За спиной поднялась Фэнь Сяо, обхватывая тёплыми пальцами похолодевшую руку.

Из-за сковывающего ледяной коркой страха Лань И не могла ни отступить, ни отойти, ни отвести взгляда.

— Как интересно, — растянул Гао Чунцзин, вертя в левой руке шпильку.

Представление за спиной закончилось. Больше Хао Лици не танцевала, на неё не смотрели. Даже воздух похолодел и опасно загустел.

— Веселитесь, — Гао Чунцзин прошёл взглядом по присутствующим. — Молодой глава клана тоже тут. Со всем уже разобрался?

Гао Синлун поднялся, за ним Гао Цзинъян, получая от Гао Чунцзина взгляд, предостерегающий об опасности его поступка.

— Если у главы ветви Цзин есть дело, обсудим в другом месте, — без тени мягкости и расслабленности как ранее Гао Синлун смотрел на старшего по возрасту, но младшего по статусу, чем выводил Гао Чунцзина.

— Что Вы, я так, мимо проходил, решил заглянуть.

— Заглянуть? — Гао Синлун нахмурился. — Этот двор закрыт для посещения посторонних.

Глаза Гао Чунцзина вспыхнули злобой.

— Это ветвь Цзин, и любое место открыто для меня.

— Даже глава ветви не имеет права заходить во двор незамужних девушек, — не отступал Гао Синлун под натиском тёмных глаз.

Фыркнув, Гао Чунцзин сжал шпильку и резко выбросил руку. Лань И шарахнулась назад, ещё и Фэнь Сяо потянула на себя. Но шпилька замерла на расстоянии указательного пальца до кончика носа.

— Как низко, — выплюнул Гао Шанъи, сжимая чужое запястье.

— Мальчишка, — процедил Гао Чунцзин, тряхнув рукой. К тому моменту Гао Шанъи сам разжал хватку на его руке.

— Взрослый мужчина не в состоянии принять свою ошибку и перекладывает ответственность.

— Рот закрой.

Гао Шанъи поднялся, становясь на пол головы выше Гао Чунцзина.

— Глава клана, рассмотрите на собрании со старейшинами вопрос о мерах над главой ветви Цзин, — поднялся Гао Вэньцзянь.

— Не тебе говорить, — выплюнул Гао Чунцзин. — Смотри и локти кусай, как новый глава клана крутит твоей ветвью. Ты дал полное право, не приняв…

— Разговор не для этих мест, — осёк Гао Синлун.

— Разве? — оскалился в улыбке Гао Чунцзин. — Разве не все мы семья? Или они так и останутся чужаками? Какая жалость.

Лань И почувствовала, как её потянули назад. Фэнь Сяо задвинула за плечо.

— Барышни, не печальтесь, всего три из вас войдут в ветви, остальным, к вашему сожалению, придётся довольствоваться стражами, — Гао Чунцзин обратил внимание на притихших девушек. — И ты не лучше них.

Он указал шпилькой на Лань И.

— Главе ветви Цзин пора вернуться в свои покои, — строго произнёс Гао Синлун, сжимая кулаки.

— И подумать над своим поведением? — рассмеялся Гао Чунцзин. — Да-да, я обязательно подумаю над поведением после того, как получу правосудие.

— Уже, — Гао Синлун сделал шаг, как его внимание привлёк Гао Вэньцзянь, который обошёл Гао Чунцзина и обратился к Лань И:

— Нам пора.

Без промедления Лань И почувствовала, как разжалась хватка Фэнь Сяо на кисти и мягкий толчок в спину от Мэн Шии — уйти сейчас самое лучшее решение, и не воспользоваться им — великая глупость.

Лань И покидала двор Юэлян за Гао Вэньцзянем. Всего какой-то пол шага разделяли их, но это даже лучше. Лань И не смогла бы идти плечом к плечу с ним. Неправильно.

В ушах стучала кровь, руки била мелкая дрожь, губы пересохли, в глазах то и дело расплывалось.

Пребывание в ветви Цзянь её не спасёт, и даже личный жетон Гао Вэньцзяня не имел веса для потерявшего сдерживающую цепь в лице главы клана Гао Чунцзина.

Сжимая до ощутимой боли руки, Лань И думала над тем, что делать. Ещё немного — и тот короткий фрагмент из головы воплотится в реальности. Видеть склонившегося лекаря Шэна и слышать его фразу «поздно» не хотелось.

Сбоку появилась рука с вуалью и шпилькой. Склонив голову в знак благодарности, Лань И забрала вещи у Гао Шанъи, который ускорился и встал рядом с братом.

— Чун Цзин разошёлся.

— М, — Гао Вэньцзянь не склонил головы, не посмотрел на младшего брата.

— От него можно ждать всего, — Гао Шанъи сложил руки на груди. — Главы клана на него нет.

Лань И с отвращением смотрела на шпильку. Больше её ни за что не наденет, хорошо, что она принадлежала клану Гао.

Завязав вуаль, Лань И сжала шпильку.

— Глава клана имел на него силу, — продолжал Гао Шанъи. — Что это? Чего больше всего Чун Цзин боится?

— Потерять статус, — прошептала Лань И.

Для Гао Чунцзина важно представлять из себя важного человека с высоким статусом. В ином случае он ниже стражи и слуг. Это так позорно низко для него — сына от служанки, пробравшийся в постель господина.

— Словно сейчас он на высокой ступени, — обернулся Гао Шанъи.

Лань И опустила взгляд на плиты впереди.

— Потеряй статус главы ветви — больше не сможет получить его назад, — говорил Гао Вэньцзянь.

— Подавить Цзин Яна просто, — Гао Шанъи и соглашался с братом, и в то же время видел тонкости.

— Сейчас у Цзин Яна больше преимуществ, чем тогда.

Законнорожденный, совершеннолетний, почти женат. По первому критерию Гао Цзинъян уже мог претендовать на статус главы ветви Цзин. Из-за мягкого характера не решался бросить вызов Гао Чунцзину и выступить перед старейшинами клана с просьбой о назначении его главой ветви.

— Он не удержится. Лучше уж Цзин Вэй.

— Дай Гао Цзинъяну что-то или поручи что-то — он приложит все силы, но справится с возложенным на него, — Гао Вэньцзянь знал больше, ведь подмечал все, казалось, незначительные на первый взгляд детали в людях.

— Чун Цзин так просто не отдаст, — мотнул головой Гао Шанъи.

— Проблема, — тихо выдохнул Гао Вэньцзянь.

Но Гао Цзинъян станет главой ветви. Лань И знала это точно.

— Всё равно, Чун Цзин что-то часто кусаться стал, — недовольно прошипел Гао Шанъи.

— Посмотрим, что дальше будет.

Своей фразой Гао Вэньцзянь поставил точку в разговоре. До самого двора Шугуан молчали. Не останавливаясь, Гао Вэньцзянь и Гао Шанъи ушли вперёд.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Барышня Лань, — встретила у двора У-эр, — что-то случилось?

Вздохнув, Лань И отдала ей шпильку, а сама поплелась внутрь дома.

— Что с ней сделать? — У-эр вытянула руки со шпилькой.

— Продай, подари, оставь себе, — Лань И опустилась за стол и положила на него голову, чувствуя, как на плечи и спину давит тяжесть. — Что угодно. Как посчитаешь нужным.

— Уберу в шкатулку, — тихо сказала У-эр, метнувшись к столику и вернувшись. — Вам так и не удалось наладить отношения с господином Цзянем?

Лань И прикрыла глаза. Сейчас Гао Вэньцзянь — не такая проблема, как Гао Чунцзин. Он хоть не проявляет нездорового интереса.

— У-эр, У-эр, — слабо протянула Лань И. — Я так устала.

— Ванну примите, ляжете вздремнуть, подать чаю?

Уснуть и провести несколько часов в возможности не видеть людей — хорошая идея. Только вот другие плевать хотели на желание другого отойти от них отдохнуть.

— Может, что-то другое хотите? — не отставала У-эр.

— Пока здесь полежу, а там решу.

Заснуть или провалиться в дремоту не выходило. Организм поставил себя в стойку выслеживания опасности, потому не мог просто расслабиться.

Неожиданный удар открывающихся дверей заставил Лань И подскочить и захлопать ресницами.

В комнату влетела разъярённая Чжу Лие. Вот её-то Лань И не ждала, хоть и требовалось.

— Это был твой план с самого начала! Ты делала всё для себя! Ты не помогала мне, ты прокладывала путь для себя через меня! — не скрывая своих чувств, вылила злость Чжу Лие. — Хоть на мгновение ты была честна?

От количества услышанных слов, Лань И растерянно смотрела на неё и никак не могла связать слова в предложение.

— А я дура, ещё ей доверяла, позволяла быть рядом с собой, — не унималась Чжу Лие. — Права Цзю Ваньлуань была. Доверять тебе — плохая идея.

Облизнул губы, она продолжила:

— Милое личико и глупый взгляд. Провела меня. Надо же было поверить. Что смотришь глупыми своими глазами?! Думала, будешь крутиться рядом, сможешь ловко обскакать и Гао Вэньцзяня себе забрать? А вот не мечтай. Я тебя предупреждала: Гао Вэньцзянь мой, и ради него я по головам пойду.

— О чём ты…

— Так и говорили! Дурочкой прикинешься, — уперла руки в бока Чжу Лие. — Не знаешь, не понимаешь, не хотела, не думала. Лживая девка! Такая же алчная, как и жалкие служанки, прыгающие в постель хозяев.

Рука сама потянулась и сжала шкатулку с нитками и вышивкой на столе. Лань И смутно понимала, что делала.

Шкатулка из рук полетела в Чжу Лие, угодив той в бедро. Под вскрик Лань И поднялась.

— С ума сошла?! — взвизгнула Чжу Лие.

Лань И подошла к ней и толкнула к двери.

— Вон.

— Что ты себе позволяешь?!

— Пошла вон, — с угрозой произнесла Лань И.

Раскрыв рот и распахнув широко глаза, Чжу Лие смотрела на неё, словно видела впервые.

Лань И снова толкнула её, поторапливая.

— Вон. Иди с другими обсуждай девок, прыгающих в постель чужих мужей.

Через высокий порог Чжу Лие вывалилась, чудом не распластавшись на крыльце. У её носом Лань И закрыла двери и присела собирать нитки с вышивкой в шкатулку.

— У тебя ничего не выйдет! — напоследок крикнула Чжу Лие. После наступила тишина.

С минуту в голове стояла тишина, которую прорвал поток несдержанного монолога. Мысленно Лань И ругалась, ставила на место, несдержанно объяснялась и при этом вышивала.

Время пролетело на удивление быстро.

— Барышня Лань, почему Вы в темноте сидите и вышиваете? — в комнате суетилась У-эр.

— Не зажигай, — Лань И отложила вышивку пионов в шкатулку. — На сегодня я закончила.

— Вы же помните про ужин с господином Цзянем?

— В силе? — вздохнула Лань И. Для неё день тянулся невыносимо долго, он высасывал каплю за каплей из тела, оставляя одну оболочку.

— Конечно, — с энтузиазмом закачала головой У-эр. — Господин Цзянь просил напомнить, потому я и пришла.

— А не прийти нельзя? — с надеждой посмотрела на неё Лань И.

— Вас что-то беспокоит? Что-то болит? — в голосе столько переживания, что стыд швырнул в горло пыль.

— Просто…

«… не хочу».

— Хотите искупаться?

— Зачем? — вскинула голову Лань И, большими глазами смотря на У-эр.

— Разве Вы не говорили, что устали? — пожала плечами У-эр. — Искупаетесь, освежитесь, переоденетесь.

Лань И задумчиво подпёрла подбородок кулаком.

— До ужина успеете, — заверила У-эр.

— Хорошо, давай, — сдалась Лань И, мысленно планируя растянуть купание. Кому понравится, когда на встречу опаздывают? А если это почти глава ветви, главный армией клана Гао, точно не понравится.

— Тогда сейчас! — с улыбкой У-эр поспешила покинуть дом, дабы сходить за горячей водой.

Поднявшись и направившись на выход, Лань И принялась разминать конечности, шею и спину. Осталось пережить ужин с Гао Вэньцзянем, и день закончился. А завтра уже думать, как прожить новый день. Надежда на то, что Гао Вэньцзянь бросит затею с совместными приёмами еды, теплела на поверхности.

Лань И медленно обогнула дом и встала как вкопанная. С десяток стражей стояли от ворот до лестницы дома.

Первая промелькнувшая мысль: Гао Вэньцзянь. Вторая: это связано с убийцей главы клана. Но раздавшийся голос разбил все мысли в дребезги:

— Барышня Лань, мы не закончили, — оскалился Гао Чунцзин, хищно смотря на Лань И.