— Аль, мы закажем доставку или поедем сами в супермаркет? — весело чирикаю я, планируя праздник.

— У меня есть имя, данное родителями. И, по-моему, вполне благозвучное. Я тебе говорил как-то об этом, — недовольно поджал губы мой любимый мужчина.

— Ну должны же быть ласковые прозвища у пары? Альберт — это сухо и официально. А Медвежонок и Пусик мне как-то претит. Такое слюняво-пошлое, — миролюбиво поясняю свою точку зрения.

— А я считаю прозвища — это мещанство и примитивность. Ты Мария и Маша. Зачем я должен опускаться до уровня приматов? Это в зоопарке или в цирке зверюшек подзывают — иди сюда, лапочка или там сладенький! Меня вполне устроит, если ты будешь обращаться ко мне, как моя мама к отцу: «Дорогой!». Раз уж Альберт для тебя сухо.

Алик встал не с той ноги, прячьтесь домочадцы! Нет, он, конечно, не тиран и деспот. Просто жуткий педант, и для него не существует мелочей. Но своего мужчину нужно или принимать со всеми его тараканами, или с ним расстаться.

Я уже принимаю. Тем более, что в остальном он совершенно положительный. На работе выкладывается по полной. Огромная ответственность плюс работа с людьми. Это всегда выматывает. Поэтому я стараюсь не обращать внимания на его периодическое брюзжание. Ведь маска сурового начальника крепко прилипает.

— Хорошо, дорогой! — уступаю, как всегда, потому что кто-то же должен в семье это делать. Я и раньше считала, что спорить по мелочам — это глупо и не приведет ни к чему хорошему. А следуя наставлениям Ларчика усвоила, что пытаться подчинить мужчину — это превратить совместную жизнь в бои без правил. Главное, чтобы… ой, масло масляное… Главное, чтобы в главных вопросах считались с твоим мнением. А не так что: «Я уважаю твое мнение, если оно совпадает с моим».

Получаю одобрительный кивок и улыбаюсь про себя. Ну право, как ребенок!

— Дорогой, ты не ответил на мой вопрос. Мы сами в супермаркет поедем за продуктами или закажем доставку? — возвращаю любимого к теме подготовки к Новому году.

— Ну если все есть в доставке, то зачем мы будем толкаться по очередям? Это же очевидно. Кстати, что ты планируешь готовить? Придут мои родители, — многозначительно напомнил он.

— Я не забыла, — тщательно скрывая, что от этого факта у меня во рту будто уксус появляется, ответила я и продолжила: — Из холодного. Мясная нарезка, сырная тарелка, рыбная нарезка. И к году Дракона я нашла салат «Дракон», там все просто — рис, кукуруза, ветчина, огурец, лук, яйца, майонез, потом формируем тушку дракона, засыпаем тертым сыром, зеленью, украшаем каперсами …

— Маша, если мне нужно будет узнать рецептуру, я открою кулинарную книгу, — прервал он мой поток гурманского восторга. — Я про блюда.

— Оливье, — отчеканила я, немного обидевшись на его резкость.

— Какое еще оливье? — вздернул он бровь.

— Классическое. Ты, что, никогда не ел оливье?

Альберт мученически воздел очи к потолку, изображая: «Ой, все!»

— Вот не зря говорят: «Можно вывезти девушку из деревни, но деревню из девушки вывезти нельзя!» Давай, удиви маму холодцом, селедкой под шубой! Что там еще?

Хотелось привести как аргумент слова из мультика про богатырей: "Оливье не едать — год денег не видать", но я воздержалась. Он глупостями, вроде просмотра мультиков, не занимается. А значит, посчитает цитату еще одной деревенской мудростью. Поэтому я решила, что данная ситуация дана для того, чтоб я лучше познала пресловутый дзен.

— Ну Муром не такая уж и деревня, — произнесла я как можно равнодушней, но обида острой иголкой кольнула душу. Во-первых, деревня или не деревня — на суть человека не влияют. Почему же он не выбрал москвичку? Что-то мне подсказывает, что ни одна москвичка его мелкие придирки и вот такие уколы терпеть не будет. Девушка, которая не боится вылететь с квартиры и остаться голодной, понятно, что будет более уверенной в себе. У нее больше времени и средств на саморазвитие, интересные хобби и уход за собой.

— Не цепляйся к словам. Я не то хотел сказать, — понимая, что перегнул с критикой, Алик пытался сделать вид, что он объективный и справедливый человек. — Придут мои родители. А ты им оливье на стол! Понимаешь ассоциации? Оливье, проснуться мордой в оливье, пьянка, самогон, деревенское гулянье, прошлый век. Ты же знаешь, мама пока не в восторге от того, что мы вместе живем.

Молодец, выразился изящно — «Мы вместе живем». Хотя по факту должно было звучать: «Или ты не хочешь, чтоб мама наконец одобрила твою кандидатуру?!»

Но я не стала цепляться, понимая, что он тоже не в восторге от реакции мамы.

Теперь пришлось закатить глаза мне.

— Аль… Дорогой! — я выставила вперед раскрытую ладонь, как бы останавливая поток словоблудия. — Я уже не маленькая, и понимаю. Если мама захочет, она не одобрит мою кандидатуру в любом случае. А салат оливье, к твоему сведению, был создан московским ресторатором и владельцем ресторана «Эрмитаж» на Трубной площади. И между прочим, рестораном для элиты.

Правда, спорить с ним было делом совершенно тухлым. Особенно, если речь заходила о его маме. Не надо иметь третьего глаза, чтоб понять, как она ко мне относится. Как к пробнику невесты для ненаглядного сыночка. Понюхали, прихватили с собой, потом забыли. Это она и демонстрировала оба раза, когда мы встречались. Тогда, в ресторане, и на дне рождения Занского-старшего, который потребовал отменить все торжества, и мы отметили его в узком семейном кругу у них дома. Просто ужином.

И вот теперь, в самый волшебный и чудесный праздник, я должна вытянуться в струнку, потому что маменька изволит посетить нас.

И судя по виду Алика, в меню явно не хватает тушеных язычков райских птичек…

А еще подарки. Или он сейчас тоже скажет, что это мещанство? Градус предпраздничного настроения присполз. Я- то рассчитывала, что мы будем вдвоем. Волшебное мерцание огоньков, бесподобный аромат запеченной курочки, ароматические свечи, красиво украшенный стол, ради которого я готова целый день не отходить от плиты.

И еще у меня теплилась надежда, что в такой восхитительной обстановке любимый сделает мне предложение, наконец. Ведь я тоже себя приведу в порядок