— Чёрт! Забыла! — хлопнула себя по лбу Лиана. Мы уже были готовы взлететь из крепости, предварительно загнав броневик в трюм.

— Утюг выключить? — хохотнула Таня.

— Нет, ничего, — отмахнулась Лиана. — Женя, стартуем?

— Да, поднимай челнок. Это самый плохой? — я огляделся по сторонам. Рубка вдвое шире обычной, кресел шесть против трёх обычных. Чего он ей не понравился?

— Не то, чтобы плохой, просто на нём господа офицеры летали. На весь челнок всего две каюты и небольшое отделение для десанта. Неудачная планировка, на фига он нам?

— С этой стороны, ладно, согласен.

— Лесник, что за тайны Мадридского двора? Почему мы на челноке летим, хотели же на машинке скататься? — прогнусавил папаша Кац. — Что ты опять придумал?

— Да, да, нам тоже интересно, — сказал Кислый. — У вас какие-то тайны есть от нас?

— Я тебе говорила, — пробормотала Лиана, резво пробежав по панели управления длинными пальцами. — Будут вопросы.

— Никаких тайн от вас нет, успокойтесь. Повторяю, Великий глист может менять носителей как перчатки. Он мог вполне находиться на территории крепости и услышать о наших планах. Поэтому мы придержали информацию до самого последнего момента. Мне ли вам объяснять, что такое дезинформация, — развёл я руками. — Узнай он вчера, то наверняка бы нашёл способ предупредить своих подружек.

— Понятно, — удовлетворённо крякнул Кислый. — Запутывание врага!

— Ещё какое, — прокряхтел папаша Кац и хитро так спросил. — А как ты, Женя узнаешь, нет ли среди нас извергов?

— Очень просто, старичок. Забыл, что ли? Доставай своё пойло и пусти по кругу. Изверги не терпят алкоголя, — весело отозвалась Лиана и заложила крутой вираж. — Вот сейчас и посмотрим, как изверг обгонит нас. Что-то никого не видать внизу.

— Да куда ему, — шумно выдохнул знахарь, сделав богатырский глоток из фляжки. — Ах, хороша горилка! Машуль, грамулечку, не больше. Хотя по тебе сразу было бы видно, что изверг залез в тебя.

— Почему? — по слогам спросила девушка. Она заметно набрала вес и румянец утвердился на её щеках. От былой травмы почти не осталось и следа, кроме неважно работающей руки.

— Изверг сразу восстановит тебя. Моментально взяв управление на себя. В первые дни твоё сознание ещё будет как-то воспринимать действительность борясь с симбионтом, но когда эта тварь доберётся до мозжечка, то твои мучения закончатся, — печально вздохнула Лиана.

— Да, вот эта особенно хорошо получилось, — причмокивая от удовольствия Маша пригубила из фляжки. — Корицы не много?

— На любителя, — Кислый также хорошенько приложился к фляжке и передал Тане. Та отхлебнула совсем чуть-чуть и её глаза полезли на лоб.

— Ни хрена ты сварил, знахарь! Я дымлюсь, реально! — у Тани перехватило дыхание.

— Мне, дай. Что за пойло Изя намутил? — Лиана, не отрывая взгляда от приборов протянула руку.

— Ты долетишь? — усомнилась Таня, но фляжку вложила в руку.

— В любом состоянии! Ноу проблем, — Лиана сделала большой глоток и занюхала моим рукавом. — Женя, тебе обязательно надо этот попробовать. Опять на пантах топтуна?

— Бери выше, элиты! Фельдшер принёс, отломил у кого-то в Пекле рога. Ветвистые такие, с Машей целый час пилили.

— О, да! И так, мы не изверги! Слушайте тогда дальше, — продолжил я вводную несколько раз глубоко вдохнув после Изиного пойла. — На границе Пекла нас ждёт стая, ну как стая. Пантера и Паук. Волки куда-то ушли, Удава Афродита превратила в не пойми что. Они нам помогут поймать извергов. Напасть на суперэлиту у них всё равно не получится. Мы же все будем в скафандрах изображать нолдов. Большая просьба, дары задействовать только в крайнем случае.

— Зачем? — уточнил Кислый. — У меня такой чудесный дар, я надеялся им воспользоваться.

— Объясняю. Я хочу натравить извергов на нолдов, для этого мы должны изображать их. Изверги прекрасно знают внешников и отношения у них плохие. Надо подлить масла в огонь, пусть займутся друг другом.

— А стая разве нас не компрометирует? — хитро прищурился папаша Кац. — Элита не дружит с нолдами.

— Ни капли. Они просто напали на всех сразу, но парни и девки в белом им понравились больше, поэтому они начали грызть извергов. Может у них давно зреющая неприязнь? — ответил я.

— Логично. Из скафандров доставать сложнее, — засмеялась Таня. — Я видела вы огнемёты грузили? Можно мне один?

— Хоть два. Там и экзоскелеты есть, — отозвалась Лиана.

— О, кайф! Хочу огнемёты и экзоскелет! — у девушки загорелись глаза.

— Всё к Кислому, он тебя нарядит, — кивнул я на её жениха.

— А я? — спросил Маша.

— Тебе ещё рано подруга. Рука у тебя не работает как надо, боюсь попасть дружественный огонь, — спокойно сказала Лиана. — Вы с Изей наблюдаете за тылами сидя в челноке. Изя за руль сядет, а ты на место стрелка. На улицу не выходить!

— Мне можно будет пострелять из главного калибра? — с расширившимися глазами спросила Маша.

— Только не по нам, — быстро добавил Кислый. По-моему, он впервые после того случая обратился напрямую к Маше.

— Не беспокойся, тебе лично ничего не грозит, — это значит, что она отомстит иначе сработал у меня в голове переводчик. Убьёт Таню? Нет, тогда возникнет масса проблем. Но что-то обязательно отколет.

— Я уже спокоен.

— Все спокойны, все молодцы. Начинаю снижаться! — сказала Лиана. — Подлетаем. Обратите внимание налево!

Слева торчал башенный кран, прилетевший вместе с одним из небоскрёбов. Видимо что-то достраивали, но теперь это смотрелось весьма устрашающе. На стреле к крюку была подвешена решетчатая клетка. Сам крюк находился на половине стрелы, уехав ближе к кабине. В клетке кто-то болтался, по всей видимости сам крановщик. Как он туда попал неизвестно, но ещё был жив. Так как заражённый не догадался как выбраться из клетки то наслаждался полными штанами и страшной худобой. Пожрать ему никто ничего не принёс, и поэтому он скучал, глазея на происходившее внизу с высоты птичьего полёта. Лиана нарочно затормозила напротив клетки удерживая челнок в неподвижном состоянии. Заражённый крановщик вцепился костлявыми лапами в прутья клетки и свирепо зыркал на нас желтыми белками без зрачков.

— С ним что-то не так! — выдал папаша Кац.

— Он хочет тебя, Изя, — уверенно сказала Маша. Это было первое проявление юмора с её стороны с момента нашей поездки к колодцу Силы. Кстати, хороши бы мы были, напившись антифриза. У нас пили откат из пушек, то есть тормозную жидкость. Я не бы сравнил её даже с самогоном, редкостная дрянь. Но артиллеристы бегали после отката как озверелые. Только успевай подносить боезапас.

— Несомненно, — кивнул знахарь. И прикрыл глаза. Прошло секунд двадцать, и крановщик обмяк. Из его ноздрей и ушей полезло розовое мозговое вещество прошедшее термообработку. Жёлтые белки также окрасились розовым цветом, и крановщик свалился на дно клетки. Вышло у него это так театрально, словно у умирающего сына Ивана Грозного. — Минус один!

— Сейчас мы немного развеселим извергов, — пробормотала Лиана. — Плазменные торпеды, Жень. Подойдут?

— Вполне, только их самих не задень. Они нам ещё нужны будут.

— Изверги все ниже. Спускаются к земле, — Лиана взглянула на радар, указывающий скопление организмов напротив в небоскрёбе. Они медленно спускались по лестнице. — Задумали что-то, уроды. Пуск! — Челнок слегка получил отдачу и в сторону кручёного небоскрёба понеслись две сигары, оставляя за собой дымный след. Несколько сотен метров они проглотили почти моментально, и на самой верхушке здания расцвели два огненных бутона. Вниз полетели бетонные перекрытия, фонтаном в сторону брызнуло расплавленное стекло и небоскрёб уменьшился на десяток этажей, потеряв свою верхушку как у новогодней ёлки. Радар показал, как изверги гурьбой скатились вниз по лестницам сразу после взрыва обгоняя друг друга. Подгорело у кровососов.

— Сажусь, — хохотнула Лиана, и повела челнок на посадку. Мы заранее определили место и челнок плавно опустился на площади перед остроконечным небоскрёбом. Нужный нам стоял в двухстах метрах дальше. К нему мы должны подойти на виду у извергов. То, что они за нами следили, мы не сомневались. Радар челнока чётко показывал скопление организмов, добравшихся до подвала, Лиана добавила ещё пару плазменных торпед убрав лишние этажи. Перед нами застыл дымящийся огрызок вместо некогда красивого здания.

— Прячутся твари! — злорадно потёр руки папаша Кац.

— Изя, ты с Машей в челноке остаёшься. Караулишь, а мы быстро похватаем этих трутней и дадим сигнал. Тогда подведёшь челнок ближе. Хорошо? — уточнил я.

— Яволь, герр полковник! — прокартавил знахарь.

Мы спустились по пандусу. Лиана и Таня облачились в экзоскелеты. Мы с Кислым решили оставаться мобильными и не стали напяливать на себя металлическую сбрую. Кислому при случае придётся включать свой новый дар. Скафандр не жалко, а вот от экзоскелета ничего не останется. Я же под даром в экзоскелете уже пробовал в пещере со скреббером. В тот раз железный макинтош заклинило на запредельных скоростях, и я чуть-чуть сам себя не похоронил. Спасибо Наташе, выручила. Я вздохнул, вспомнив вечно смешливую Наташку, какая была девочка хорошая…

— Здец! — из-за угла показался Фельдшер в белом халате и подмигнул мне.

— Ырг! Ургл! Агрх! — Лиана перекинулась с ними парой фраз. — Они здесь. Что делаем?

— Пусть идут вперёд и выгоняют этих уродов из подвала, а мы их будем паковать. Идём за ними. Кислый и Таня по левой стороне улицы, а мы с Лианой по правой!

Все всё поняли. Мимо нас промелькнул зеркальный корпус Пантеры утробно урча при этом. Гигантскими скачками она понеслась прямо по широкой улицы. Саму её никто не видел, только размолотый в труху бетон под тяжелыми лапами суперэлиты. Паука я заметил только по упавшему с высоты куску стены. Он решил добраться до искомого небоскрёба прыгнув с крыши рядом стоящего. Шустро карабкаясь по стене, он мигом исчез в вышине. Что касается Фельдшера, то он воспользовался телепортацией. Его халат мигнул в пятидесяти метрах среди строительного мусора, ещё секунда и я с трудом различил его уже в метрах ста впереди. Следующей телепортации я уже не заметил. Извергов можно было смело считать покойниками, против трёх суперэлит они не игроки. Это им не долговязых сантехников с ума сводить. Наша стая отпарафинит вас по полной, злорадно подумал я. Нам же с Лианой только оставалось идти вперёд и напевать весёленький назойливый мотивчик, радуясь жизни. Назад мы не смотрели, понадеявшись на папашу Каца. А зря!

— Изя, я писать хочу! — тихо произнесла Маша, как только мы отошли подальше.

— Ой, тебе скафандр мешает? Нолдовские подходят для мужчин и женщин, — папаша Кац был знаком с устройством скафандра.

— Я не хочу в подгузниках ходить, — Маша надула губки.

— Да там всё утилизируется, — успокоил её знахарь.

— Изя! — требовательно сказала Маша. — Я по-большому хочу. Посторожи меня!

— Ну пойдём, — пожал плечами знахарь. — Лесник же сказал не покидать челнок.

— Я не могу терпеть! Изя! — возмутилась Маша. Знахарь кивнул, делая скидку на её ещё плохое самочувствие.

— Всё, дорогая идём, — знахарь нажал кнопку опускания пандуса и не надев шлем быстро пошёл на выход. Маша вприпрыжку двинулась за ним. Изя понимал, что запах суперэлиты ещё долго будет отпугивать живность вокруг, так что из заражённых им никто не помещает. Остальных здесь и в помине никогда не было. Желающих прогуляться по Пеклу, как правило, убивали сразу. Ещё в стабе, чтобы не мучились. Спустившись на землю, Маша быстро побежала к ближайшим развалинам, а Изя остался стоять, крутя головой по сторонам. Вроде тихо, знахарь успокоился и открутил крышку фляжки. Опрокинув её, он ощутил, как огненная вода провалилась в желудок принеся с собой острые ощущения. И ведь никто не понял, что папаша Кац добавил в рецептуру щепотку перемолотого перца чили! Именно он перехватывал дыхание. Перцовка, была раньше такая водка, довольно известна в широких массах, но здесь её подзабыли. Вот она выбивала дух даже из прожжённых алкашей! Принял стаканчик и весь день встать не можешь.

Наслаждаясь жизнью, папаша Кац вертел головой и поддерживал визуальный контакт с Машиной головой, видневшейся над бетонным блоком. Изя так расслабился, что не увидел, как глаза у Маши полезли на лоб. Она успела оповестить Изю об опасности своим коронным визгом, но было поздно. Папаша Кац вздрогнул и повернулся на звук. Перед ним стояло чудовище с оранжевыми крыльями, упавшее с небес. Чуть дальше на развалинах сидели ещё две и вроде улыбались. Изя потряс головой отгоняя морок, но он не пропал. Больше того Оранжевая Королева в исполнении Афродиты ласково положила лапу на плечо знахаря, отчего он слегка присел и предательски пукнул. И тут их накрыла мутная пелена. Папаше Кацу кто-то отвесил приличный пинок, во всяком случае у него жутко заболела пятая точка. Сам он оказался на земле. Вновь послышался истеричный визг умирающей под асфальтовым катком лягушки и сверху серой тенью свалилось что-то тяжёлое.

Изя тотчас вскочил на ноги и побежал, не разбирая дороги. Вообще-то поначалу он хотел скрыться в челноке, но вовремя вспомнил о Маше, распластавшейся за бетонными блоками. Он бросил на бегу взгляд в сторону своей подруги и увидел её печальные глаза полные первобытного ужаса. Изя героически развернулся, не переставая бежать и тут же врезался в Афродиту. Папаша Кац щёлкнул челюстью с досады и больно прикусил себе язык. Мгновенно развернувшись на сто восемьдесят градусов, знахарь на первой космической скорости начал удаляться от опасного объекта. Однако это было всего лишь иллюзия, потому как Афродита успела крепко вцепиться в воротник скафандра и медленно оторвала Изю от земли. Знахарь уже перешёл на вторую космическую, бешено молотя короткими ножками по воздуху. Маша выводила истерические рулады с опаской выглядывая из своего убежища. Однако она находилась в очень неудобном положении. Едва успев избавиться от скафандра, она сейчас имела из всего одеяния только короткую облегающую маечку. И тут она задействовала свой дар во второй раз. Изю вновь накрыл полог перемещения во времени.

Папаша Кац в который раз ощутил перцовку водопадом, скатившуюся в желудок, и задымился. Его последние тщательно пересчитанные утром волосы встали дыбом. Маша ещё не успела завести свою сирену, как папаша Кац отправился восвояси. За ним с диким хохотом гналась Афродита, встав на четыре конечности. Изя с ошалевшими глазами благополучно миновал ещё двух Оранжевых Королев, мирно сидевших на бетонном блоке и следивших за ним одним глазами. Изя ухмыльнулся и побежал дальше радуясь, что наконец-то оторвался от погони. Но пробежав пятьдесят метров понял, что бежит вокруг челнока. Он издал вопль полный боли и бессилия человека, задохнувшегося в телефонной будке, и упал в объятия Афродиты. И тут его в третий раз накрыла вуаль времени.

Изя тут же задрал голову вверх и не увидал никого. Сочтя что, Маша перенесла его назад больше чем на минуту он уже хотел её позвать назад в челнок. Обернувшись, он увидел Машину голову и двух смирно сидевших рядом со своей подругой Оранжевых Королев. Изя Кац застыл на ветру как отец Федор на побережье Каспийского моря с последним сломанным стулом в руках и взвыл белугой. Позади него раздалось тактичное покашливание. Изя обернулся и понял, что его держит за скафандр Афродита. Крепко держит и не отпускает. Папаша Кац потерял сознание и уже не увидел, как все три Королевы стартовали ввысь. Одна из них, самая большая бережно держала бездыханного знахаря унося его в сторону Паучьего леса.

Маша сидела в укрытии ещё минут пять. После чего решилась вылезти. Да и одевать скафандр с одной рукой было очень неудобно. Наконец она справилась с этой задачей и побежала следом за Лесником. В этом состоянии она даже забыла воспользоваться рацией в скафандре. Люди ушли уже очень далеко и не слышали её криков. Маша бежала со всех ног почему-то укоряя в поимке папаши Каца исключительно только себя. Она рыдала, из её носа текли сопли, а из глаз слёзы, но вытереть она их не могла так как боялась снять шлем. Наконец, почти у самого небоскрёба она догнала Лиану, последней в строю вышагивающую в экзоскелете. Бухнувшись перед ней на землю, она осталась лежать, содрогаясь в приступе плача. Лиана, не понимая остановилась и тут же сообщила по внутренней рации. К ним сразу подбежали остальные. Она усадила Машу на земле и сняла с неё шлем.

— Успокойся! — Лиана сняла с пояса флягу с живчиком и сунула ей в руку. — Где Изя?

— Его… его поймали. Они убьют его! Я три раза пыталась помочь, но дар у меня на откате. Изю, Изю…

— Что Изю? — не вытерпел я и встряхнул как следует Машу.

— Его утащили Оранжевые Королевы!