«Она смотрела в тёмные глаза с синим отливом…» * * *

Хуа Линь сбежала. Оставила разборки и все возможные последствия на Чжу Сюя и без угрызения совести сбежала. Уходила привычным шагом в своей манере. Но Хуа Линь лучше других знала: сбежала. Натравила на себя Чжи Лань, уведя её взгляд смертоносной птицы от школы Сяофэн и подставив себя.

В Чжу Сюе Хуа Линь не сомневалась. В нём уже крепли подозрения на счёт Чжи Лань и старейшины Ань, сегодняшний день стал жирной, отравительной точкой. Скорее всего один из них выйдет сухим из воды, другого спустят из старейшин с позором.

Да, Чжи Лань выкрутиться, заляжет на дно на время, спланирует каждый свой шаг и нападёт. Но перед этим она обязательно разберётся с одной наглой особой, победившая, тем самым унизив, её. К тому моменту Хуа Линь будет её ждать. А ещё школа Сяофэн соберёт силы и будет готова искоренить зло.

А пока Хуа Линь не была готова ко всем разговорам, которые поджидали её по окончанию застолья. Да она попросту не успела бы убежать на гору Е, как её сцапали на подъёме. Повезло, что у Чжу Сюя дел много, а так тоже не отпустил бы.

В городе кипела жизнь. Даже не смотря на погоду, люди заполняли улицы. На знакомых улицах Хуа Линь не задерживалась, шла мимо. В прошлые разы ей так и не удалось побывать в других уголках большого города.

Хуа Линь держала путь к другому концу города.

* * *

Конь топтался рядом. Хуа Линь вертела головой. Вот надо было ей довериться животному. А конь возьми и попадись строптивый. Ему, видите ли, виднее, куда путь держать.

— Вот что мне теперь делать? — Хуа Линь обречённо посмотрела на спокойного коня.

Вечерело и холодало, а она посреди бескрайнего поля, город остался давно за спиной, и конь не двигался с места. Ни назад, ни вперёд.

— Пожалуйста, милый, — Хуа Линь сложила руки в молитвенном жесте. — Твой владелец сказал, что ты хороший, послушный, быстрый, понимающий, благородный конь. Отвези меня обратно в город, пожалуйста. Тебе же не сложно, к тому же нам по пути с тобой. Ты мне поможешь, а я тебе.

По пути Хуа Линь взяла на так называемый прокат коня, показав хозяину подвеску школы Сяофэн. Ему достаточно будет отправить письмо и плата сразу поступит.

Только вот всё больше и больше Хуа Линь убеждалась, что её обманули. Конь тем ещё животным оказался. Никакого комфорта, никакого послушания. Скакал так, что она долгое время не чувствовала низ тела, ноги не сгибались и не разгибались. Его похоже не выпускали дальше трёх шагов от конюшни, строго на привязи держали, а тут мужик, хозяин, решил пошутить или что там у него в голове щелкало, его ей дать. Подставил, как пить дать подставил.

— Умное ты животное, давай обратно меня увози, — скрестила руки на груди Хуа Линь и строго посмотрела на коня. — Пожалуйста, — всё же сдалась.

Она уже согласна и в городе погулять, ну его этот другой конец, подальше от знакомых.

— Я накормлю тебя вкусностями, — выдохнула Хуа Линь, а безразлично тыкающийся в мерзлую землю мордой конь обратил на неё внимание. — Так и знала, что ты продажная душа. Яблоки? Морковь? Или чего другого?

Конь тряхнул головой и стал подходить.

— Ага всё вместе, — усмехнулась Хуа Линь и положила руку на подошедшего коня, который не остановился. — Ты куда? Эй, стой.

Но конь топал в противоположную сторону от города.

— Умное ты животное, — выругалась Хуа Линь, направившись за ним. — Не видать тебе вкусностей. Сама всё съем. А ты будешь смотреть и слюной давиться. Так и знай.

* * *

Кто бы мог подумать, что простая прогулка с конём может принести покой и облегчение. Хуа Линь неспеша шла за конём, который по-своему с ленцой топал вперёд.

На деревянную табличку с названием деревни не обратила внимание. К тому же конь дождался неё и мордой толкнул в плечо. Возмущаясь и ведя его за собой за поводья, Хуа Линь продвигалась вперёд.

Небольшая деревня, но достаточно уютная. Местные жители приветливо смотрели, кто здоровался.

— И что ты встал? — похлопала по боку коня Хуа Линь. — А я говорила, что веди себя как послушный, воспитанный, благородный конь и тогда получишь вкусности. Теперь смотри и слюни по зубам гоняй.

На дворе, окружённым низким забором, хозяйка из сарая переносила ящики с морковью и яблоками.

— Не трави свою гордую душу, всё равно не дадут, — Хуа Линь потянула коня вперёд, тот нехотя побрёл рядом.

Пройдя от перекрёстка до другого перекрёстка, услышала:

— Госпожа Хуа.

А Чао Юэ что тут забыл?

Обернувшись, Хуа Линь опешила. Сюрприз в лице Чао Юэ представил из себя не одного ученика школы Сяофэн. Ли Гаошуан прижимал к себе бумажные пакет, Ци Цюань держал закрытый ящик, второй такой же держал Чао Юэ, с мешком позади них стоял Ань Ханьсюй. Выросший и ещё пуще похорошевший.

— Что Вы здесь делаете? — поинтересовался Чао Юэ. — Разве у Вас не много дел?

— Раз здесь, значит решили, — как глупому ребёнку тихо проговорил Ци Цюань.

— Школу Вэньи закрыли, а учеников в темницу на десятки лет посадили? — цокнул Чао Юэ. — Нет? Значит ничего не решено. А что там было?

В его глазах горело любопытство.

— Не посреди же улицы обсуждать, — округлил глаза Ли Гаошуан, посмотрев на Чао Юэ с лёгким укором.

— Ладно, — махнул Чао Юэ на попытку узнать здесь и сейчас. — Куда Вы?

Хуа Линь молча наблюдала за ними, не думая, что вернутся к изначальному вопросу.

— Тебе не обязаны докладывать, — проговорил Ци Цюань.

— Да вот, — Хуа Линь потянула коня за собой к учебникам. — Решила прогуляться, новые места посмотреть. Не всё же за высокими стенами прятаться.

Чао Юэ энергично закивал.

— Правильно.

— А вы? — Хуа Линь оглядела вещи в руках участников. — Тайком сбежало из школы, чтобы устроить мальчишечьи посиделки?

Она с весёлым прищуром посмотрела на них.

— У нас…

— У нас отдых, — перебил Чао Юэ Ли Гаошуан. — В школе устали.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Кивнув, Хуа Линь поняла, что не совсем у них простой отдых. Вполне себе вероятно у них задание. Верные, лучшие ученики без проблем придут на помощь в трудную минуту.

— Не хотите с нами? — беззаботно спросил Чао Юэ.

Ли Гаошуан и Ци Цюань устремили на него выразительные взгляды.

— А можно? — хмыкнула Хуа Линь, конь рядом повёл головой.

— Конечно, — воодушевился Чао Юэ, подходят к ней и зашептал: — Мы здесь такой домик выкупили, частенько на несколько дней уходим.

Спохватившись, он заверил:

— Всё с разрешения, глава и учителя знают.

Хуа Линь чуть было не ляпнула «знаю», вовремя прикусила язык.

Два года назад, прибывшие по сигналу о помощи, старина Цзян и несколько учеников, среди которых были и Ли Гаошуан, и Ань Ханьсюй остановились в заброшенном доме. Во второй раз прибыв по сигналу о нападение призраков на дом, они остановились в том же доме. Чтобы не искать другой или делить место с наглыми бандитами, старина Цзян выкупил дом, дав добро ученикам в нём собираться.

Дом стоял на окраине. Ничем не выделялся среди других, себе подобных, небольшой дворик с крепкими воротами и забором, с качелями и столиком с лавками, выложенный некогда светлым камнем квадрат и сооружение с решёткой для жарки мяса, поленница дров и сам домик.

Всё чисто и прибрано.

— Госпожа Хуа, можете отдохнуть, а мы делами займёмся, — Чао Юэ первым рванул в дом.

— Госпожа Хуа, — мимо прошёл Ци Цюань.

— Госпожа Хуа, — за ним Ли Гаошуан.

Хуа Линь неспеша оглядывала дворик, ведя коня, который приметив чистую поляну перед качелями потянулся к ней.

— Куда? — возразила скорее из вредности, чем поиздеваться над животным она. — Разве ты хорошо себя вёл? Что-то не припомню я, чтобы ты послушным конëм был. Вот же вредина.

Отпустив поводья, Хуа Линь сложила руки за спиной.

— Его лучше привязать, — раздалось тихое за спиной.

На автомате Хуа Линь кивнула с секундной заминкой.

— Обязательно, сейчас сделаю, — тихо проговорила она сама себе.

Ан Ханьсюй встал рядом с небольшим расстоянием. Он молчал, Хуа Линь не спешила заводить разговор первой. Некая неловкость сковывала внутренности, чтобы вести себя как раньше. Она знала прошлое, которое не для неё, Ан Ханьсюй вырос, повзрослел, его взгляды на многое изменились, его мышления изменилось.

— Хорошо, что Вы вернулись.

«Хорошо, что ты не сильно привязался. Чистые чувства смешались с ядом и благодаря этому остались целы».

Чистая привязанность под слоем яда сломалась безболезненно, без разлетающихся осколков, которые оставляют глубокие незаживающие раны. Всё быстро, осторожно, без пыли, под обезболивающим под названием «время». Всё давно затëрлось.

Как Хуа Линь хотелось на это надеяться. Сам факт того, что Ан Ханьсюй способен отплачивать на свои чувства и эмоции пугал. Ситуация из прошлого, которую знала Хуа Линь не радовала, наоборот больше заставляла с настороженностью смотреть на ученика младшей соученицы. Сяотин лишилась половины своих сил, лишь потому что Сяохуа исчезла, к тому же во время одной из встреч на глаза Ан Ханьсюя попалась стрела Сы. Накапливающийся эффект и Ан Ханьсюй не сдержался, а находившийся с ними Я Шэн не стал останавливать и вмешиваться.

— С Вами всё хорошо?

Хуа Линь смотрела на коня, который тыкался мордой в землю, покрытую снегом, и удручающе фыркал.

— Спасибо, — Хуа Линь повернула голову. — Теперь да.

Она смотрела в темные глаза с синим отливом, тайна цвета которого сложна и уходила в глубь прошлого.

— Госпожа Хуа, а Вы любите куриное мясо, свинины или говядины? — из дома выскочил Чао Юэ. — Или может вам нравится баранина?

Повернувшись к нему, Хуа Линь подняла уголки губ.

— Я люблю всё. Главное, что бы не мне пришлось готовить.

— Не переживайте, Ци Цюань готовить так, что забываешь обо всём, — заверил Чао Юэ. — Сегодня можно объедаться, а завтра за дело?

— За какое дело? — приподняла брови Хуа Линь, не забывая о недавней его же недоговорённости.

— А, — почесал затылок Чао Юэ. — Это…

— Необходимо обеспечить сон жителям, — завуалированно подсказал Ан Ханьсюй.

Так всё же они здесь для того, чтобы разобраться с жалобой.

— Это правильно, — выдохнула Хуа Линь.

— Мы сами справимся, не переживайте и отдыхайте, — расправил плечи Чао Юэ.

Хуа Линь усмехнулась:

— А я и так собиралась ничего не делать.

«Всё равно без моей помощи и моих стараний оно подвалит и мечом ударит».