Вздрогнув, Лань И отпрянула. Лекарь Шэн и слова не сказал, молча сложил платок, убрал его и поднялся.

Лань И с удивлением смотрела на него. Проверяющим её лекарем должен был быть лекарь Пэй, почему он у столика Е Ваньэр?

Не могла ошибаться. Чёрные волосы в тугом пучке, раскосые глаза, молодое лицо сорокалетнего лекаря стояло перед глазами Лань И, только он тихо говорил не ей. Её лекарь первым покинул комнату, оставив гадкое послевкусие и косые взгляды невест. Первой зашепталась Цзю Ваньлуань с Цзао Бэйэр, за что словили предупреждающий взгляд от старшей служанки Бай.

В груди собирался плотный шар с тонкими, но безумно острыми шипами. Они входили в нутро, разгоняли до кончиков пальцев волны дрожи.

С трудом проглотив ком, Лань И медленно задышала. Лекарь Шэн внёс в её мир переполох одним своим появлением, которое должно было произойти куда позже. А ещё это чувство, что он последний человек, увиденный ею перед поглотившей тьмой, пугало, настораживало.

Лекари уходили, невесты с облегчением выдыхали и расслаблялись.

— Можно спросить? — подала голос Цзао Бэйэр.

— Говорите, — старшая служанка Бай обратила на неё внимание.

— А кроме лекарей ещё что-то будет?

Старшая служанка Бай непонимающе свела брови.

— Конкурс или испытание, кто лучше в поэзии, — проявила интерес Е Ваньэр.

— В вышивании, — поддержала Сю Лань.

— В готовке, — предположила Ли Хуабань.

Ничего из этого не будет. Переживать не стоило. Только невесты этого не знали, кроме Лань И, которая после встречи с лекарем Шэн жалела, что дополнительных проверок не будет. Возможно, одну из них она не прошла бы и с чистой совестью вернулась домой, потом жаловалась бы маме и братьям на несправедливость.

— Не знаю, — честно ответила старшая служанка Бай. Кто с ней будет делиться дальнейшими действиями с возможными жёнами?

— Пожалуйста, — Цзао Бэйэр сложила руки в молитвенном жесте, — мы никому не скажем, обещаем.

— Если надо, мы поклянёмся своими жизнями, — с ней в голос заговорила Бао Сюань.

Не лучшее решение, не те слова. Лань И предвидела реакцию старшей служанки Бай.

— Шутите?! — прогремела она. — Для вас жизнь — шутка?!

В клане Гао собственной жизнью не шутили и не ставили её на кон в пустяковых делах. Речь не шла, если во благо или спасение жизней других. Но баловство жизнью… Такое не приемлемо в клане Гао.

— Возвращаемся! — рявкнула старшая служанка Бай.

Лань И поднялась первой, за что поймала взгляд старшей служанки. Злой, но не на неё.

Невесты поднялись и направились в том же порядке за старшей служанкой Бай, за ними засеменила молоденькая служанка, одна из пришедших служанок перед приходом лекарей.

С тоской и печалью Лань И посмотрела на небо, выйдя за всеми. В её родном городе, не смотря на конец осени, солнце светило ярко и согревало. Ему нипочём времена года. Здесь же у него не получалось пробиться сквозь серые тучи.

Выдохнув, Лань И спустилась, замирая на последней ступени. Сердце забилось быстрее, страх ветром скользнул по нему.

Сжав руки на животе, Лань И направилась за остальными, бегая по сторонам внимательным взглядом.

Главное — пройти мост, а там ничего плохого не случится.

Отсчитывая шаги, Лань И посматривала на цветы, уже не видя в них той привлекательности, как ранее. Впереди показались две дорожки, соединяющиеся в одну, и мост.

С облегчением Лань И медленно выдохнула. Пережила.

Неожиданно впереди остановились. Невесты как по команде присели в приветствии. Лань И повторила за ними.

— Господин Цзянь. Господин Шан.

Так это Гао Вэньцзянь и Гао Шанъи. От сердца отлегло, даже дышать стало легче. С радостью Лань И отвела взгляд на цветы. Вот и они куда привлекательнее. Маленькие шарики точно изнутри светились теплом.

Проходя мимо Гао Вэньцзяня и Гао Шанъи, Лань И не посмотрела на них. Всё её внимание приковали цветы. К тому же ей показалось, что так правильно, так и нужно.

Старшая служанка Бай приближалась к мосту, когда за спиной раздались голоса.

— Правильно, ни к чему эта официальность, — никому иному, как Гао Чунцзину, младшему брату умершего от тяжёлой болезни главы ветви Цзин. — Как успехи?

— Без проблем, — с неохотой ответил Гао Шанъи.

Отношения с другими, если это не старший брат, у него не складывались, да и он не стремился заводить друзей.

Лань И изо всех сил сжимала руки, чтобы не сорваться на бег. Страшное дышало в спину, сердце ударами подгоняло избавиться от этого.

Спереди раздался писк, и Фан Инь резко стала приближаться. Дабы избежать столкновения, Лань И отступила в бок. Не хватало ещё налететь на служанку, которая, заметив приостановление впереди, отступила на шаг.

Писк принадлежал всё той же Бао Сюань. Лань И могла сказать, что не знала, что у них там произошло, но в голове был ответ. Бао Сюань обернулась, оступилась и повалилась на Фэн Хунцзинь.

К величайшему страху, вереница невест остановилась, создавая помеху и затраты и без того не хватающего времени.

— Что у вас происходит? — раздался голос Гао Чунцзина рядом. Холод сковал корни волос и пополз по длине. Руки в тиски превратились, спина — в несокрушимое копьё. Лань И опустила взгляд, склонив немного голову.

Невесты в момент выстроились в два ряда, и, к ужасу Лань И, она с краю.

— Ничего серьёзного, глава Цзин, — поспешила старшая служанка Бай. — Небольшое происшествие.

— Никто не ранен и не обижен? — с усмешкой произнёс Гао Чунцзин.

Лань И молилась, чтобы он просто прошёл мост и потерял интерес к ним.

— Глава Цзин, нам надо вернуться, — между прочим оповестила старшая служанка Бай.

— От пары минут ничего не случится, — выдохнул Гао Чунцзин и в открытую прошёлся по невестам заинтересованным взглядом.

Склонить ниже голову Лань И себе не давала. Точно тогда бы привлекла его внимание.

— Какой смысл закрывать их лица, если их видели? — с недовольством проговорил Гао Чунцзин и потянулся к лицу невесты рядом с Лань И. Была ли это Фан Инь или Бао Сюань, а может, и вовсе Хао Лици, Лань И не знала, только сковывающий страх и вопящий ужас.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

И всё же это оказалась Бао Сюань. Она вжала голову в плечи и присела, смотря большими глазами на мужчину тридцати лет.

— Глава Цзин, нельзя! — кинулась старшая служанка Бай, правда только словами.

— Какая досада, — фыркнул Гао Чунцзин и резко сменил траекторию, потянулся к другой вуали. Мягкая ткань скользнула по его пальцам и подобно волне ушла.

Без всякого стеснения Лань И отступила на большой шаг от наглой руки вселяющего ужас человека.

Гао Чунцзин — дядя Гао Цзинъяна и Гао Цзинвэя, ужасный человек. Ни о каком уважении к женщинам в его лице не рассматривалось, мягкого отношения к детям не виделось на горизонте, грубая сила при воспитании приемлемо, иначе женщины распускаются и отбиваются от рук. От такого человека, как он, можно ждать переворота или смуты.

— Как это понимать?

Лань И не поднимала на Гао Чунцзина взгляда, видя только тёмные низы одежды двоих, не спешащих влезать в неправильное.

— Глава Цзин, проявите уважение, — старшая служанка Бай встала рядом. По статусу ей не положено перечить господину, мужчине.

— По-моему, это она не проявляет ко мне уважения, — без тени веселья проговорил Гао Чунцзин.

И во второй раз Лань И ушла от руки, служанка отступила, ступая ближе к тёмной земле с цветами. Гао Вэньцзянь с Гао Шанъи — ближе на шаг. Злость обожгла нутро, трясущееся в страхе. Они просто стояли и смотрели на аморальность.

— Глава Цзин!

Храбрости старшей служанки Бай можно позавидовать.

— Что? Что, по-вашему, я делаю? Разве они не все войдут в клан? Так какая разница?

Краем зрения Лань И уловила движение. Гао Шанъи сложил руки на груди.

— Даже ребёнок знает, что мужчина и женщина не могут касаться друг друга. К тому же они невесты не для Вас.

Смелый, наглый Гао Шанъи не заступался за бедную девушку перед нарушителем границ. Как бы ему ни хотелось, одна из присутствующих войдёт в ветвь Цзянь, станет женой Гао Вэньцзяня, а это значит, ему, Гао Шанъи, придётся относиться к жене старшего брата с уважением. И он не знал, какая из шестнадцати — та, что у моста, или та, что отступала от грубого временного главы ветви Цзин.

Никто не то, что не мог выливать грязь на принадлежащее Гао Вэньцзяню, никто даже не смел подумать о таком.

— Рано, — коротко проговорил Гао Чунцзин и выкинул руку вперёд, желая схватить Лань И. Проворно та ушла.

— Если Вы не прекратите, я обязана доложить главе клана! — старшая служанка Бай метнулась к Лань И, заслоняя её.

Резко выдохнув, Гао Чунцзин скривил уголок губ.

— Ветвь Цзин — порождение невежд? — от спокойного голоса Гао Вэньцзяня по коже прошли мурашки.

Столь сильное заявление произвело обжигающее впечатление на Гао Чунцзина. С пару секунд он приходил в себя.

— Раз такие строгие правила применяются к девушкам, не стану проявлять дружелюбие, — частично процедил Гао Чунцзин. Взмахнув длинными рукавами, он первым покинул находящихся у моста.

Словно тяжёлая снежная ноша свалилась с горы. Руки расслабились, не причиняя больше боли, сердце не билось в предсмертном ритме. Но Лань И всё ещё ощущала фантомные сердечные удары и треск ребер под их натиском.

Старшая служанка Бай шагнула, повернулась и присела Гао Вэньцзяню и Гао Шанъи.

— Благодарю.

Лань И повторила за ней и куда быстрее выпрямилась, поспешив занять ранее место рядом с Бао Сюань.

— Возвращайтесь, — то ли советовал, то ли приказывал Гао Вэньцзянь.

Старшая служанка Бай соглашалась с ним.

Братья Гао ушли, невесты построились в изначальный строй и поспешили вернуться во двор Шэнье.

Всё закончилось хорошо, если не считать нажитого врага в лице Гао Чунцзина. Уж он не упустит шанса напомнить и отплатить.

Тяжело вздохнув, Лань И уронила голову на ладони, упираясь локтями в столик с медным зеркалом.

— Ты как? — послышался голос Чжу Лие.

— Жива, — прошептала Лань И. Обычный ответ, который всегда говорила братьям, а здесь аж передёрнуло от собственного ответа. Выпрямившись, Лань И уставилась на своё отражение.

— Я так испугалась, когда глава Цзин проявил интерес к тебе.

Лицо Чжу Лие показалось в зеркале.

— Если бы не Бао Сюань, мы бы не остановились.

И без неё Лань И знала. Обвинять Бао Сюань тоже неправильно.

«То, что предначертано, обязательно случится».

— Хорошо, что там оказался господин Цзянь, — со смущённой улыбкой проговорила Чжу Лие.

«И господин Шан», — между прочим напомнила Лань И.

— Его слово и даже глава ветви отступил, — продолжала мечтательно говорить Чжу Лие.

Кто в здравом уме пойдёт против Гао Вэньцзяня? Даже смертник или смертельно больной человек не рискнёт. Открытый бой с Гао Вэньцзянем — это крохотный шанс на победу, а хитроумный, непрямой — подписание приговора на мучительную смерть.

Гао Чунцзин не дурак, нарываться сильного не станет. Он прогнётся, за спиной обольёт грязью и помоями, но в открытую ни за что не пойдёт против Гао Вэньцзяня. Слишком много власти у того в руках, будучи тем, кто не принял статус главы ветви Цзянь.

— Его взгляд, — мечтательно вздохнула Чжу Лие.

Хлопнув ресницами, Лань И обернулась:

— На сколько красивый?

Повернув голову, Чжу Лие выдохнула:

— Властный. Проникновенный.

— О, — Лань И поднялась, неловко притронувшись к мочкам, в которых отсутствовали серьги.

— Если бы он так посмотрел на меня, возможно, не умерла бы на месте, но точно свалилась бы без чувств к его ногам.

Лань И еле сдержалась не скривить губы. Она уж точно падать к мужским ногам не собиралась и не понимала, зачем так делать.

— Как только ты осталась на ногах? — Чжу Лие оглядела Лань И с пят до макушки.

— В каком смысле?

— Гао Вэньцзянь смотрел на тебя.

Что в этом такого?! Лань И знала, что там каждый смотрел на неё и Гао Чунцзина.

— Перед тем как уйти, Гао Вэньцзянь посмотрел на тебя, — Чжу Лие приблизилась и взяла насторожившуюся Лань И за плечи. — Сестрица Лань, не думай.

Не успела Лань И рта раскрыть, чтобы озвучить непонимание, Чжу Лие продолжила:

— Гао Вэньцзянь мой, не думай о нём. Не смей. Я и по головам пойду, чтобы его заполучить.

Она преувеличивала. Но Лань И не сомневалась: если нужно будет, Чжу Лие сделает всё, чтобы убрать конкурентку с пути.

— Я… помогу тебе завоевать Гао Вэньцзяня.

Изумление отразилось на лице Чжу Лие.