— Снаружи никого нет, — У-эр стояла рядом, посматривая на двери. — Звуки, словно совсем рядом воины в бою сошлись.

— Потому что так и есть, — Лань И схватила её за руки и поднялась. — Если останемся ждать, нас лишат жизни прям на этом месте.

— Что… Воины клана справятся, — У-эр не хотелось верить в превосходящую силу врага, и Лань И прекрасно её понимала. Никто не хочет думать, что проигрыш достигнет именно его.

— Разве во дворе Шаньяо нет места, где можно спрятаться?

Нахмурившись, У-эр на мгновение затихла.

— Кроме спальни, ещё кабинет господина Цзяня защищённ.

— От посторонних, но не от врага, — прошептала Лань И и зажмурилась от прострелившей головной боли.

Перед глазами расплылся высокий тяжёлый шкаф с врезанными по боковым стенок луной в облаках с кучей звёзд. За ним должен быть потайной ход.

Резко распахнув глаза, Лань И заозиралась. Только вот в спальне не оказалось похожего шкафа.

— Где же он? — Лань И прикрыла глаза рукой, пытаясь добраться до ответа.

— Кто, госпожа? Что вы ищете? — не отпускала её У-эр.

— Шкаф с лунами и звёздами, — тихо проговорила Лань И. В голове рядом со шкафом прорисовывался силуэт низкого столика с дугообразными ножками, на котором стояла хрупкая ваза.

— Не видела такого шкафа, — виновато опустила голову У-эр.

Шкаф, столик, ваза, книжный шкаф, резная ширма, за которой столик…

Отняв руку от лица, Лань И выдохнула:

— Кабинет.

На словах, что им надо в кабинет Гао Вэньцзяня, У-эр засомневалась. После отчётливого звона схлестнувшихся в бою клинков, согласилась.

Сперва У-эр помогла Лань И снять верхний слой наряда, дабы не затруднять ей передвижение, после первая проверяла путь, после вернулась за Лань И и помогала ей преодолеть дорогу. Хорошо, что кабинет Гао Вэньцзяня располагался перед спальней.

По звону стали, вскрикам и стонам легко план не осуществлялся. Наёмники Доу пришли подготовленными, причём превосходя воинов Гао. Надежда, что их сила всего на немного больше, и у клана Гао есть шансы. Они должны быть.

В кабинете Гао Вэньцзяня Лань И не рассматривалась. Сразу заметила шкаф сбоку от широкого, чёрного стола, на котором в идеальном порядке лежали бумаги и книги.

— Госпожа, что в этом шкафу? — У-эр всё чаще оборачивалась на двери. Звуки сражения нарастали. То ли приближались, то ли набирали обороты.

— Спасение, — Лань И прикоснулась к луне на одном боку.

— Разве здесь нам что-то угрожает?

— Здесь в первую очередь, — тихо проговорила Лань И.

Клан Доу нуждался в печати Цзянь — это важная задача. Главная — уничтожить клан Гао. Не получится — как можно сильнее и беспощаднее потрепать, нанести глубокие раны. Этого придерживались почти все наёмники Доу. Но чувство из глубины подсказывало, что у Ци Вэньай имелись ещё задачи, личные. Разве не хорошую услугу она сделает клану Доу, если уничтожит новоиспечённую жену того, кто долгие годы портил им планы и поубивал много отличных ребят? И перед кланом своим выслужится, и уничтожит ту, что испортила её план.

— Ну же, — поторапливала саму себя Лань И, чувствуя, как сердце ускоряло бег, спина покрывалась холодным потом.

— Госпожа, — отшагнула к ней ближе У-эр, слыша приближающийся звон стали. В бою сражались не двое, куда больше.

— Найдись, — глухо шептала себе под нос Лань И, нажимая на каждую выпуклость.

У-эр сжала кулаки и придвинулась в бок.

Стук собственного сердца заглушал дыхание, от чего Лань И больше нервничала, чаще моргала, проводила по одному и тому же месту несколько раз.

— Прячьтесь, — обернулась У-эр, стоило звону раздаться слишком близко.

Пальца коснулись звезды, утопая следом за ней.

— Вот оно, — выдохнула Лань И и схватила У-эр за руку, потянув за собой в проявившийся узкий проём.

Вход закрылся за ними сразу. Темнота поглотила их.

— Госпожа, — неуверенно позвала У-эр, осторожно прикоснувшись второй рукой руки Лань И, державшей её.

— Не спеши, — Лань И первая сделала маленький шаг вперёд, но резко вытянула руку в бок. — Здесь должна быть свеча.

Не разжимая рук, вдвоём они на ощупь прошли две стены и всё же отыскали свечу в подсвечнике и хочжэцзы* на полке с углублением рядом.(Примечание: Хо чжэ цзы — древнекитайская «зажигалка»)

Слабый свет свечи помогал хоть немного видеть путь, по которому шли. Из-за частых поворотов складывалось впечатление бесконечности тайного хода.

От покачивающего огня свечи глаза разболелись с новой силой, от поворотов кружилась голова, от шагов возрастала слабость.

— Госпожа, там лестница, — со слабой радостью выдохнула У-эр.

Чтобы разглядеть, Лань И пришлось прищуриться на ходу. И правда, впереди лестница с тремя каменными ступенями и узкая дверь.

— Пришли, — прошептала Лань И, чувствуя, как тянуло вниз. Но если поддаться, ни за что не поднимется.

— Нам обязательно выходить? — с сомнением проговорила У-эр, замедляясь.

— Если найдут этот тайный ход, мы так и останемся здесь на долгое время, — Лань И облизнула губы. — Не хотелось бы встретить последние минуты здесь.

— А если выйдем в самую гущу?

— Должно быть ход ведёт к одному из самых безопасных мест. Там никто не должен ходить и бывать. Там сокровенное место.

Таким местом для Гао Вэньцзяня было, есть и будет двор Юэхуэй, принадлежавший госпоже Цзянь. После её смерти никому не дозволялось заходить вовнутрь, двор закрыли. Только глава ветви Цзянь, отец Гао Вэньцзяня, проводил последние вечера в Юэхуэй в тайне ото всех. В обход главных ворот, через тайный ход.

— Всё получится, — еле слышно прошептала У-эр и, подведя Лань И к стене, первая проверила оставшийся путь на наличие ловушек, осторожно повернула подсвечник, установив на него свечу. С тихим скрипом стенка отъехала в бок. У-эр выглянула, а Лань И, опираясь на стену, поднялась по ступеням.

В полумраке тонула комната, а точнее спальня. Даже при отсутствии нормального света можно сказать, что комната в светлых тонах. Большая кровать занимала часть комнаты, большой столик с круглым зеркалом, шкатулками и мягкой игрушкой тигра. Комната выглядела так, словно её хозяйка вышла на время и скоро вернётся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ни пыли, ни соринки. Всё чисто и опрятно, как и полагалось госпоже.

— Не зажигай свет, — Лань И крепче сжала руку У-эр, жмурясь и пережидая ослабления волны боли.

Неожиданно в голове проявилась точная мысль. Именно во дворе Юэхуэй Гао Вэньцзянь перепрятал печать Цзянь, в комнате матери, на самом видном месте.

Лань И приоткрыла глаза и посмотрела в сторону столика с зеркалом. На вид обычное с резными ножками, если не знать, что они собиралось, как кубики. И одним таким кубиком являлась шкатулка с печатью Цзянь.

Почему нельзя было с самого начала прятать её здесь?

Лань И тряхнула головой. Глубокая, не затягивающая рана на сердце — боронить нельзя. Даже малейшее пошаркивание вызывает кровотечение.

— У-эр, — Лань И шагнула вперёд, вставая под арку с собранной занавесью бусин, — твоя задача — добраться до Шуй Фэна и узнать, как обстоят дела.

— Я не могу оставить Вас, — ни в какую не захотела уходить У-эр.

— Это важно, — Лань И двумя руками сжала её руку. — Передай, что у Гуан Мина появилась хорошая возможность испробовать свои изобретения.

— Я…

— Я дождусь тебя, — Лань И посмотрела в её глаза.

Сомнение волнами исходило от У-эр.

— Иди, — Лань И подтолкнула её.

— Дождитесь, я быстро, — У-эр и правда метнулась к дверям и очень быстро покинула спальню. Она знает много коротких и потайных ходов в клане Гао, кому как не ей знать быстрее путь от одного места к другому. У-эр долгое время служила ветви Цзянь, через которую проходит много внешней и внутренней информации.

Покачиваясь из стороны в сторону, Лань И подошла к столику и схватила первую попавшуюся шкатулку, в которой оказались два нефритовых браслета. Переложив их в другую шкатулку, положила в взятую шкатулку увесистую небольшую статуэтку тигра и вышла из комнаты.

Прибранный двор. И всё же Гао Вэньцзянь разрешал Ши Лэю наводить порядок здесь.

Ведомая неизведанным и непонятым чувством, Лань И ступила на дорожку из серого камня и, видя только её, углубилась в сад за домом. Среди разросшихся веток, точно мелкие сети, стояла статуя существа с крыльями. Оперевшись на неё, Лань И выдохнула белое облако. Стук из груди подгонял, боль, распирающая голову, кричал упасть и не подниматься. Измученная противоречиями, Лань И крепче сжимала шкатулки и сделала вперёд шаги.

За статуей оказалась лестница, уходящая под землю. Темнота не пугала, наоборот, она звала. Холодный ветер в спину подтолкнул ступить на ступень.

Темнота не кончалась, она окружала со всех сторон, стелилась под свадебными туфлями, помогала нести волочащиеся красные ткани, вела под руку вперёд, брала на себя большую часть боли.

Первые просветы и высоченная лестница, которая оказалась не такой и страшной в близи.

Ноги слушались плохо. Каждый новый подъём отнимал большое количество сил. В конце — ещё тяжёлая решётка, поросшая лозой, не хотела поддаваться. Кое-как отодвинув её, Лань И протиснулась в узкий проём и села на краю, дабы отдышаться.

И всё тем же, ведомая неизведанным, поднялась и сделала всего шаг и замерла. Сад как сад, но арка впереди и стена знакомы. Видела не единожды.

Лань И прижала шкатулку к себе и направилась к арке. Так и есть. Знала эту арку, и две соседние, знала дом, стоящий перед ней, знала задний двор.

Двор Юэхуэй имел подземный связывающий ход с двором Шугуан, в котором Лань И провела дни после церемонии выбора.

Звон вернул в реальность. Отмерев, Лань И отступила в тень арки.

Двое, точно в смертоносном танце, ворвались на задний двор. В одном Лань И узнала Гао Шанъи. Тот умело отбивал атаки меча в большой руке врага. Но ни большие руки, ни сила удара не помогли ему, Гао Шанъи очень быстро прошёлся клинком от шеи к груди. Враг пал к его ногам.

Не видя опасности, Лань И вышла, привлекая к себе внимание.

— Почему это ты? — нахмурился Гао Шанъи.

— Печать, — Лань И подняла шкатулку, чувствуя в своих действиях раздражение, правильность и страх.

Гао Шанъи в считанные большие шаги приблизился к ней и заглянул в её глаза.

— Тебе лучше не высовываться из укрытия, — он взял её под локоть, не сильно сжимая. — Скоро всё закончится.

— Они не нашли печать, воины Цзянь им не по зубам пришлись, — кивнула Лань И, скользнув взглядом по дому.

— Передам тебя Шуй Фэну, жди благой вести, — Гао Шанъи вывернул на парадный двор и дёрнул Лань И в сторону, уводя себя и её от стрелы.

Наёмник Доу стоял на пороге, доставая вторую стрелу. Подкинув клинок, Гао Шанъи вынул коротенький кинжал и кинул его. Тот, подобно стреле, пролетел и угодил наёмнику в грудь.

— Быстрее, — Гао Шанъи поймал клинок и потянул Лань И к воротам.

И пяти шагов не сделали. Со спины налетел высокий, тонкий с острым мечом. Оттолкнув Лань И, Гао Шанъи без капли страха вступил в бой. Ловкий наёмник уходил от каждой атаки и умудрялся наносить режущие выпады, от которых Гао Шанъи отбивался.

Потерявшая равновесие Лань И поднялась с трудом. Ноги не держали, голова шла кругом, точно угодила в водоворот, в глазах взрывалась темнота.

Светлое пятно промелькнуло из главного зала к лестнице.

Без труда узнав Ци Вэньай, Лань И сжала шкатулку и отступила. Их обеих не интересовали сражающиеся. Только шкатулка и жизнь. Только одна из них получит то и другое.

°°•°•°

Пролетевший дротик помешал Ци Вэньай броситься к Лань И, которая воспользовалась моментом и направилась быстрым шагом к воротам, бег ей не по силам.

За спиной усилился звон стали. Наёмник Доу без пощады наносил удары, не давая Гао Шанъи перейти в наступление. И в то же время это позволяло Лань И уходить.

Ворота маячили перед глазами, в ушах звенело, в спину подгонял холод меча и клинка. Ноги только ступили на ступень — в голове вспыхнул момент, как двор Шугуан остаётся позади, как резко развернули.

Красивое лицо, глаза с холодным расчётом — Ци Вэньай предстала перед Лань И. Горячие её руки сжали холодные пальцы, сросшиеся с твёрдостью шкатулки. Позади промелькнула спина Гао Шанъи и его сокрушающий удар по наёмнику Доу.

Непонятное разлилось по животу. Холод смешался с жаром. Руки ослабели, как и ноги. Горячие пальцы выхватили шкатулку.

— Прощай, — прошептала Ци Вэньай и толкнула Лань И. Она скрылась через ворота, напоследок блеснув сталью с алыми разводами.

Словно погружалась в воду или в рыхлый снег. Лань И со стуком прислонилась к столбу затылком и спиной, прикоснулась к жару в области живота и подняла подрагивающие пальцы, испачканные алым.

Пелена перед глазами полотном становилась. То чёрным затягивалась, то белым.

Боль пронзила живот. Громкий стон сорвался с бледных губ. В уши ворвался обеспокоенный голос:

— Не вздумай глаза закрывать, — Гао Шанъи сильнее прижал руку к ране, становясь причиной очередной волны боли. — Тебе нельзя.

— Почему? — простонала Лань И, накрывая его тёплую руку.

— Нельзя, — мотнул головой Гао Шанъи, оглядываясь. — Тебе нельзя.

«Так почему?»

Движения Гао Шанъи размывались. Держать веки открытыми всё тяжелее и тяжелее.

Звяканье керамики по камню на мгновение отрезвило. Голубой маленький пузырёк в испачканных кровью пальцах не вызывал чувств облегчения или радости. Толку от него не много, а вот боли — сносящая волна.

Гао Шанъи чуть ли не весь пузырёк высыпал на рану.

— Держись, я за лекарем Шэном.

— Не… надо… — Лань И закусила на секунду губу. Если придёт лекарь Шэн, это точно конец, тот самый, который она видела в начале пути в клане Гао.

— Тебе нельзя умирать! — Гао Шанъи отставил пузырёк, который всегда носил с собой. — Не после…

Он замолк на полуслове.

— Одной больше… одной меньше…

— Нет! — Гао Шанъи мотнул головой. — Тебе нельзя умирать, потому что…

Звон, доносившийся вдалеке, неожиданно раздался рядом.

— Выживи, и брат сделает всё, что скажешь или попросишь, — Гао Шанъи сжал руки Лань И и положил их на рану, зажатую чистым его платком. — Не смей покидать его.

С каждым словом Лань И всё хуже его слышала. Гао Шанъи уходил под толщу воды, или она погружалась в неё, оставляя его на поверхности.

— Домой, — прошептала Лань И, смутно видя, как Гао Шанъи взял клинок и поднялся, — я хочу… домой.

Двое в чёрной одежде с серой нашивкой «Доу»* предстали перед Гао Шанъи. Новая волна звона захлестнула мир. Лань И склонила голову и прикрыла тяжёлые веки, выдыхая.

Темнота с горизонтальными просветами волной обрушалась на неё.

°°•

Примечание:

1. Доу — 斗 — бороться; биться, сражаться; драться; свергать; бой, драка, битва.