующие пылинки с его плеча, специально задерживая пальцы на оголенном участке кожи у шеи, чувствуя, как подушечки пальцев горят от прикосновения.

Карион сначала нахмурился, затем его взгляд метнулся от меня к Леноре. Внезапно его губы дрогнули в короткой, едва заметной ухмылке. Он глубоко вздохнул, пожал плечами и уставился на меня, высоко подняв брови.

Ленора вытянула лицо, ее пальцы забарабанили по стойке, выбивая раздраженную дробь.

— Ну что ж… ясно. От меня что-то требуется? — ее голос стал резким.

— Будь добра, Ленора, — Карион говорил с подчеркнутой, почти язвительной вежливостью, указывая на меня подбородком. — Нам нужен теплый плащ с меховой подкладкой и воротником. Черный. По размеру Миры.

— Сей-час, — эльфийка протянула сквозь зубы и исчезла за тяжелыми завесами, нарочито раскачивая бедрами.

Я закатила глаза так сильно, что чуть не увидела собственный мозг. Карион тихо хмыкнул и наклонился ко мне, его дыхание коснулось моей щеки:

— Ленора добрая женщина, не суди ее строго.

— Мне-то какая разница? Я разве что-то сказала? — я скрестила руки на груди, демонстративно развернувшись к выходу. — Хотя тебе, впрочем, виднее.

— Мира, ты злишься на меня? — его голос прозвучал тише, без насмешки.

— Нет, — я бросила односложный ответ, уставившись в стену с таким ожесточением, будто пыталась прожечь ее взглядом.

— Я не понимаю… — начал он, но в этот момент штора раздвинулась, и Ленора вернулась с роскошным свертком в руках.

— Вот… думаю, будет в самый раз, — пробурчала она, почти швыряя ткань.

— Открой, Мира, примерь, — Карион говорил мягко, но в его глазах читалось напряженное любопытство, будто от моего ответа зависело что-то важное.

Я медленно подошла к стойке, разворачивая сверток с преувеличенной аккуратностью. Ткань скользнула между пальцами — невероятно мягкая, тяжелая, словно сотканная из самой ночи. Плащ развернулся во всей своей красе: глубокий черный цвет с едва уловимым синим отливом. Накинув его на плечи, я почувствовала, как густая меховая подкладка мгновенно согревает, обволакивая тело пушистым, нежным облаком.

— О… — вырвалось у меня непроизвольно, искренний восторг, который я не смогла сдержать. Пальцы сами собой потянулись к воротнику — широкому, тёплому, из того же роскошного меха. По краям мерцала тончайшая вышивка: серебряные нити переплетались с графитовыми, создавая замысловатые узоры, напоминающие ветви древних деревьев. Обнаружив потайные карманы, я невольно улыбнулась — практично и элегантно.

— Похоже, Ленора постаралась… — прошептала я, внезапно смягчившись. Повернувшись к торговке, я искренне улыбнулась: — Спасибо, мне очень нравится.

Но эльфийка демонстративно отвернулась, устремив взгляд на Кариона, будто я была пустым местом. Тот одобрительно кивнул, выкладывая на прилавок несколько звонких монет.

— Спасибо, — его голос звучал тепло, но это тепло было адресовано не мне. — Нам пора, Мира.

Внутри что-то екнуло, сжалось от новой порции обиды. «Вот же вредная…» — промелькнуло в голове, я уже собралась извиниться за свою резкость, но, увидев этот ее взгляд, полный надменности, передумала. Не сказав ни слова, я резко развернулась и вышла из лавки, нарочито быстро зашагав по улице, чувствуя, как плащ развевается за моими плечами словно знамя.

— Мира! Куда ты бежишь? — Карион легко догнал меня несколькими длинными шагами. — Во-первых, я все равно быстрее, во-вторых, ты не знаешь дороги!

— Ты думаешь, я не разгляжу замок среди этих домов? — огрызнулась я, внезапно остановившись. Карион едва не налетел на меня, его тело на мгновение оказалось опасно близко.

— Да что происходит? — он схватил меня за плечо, заставив обернуться. Его пальцы жгли сквозь ткань плаща. — Тебе не понравился плащ?

— Всё мне понравилось! — я вырвалась, чувствуя, как жар разливается по щекам. Просто хочу поскорее увидеть правителя Арона!

Карион нахмурился, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки.

— Зачем?

— О, да ты издеваешься! — я развела руки в разные стороны, и плащ взметнулся темным крылом. — Мы для чего идем? Чтобы поговорить с ним! Не задавай очевидных вопросов!

— Отлично… — сквозь зубы процедил он, и в его глазах вспыхнули знакомые искры гнева.

— Отлично! — парировала я, нарочито копируя его язвительную интонацию.

Мы стояли посреди улицы, словно два клинка, сошедшиеся в поединке, буравя друг друга взглядом. Ветер трепал его темные волосы и играл полами моего плаща, а Карион смотрел на меня с тем самым странным выражением, которое я все еще не могла расшифровать. В его глазах читалось что-то между раздражением и… восхищением? Нет, наверное, это была лишь ярость.

— Тогда идем, — наконец, сказал он, резко развернувшись. Но на сей раз он не зашагал впереди, а пошел рядом, и это молчаливое плечо, идущее в ногу со мной, было напряжено до предела.

Воздух между нами был тяжелым, наполненным невысказанными словами и обидой, которая жгла мне грудь. С каждым шагом величественное сооружение вырастало перед нами, подавляя своим величием, и это хоть как-то отвлекало от боли внутри. Замок, казалось, был высечен из самой скалы — его остроконечные башни впивались в небо, а стены сливались с горной породой, создавая впечатление, будто это не творение рук эльфов, а произведение самой природы. Я чувствовала себя крошечной и потерянной перед этим каменным исполином.

Массивные ворота, украшенные замысловатыми узорами, охранялись стражниками в блестящих доспехах. При нашем приближении они улыбнулись, но их дружелюбие не смягчило каменное выражение лица Кариона.

— Здравствуй, Карион, какова цель визита? — спросил один из стражей, его голос эхом разнесся по каменным стенам.

Карион шагнул вперед, его осанка сразу стала более официальной и отстраненной:

— Мы с моей спутницей Мирой, ведьмой без клана и союзов, прибыли для аудиенции у правителя Арона.

— Ждите здесь, — кивнул стражник и жестом отправил одного из подчиненных внутрь.

Я затаила дыхание, наблюдая, как огромные ворота медленно распахнулись. Когда посланник вернулся и прошептал что-то старшему, тот повернулся к нам:

— Правитель примет вас. Следуйте за мной.

Карион едва заметно наклонил голову и жестом предложил мне идти первой. Этот жест был формальным, холодным. Он похоже все еще злился.

Внутри замок поражал воображение. Высоченные потолки, украшенные фресками, создавали ощущение, будто находишься под открытым небом. Но вся эта красота не радовала — я чувствовала на себе взгляд Кариона, его напряженную молчаливую фигуру. Он шел так, будто между нами пролегла пропасть.

Правитель Арон встретил нас непринужденной улыбкой. В его простой одежде и растрепанных темно-русых кудрях была какая-то особая харизма.

— Здравствуй, Арон, — поздоровался Карион, слегка склонив голову.

— И тебе здравия! Давно не заглядывал, — Арон встал и широко улыбнулся. — Познакомишь меня со своей очаровательной спутницей?

— Это Мира. Мы… преследуем общую цель.

— Вы вместе? — Арон игриво поднял брови. — Пара?

— Нет, — я ответила чуть резче, чем планировала, чувствуя, как напряглась спина Кариона. — Нас связывает только общее дело. Не так ли, Карион?

Он лишь нахмурился, но промолчал.

Арон разливал вино по бокалам, его движения были плавными и уверенными. Его взгляд скользнул по мне, задержавшись чуть дольше необходимого.

— Мира, вы невероятно красивы. Скажите, к какому Двору принадлежите?

Я почувствовала, как под взглядом Кариона спина стала деревянной. Он сидел неподвижно, но напряжение исходило от него волнами.

— Ни к какому. Я свободная от союзов ведьма.

— Превосходно! Оставайтесь у нас! — Арон воскликнул с такой искренностью, что Карион резко закашлял в кулак. Я почувствовала его взгляд — тяжелый, предупреждающий.

— Я пока не решила, но благодарю за приглашение, — мягко ответила я, намеренно глядя только на Арона.

— У нас чудесный народ и веселые праздники. Один из них как раз через пару дней — останьтесь хотя бы посмотреть!

— Карион уже рассказывал. Я бы с удовольствием…

— Давайте перейдем к делу, — Резко перебил нас Карион. Его пальцы с силой сжали бокал.

Арон вздохнул, но кивнул:

— Да-да, конечно. Что привело вас ко мне?

Карион чуть наклонился вперед, понизив голос.

— Я считаю, Ночной Двор замышляет захват земель. Миада контролирует Зораха. Она пленила моих братьев — Дорока и Тераса, убила подругу Миры. Нам едва удалось бежать.

Арон вскочил, ударив кулаком по столу:

— Я так и знал! Они хотят войны между Дворами!

— Не могу сказать точно. Я пришел предупредить — собирайте союзников.

— Разошлю письма другим правителям. Созовем собрание.

Я не выдержала, прорвавшись через их мужской диалог:

— У меня есть идея!

Оба повернулись ко мне, удивленные.

— Ночной Двор славится своими… эээ… вечеринками, — начала я, чувствуя, как предательский румянец заливает щеки.

Арон игриво приподнял брови:

— Ты про те, где…

— Да! — поспешно перебила я. — Мы могли бы проникнуть на них и выведать информацию, ну или посмотреть, кто из других правителей в союзниках у Зораха…

— Я могу составить компанию! — Арон наклонился ко мне через стол, его глаза сверкали азартом.

— Нет! — Карион вскочил так резко, что его бокал опрокинулся, и красное вино разлилось по дереву стола, как кровь. Мы уставились на него. — Это… слишком опасно. Они знают, как мы выглядим.

Я улыбнулась, наслаждаясь его вспышкой гнева.

— Они не знают, как выгляжу я теперь.

Арон нахмурился:

— Как это?

Карион тяжело вздохнул, отведя взгляд:

— После нашего побега Мира была при смерти. Я отнёс её к Древнему Источнику. Он… изменил её.

Арон побледнел.

— Источник не утопил тебя? Это невозможно! Со времен Первой Ведьмы такого не было! — Он схватил меня за плечи, его пальцы впились в кожу. — Ты кому-то еще говорила об этом?

— Н-нет… только вам, — выдохнула я, смущенная его внезапной горячностью.

Арон зашагал по комнате, бормоча себе под нос. Внезапно он остановился и резко повернулся:

— Откуда ты?

Я растерялась под его пристальным взглядом. Карион нахмурился, его голос был ровным, но в нем слышалось напряжение:

— Она из другого мира. Моргат притащила ее сюда, поменявшись телами.

— Моргат⁈ Где она сейчас?

— В мире людей.

Арон опустился в кресло, потирая виски:

— Карион, я твой друг, но что за хрень здесь происходит?

Карион тяжело вздохнул:

— Моргат спряталась от Миады, использовав Миру. Почему — не знаем. Когда мы попытались разобраться с Миадой… ну, результат ты видишь.

Арон повернулся ко мне, и его взгляд стал пронзительным:

— Как ты выжила в Источнике?

Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями. Я чувствовала, как Карион смотрит на меня, но не решалась встретиться с ним глазами.

— Когда Миада убила мою подругу и поработила Дорока… она пронзила меня заклятьем. Карион спас меня, но я была на пороге смерти. Тогда он отнес меня к Источнику. Источник… он говорил со мной. Дал мне новое тело, но с условием — я должна остановить Миаду.

Арон задумался, его взгляд стал отстраненным:

— Значит, Источник избрал тебя… Правители будут бороться за твоё место при их Дворе. В тебе магия древних. — Его взгляд стал пристальным, почти физически ощутимым. — В тебе есть что-то… притягательное.

Карион громко, почти демонстративно кашлянул:

— Арон, мы можем использовать тренировочную площадку? Мне нужно обучить Миру.

— А мне нужна ведьма-учитель! — добавила я, подчеркивая свою самостоятельность.

— Во Дворе Воды есть община ведьм, — задумчиво сказал Арон.

— А Двор Воды дружелюбен? — спросила я.

Арон улыбнулся, и его взгляд снова скользнул по мне, заставляя чувствовать себя неловко:

— Смотря к кому. Но для такой очаровательной ученицы… — Карион, сидевший рядом сжав кулаки, резко отвел взгляд, его челюсть напряглась.

Арон оживился, его зеленые глаза засверкали:

— Я распоряжусь, чтобы стража пропускала вас на тренировочные площадки, и немедленно отправлю письмо к правительнице Двора Воды с просьбой об аудиенции. И конечно же, жду вас обоих на празднике Первого Полёта! Это будет незабываемое зрелище!

Я не удержалась и перебила, вцепившись пальцами в край стола:

— А как же мой план с посещением Двора Ночи?

Арон задумчиво потер подбородок:

— Обсудим это после праздника. У меня есть маги, возможно они, смогут изменить внешность Кариона до неузнаваемости. — Его взгляд скользнул по фигуре Кариона, оценивающе. — Зорах не раз приглашал меня на свои… увеселения. Союз с соседним Двором для него большая удача. Но будьте осторожны — особенно ты, Мира.

— Хорошо… и… спасибо, Арон, — Карион кивнул, его голос звучал неестественно ровно, будто через силу.

Я сделала изящный реверанс:

— Да, спасибо вам огромное.

Арон задержал на мне взгляд, его губы растянулись в медленной, оценивающей улыбке.

— Прекрасно… — прошептал он так тихо, что я едва расслышала.

Внезапно Карион резко вскочил. Его лицо исказила гримаса чистого раздражения. Он грубо схватил меня за запястье и потащил к выходу.

— Карион, полегче! — я взвизгнула, спотыкаясь о подол плаща. Его пальцы впились в мою кожу как тиски.— Куда ты так…

— У нас нет времени на эти светские церемонии, — сквозь зубы процедил он, не замедляя шаг.

Только у массивных ворот замка он отпустил мою руку. Я потерла покрасневшее запястье.

— Мы пришли обсуждать серьезные дела, а не кокетничать с правителем!

— Что⁈ — я не верила своим ушам. — Ты серьезно⁈

— Да!

— Карион, я просто была вежлива! Ты думаешь…

— Я не думаю ничего! — его голос сорвался, в нем прорвалась долго сдерживаемая боль. — Ты вроде вообще была с Дороком, я видел ваш поцелуй! А теперь любезничаешь с Ароном…

Имя Дорока прозвучало как пощечина. Перед глазами встали его глаза, рука с кинжалом… Леама… Кровь… Предательство… По щекам потекли горячие слезы.

— Карион… — мой голос дрогнул.

Его лицо исказилось раскаянием.

— Мира, я не хотел…

Но я уже развернулась и бросилась прочь, не в силах сдержать рыдания. Я бежала, не разбирая дороги, плащ развевался за мной как темное знамя. Я знала — он последует. Но сейчас мне нужно было просто бежать — от боли, от воспоминаний, от этих противоречивых чувств, что разрывали сердце на части.

Я не помнила, как мои ноги несли меня по извилистым улочкам Двора Неба. В голове постоянно прокручивались одни и те же ужасные кадры: Дорок, его рука, сжимающая кинжал; Леама, падающая на колени; её глаза, полные непонимания и боли… Я чувствовала, как её тёплая кровь сочится сквозь мои пальцы, как её тело становится всё тяжелее на моих руках…

Сердце бешено колотилось, его удары отдавались в висках. В ушах стоял такой гул, что я не слышала даже собственных шагов. Когда передо мной возник знакомый дом, я остановилась как вкопанная, дрожащая рука замерла в сантиметре от дверной ручки.

Карион подошёл бесшумно, как тень. Его грудь слегка коснулась моей спины, когда он протянул руку и повернул ручку. Дверь бесшумно распахнулась, и его ладонь мягко, но настойчиво подтолкнула меня вперёд. Я шла, словно во сне, не осознавая окружающего.

Едва мы переступили порог, чёрный кот метнулся к нам из глубины комнаты. Он нервно обходил нас кругами, его хвост дёргался, а низкое, тревожное урчание вибрировало в воздухе. Он то терся о мои ноги, затем шипел, словно хотел поругать нас.

На кухне Карион усадил меня на стул с такой осторожностью, будто я была хрустальной вазой. Кот устроился у моих ног, не сводя с нас горящего алого взгляда. Карион взял стакан, наполнил его водой, добавил веточку мяты, и осторожно пододвинул ко мне.

— Знаешь… — его голос прозвучал необычно мягко, — Извини меня. Я не хотел тебя обидеть. Просто… — Он провёл рукой по лицу, а кот в этот момент издал короткий, одобрительный звук. — С тех пор, как ты была в том состоянии… Я, возможно, слишком опекаю тебя. Мне постоянно хочется защитить тебя, хотя я прекрасно понимаю, что после перерождения в Источнике в тебе, возможно, больше силы, чем во всех нас вместе взятых.

Его слова, такие искренние, такие непохожие на обычную резкость Кариона, согрели меня изнутри. Лёд вокруг сердца дал трещину. Кот, словно чувствуя это, перестал шипеть и притих, внимательно наблюдая.

— Карион… — мой голос дрогнул.

— Не надо, Мира. Я действительно виноват. Какое право я имею тебя в чём-то ограничивать? — Он сжал кулаки на столе. Кот тут же вскочил на стол и, проходя мимо, легонько ткнулся головой в моё плечо. — Я обещаю быть сдержаннее и не вмешиваться в твою жизнь.

А хочу ли я, чтобы он не вмешивался? Да, его слова причинили боль, разбередили незажившие раны. Но именно его забота, его неумение оставаться равнодушным не давали мне снова погрузиться в пучину отчаяния. Он был моим защитником в этом чужом мире.

— Карион, послушай… — Я глубоко вдохнула. Кот спрыгнул со стола и снова устроился у моих ног, его спокойное присутствие странным образом укрепляло меня. — Я не злюсь. Всё в порядке. У нас сложная ситуация, мы оба… Просто… не напоминай мне о том дне. Я ещё не готова.

— Я понял, — он кивнул, и в его глазах читалось облегчение. Демон-кот, наконец успокоившись, лениво потянулся и ушёл в угол комнаты, укладываясь калачиком, но его уши оставались насторожёнными.

Я заставила себя улыбнуться, хотя внутри всё ещё бушевала буря:

— Мы пойдём на тренировку сегодня?

— Сегодня? — он искренне удивился.

— Да.

— Ты правда хочешь?

— Да, Карион. Хочу.

Мои пальцы обхватили стакан. Вода была прохладной, мята освежала. Я сделала глоток, чувствуя, как тревога понемногу отступает. Впереди была тренировка, а значит — шаг вперёд. Шаг к тому, чтобы стать сильнее. Шаг к мести за себя и Леаму…