— Что случилось? — я сжал камень в кулаке и перевел взгляд на Велеславу. — С ним все в порядке?

— С ним — да, — Мстислав покивал. — Но в городе со дня на день может начаться бунт. Мне не известны подробности, но, как я понял, Волот был не единственный, кто продался Терне.

— Кто-то пообещал купцам большие торговые привилегии на закате, и мнения на вече разделились, — добавила к сказанному волхва. — Было шумно, и кого-то там даже убили. Сейчас все вроде спокойно, но стоит князю с дружиной уйти — и вернуться будет непросто.

— Ясно, — я вздохнул и перевёл взгляд на боярина. — Ну а нам-то что делать тогда? Мы же не можем вернуться обратно?

— Решать велено мне, — чуть поколебавшись, ответил тот. — Только я пока ничего не решил. Ждал, пока ты очнешься…

— Ждал меня? — я непонимающе поморщился. — Ты серьезно думаешь, что я могу что-то тебе посоветовать? С моим-то опытом?

— Дело не в этом, — Мстислав покачал головой, задержал взгляд на скучающей Зиме и перевёл его на меня. — В общем, слушай и задавай, если нужно, вопросы…

Он говорил минут двадцать, и картина происходящего вскоре стала понятна.

В Земной истории Изборск к этому времени был перенесен со старого места на новое[1]. Здесь этого не случилось. Дело в том, что Городищенское озеро, возле которого стоял городок, двенадцать лет назад очень сильно разлилось, и мыс, на котором стоял княжеский детинец[2], вместе с Труворовым городищем превратился в немаленький полуостров.

Старая крепость по понятным причинам стояла на возвышенности, которую и окружила вода, оставив перешеек длиной чуть больше половины версты. Часть окрестных деревень вместе с полями затопило, но Великий князь по этому поводу не сильно расстроился. Организовав подвоз продовольствия, Ярослав направил всех свободных людей на строительство нового города и за пару лет Изборск превратился в очень хорошо укрепленную крепость.

Город целиком стоит на полуострове, с трех сторон окруженный водой. На перешейке насыпан семиметровый земляной вал, на котором стоят натуральные каменные стены. И теперь хоть понятно, почему Изборск стал главной резиденцией псковского князя. На Земле в сороковом году ливонцы взяли городок за два дня, здесь бы они обломались, даже если бы пришли сюда всем своим орденом. Собственно, так оно и случилось. Только не с ливонцами, а с меченосцами.

Изборск находится всего в тридцати километрах от Пскова, и, не захватив его, о контроле над окрестными землями можно забыть. Понимая это, меченосцы заказали в одном из немецких маркграфств[3] три требушета, которые Мстислав по-простому именовал камнеметами. Орудия прибыли три дня назад, и их уже устанавливают. По словам боярина, первый требушет будет собран дня через три, остальные — в течение ближайшей декады.

Да, вот так… Тут не компьютерная игра. Требушет — это верх современной инженерной мысли, и сколотить его на месте из дерьма и палок нельзя. Все детали машины должны быть подогнаны одна к другой и не один раз проверены, поэтому все они создавались в специальных мастерских и обозами доставлялись на место.

При этом машину высотой от десяти до пятнадцати метров быстро собрать в поле нельзя. Там одно только место нужно готовить как бы ни сутки. Для начала нужно разравнять почву, насыпать защитный вал, собрать щиты и только потом можно приступать к установке. Ошибешься с выбором места — и придется все разбирать, потому что никаких колес в конструкции не предусмотрено.

И не только это… Один выстрел требушет может производить раз в две-четыре минуты, а для уверенного пролома в стене нужно попасть в одну точку около тридцати раз. Поскольку средневековое орудие не винтовка, для такого количества попаданий нужно швырнуть как минимум сотню камней весом от ста до ста пятидесяти килограммов. В компьютерных играх проблемы с боезапасом не возникает, в реальности же эти камни нужно где-то найти и подобрать по размеру и весу. Задача в полевых условиях невыполнимая, поэтому все снаряды тоже доставлялись на место с обозами. Времени все это занимает немало, но через десять дней Изборск гарантированно падет. В том случае, если мы ничего не придумаем.

Сейчас расклады такие: в укрепленном лагере у Изборска находятся больше тысячи меченосцев. В осаждённом городе — три или максимум четыре сотни бойцов, чуть меньше половины из которых вооружены и экипированы хуже княжеских дружинников. У нас здесь, за вычетом раненых, сто восемьдесят шесть воинов новгородского городского полка и шестьдесят шесть дружинников. Двести пятьдесят два воина… Ну или двести пятьдесят пять, если со мной, Велеславой и Ладой…

Ещё есть Псков, и там тоже хватает уродов. Захват столицы княжества бесполезно даже рассматривать. Тут не Земля, и ворота нам никто не раскроет. Да и даже если б открыли…

— Семь-десять дней — это не мало, но помощи нам ждать неоткуда, — под конец со вздохом резюмировал Мстислав. — Эти пятьдесят пять пришедших парней — единственное, что смог прислать твой отец. Вече никого сюда не отправит.

— А что Федор?

— Сотник и его люди с тобой, княжич, — посмотрев на меня, твёрдо ответил боярин. — Ты доказал новгородцам, что тебя ведут боги, а я не обидел их при разделе добытого. Осталось только решить…

— И что ты думаешь сам? — я вопросительно поднял брови. — У тебя же есть какие-то мысли?

— Сложно сказать, — боярин пожал плечами. — К Пскову нам идти бесполезно. Атаковать лагерь в лоб тоже нет смысла. Он слишком хорошо укреплен, да и сил у нас для этого недостаточно. Даже если нам помогут из города, это ничего не решит. Орденских псов в два раза больше, чем всех нас вместе взятых, — Мстислав тяжело вздохнул и покачал головой. — По итогу напрашивается единственный вроде бы вариант: обойти Псков, переправиться через озеро и, усилив гарнизон крепости, встретить меченосцев за стенами. Сделать это будет непросто. На берегах хватает дозоров, и повсюду разложены следящие чары. То есть необходимо предупредить осажденных и попросить их помочь с переправой. Можно прийти к берегу со своими лодками, но…

— … но как я понял это не единственный вариант? Ведь так?

— Да, — Мстислав кивнул, посмотрел на Зиму и перевел взгляд на меня. — В тот год, когда разлилось озеро, вода затопила лес на вечере от Изборска, и он там сейчас заболочен. Лагерь меченосцев стоит как раз на краю этого леса, и укреплений там нет. Хранительница сказала, что примерно в ста пятидесяти саженях от лагеря есть большая сухая поляна, и ей не составит труда перенести всех нас вместе с конями…

— Рядом с той поляной есть узел, и много времени перенос не займёт. За пятнадцать заходов управлюсь, — включилась в разговор берегиня. — Дорога от поляны до лагеря есть. Лес там залит водой, но по большей части это обычные лужи. Земля пока ещё твердая, и, если знать, как идти, кони пройдут в четыре ряда.

— Если атаковать ночью и заранее согласовать это нападение с городом, в лагере начнется паника, — продолжил говорить Мстислав. — Они ведь не будут знать, сколько нас появилось из леса. Отрежем от загонов с конями, запалим шатры и раскроем ворота парням Ярослава.

— Отлично! — я посмотрел на подругу, потом снова на боярина и добавил: — Это лучше, чем плыть в город на лодках и потом ждать непонятно чего за стеной, которую меченосцы вскоре сломают.

— Лучше, да, — боярин вздохнул и опустил взгляд, — но есть одна большая проблема…

— На ночь лагерь меченосцев прикрывается чарами, — посмотрев на запад, пояснила Зима. — Огромная паутина, через которую я пролететь не могу. Не знаю, что произойдёт с человеком, который попробует пройти сквозь неё, но вряд ли что-то хорошее. Дозоры меченосцев покидают лагерь вечером — до того, как колдун поставит защиту, и возвращаются только утром. За две ночи границу паутины не пересек ни один человек.

— То есть, ты уже успела туда слетать? — подняв на девушку взгляд, уточнил я.

— Ну не так чтобы летала, — Зима легко пожала плечами. — Вообще, на тот узел можно перенестись только с трёх других, находящихся между Изборском и Псковом, но мне самой сейчас узлы не нужны… И не надо на меня так смотреть! Когда бы я успела тебе рассказать? Да и зачем мне тебя заранее волновать? Ты же только очнулся…

— Ну а что бы ты понял без объяснений Мстислава? — поддержала Зиму волхва. — Нужно же было обо всем рассказать по порядку.

— Тоже верно, — я вздохнул и благодарно посмотрел на свою маленькую хранительницу. — Спасибо тебе за заботу. И, как я понимаю, вопрос с паутиной решаем?

Моя Зима — это просто чудо на крылышках. Словами не выразить, как я ей благодарен. Она ведь не просто так рассказала про премии за головы демонов и потом перевела разговор на платья. Знала ведь, что меня это точно развеселит. Моя подруга ведёт себя как весёлая юная девушка, но иногда проступает через этот образ такое, что позавидует и Велеслава.

— Пожалуйста, и ты правильно понимаешь, — Зима улыбнулась в ответ. — Чары наводятся из центральной палатки лагеря, где, скорее всего, находится какой-то предмет из тех, что латиняне зовут артефактами[4]. Сама я днём к нему не летала. Даже для меня это слишком опасно, но с тобой мы можем туда прогуляться.

— Днём?

— Зачем днём? — Зима удивлённо хлопнула ресницами. — Лучше сходить туда ночью. Отмеченного чары не остановят, а я проеду у тебя на плече.

— А в лагере ты скрыть меня сможешь?

— Разумеется, — подруга кивнула. — Это днем перед строем я скрыть тебя не могла, но ночью люди, как правило, спят, а дозорные тебя не заметят. Колдун тоже нас вряд ли почувствует. Паук не чувствует муху, если она не попала в его паутину.

— Отлично, — я кивнул и посмотрел на Мстислава. — Тот есть нам нужно ночью пробраться в лагерь, убить колдуна и разрушить артефакт? Так?

— Вам нужно будет сходить туда два раза, — подняв на меня взгляд, устало произнёс тот. — Первый раз — на разведку, ничего там не разрушая. А во второй раз мы пойдём туда вместе. Защиту нужно убрать перед атакой. Ну и перед вторым разом нужно заглянуть в осажденный Изборск. Я напишу письмо князю.

— Хорошо, — я кивнул. — Нам сегодня нужно туда сходить, или…

— Ты в порядке, Олег? — осторожно поинтересовалась у меня Велеслава. — Ты же два дня пролежал без сознания.

— Ну… — я с сомнением посмотрел на Мстислава. — Чувствую себя хорошо…

— Хорошо, ага… — Зима скептически фыркнула. — Вот даже не думай! Два дня лежал — четыре отдыхаешь и отъедаешься. Собрался он куда-то…

— Да никуда я не собирался. Просто спросил…

— Четыре дня у тебя точно есть, — переведя взгляд с Велеставы на Зиму, поспешил заверить боярин. — Нужно дождаться, чтобы они поставили хотя бы один требушет. Так его будет проще развалить или сжечь. Ну и парням Федора тоже необходим отдых. Мы же поедем сразу за вами.

— Зима отправит всех нас на дальний узел перед землями Пскова, — добавила к сказанному волхва. — Мы с тобой поедем вперёд к ближнему узлу, а они обогнут Псков и будут ждать нас в лесу у другого узла.

— Ты собралась ехать со мной? Но мы же вроде…

— В лагерь я с вами не пойду, — Велеслава легко пожала плечами, — но в Изборск-то ты как попадешь в одиночку? Нет, до пристани доплывешь незамеченным, но дальше-то как?

— То есть мы сначала заглянем в лагерь, а оттуда сразу двинем в Изборск? — я вопросительно посмотрел на волхву и уточнил: — А коней где оставим? Ты об этом подумала?

— В восьми верстах от берега озера есть небольшое святилище Велеса, — ответила жрица. — Коней оставим там и возьмем у старого Перемысла одну из его лодок. Он их прячет на берегу.

М-да… Как же прикольно, когда все сделано без твоего участия. Пока я отсыпался, боярин с подругой и Велеславой продумали весь план в мелочах. Оставалось только дождаться моего пробуждения. При этом вряд ли кто-то думал, что я откажусь. Зима вон даже на разведку слетала. Знала, что я буду нервничать, не получив информацию, или ещё чего доброго — напрошусь вместе с ней.

— Хорошо, но тогда последний вопрос, — я посмотрел на подругу. — А что вообще происходит с узлами? Почему нельзя отправиться туда с ближайшего? Ты же сама говорила, что у тебя в каждом лесу родственники. И что они не будут против, если мы пройдем по их территории.

— Так и есть, но проблема в том, что Сила покинула все узлы на восходе от Псковской земли, а перешагнуть через них невозможно. Сестры считают, что это как-то связано с церковными службами, которые проводятся в захваченном городе. Они бы рады помочь, но пока что не могут.

— А в нашем лесу все нормально?

— Конечно, — подруга кивнула. — Оно начинается от границы и тянется до Пскова. За городом на вечер лес такой же, как здесь.

«Ну, наверное, это потому, что за Псковом Изборск, в котором тоже проводятся какие-то службы? Они и перекрывают все это дерьмо?» — подумал я, а вслух поинтересовался:

— А тот лес, где погасли узлы — он опасный?

— Он обычный, — подруга пожала плечами. — Это не так, как недавно было у нас. Что-то другое — непонятное. Поедем через него, и по дороге я, может быть, пойму.

— Хорошо, — я перевёл взгляд на Мстислава и уточнил:

— Мы же все обговорили?

— Да, — боярин посмотрел в сторону рощи, через которую мы сюда добрались. — Сейчас пойдем с тобой к Федору и будем делить добытое.

— Ты же говорил, что все уже разделили…

— Мы договорились о долях, — Мстислав вздохнул и поднялся со своего места. — Вещи ещё не оценивали.

— А я-то там зачем? — поднявшись вслед за ним, уточнил я. — Зима сказала, что мне за головы демонов причитается…

— Да причём здесь те головы? — возмущенно выдохнул Мстислав. — Там же оценивать ничего не придётся! Получишь у посадника гривны, пересчитаешь и свободен. А тут каждый меч нужно осмотреть, каждую лошадь. Тебе же за твои дела десятая доля со всего причитается. Думаешь мы просто так тебя ждали?

— Каждый м-меч? — выдохнул я, надеясь, что боярин прикалывается. — И коней тоже надо делить?

Не, ну я знал, что делить добытое надо, но, если оценивать каждый мешок, весь процесс займет не один час. А я-то хотел к Мышонку сходить и пообщаться с парнями.

— Ну он же не от мира сего, — глядя на мою физиономию усмехнулась волхва. — Не понимает, как это важно.

— Каждый воин должен уметь по чести делить добытое, — серьезно пояснил мне Мстислав. — Сын князя должен это делать лучше других.

— Понял, — я вздохнул и, подкинув на ладони окатыш, швырнул его на середину реки. — Тогда, конечно, идём. Буду понемногу учиться.

— Назвался груздем — полезай в кузов, — весело описала происходящее Зима и спикировала ко мне на плечо. — Десятая доля — это к каждому платью по поясу. Так что пошли делить. Мультфильмы посмотрим потом.

— Ну да… Еще же и мультфильмы, — я улыбнулся, поправил ножны и, мысленно попрощавшись со всеми ближайшими планами, направился вслед за боярином.

[1]Древний Изборск был основан на рубеже VII и VIII веков на стрелке озёрного мыса, это поселение позже было названо Труворово городище. Княжеский детинец находился на озерном мысе. В 1330 году, крепость была перенесена на 1,5 км южнее.

[2]Детинец — одно из названий внутренней городской крепости (цитадели).

[3]Маркграфство — пограничная территория государства («марка»), управляемая маркграфом. Маркграф изначально был военным правителем, ответственным за оборону границы. Термин происходит от нем. Mark (граница, пограничная земля) + Graf (граф).

[4]Артефакт — от лат. arte factum («сделанное искусством»), от ars — искусство + factum — сделанное. В современном значении — предмет, созданный человеком (в отличие от естественных объектов), часто имеющий историческую, культурную или магическую ценность.