Прежний галдеж сменился мертвой тишиной, а на лицах присутствующих сразу же отразилось праздное любопытство. Все стремительно перевели взгляд с Лэйчэна на человека, к которому тот обратился, и увидели Яо Линя.

Давний друг главы Ведомства протиснулся сквозь толпу и подошел к неожиданному гостю.

– Не ожидал, что мы встретимся… в таком месте. Хорошо, что не за решеткой. Но с вами я был бы не прочь умереть в одной камере от голода и глубоких ран!

Они знакомы? Юнь Шэнли вспомнил, как друг рассказывал ему о том, что они с Яо Линем уже встречались, однако при взгляде на недовольное и холодное лицо последнего нельзя было сказать, что ему приятно внимание со стороны Лэйчэна. Яо Линь не ответил ни на одно слово, сказанное в его сторону.

– Хорошо мы тогда посидели. На самом деле, я был бы не против повторить тот вечер… – произнес Лэйчэн, положив руку на плечо Яо Линя. Но он никак не ожидал, что хозяин «Белого Журавля» мгновенно заведется. Не успел Лэйчэн подойти еще чуть ближе, как Яо Линь схватил его за руку и отточенным движением вывернул ее; Лэйчэн вскрикнул от боли и с жалобным стоном опустился на колени, признавая поражение. Он был изнеженным человеком, и даже легкий удар мог надолго вывести его из строя.

– Раз господин желает…

Все в комнате ошарашенно уставились на господина Яо, который всего за мгновение в одиночку скрутил Лэйчэна, будто и не прилагая для этого усилий. У Чжи Ханя вырвалось против воли тихое «вау». Сунь Юань закрыл глаза, одновременно восхищаясь Яо Линем и жалея о том, что Лэйчэна остановил не он. Юнь Шэнли же просто хмыкнул – ему понравился этот аккуратный и полезный прием.

Когда Яо Линь отпустил его руку, несправедливо пострадавший Лэйчэн поднялся с пола и, вздохнув, сдул выпавшую из прически прядь, которая лезла ему в глаза.

– Почему же не помогли мне?

– А следовало? – спросил Юнь Шэнли с насмешливой улыбкой. Ему нравилось наблюдать за тем, как Линь-Линь издевается над кем-то, кроме него.

Лэйчэн снова завыл от боли и потер свою руку. Давно его так не унижали!

– Ох, господин Яо, я все никак не мог забыть твою сильную хватку, и вот ты мне напомнил о ней… На вид хрупкий и легкий, словно возьмешь и выпорхнешь в окно вместе с проносящимся ветром, а бьешь так, что зубы грозятся вылететь изо рта!

– Боюсь, это не у меня рука тяжелая, а ваше лицо слишком нежное.

Лэйчэн воспринял это как комплимент и, смущаясь, ответил:

– Спасибо за похвалу!

– Это не похвала. – Яо Линь хотел вытереть руку, потому что даже одно прикосновение к пьянице и развратнику Лэйчэну будто пачкало его в грязи, но не об одежду же? И тут перед его взором появился небольшой платок – его протянул Чжи Хань, уже привыкший к похожим замашкам главы Юня.

– Господин Яо, прошу вас!

Яо Линь с благодарностью принял ткань и тщательно вытер руки. Чжи Хань же повернулся к главе, ожидая одобрения, но за свои старания заработал лишь убийственно-прожигающий взгляд.

– Чжи Хань, ты что, личная прислуга господина Яо? – Юнь Шэнли был недоволен тем, что его подчиненный старается подлизаться к хозяину «Белого Журавля». Чжи Хань не смог расположить к себе главу Юня, вот и сменил тактику, обратив все свое внимание на Яо Линя, зная, что тот у Юнь Шэнли на особом счету. Хитрец какой!

– Нет, глава Юнь, я лишь ваша личная прислуга!

Юнь Шэнли забрал у Яо Линя тряпку и кинул в сторону заместителя.

– Вот и не прислуживай другим.

Юнь Шэнли отвернулся от него, и Чжи Хань сжал полотенце с такой силой, будто представлял себе, что вместо него сдавливает голову главы.

– Эй, Юнь Шэнли, а ты почему не заступился за меня? – Лэйчэн, все еще поглаживая больную руку, недовольно подошел к главе. – Я же твой друг! Я научил тебя всему плохому, чему обычно не учат родители. Почему ты не защитил меня от этого страшного человека?

Чжи Хань, уже успевший аккуратно сложить платок и убрать его, с хитрой улыбкой потер свой подбородок.

– Господин Лэйчэн, боюсь, с недавних пор вы не единственный друг нашего главы! Возможно, ваше место заняли…

Сунь Юань хоть и не любил, когда заместитель Чжи издевался над другими, но над господином Лэйчэном невозможно было не подтрунивать, учитывая, что тот совсем не уважал чиновников Ведомства наказаний.

– Да, господин Лэйчэн, наш глава очень заботится о господине Яо!

Лэйчэн обиженно взглянул на Юнь Шэнли, а затем посмотрел на того, кто его покалечил.

– Так вы заодно? Я так и знал, что, едва я оставлю тебя, Юнь Шэнли, ты тут же найдешь друзей посимпатичнее! Как тебе не стыдно!

Юнь Шэнли обернулся и обнаружил, что половина Ведомства, которая собралась в его кабинете, стала свидетелями этой сцены. Про его скверный характер и так уже какие только слухи не гуляли, а теперь у работников Ведомства появится новый повод для сплетен, которые будут передаваться из уст в уста не меньше месяца.

– Вышли, все! Остаются только мои гости и заместители. Ну? Чего встали?

Большинство чиновников с разочарованными вздохами покинули кабинет, возвращаясь к своим обязанностям; в комнате осталось лишь пятеро. Чжи Хань и Сунь Юань удивленно посмотрели на Лэйчэна, и даже Яо Линь, который не горел желанием находиться в Ведомстве, встал на их сторону, всем своим видом намекая, что этот тоже должен уйти.

Лэйчэн, поняв их намерения, ахнул и запричитал:

– Вы так жестоки! Мы же с вами как семья, не то что какие-то чиновники, которые друг другу глотки при любом удобно случае перегрызут! Разве я вам тогда не помог на арене? Знаете, как тяжело было лишиться своей репутации в известных кругах и пойти против госпожи Иньхань? Но раз уж я вернулся, то точно смогу помочь вам в новых делах!

На самом деле Юнь Шэнли действительно не видел нужды прогонять Лэйчэна. Тот был прав – глава Ведомства ему задолжал, так что настало время хоть как-то отблагодарить Лэйчэна за помощь в сложном деле.

– Все, замолчи! Давайте перейдем уже к более важным делам и…

Сунь Юань вцепился в руку Юнь Шэнли и с мольбой в глазах спросил:

– Господин Юнь, вы что, оставите его с нами? Он же не работник Ведомства!

– Малыш Сунь, я, между прочим, все слышу, – с улыбкой Лэйчэн демонстративно закинул руку на плечо друга, легонько толкая того бедром. – Ваш глава сам знает, что без меня ничегошеньки не сможет!

– Сунь Юань, – попытался убедить не столько их, сколько самого себя Юнь Шэнли, – мы ему обязаны, пусть пока делает что хочет. Может, он поможет нам отыскать какие-нибудь новые зацепки.

Пока они рассаживались вокруг маленького столика в центре кабинета, Яо Линь не сводил пристального взгляда с Лэйчэна. Тот сглотнул, ощущая страх перед юношей в белом, и, немного пригнувшись, будто бы это спасало его от презрительного взора красивых светлых глаз, приблизился к Юнь Шэнли и спросил:

– Почему он на меня так смотрит?

Разумеется, Яо Линь услышал его и прохладно ответил:

– Я терпеть тебя не могу.

Удивившись столь категоричному заявлению, Юнь Шэнли малодушно понадеялся, что теперь-то Яо Линь забудет об их вражде, потому что новым объектом его ненависти станет Лэйчэн.

– Что, даже больше меня?

– Нет, тебя я даже видеть не хочу.

Юнь Шэнли не обиделся. Он слышал эти слова так часто, что они уже и не задевали его.

– Итак, перейдем к делу. Сунь Юань и Чжи Хань уже в курсе, что на господина Яо напали. Но ранили не его, а меня.

– Тебя ранили? – эта новость потрясла Лэйчэна. Он кинулся к Юнь Шэнли, пытаясь отыскать место ранения, и уже схватился за чужой воротник, явно намереваясь распахнуть одежды главы Юня.

– У вас с Яо Линем это что, вошло в привычку? Почему вы все время хотите меня раздеть? – Юнь Шэнли оттолкнул друга и, как невинная девушка, которую попытались опорочить, оправил одежду.

– Какой ты недотрога! Я же хотел удостовериться, что ты не умер.

– Пустяки. Целью тех людей был не я. Яо Линь, незадолго до того, как вы нашли на пороге первый труп, ничего странного не происходило?

– Был небольшой скандал с гостями на постоялом дворе, так, мелочи. Но ты же уже все выспросил у моих подчиненных, верно?

Самодовольная улыбка появилась на лице главы Юня, который явно гордился собой:

– Разумеется! Что же мне еще было делать с дырой в плече?

Трупы животных стали появляться на пороге сразу после того, как группа странных мужчин устроила в «Белом Журавле» погром. Они были одними из главных подозреваемых, но Юнь Шэнли не исключал возможность того, что убийства совершал кто-то другой.

– Были ли у тебя еще какие-то конфликты с кем-то? Возможно, Орден Полуночников решил нацелиться на тебя по своим причинам? Или кто-то из тех, кого ты знаешь? Другие постояльцы твоего двора или владельцы соседних гостиниц? – спросил Юнь Шэнли. Двор Яо Линя был известен в столице, а вместе с успехом приходят и проблемы – кто-то из гостей мог затаить обиду по неизвестным причинам или же конкуренты постарались.

Яо Линь немного подумал, перебирая в голове всех возможных своих врагов, и остановился на одном-единственном:

– Были разногласия кое с кем…

Все затаили дыхание, ожидая ответа.

– И с кем же?

Яо Линь произнес легко:

– С тобой, глава Юнь.

Юнь Шэнли хотел бы посмеяться над этой шуткой, но Яо Линь был прав… Он вполне мог стать подозреваемым, если бы не расследовал это дело сам.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. У меня много недоброжелателей среди тех, кто держит лапшичные и гостиницы в переулке Луянсян или на соседних улицах. Первые месяцы после нашего открытия нам и крышу поджечь пытались, и тухлые овощи подкидывали. Теперь же никто не смеет даже вякнуть что-то в мою сторону.

Спокойная жизнь «Белого Журавля» без лишних хлопот и распрей была заслугой Дагэ. Стоило ему пару раз припугнуть торгашей, как все мигом разбежались каждый в свой угол. Только у Яо Линя при этом не было никаких связей и людей, которые могли бы помочь и поделиться опытом.

– Одним из таких недоброжелателей был мясник Ян Хань. Уж не знаю, чем я ему не угодил, может, владельцы соседних постоялых дворов пообещали золотые горы за мою испорченную репутацию. Он более года поставлял мне мясо, но в последнее время часто стал продавать почти протухшее, так сразу и не поймешь – а на следующий день оно уже непригодно для еды. Сяо Ши как-то выкинул целую свиную тушу. Мы кормим не только посетителей, но и проезжих. Мясо необходимо нам всегда и в больших количествах. А травить гостей плохой едой не хотелось. – Яо Линь хмыкнул. – Когда я прекратил с ним все дела, выяснил, что жена его заведует лекарской лавкой и есть у нее один странный способ лечения… Она кормила своего мужа собачьим мясом. Он часто болел, а как только, по словам людей, стал этим лечиться, приобрел невероятную силу.

Юнь Шэнли задумался. Если убийства животных и правда были не делом рук Ордена, то у мясника скрытых мотивов может быть больше. Наверняка он не позабыл прошлых обид, которые ему нанес Яо Линь, а уж когда последний отказался сотрудничать с Ян Ханем… Так еще и работа у мужчины была «грязной», связанной с убийствами, и жена его странными «лекарствами» лечила…

В это время тихо пытающийся заговорить с Сунь Юанем Лэйчэн резко поднял голову, будто на него снизошло озарение:

– Говорите, что животных подбрасывали на порог постоялого двора?

Юнь Шэнли, не удивившись внезапному вмешательству друга, спокойно ответил:

– Верно. Мы проверили подобные дела за последние пару лет, но животные – не люди, в некоторых районах собак специально ловят и едят в голодные времена, поэтому подобное никто не расследует.

– Видел я одного человека…

Подчиненные резко подвинулись ближе, внимательно прислушиваясь к словам Лэйчэна. Тот хмыкнул:

– А что? Я теперь стал нужен?

– Говори уже! – прикрикнул на него Юнь Шэнли. Если есть еще кто-то, кто может рассказать об убийствах животных, то упускать такого человека точно нельзя.

– Ладно, ладно. – Лэйчэн выставил руки вперед. – Был я дома у одной барышни, мы с ней… кхм, ну… проводил ночь я у нее. А когда она предложила на ней жениться, мол, разделил постель – раздели и жизнь, я отказался, и она выгнала меня. Ох, а фигура у нее была…

– Лэйчэн!

– Шэнли, я понял, не надо повышать голос! Так вот, когда я сбегал от нее, увидел парнишку, что сидел в окружении бездомных котов и кошек. Странный был… Лицо у него необычное, болезненное больно, и нес он какой-то бред. Мальчишка приманил их чем-то съедобным и одну кошку попытался схватить, пока та ела, но я, видимо, спугнул их, и его заодно. Воришка стал озираться, а завидев меня, и вовсе убежал.

– И где же ты его видел? Далеко от постоялого двора?

– Это было… – Лэйчэн задумался, постукивая себя по губам. Его раздумья затянулись, и чиновникам, в нетерпении ожидающим новых зацепок, захотелось его как следует поколотить. – А, это было в районе рынка, ближе к речному мосту… Или это другая девушка? Скорее, это было ближе к западным воротам. Помню, там были дома чуть лучше, чем в районе рынка.

– Один ребенок? Но погром на постоялом дворе устроила целая толпа? Или все это разные люди? – спросил Сунь Юань, не веря рассказу пьяницы.

Юнь Шэнли же не сомневался в словах друга. Если Лэйчэн открыл свой рот, значит, он обязательно скажет что-то по делу, даже если количество вина в его желудке будет измеряться десятком кувшинов, а то и больше.

– Новая зацепка – лучше, чем ничего, возможно, тот, о ком говорит Лэйчэн, тоже как-то связан с убийствами.

Лэйчэн быстро закивал головой:

– Он точно-точно связан! Разве я вас когда-то обманывал?

Стукнув по столу веером, Яо Линь привлек к себе внимание:

– Гуляешь по ночам и натыкаешься на странных мальчишек? Не слишком ли подозрительно? Некоторые могут подумать, что ты заодно с преступниками.

Под некоторыми он имел в виду себя самого. Не Яо Линю было упрекать кого-то в подозрительности, но Лэйчэн и правда вел себя так, будто только вчера вышел из преступной банды, зная все их секреты, тайны и грязные делишки, и, как верный друг, явился на порог Ведомства, чтобы передать все добытые сведения в руки главы Юня.

– Вам кажется, что я похож на преступника? Вздор! Мне просто больше нечего делать, вот я и слоняюсь по разным улочкам. Знаешь, сколько всего видел господин Яо…

Наблюдая за назревающим конфликтом, Юнь Шэнли обратился к Лэйчэну:

– А как… твоя мать относится к этому? К твоим похождениям?

Услышав вопрос, Лэйчэн изменился в лице. Было заметно, как ему стало неловко при упоминании о матери.

– Мать все пытается мне всучить свои деньги, но я отказываюсь. Зачем? Я пользуюсь поддержкой отца. Беру деньги только от него. Эта женщина больше не имеет надо мной власти…

Глава Ведомства знал, что у его друга были напряженные отношения с родными. Точнее, этих отношений не было вовсе. Юнь Шэнли захотелось как-то поддержать приятеля, но он даже не знал, что и сказать. Годы прошли, Лэйчэн все так же тоскует по прежним временам, а он все так же не знает, как помочь ему.

– Группа, устроившая погром, мясник и странный мальчишка. – Юнь Шэнли не стал добавлять свое имя к возможным подозреваемым, как того желал Яо Линь. Это же абсурд! – Кто-то из них и мог подбрасывать те трупы.

Случайные дебоширы, решившие отомстить, внимание со стороны Ордена Полуночников или же соперничество за место в столице?

– Хорошо, – наконец скомандовал глава Юнь. – Разделимся. Мы с Линь… господином Яо отправимся к району возле южных ворот и навестим Ян Ханя. Вы же проверите улицы, которые ближе к тому месту, где располагалась подпольная арена.

Услышав такое распределение, Чжи Хань возмутился. С главой Ведомства должен работать его заместитель, а Юнь Шэнли берет на задание какого-то постороннего человека!

– Господин Яо, вы же не хотите занять мое место?

Господин Яо произнес:

– Твоя должность не слишком завидная, а вот место главы Ведомства мне вполне по вкусу!

Услышав такое заявление, Чжи Хань не мог не запричитать про себя: «Какое совпадение, это место по вкусу и мне!»

Лэйчэн радостно приобнял за плечи Сунь Юаня, который вздрогнул и ссутулился. Не заметив этого, Лэйчэн весело протянул:

– Так здорово поработать в команде! Надо было тоже становиться чиновником, у вас всегда что-то интересное происходит!