В марте 1982 года произошло событие, которое оказалось для Леонида Ильича роковым. Он отправился в Ташкент на празднества, посвященные вручению Узбекской ССР ордена Ленина.

23 марта 1982 года по программе визита Брежнев должен был посетить несколько объектов, в том числе авиационный завод. С утра, после завтрака, состоялся обмен мнениями с местным руководством, и все вместе решили, что программа достаточно насыщена, и посещение завода будет утомительным для Леонида Ильича. Договорились туда не ехать, охрану сняли и перебросили на другой объект.

По словам личного телохранителя Леонида Ильича, в ту пору майора Владимира Медведева, с программой управились раньше намеченного срока. На пути в гостиницу Брежнев посмотрел на часы и с укором сказал первому секретарю ЦК компартии Узбекистана Рашидову:

— Время до обеда еще есть. Мы обещали посетить завод. Люди готовились к встрече, собрались, ждут нас. Нехорошо… Возникнут вопросы… Пойдут разговоры… Надо ехать!

Разговор произошел у крыльца гостиницы. Вмешался начальник охраны генерал Рябенко:

— Леонид Ильич, ехать на завод нельзя. Охрана снята. Чтобы ее вернуть, нужно время… Да и потом, мне докладывают из гостиницы, что ваш питомец Лама с резьбы сорвался, управы на него никакой, беснуется, не приведи Господь, покусал всех «прикрепленных»…

Это был последний козырь Рябенко. Он ничего не придумывал, сказал, как есть, ибо для него уже не являлось секретом, что все встречи и визиты Брежнев проводит или отменяет в зависимости от поведения тибетского кота накануне поездки.

Брежнев, уязвленный вторжением в сферу его сокровенных тайн, жестко ответил:

— Ты вот что. Возвращай охрану, а мой питомец — не твоя забота… О нём я сам позабочусь… На все про все даю тебе пятнадцать минут!