Сколько бы Лань И ни думала, ни терзала себя в попытках вспомнить, упоминала ли мама о «Каплях моря», могла ли она забыть положить. Из головы не выходило, что шпильки пропали.

Лань И ещё раз проверила принесённые вещи, приведя их в порядок, заглянула под ящики и шкатулки, за ними, проверила полностью всю свою часть: может, выпало, слуги не сразу заметили, а когда увидели положила не в то место.

Но, даже проверив общую часть комнаты, Лань И ничего не нашла. Мысленно извиняясь, она заглянула на часть Чжу Лие, пробежалась взглядом, отмечая новые шпильки и серьги на столике и три наряда на кровати.

Если бы у Чжу Лие оказались чужие украшения, она же об этом сказала? Показала?

Выдохнув, Лань И поспешила покинуть комнату с целью отыскать Чжу Лие.

Первый переполох среди невест бросился в глаза сразу. Вещи из дома — не главное. Девушки шептались во дворе, посматривая на раскрытые ворота.

— Не видели Чжу Лие? — Лань И обратилась к Мэн Шии, рядом с которой стояла Хао Лици.

— Вышла, — Мэн Шии кивнула на ворота.

Кивнув в благодарность, Лань И направилась к воротам.

— Значит, можно будет выходить?! — с восторгом прошептала Сю Лань.

Этого стоило ожидать. Никто не собирался держать их взаперти, но вседозволенности по перемещению не дадут.

Не заботясь о правильности ходьбы для девушки, Лань И выбежала и остановилась только, когда ступила на первую верхнюю ступень. Уже занесла ногу обратно, как её заметили.

В паре метрах от ворот двора стояли скучающий Гао Цзинвэй, поглядывающий на ворота Гао Цзинъян, отстранённый Шуй Фэн, строгая старшая служанка Бай, счастливая, но смущённая Чжу Лие и Ци Вэньай со скромной улыбкой.

Сжав руки на животе, Лань И присела, приветствуя заметившего её Гао Цзинвэя. Тот сложил руки и выставил их, чуть наклоняя тело вперёд. Гао Цзинъян просто склонил голову.

Старшая служанка Бай обернулась. Чжу Лие лишь скосила взгляд, но продолжила говорить. Ци Вэньай не обратила внимания.

Шуй Фэн склонил голову и немного наклонился вперёд.

Закусив губы и выпрямившись, Лань И обернулась. Лучше уйти, потом спросит.

— Сестрица Фэнь, — громче чем хотелось выдохнула Лань И.

Фэнь Сяо остановилась и повернула голову.

Лань И заметила, как оживился Гао Цзинъян. Поднявшись, поспешила скрыться во дворе.

— Я… — замялась Лань И.

— Что-то случилось? — тихо проговорила Фэнь Сяо.

— Просто я не нашла свою вещь, а Чжу Лие или старшая служанка заняты, — не скрывая, сказала Лань И. — Там господа Гао и господин Шуй.

— Вот как, — проговорила Фэнь Сяо. — Могу составить компанию.

Правильно.

Чувство правильности согрело грудь, разливаясь по телу.

— Как мне к тебе обращаться? — дабы заполнить молчание между ними, заговорила Лань И.

— Как тебе удобно.

Так быстро прийти к важному Лань И не могла. Называть «Сяо-эр» — не то, «А-Сяо» — словно не для неё, «барышней» — слишком официально.

— Сяо-мэй*? — осторожно произнесла Лань И.(Примечание: 妹 — Мэй — младшая сестра, сестрёнка, обращение к младшей по возрасту)

— Я младше? — удивление отразилось на лице Фэнь Сяо.

— У меня день рождения семнадцатого числа второго зимнего месяца, — пояснила Лань И. — Мне скоро девятнадцать.

Фэнь Сяо хлопнула ресницами и с мгновение всматривалась в её лицо.

— Выгляжу младше? — прошептала Лань И. Слышала и не раз. Как-то, прогуливаясь по улицам с братьями, завернули на рынок, так один иностранец долго уговаривал Лань Баоши купить его сестрёнке сочные персики, его веская фраза, почему он должен: чтобы, когда наступит совершеннолетие, сестрёнка расцвела как этот самый персик. К слову, Лань И было семнадцать, и своё совершеннолетие* провела как два года назад. Сколько дал лет ей тогда она не знала, но явно меньше пятнадцати.

— На вид не скажешь, — мягко усмехнулась Фэнь Сяо. — Мой день рождения двадцатого числа второго летнего месяца. Мне восемнадцать.

Лань И улыбнулась. Вроде знала, что старше, но числа не знала.

— Лань-цзе*? И-цзе? — Фэн Сяо прокатила на языке обращение.(Примечание: 姐 — Цзе — старшая сестра, обращение к старшей по возрасту)

— Сестрёнка, — весело прошептала Лань И.

В ответ Фэнь Сяо улыбнулась.

Если бы не утерянные «Капли моря», момент смело можно назвать великолепным, а так — тёплый, сближающий.

— Разве это правильно? — раздался голос Ли Хуабань. — Почему они разговаривают с господином Цзином? Разве это честно?

— И правда, — Бао Сюань в тон ей звучала. — Они баллы себе зарабатывают в обход нас.

— Чем мы хуже? — вскинула подбородок Цзю Ваньлуань. — Тоже можем выйти и приятные беседы вести или слушать. Мы можем всё.

Какая глупость — подстраиваться под других, чтобы угодить. Сплошное лицемерие. И многие такое предпочитают.

Угождать Лань И не планировала и не думала. Промолчать, коротко ответить, но не подстраиваться, чтобы понравиться. Слишком сложно и ненастоящее. Скрыть, но никак не надеть маску.

— Нам же разрешили прогуливаться у двора, — напомнила Цзю Ваньлуань.

Получавшая всё самое лучшее не станет упускать возможности перетянуть на себя внимание, встать в центре.

— Можно? — уже не так смело звучал голос Ли Хуабань.

— Конечно, — заверила Цзю Ваньлуань.

Лань И задумчиво подняла голову на дом.

«Неужели в охраняемом строгом месте могли потерять столь ненужную для них чужую вещь?»

Даже лепестки цветов так просто не опадали, а тут драгоценность пропала.

— Ох! — послышалось со стороны. В миг двор наполнился вздохами, восклицаниями, шёпотом.

Источник всего шума находился у ворот, а точнее — за ними.

Не оборачиваясь, Лань И знала: там Гао Цзинъян. И не ошиблась.

Гао Цзинъян склонил голову, приветствуя девушек, и без труда отыскал Фэнь Сяо. Рядом с ним, со скучающим видом, качнулся Гао Цзинвэй, который, с прищуром прошёлся по невестам и оживился при виде Лань И. То, что это она, а не Фэнь Сяо, Лань И поняла по загоревшемуся взгляду младшего господина Цзина на себе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

За ними, отставая на полшага, шёл Шуй Фэн. Он не смотрел в сторону двора.

Без сговора невесты присели в приветствие.

В проёме показалась совсем уж недовольная старшая служанка Бай, за ней, с ровными спинами, шли Чжу Лие, чьё лицо светилось от восторга, и не выражающая ярких эмоций Ци Вэньай.

— Скромнее, — проворчала старшая служанка то ли всем во дворе, то ли двум позади.

Лань И кивнула Фэнь Сяо, которая мягко склонила в ответ голову, и направилась к Чжу Лие.

— Не сейчас, — шёпотом пропела Чжу Лие.

— Я не про разговор с господином Цзином, — поспешила объяснить Лань И.

Они вошли в дом и направились к лестнице.

— Ты случайно не находила шпильки с синими камнями?

— Я синий не ношу, — пребывая в приподнятом настроении, Чжу Лие плавно взлетала по ступеням. — Он на мне обычно не смотрится. Розовый, оранжевый — подчёркивают. Если взять светло…

Лань И перебила её:

— Это мои шпильки.

— Что им делать у меня? — усмехнулась Чжу Лие. — Подожди.

Они подошли к комнате.

— Хочешь сказать, что у тебя пропала шпилька? Может, сама потеряла?

— Она должна была находиться в отдельной шкатулке, — сдерживая себя от грубостей, проговорила Лань И. Не успела получить, как потеряла. Конечно, как же иначе. — Вещи из дома.

— У меня всё на месте, — Чжу Лие толкнула двери и поспешила на свою часть комнаты. — Три наряда.

Она притронулась к каждому наряду, точно проверяя их на материальное существование. Пыльно-розовый с сочно-розовой вышивкой роз и узоров. Нежно-оранжевый с бедно-жёлтыми вставками. Молочный с бледно-красной узкой тесьмой по краям.

Чжу Лие раскрыла все пять шкатулок и одну с книгой с тёмно-зелёной обложкой, прикоснулась к украшениям и проговорила:

— У меня ничего не пропало.

Лань И прекрасно это видела, да и не сильно бы расстроилась, пропади у неё тоже украшение или тот же наряд. От этого её «Капли моря» не отыщутся и не вернутся в свою шкатулку.

— Может, запрещённое? — предположила Чжу Лие, закрывая шкатулки. — Спроси у служанок, они должны знать.

— Обычные шпильки, — нахмурилась Лань И. Что такого запрещённого в её шпильках? Никакого скрытого оружия в них нет, потайных отсеков тоже.

— Не знаю, — Чжу Лие с секунду подумала и подскочила к Лань И, у которой в голове вспыхнула надежда, что та вспомнила хоть что-то про «Капли моря». — Очень скоро пройдёт церемония.

Подняв брови в немом вопросе, Лань И разочарованно их опустила.

— Скоро женихи невест себе выберут, — от переполняющего счастья Чжу Лие закусила губы и сжала кулаки на уровне груди. — Надо только понравиться Гао Вэньцзяню. Только бы он меня выбрал. А кого ещё? Некого же.

Рассмеявшись, она тихо проговорила:

— Даже у выскочки Цзю Ваньлуань нет шансов. Клан Гао всё знает о нас: от детства наших родителей и до наших последних словах до клана.

Разочарованная Лань И кивнула и села за столик, задумчиво постукивая по столешнице. На своей части от счастья попискивала и хихикала Чжу Лие.

Сидеть и горевать — не лучшее решение, потому Лань И вышла из комнаты и отправилась на поиски старшей служанки Бай. Она-то могла узнать проделанный путь вещей невест.

На лестнице Лань И столкнулась с Бао Сюань. Та шарахнулась и прошмыгнула выше. Проводив её взглядом, Лань И спустилась на первый этаж. До ужина ещё было время, потому невесты не сильно стремились занимать этаж.

Старшая служанка Бай нашлась в столовой, отчитывала молоденькую служанку.

— Осторожнее будь. Не выспалась? Так выпей отвар от бессонницы.

— Такого больше не повторится, — пискнула служанка.

— Уйди с моих глаз, — махнула старшая служанка Бай, поворачиваясь боком и только после замечая в проёме Лань И. — Барышня Лань.

Она поспешила подойти.

— Что случилось?

— Нам доставили вещи из дома, — начала Лань И, старшая служанка кивнула. — Дело в том, что у меня не хватает шпилек.

В миг старшая служанка Бай нахмурилась.

— Мама её положила в отдельную шкатулку. Шкатулка есть, а шпилек нет. Я проверила всё доставленное и комнату — нигде нет.

Старшая служанка Бай стрельнула взглядом на снующих туда-сюда служанок.

— Как такое возможно? — прошептала она и громче сказала: — Я узнаю, спрошу слуг.

Был бы только толк.

— Шпильки из белого золота. Две, соединённые цепочкой и синими камнями.

Старшая служанка Бай присела, склонив голову, и только после поспешила уйти. Присев в ответ, Лань И от незнания, чем себя занять, вернулась в комнату.

Время до ужина тянулось невыносимо долго. Пока Чжу Лие делала все возможные причёски со шпильками и заколками, примеряла серьги и подвески к нарядам, Лань И раз десять разобрала каждый наряд, собрала обратно, сложила, убрала; повертела с минуту или больше каждую шпильку, убрала; расставила все шкатулки сначала в одном порядке, потом в другом, в третий раз по-новому, и так раз семь.

За ужином Лань И попыталась отыскать старшую служанку Бай, но той нигде не виднелось.

Взволнованное предвкушение церемонии выбора шумело среди невест.

— Надеюсь, меня выберет господин Син, — блаженно призналась Цзао Бэйэр.

— Мечтай, — фыркнула Цзю Ваньлуань. — Чтобы наследник ветви и клана выбрал серебро, когда среди нефрита богатый выбор?

— Сестра Лань, — тихо позвала сбоку Фэнь Сяо.

Лань И вскинула и приподняла в вопросе брови.

— Не нашла?

Лань И мотнула головой и отправила в рот фасоль, вкус которой не чувствовался из-за горечи.

— Барышня Лань, не переживай, — со скрытой усмешкой заговорила Цзю Ваньлуань, — в клане Гао лекари и стражи — благородные мужья. А может, тебе повезёт, и преемник старейшины обратит на тебя внимание.

Лань И подняла на неё расстроенно-убитый взгляд. Какое дело, кто кого выберет, когда важное бесследно пропало?

Смешок прокатился по столовой.

— Переживать стоит тебе, — тихо проговорила Лань И, отложила палочки и взяла глубокую чарку с тёмно-коричневым отваром.

«Ни один из сыновей Гао не заинтересован в тебе».

— Что? — явно не расслышала её в шуме Цзю Ваньлуань.

Поднявшись, Лань И покинула столовую, чувствуя провожающие взгляды. Выйти во двор ей дали пальцы, сомкнувшиеся вокруг её локтя.

— Не обращай на них внимания, — Мэн Шии отпустила локоть, встав рядом. — С них, кроме как высокомерия и избалованности с лицемерием нечего взять.

— Я не обижена или расстроена их словами, — мотнула головой Лань И.

— Тогда выше нос и уверенность во взгляде, — Мэн Шии приподняла уголки губ в улыбке.

— Что-то настроение не то, — выдохнула Лань И, выходя на просторное крыльцо.

В проёме ворот показалась старшая служанка Бай.

— Тогда вспомни счастливый день, и тогда настроение поднимется, — посоветовала Мэн Шии, тоже заметив старшую служанку.

Хороший метод, только самый счастливый день для Лань И — день совершеннолетия, когда старшая сестра признала её своей сестрой, вручив «Капли моря».

Заметив их, старшая служанка Бай виновато опустила глаза и направилась к ним.

Лань И уже знала, что её слова не порадуют.

— Ничего.

— Слуги говорят, — присев и выпрямившись, заговорила старшая служанка Бай, — что всё было на месте. Когда вещи передавали из дома нам, их записали, когда прибыли — проверили, и даже когда отправили в ваши комнаты — проверили.

Лань И лишь кивнула, укусив себя за нижнюю губу.

— Мы ещё раз всё проверим, — быстро заверила старшая служанка Бай.

— Да, конечно, — вздохнула Лань И. — В любое время можете проверить комнату.

Виноватый взгляд старшей служанки не приносил облегчения, наоборот, загонял в глубь терзаний.

В тот же вечер слуги проверили комнаты невест, пока те находились в столовой, застав лишь спускавшихся слуг. Старшая служанка Бай принесла в комнату Лань И не утешительные новости и снова обещала проверить.

Спать Лань И ложилась с тяжестью на сердце, в то время как Чжу Лие светилась от счастья, и даже шныряющие слуги не сбили её настроение.

Лань И прикрыла глаза, мысленно считая кучерявых белоснежных овечек. И вроде только считала их, как резко распахнула глаза. Ночная темнота не давила, не пугала. Просто нечто выдернуло из сна. Этим нечто оказался звук. Шум. Стук. Ненавязчивый, неравномерный, тихий, точно постукивали о деревянную поверхность.

Лёжа с открытыми глазами, Лань И считала удары.

«Один».

«Два».

«Три».

«Четыре…»

Тихие быстрые шаги приближались, когда остановились, раздался голос:

— Спишь?

— Нет, — Лань И села.

Чжу Лие присела на край кровати.

— Уже как минуты пять ничего не прекращается, — зашептала она. — Выйти страшно.

— Скорее всего, фонарь, — Лань И подтянула ноги.

— Так мешает, — просмотрела на неё Чжу Лие.

Бесшумно выдохнув, Лань И скинула одеяло и поднялась.

— Ты куда? — подскочила Чжу Лие.

— Проверю, — Лань И подхватила верхний халат и накинула на плечи, минуя туфли у кровати.

Чжу Лие прошмыгнула на свою часть и прислонилась к ширме, поглядывая на Лань И, которая без промедления открыла двери и перешагнула порог.

Справа чисто. Лань И, делая шаг, повернулась налево и замерла.

Серые тучи плыли, застилая полумесяц. Его свет скользил по бледному лицу застывшей Лань И, по чёрным распущенным, свисающим волосам.

— Что там? — Чжу Лие приблизилась к дверям, с пару секунд смотрела на Лань И и, не вытерпев, вышла.

Звонкий крик ударил по ушам.

Лань И смотрела вперёд, на девушку, чья туфля ударялась о столб. Холодный, ночной, не спешащий ветер запутывал свисающие волосы, теребил ткань одежд, скользил меж пальцев, покачивал висящее тело.

Бледный свет месяца осветил мертвенно-бледную кожу бездыханного девичьего тела.

°°•

Примечание:

1. В древнем Китае девочки становились взрослыми (совершеннолетними) в 15 лет (церемония Цзи Ли), мальчики — в 20 (Гуань Ли).