Ничего хорошего такая ситуация не предвещала. Но рядом был Денис, и я хоть и перетрухнула, но вцепившись в его руку, немного успокоилась. У Альберта нет связей в криминальном мире. А грабить таксиста и пассажирку с двумя дешевыми чемоданами на такой шикарной машине … Ну такое…

Поэтому я решила, что ко мне эта остановка не имеет никакого отношения. Однако первый день Нового года не все сюрпризы на меня вывалил. Из машины вышел Дежнев, собственной персоной. Открыв мою дверцу, сухо заметил.

— Почему-то я не удивлен. Пересаживайся, — и обращаясь к Денису, добавил: — Я нанял вашу подругу в гувернантки к своей дочери. Так что можете ее чемоданы перегрузить ко мне.

Денис понимающе кивнул, а я все еще хлопала глазами, не веря им.

— А как вы здесь оказались?

— Решил подстраховаться. Попросил ребят из охраны перекинуть мне на ноут изображение с камер. Ведь ты постоянно влезаешь туда, где ждут неприятности.

— Но они же ждут, — упавшим голосом я процитировала котенка Гав. Дежнев только покачал головой — иного он от меня и не ожидал.

— А как же вы оставили Аришу? — опомнилась я.

— Написал записку. Что, расставание не прошло в теплой дружественной обстановке? Почему задворками удираем? — начал допрос Дежнев.

— Не прошло. Он меня оскорбил, и я его ударила. И он собрался вызывать полицию, — сгорая со стыда, объяснила я.

Дежнев поморщился, будто лимон съел.

— Ты прямо как магнит для козлов!

Я чуть не ляпнула: «Надеюсь, вы будете исключением!» Но успела придержать язык. Не надо никаких личных параллелей проводить. А то потеряет терпение и прогонит меня из-за полного несоответствия.

— Давай в машину!

— А вас не привлекут за соучастие? Мимо охраны будем ехать, наверняка ж на камерах все будет видно? — опять забеспокоилась я, с трудом влезая на высоко расположенное сиденье.

— А может, ты сразу в МЧС пойдешь, раз у тебя спасательство в крови?! — Дежнев опять покачал головой, и я испугалась. Кажется, сейчас моя судьба прям на чаше весов. Я добрая и Ариша меня признала — на одной. И куча проблем, растущих снежным комом — на другой. Оставалось надеяться, что перевесит первая в условиях дефицита нянь. И я осмелела.

— Ну правда! Я ж не только его ударила, но еще и посмела бросить! Боюсь, он жаждет моей крови…

— Придется искусственной ограничиться. Твоя кровь мне еще пригодится, — хмыкнул Дежнев и, увидев, как я съежилась, смилостивился.

— Я поздравлял ребят с Новым годом. Сейчас накину им на Рождество, и записи, где ты ошалелым оленем мечешься по двору и подъезду бывшего случайно исчезнут. И твой ушлепок ничего не докажет. Сам упал и ударился. Еще и привлекут его за ложное обвинение, так как я смогу подтвердить, что ты была с Аришкой.

С ума сойти! Я тут трясусь, как осиновый лист от страха, уже собираюсь «Владимирский централ» петь… А он щелчком пальцев может решить проблему.

Против моей воли, статус Дежнева «Божество» уверенно укреплялся. Он просто невероятный! Заехав в подземный паркинг, спаситель коротко пояснил:

— Поднимемся на грузовом лифте.

Как скажете, босс! Я уже собралась, как челночница, тащить свои чемоданы, как Дежнев меня опередил. Словно пустые, он легко вытащил их из багажника. «Пикнул» сигнализацией, и, не оглядываясь, направился к лифту. А я, как фантик на веревочке для кота, засеменила следом, еле успевая за его размашистым шагом.

Едва Дежнев открыл дверь, я увидела Аришку, которая мгновенно выскочила в коридор. Увидев меня, она кинулась обниматься. Я бросила быстрый взгляд на Дежнева, опасаясь, что он не обрадуется такому явному предпочтению. Однако он и ухом не повел, будто такая реакция для него была ожидаема.

Для полноты картины притопал заспанный Коржик, влезая между нами.

— Так. Хватит тут сцену на вокзале изображать! — Дежнев решил прекратить поток лобызаний, мешавший ему пройти.

Я наклонилась и, быстро чмокнув девочку в макушку, прошептала ей на ухо.

— Иди в комнату, я сейчас.

И, собираясь раздеться, чуть не простонала. Я же до сих пор в шубке Снегурочки! Мне, что, и в Сочи придется в ней лететь?!

А из квартиры выходить в таком наряде чревато последствиями — охранникам слишком много придется записей удалять. Да и вообще появляться во дворе одной опасно — вдруг с Альбертом столкнусь. А я еще морально не готова к этому.

И что делать?! Сняв валенки и шубку, по одному, стараясь не громыхать, как мышка в норку, я затащила чемоданы в отведенную комнату. Но расслабиться и облегченно выдохнуть не получилось. Дежнев властным стуком в дверь заставил меня подорваться.

— Паспорт давай! — коротко потребовал он.

— Зачем? — ляпнула я и испугалась, что снова заставила Дежнева усомниться в моей сообразительности.

— Билет сам себя купит? — поджав губы, он покачал головой.

Я послушно вынула из сумочки документ, после чего в измученную передрягами голову опять дятлом застучала безумная мысль. А что, если он сейчас вместо Сочи, просто заберет его, а нас с Аришкой отправит в свой коттедж на веки вечные? Буду педагогом в первоначальном значении. Ведь в Древней Греции так называли рабов, которые занимались воспитанием и присмотром за детьми.

Фух ты ж! Разве он дал мне хоть один повод усомниться в его порядочности? Нет! А вот я постоянно выставляю себя полной идиоткой. А впереди еще разговор о шубке Снегурочки…

Мне бы отдохнуть, прийти в себя, и я снова стану милашкой и обаяшкой, а не ходячим недоразумением.

Но Судьба явно была настроена на то, чтобы на пути к уверенной в себе милашке и обаяшке, нагромоздить как можно больше препятствий.

Во-первых, я жутко стеснялась Дежнева, и поэтому отчаянно тупила. И пока я с усердием занималась этим делом, гадая, как вернуть свой пуховичок, мой работодатель уже решал эту проблему. Ему тоже не улыбалось везти с собой в Сочи Снегурочку.

— Мария! — донесся его голос из коридора, и я, как гончая на зов охотника, метнулась туда. И с удивлением увидела еще одного персонажа — молодого человека, державшего объемный пакет с выглядывающим оттуда мехом, очень похожим на мех затасканной мною шубки.

— Адрес твоей подруги диктуй!

Божечки! Как же просто, хоть и не задаром! Курьерская служба!

Я продиктовала адрес. И сама сообразила, что нужно позвонить Ларчику и предупредить о прибытии шубки. И если я правильно поняла, этот же курьер должен доставить сюда мою одежку. Я не стала переспрашивать, чтоб опять не показаться безмозглой курочкой.

И правильно сделала. Потому что буквально через пятнадцать минут раздалось пиликанье домофона, и мой пуховичок с сапогами вернулся ко мне.

Но и это не все.