— Без лишних движений, — предупредил Гао Чунцзин, предотвращая отступление Лань И. — Поговорим внутри.

Он указал на открытый зал.

Чтобы добраться до них, страже предстояло преодолеть ступени. Этого времени должно хватить, чтобы обежать до арок и скрыться в одной из них.

— Отступать некуда, барышня Лань. Поговорим.

Не в эту минуту. Лань И бросилась обратно за дом. Не успела она добраться до угла, как остановилась. Страж преградил путь, положив руку на клинок. И откуда только он взялся?

— Я же просил без лишних движений, — процедил Гао Чунцзин за спиной.

Лихорадочно бегая взглядом по стражу, вокруг него, Лань И повторяла, что нельзя добровольно отдаваться в лапы зверю. До последнего сражаться.

— Это… — еле произнесла Лань И, сжимая кулаки. — Это ветвь Цзянь…

— Я знаю, — совсем близко раздался голос Гао Чунцзина. — Если думаешь, что Вэнь Цзянь придёт спасать тебя, огорчу тебя: сейчас он проводит время с барышней Ци. Вэнь Цзянь даже своего стража отослал и приказал никого не подпускать.

— Это ветвь Цзянь, — набралась смелости Лань И, — здесь Вы не имеете власти.

Запястье обожгло болью. Дёрнув Лань И за руку, Гао Чунцзин прошипел:

— Это мы сейчас проверим, имею я власть или нет.

Короткие ногти впились в его руку. Но Гао Чунцзин не отпускал, наоборот дёрнул и потянул за собой.

— Отпустите, — Лань И царапала чужую руку, упиралась ногами. Но куда ей до взрослого мужчины.

Гао Чунцзин остановился только у дверей в зал. Толкнул Лань И и зашёл следом, с хлопком закрыв двери.

— Разве это сложно было сделать?

Лань И отступала от неспешно надвигающегося Гао Чунцзина.

— Лекарь сказал, что мне повезло, — Гао Чунцзин поднял перевязанную руку. — Смогу писать, держать меч. Но от долгой работы буду испытывать боль. Как прикажешь мне с этим жить?

Ответа он не ждал, да и Лань И не думала отвечать. Её слова всё равно ничего не значили и не имели смысла для того, кто пришёл отыгрываться.

— Разве ты поступила правильно?

Лань И отступала вглубь, смотря на Гао Чунцзина, следовавшего за ней.

— Разве можно наносить вред мне? — Гао Чунцзин указал здоровой рукой на себя.

Губы пересохли, горло сдавила невидимая хватка, дыхание участилось, липкий пот покрыл спину.

— Признай, что согрешила, и я не причиню тебе вреда, — Гао Чунцзин растянул губы в притворно-сладкой улыбке.

Рука коснулась гладкого дерева. Лань И достигла стеллажей.

— Нет? — Гао Чунцзин остановился и развёл руки. — Тогда мне придётся научить тебя, как себя вести нужно.

— Нет права, — прошептала Лань И, не слыша собственного голоса.

Её явно не собирались спрашивать разрешения, дозволения или желания, потому что это не вопрос, не предложение. Факт.

— Сюда иди, — Гао Чунцзин подозвал к себе рукой. Лань И отступила на большой шаг, касаясь кончиками пальцев полки с книгами. — Глупая женщина.

В отличие от шагов Лань И шаги Гао Чунцзина больше, потому в считанные секунды он добрался до стеллажей.

Сорвавшись, Лань И бросилась в глубь стеллажей, ближе к стене, слыша шаги за спиной. Крутанувшись и уйдя от занесённой руки, проскользнула между стеллажами и во всех ног бросилась к дверям.

Потянув двери на себя, Лань И переступила порог, как за шиворот потянули назад.

— Говорил же, — яростно шипел Гао Чунцзин, — без лишних движений.

Лань И оттягивала душащий ворот и брыкалась изо всех сил.

— Не дёргайся! — рявкнул Гао Чунцзин, бросая Лань И на пол.

Тупая боль прошлась по ладоням и коленям.

— Ещё раз попытаешься сбежать, сломаю ноги, — Гао Чунцзин плюхнулся в та, поставив широко ноги.

Лань И смотрела перед собой на кусочки чёрного камня, граничащие с белым и серым.

— Тебе стоит уже начинать добиваться моего расположения. Вэнь Цзянь сделал свой выбор, и он не в твою пользу. Главы клана нет, он не сможет дать тебе устраивающий тебя вариант, — Гао Чунцзин усмехнулся. — Мальчишка Син Лун не сможет и слова сказать против меня. У тебя нет шансов, как и вариантов.

Лань И подняла голову, взглянув на него исподлобья. Жаль, ему не светила мучительная смерть, его она вообще не ждала.

— Глаза опустила, — подался вперёд Гао Чунцзин.

Не долго ему осталось ходить главой ветви. Падение ждало болезненное, позорное.

— Дерзкая? — противный смех ударил по ушам.

Лань И опустила голову, чтобы выдохнуть и глубоко вдохнуть. Нужно было шпильку не в руку всаживать, выше, значительно выше, в то место, на чём держалась голова.

— Откуда в тебе столько уверенности? Ни красоты, ни манер, ни воспитания, ни женской привлекательности. Лошадь всяко лучше тебя.

— Так надо ходить в конюшню, а не по куртизанкам прыгать, — Лань И поднялась и тут же впилась ногтями в руку, сжавшую каменной хваткой горло.

— Не смей свой рот открывать в моём присутствии, — процедил Гао Чунцзин, сжимая сильнее горло.

Красные полосы закровоточили, под ногти забивалась кровь. Лань И видела только расплывающийся полный ненависти взгляд, искривлённые в злобе губы.

Облегчение наступило неожиданно. Гао Чунцзин отшвырнул Лань И. Та рухнула на столик между креслами и осела на колени, хватаясь за шею и жадно заглатывая воздух.

— Везёт тебе, — усмехнулся Гао Чунцзин, вертя перед глазами исцарапанную руку.

Везение осталось за пределами долины клана Гао. Теперь только чёрная, густая опасность с острыми зубами и когтями.

Хлопок дверей ударил сквозь рассеивающуюся толщу в ушах.

— Ох, какие люди, — усмехнулся Гао Чунцзин. — Разве ты не занят был? Барышня Ци не обидится? Смотри, потом сложно будет добиться её прощения.

Он насмехался.

— Похоже, Гао Чунцзин забыл правила клана Гао.

Тяжёлые шаги гремели громче голоса Гао Вэньцзяня.

— Что ты, я скрупулёзно их чту. Оставлю вас.

Уход одного и приход другого не облегчали ситуацию.

Растирая шею, Лань И поднялась. Если Гао Чунцзина не посадят в темницу, очень скоро в её теле перестанет стучать сердце. Похоже, Гао Чунцзин всеми силами пытался осуществить его остановку. Медленно, извращённо, мучительно. У него непорядки в голове. Таких нужно держать подальше от людей и желательно в клетке и на цепи.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— За мной, — скорее приказывал, чем просил Гао Вэньцзянь.

— Не пойду, — прохрипела Лань И, чувствуя боль в горле.

Терпение, а скорее его отсутствие, присущее мужчинам клана Гао, Лань И наблюдала во второй раз за короткое время.

Гао Вэньцзянь взял за запястье и потянул за собой. Хотелось возмутиться, упереться ногами в пол. Но сил не осталось, потому оставалось только чуть ли не бежать за быстрым Гао Вэньцзянем.

Двор Шугуан опустел от стражи, ушли за главой ветви Цзин.

То, что её ведут во двор Шаньяо, Лань И поняла сразу, а когда они подходили к знакомым постройкам, сомнений не осталось.

Хмурый Ши Лэй ждал в тени арки. Напугал Лань И, выйдя из неё.

— Господин Цзянь.

Гао Вэньцзянь поднял руку, не давая тому продолжить.

Путь лежал до беседки. От вида накрытого стола обожгло обидой, злость охватила горло и ударила резью по глазам.

Конечно, куда же там до благородства или что там могло проснуться в человеке. Почему только сам пришёл, а не стража своего отправил? Пригласил, а приглашённый не пришёл, конечно, надо разобраться, а тут оказалась задержка из-за одного надоевшего родственника, пришлось вмешаться.

Лань И закусила губы, чувствуя, как злость отдавала покалыванием в кончики пальцев.

— Жди здесь, — бросил Гао Вэньцзянь и, оставив её у стола, покинул двор вместе с Ши Лэем.

«Убежал извиняться перед Ци Вэньай», — горько усмехнулась Лань И, опускаясь на круглую поверхность табурета.

От переполняющих эмоций после пережитого деть себя просто необходимо, потому Лань И схватила вытянутый кувшин с носиком и плеснула в пиалу его содержимое.

— Где брат? — раздался сбоку голос Гао Шанъи.

— Ушёл, — Лань И поставила на место кувшин и обернулась на Гао Шанъи, занявшего место по левую руку от неё. С прищуром он прошёлся по ней внимательным взглядом.

— Чун Цзин, — втянул воздух Гао Шанъи. Уверен, что не его старший брат причина потрёпанного внешнего вида Лань И. — Что не так с Е Ваньэр?

Так неожиданно перескочил на другую тему, что Лань И подняла в растерянности брови.

— У тебя с ней проблемы? Не поделили что? — Гао Шанъи сложил руки на груди.

— Нет.

— Сторонишься по какой причине?

Он заметил? Когда успел? Неужели в обед? Так скучно было, что разглядывал людей?

— Только честно, — не раскрещивая рук на груди, Гао Шанъи указал на Лань И.

— Не знаю, — правда и в тоже время не полная.

— Не нравится?

— Просто, — замялась Лань И. Как до него донести мысли, не озвучивая их напрямую? — Мне не нравится её запах.

— Что с ним не так? — изогнул бровь Гао Шанъи.

— Магнолия, — Лань И склонила голову к плечу. — Запах неприятный и душащий.

С минуту Гао Шанъи молчал.

— Запах, — произнёс он, ударив пальцем по плечу.

Лань И подняла на него вопрошающий взгляд. Но ответа не получила. Гао Шанъи посидел ещё пару минут, поднялся и молча ушёл. Ни слова не прозвучало от него.

«Брата что ли ушёл искать?»

Лань И провела руками по лицу, резко выдыхая.

«Как же я устала», — взяла холодную пиалу с мутно-розовой жидкостью и залила в рот. Быстро проглотила и тут же скривилась. Горло охватило огнём, ни вдохнуть, ни выдохнуть.

В кувшине оказалось вино. Большими глазами Лань И смотрела на пустую пиалу.

К моменту, когда горло отпустило, пришли мысли, что по-хорошему надо бы уйти. Но идти никуда не хотелось.

Поставив локти на стол и обхватив ладонями лицо, Лань И изредка клала в рот то кусочек мяса, то небольшую веточку зелени, то кусочек фрукта, смотря на поверхность пруда, с которым играл холодный ветер. Но больше притрагиваться к кувшину не стала.

Лань И видела возвращение Гао Вэньцзяня, слышала его шаги по мосту. Но оборачиваться не стала, даже не поднялась приветствовать его. Густой туман в голове, приятное тепло по телу, ни одной плохой эмоции. Хорошо, и этого достаточно.

— Служанка должна сходит к лекарю за мазью, — Гао Вэньцзянь опустился напротив.

— Разве сегодня не холодный вечер? — тихо проговорила Лань И, смотря на пруд и видя вместо него волны моря, забегающие на берег.

— Такой же, как и вчера.

— Сегодня холоднее, — выдохнула облачко Лань И.

Гао Вэньцзянь с мгновение молчал.

— Надевайте тёплую одежду.

— Если бы дело было в ней, — прошептала Лань И.

Волны перед глазами поднимали с глубин тоску, печаль, нежность.

— Если дело в…

— Вам одиноко? — Лань И всё так же не смотрела на собеседника, который не думал отвечать.

Гао Вэньцзянь поднялся и подошёл к перилам, сложив руки за спиной.

— Не стоило пить вино.

Лань И шумно выдохнула и поднялась.

— Ши Лэй проводит Вас.

В груди заныло с новой силой. Влага выступила на глазах.

Слишком долго притворялся сильным, способным перенести все невзгоды и тяготы жизни.

Гао Вэньцзянь обернулся, услышав не удаляющиеся шаги, а приближающиеся.

Податься порыву в её положении — то же самое, что в толпе громко рассмеяться. Лань И положила руки на широкую спину, притягивая к себе Гао Вэньцзяня.

Прошло много времени с тех пор, когда можно было позволить себе слабость.

Лань И мягко хлопнула по спине ладонью, в том месте, где билось сердце.

Тоска взвыла в последний раз и юркнула в нору, оставляя после себя пустоту, которую тут же заполнило теплом.

Лань И чувствовала, как оттаял Гао Вэньцзянь, и разомкнула объятия. Отступила на маленький шаг и подняла голову.

— Не играй мной, — тихий голос Лань И прозвучал в переплетении со слабым плеском пруда.