Медра

Блейк Драхарроу зашагал вниз по каменному залу впереди меня.

Он отпустил мою руку, как только его дядя закончил свою речь. Очевидно, принц решил, что на побег я не решусь.

Он обменялся парой слов с дядей с глазу на глаз, а затем стремглав понесся вон из Крепости, жестом приказывая мне следовать за ним.

Блейк направлялся обратно во двор, где махнул солдату подать мне лошадь, а потом оседлал свою.

Мы ехали не к другой части замка, как я ожидала, но обратно на материковую часть. Там мы повернули и направились к железному мосту, что вел к внушительному замку из оникса на третьем острове.

Только когда мы добрались до окраины, Блейк спешился. То же сделала и я. Я зашагала к нему, не намереваясь больше молчать.

– Где мы и какого черта там сейчас произошло?

Блейк неохотно отвел взгляд от лошади:

– Фи, какие выражения.

– Это ты еще настоящих выражений не слышал, – рявкнула я. – Пожалуйста, не говори, что ты всерьез воспринял всю эту ерунду.

– Воспринял. Воспринимаю. – Он замолчал. Его челюсть дрогнула от напряжения. – И все верно, мы – да.

Я процедила сквозь стиснутые зубы:

– Мы – что?

– Ты прекрасно знаешь что. Помолвлены. – Он поднял идеальной формы белую бровь. – Понимаю, ты взволнована. Не удивительно. Любая на твоем месте была бы обеспокоена.

– Взволнована? – взорвалась я, игнорируя его неудавшуюся попытку пошутить. – Когда и если я выйду замуж, я сама выберу жениха. Его не будет за меня выбирать какой-то…

– Кто? – Блейк повернулся ко мне, в его серых глазах вдруг появилась ярость. – Самый могущественный вампир в Государстве трэллов? Ты вообще хоть немного понимаешь, представляешь, что там только что произошло?

– Ну просвети меня. Видно же, что ты умираешь от нетерпения.

– Тебя только что возвысили над всем земным.

Я прыснула:

– Вот так ты это называешь?

Его глаза сузились.

– Ты хоть представляешь, сколько нечистокровных женщин убили бы за то, чтобы оказаться на твоем месте? Я нашел тебя на горе трупов. – Своим орлиным носом он втянул воздух, и его аристократические черты скривились от отвращения. – Ты все еще ими воняешь.

Я смущенно скрестила руки на груди. Он был прав. Но это не отменяло того, что он мерзавец.

– Ну знаешь, у меня не было возможности принять ванну. Если помнишь, кто-то тащил меня в цепях. – Я показала на него пальцем.

– Ну теперь в твоем распоряжении все ароматические ванны замка. Но это не все.

– Что-то еще, кроме того, что теперь я до конца жизни привязана к тебе? Ведь те слова значили именно это, не так ли? – Я засомневалась, но добавила: – И я такая не одна, да?

– А, так ты заметила Реган? Она выглядела обрадованной, правда? – Блейк пожал плечами. – Не волнуйся из-за нее. Я позабочусь о том, чтобы она вела себя прилично.

– Я не волнуюсь, – отрезала я. – Потому что нам делить нечего. Я не твоя пара, не важно, что там говорит твой дядя или кто еще.

– Продолжай убеждать себя в этом. Но ты почувствовала связь. У тебя не было выбора. Как и у меня. Ты правда думаешь, что я бы выбрал такое? – Он окинул меня взглядом снизу вверх и покачал головой. – Ты ниже меня по всем параметрам. Кем бы или чем бы ты ни была.

Я зарычала, чем удивила саму себя.

– Рада слышать. Потому что ты не прикоснешься ко мне ни при каких обстоятельствах. Давай сразу это проясним. Ты не продолжишь свой род со мной.

– Я бы не тронул тебя, даже будь ты последней женщиной в Государстве трэллов. – Он сделал шаг назад, излучая бешенство всем своим видом. – Но если бы я…

– Да-да, я должна быть столь польщена, столь благодарна. Это ты говоришь себе, когда под тобой лежит женщина? Ты думаешь, насколько она польщена? Боги, да ты тот еще кадр. – Я потрясла головой. – Мне даже почти жаль Реган.

Он прищурился.

– Реган в восторге от перспективы стать моей женой. И не нуждается в твоей жалости.

– Уверена, так и есть. – Я резко сменила тему. – Где мы?

– Ах да, твой второй вопрос. Если ты закончила убеждать себя, что не связана со мной…

– Нет, и никогда не перестану.

– Не важно. Это… – он обвел рукой вокруг нас, – Академия «Кровавое крыло».

Я наморщила нос.

– Что?

– Академия. Школа. Там, откуда ты появилась, наверняка есть такие.

Я зло уставилась на принца.

– Уверена, что слышала эти слова разок-другой.

– Отлично. По правде сказать, я не очень-то надеюсь, что ты умеешь читать и писать, да и вообще не дочь какого-нибудь свинопаса.

Я ухмыльнулась – не позволю ему задеть меня.

– Но ты этого не знаешь, – нахмурилась я. – Да и вообще, какая разница?

– Потому что ты будешь посещать эту школу. Начиная с завтрашнего дня.

Моя челюсть упала.

– Что?

– Это самое элитное учебное заведение в Санграте. – Ты должна быть…

– …польщена, – закончила я за него. – Забавно, что я этого не чувствую.

Блейк зашагал к каменной дорожке под аркой.

– Куда ты? – спросила я, догоняя его.

– Думал показать тебе пару важных вещей. Например, твою комнату. Где ты будешь есть. И где ты должна быть завтра утром, когда прозвонят колокола, чтобы позвать на первый учебный день.

– Вау, правда? А ты где будешь во время всего этого?

– Я на третьем курсе, – начал он, – так что я буду…

Я не смогла сдержаться и засмеялась.

– Ты? Ты студент здесь? Тебе разве не сто лет? Я думала, ты принц вампиров.

Он зло взглянул на меня.

– Я ближе к тебе по возрасту, чем ты можешь подумать. И я, может, и принц в своем доме, но даже принцы должны посещать академию. Вся знать королевства отправляет своих детей в «Кровавое крыло». Это не то же самое, что школа для смертных детей, как ты, возможно, считаешь. Это учебное заведение… – Блейк подбирал нужное слово, – формирует из нас тех, кем мы должны стать. Делает из нас самую влиятельную элиту Санграты. В конце концов, мы будущие правители королевства.

Я осмотрела его снизу вверх, отмечая подтянутую, мускулистую фигуру.

– Ты кажешься мне довольно взрослым.

– Это был случайный комплимент, Пендрагон?

Я скривила кислую гримасу.

– Точно нет.

Но теперь была его очередь ухмыляться.

– В любом случае, мы проводим в академии три или четыре года, в зависимости от специализации.

– Специализации?

Он остановился возле каменного коридора, на лице читалось нетерпение.

– Ради Кровавой Девы! Ладно, давай покончим с этим. Я постоянно забываю, что ты абсолютно ничего не знаешь.

Я проигнорировала оскорбление. В конце концов, видимо, все-таки мне надо было что-то знать.

– В Санграте много высокородных домов, – продолжал он. – Но четыре всегда управляли королевством, и те же четыре руководят школой. Каждый представляет старинный род вампиров. Дом Драхарроу – это мой дом. Дом Авари, Дом Орфос.

– И Дом Мортис, – добавила я.

– Отлично. Ты знаешь одну мизерную часть информации о моем мире.

Какой неприятный человек.

– А что насчет Реган? Ее фамилии нет среди четырех, но она все равно стояла на помосте рядом с твоим дядей.

– Она Пансера. Реган принадлежит к очень благородному дому, хотя и не правящему. Здесь, в академии, она числится в Доме Драхарроу. Все аристократы, независимо от их фамилий, исходят из одного из четырех домов и могут проследить родство, хотя и дальнее, с одной из четырех семей.

– То есть вы с Реган родственники? – Я хихикнула. – Ну и традиции у вас.

Блейк закатил глаза.

– Наша помолвка была устроена, когда мы были еще детьми. Тебе не понять. Слушай, просто постарайся не выглядеть еще большей дурой, чем ты уже показалась. Ты и так уже достаточно смутила меня сегодня. Меня совершенно не красит, что теперь ты связана с нами.

– А что насчет того, чтобы ты не указывал мне, что делать?

Он скрестил руки и шагнул ко мне. Я не двигалась с места.

– Тебе лучше к этому привыкнуть, Пендрагон. Я Глава Дома. Ты подчиняешься мне. Во всем.

Я тоже скрестила руки, копируя принца и не желая отступать.

– Посмотрим.

Он предпочел проигнорировать меня и продолжил свою речь:

– Как я и говорил, Академия «Кровавое крыло» разделена на четыре дома. И внутри каждого дома есть свои отряды.

– Отряды?

– Группы до пятидесяти человек. Тебе не стоит беспокоиться об этом в свой первый год. Это традиция. В период военных действий это бы означало, что наши генералы всегда готовы и у них под рукой есть молодежь с копьями наготове, чтобы заменить тех, кто пал.

– И часто ли воюет ваше королевство? – с искренним любопытством спросила я.

– Ты узнаешь об этом на занятиях, – небрежно бросил Блейк. – Не во всех отделениях есть представители четырех подклассов. – Выше всего по званию – воины, обычно из вампирской знати, но бывают и редкие исключения. Следующие по рангу – поддерживающий класс. Целители, алхимики, аптекари. Эти говорят сами за себя. Я предполагаю, что ты знаешь, кто такие целители.

Когда принц посмотрел на меня как на идиотку, я закатила глаза.

– Отлично. Далее стратеги. Очень важные. Их выбирают за логику и дар предвидения. Они могут визуализировать сражения, помогают планировать атаки и всякое такое. И, наконец, последние – разведчики. Предполагается, что у них тоже есть магия, но не все из них маги. Настоящих чародеев все труднее и труднее найти.

– И куда же определят меня?

Он вздохнул.

– Ты – пятый класс, который вымер. – Мужчина окинул меня взглядом. – Ну или по крайней мере был вымершим до сегодняшнего дня.

– Я ничего не понимаю. Драконов, на которых надо ездить, нет. Так какого черта мне ходить в эту глупую школу? – спросила я.

– Не стоит поднимать этот вопрос с дядей, но это то, чего он хочет. Ты присоединишься к нам с Реган.

Блейк взглянул на меня серыми глазами, которые внезапно приобрели штормовой оттенок.

– Ты последний человек в этой школе. Ты даже не заслужила место быть здесь, в отличие от остальных грязнорожденных смертных. Но Виктор Драхарроу всегда получает то, чего хочет. Так что я бы не стал испытывать его терпение. Только если не хочешь, чтобы тебя осушили быстрее, чем ты выдашь очередной невероятно умный комментарий.

Мужчина посмотрел на меня и задумчиво покачал головой.

– Не знаю, какую именно программу придумают специально для тебя, но могу предположить, что тебе придется изучать все понемногу. Все, кроме целительства, как мне кажется. Наездники были вторыми после воинов. Но это было во времена драконов. – Он пожал плечами. – Так что ты права. Ты весьма бесполезна. Сомневаюсь, что ты можешь сражаться.

– Я много сражалась. – Я сжала руки в кулаки, сдерживаясь, чтобы не пустить их в ход.

Принц рассмеялся.

– Не сомневаюсь. Но у тебя есть какие-нибудь навыки?

Я ничего не ответила, решив, что это слишком личный вопрос.

Он пожал плечами.

– Завтра я отправлю Реган показать тебе все здесь. Она обо всем подробно расскажет.

Я почти подавилась.

– Реган? Девушка в фиолетовом платье, которая выглядела так, будто хочет выколоть мне глаза?

Блейк усмехнулся.

– Она сделает то, что я ей скажу, не волнуйся. Она хочет угодить моему дяде. Вы друг другу нужны, так что быстро подружитесь.

– Очень сомневаюсь, – пробормотала я.

Но, возможно, надежда есть. Было бы неплохо обзавестись другом в этом ужасном месте.

Хотя я искренне сомневалась, что девушка, которая решила, будто я собираюсь украсть у нее жениха – или как минимум хочу урвать его часть, – захочет стать моей подругой.

Казалось, что время для разговоров окончено.

Блейк продолжал идти длинными шагами по коридору. Я спешила за ним, отказываясь просить, чтобы он замедлился, и заставляла себя не отставать.

Он быстро провел меня по залам, незаметно озираясь по сторонам, словно опасался, что нас могут увидеть вместе.

Иногда мимо нас кто-то проходил – студент с книгами или преподаватель со стопкой пергамента. Если они и отваживались посмотреть в нашу сторону, Блейк кидал на них злобный взгляд, и те спешили убраться подальше.

Во время нашей быстрой экскурсии я успела увидеть столовую. Огромный каменный зал с рядами деревянных столов и скамей.

– Здесь ты будешь есть, – коротко пояснил Блейк, прежде чем мы пошли в следующий зал.

– А ты? – Это была шутка, но, к моему удивлению, он остановился.

– И я. Знаешь ли, мы не только кровь пьем.

– Я не знаю, – подчеркнула я. – Я ничего не знаю о вас, монстрах.

– Тебе стоит перестать видеть в нас монстров и начать смотреть на нас так, как делает остальная Санграта, – сказал он, прищурившись.

– Это как же? Как на богов? Героев?

Мужчина ухмыльнулся.

– Что-то вроде того.

– Я не понимаю. Разве вы не кормитесь своими собственными людьми? Вы называете нас грязнорожденными, но при этом мы вам нужны. Как еще вы можете получить кровь?

Он ощетинился.

– Ты понятия не имеешь о наших традициях или о том, как мы кормимся. Некоторые… – Он замолчал. – Хотя знаешь, неважно. Я не собираюсь заниматься твоим образованием.

– Некоторые что? – настаивала я. – Мне правда интересно.

– Не сомневаюсь. Но знаешь, Пендрагон, я тут понял кое-что, что забыл дядя Виктор. – Принц холодно улыбнулся и внезапно наклонился ко мне, так близко, что до моего лица оставалось несколько сантиметров. Я снова почувствовала его запах. Аромат зеленых яблок. Ублюдок был вампиром, но при это пах как фруктовый сад. Бессмыслица.

– Что? – произнесла я, холодея и сопротивляясь желанию отшатнуться.

– Эта школа заботится о себе, и только о себе. Ты права. Ты не одна из нас, и никогда не станешь. Мне не о чем беспокоиться. У тебя не будет времени опозорить меня, потому что «Кровавое крыло» убивает слабых. Я сомневаюсь, что ты продержишься здесь даже семестр. Не важно, кто будет тебе помогать, ты оступишься и умрешь, а мне нужно лишь стоять в стороне и смотреть. Ты переживаешь, что нам придется совокупляться? Неужели ты и правда подумала, что я запятнаю свой род твоей кровью? – Он поднял голову и рассмеялся. – Завтра ты начнешь понимать. Ну а пока… – Он перевернул руку ладонью вверх и указал: – Вот твоя дверь.

Прежде чем я смогла собраться с мыслями и сказать хоть слово в ответ, Блейк ушел. Он завернул за угол и скрылся из виду, а его черная мантия развевалась позади него, как крылья чертовой летучей мыши.

* * *

Я уставилась на дверь, перед которой он меня оставил. Тяжелое темное дубовое полотно с железной ручкой в виде слезы. Как отметка на моем запястье.

На секунду я задумалась, стоит ли постучать.

Затем расправила плечи, подняла руку и толкнула дверь.

Когда петли скрипнули, из открывшегося проема вырвался громкий гул.

Я поежилась, но заставила себя идти дальше, войти в шумное помещение и осмотреться.

Каменный холл был темным и полным теней, освещенный свечами на расстояние нескольких шагов. Комната же оказалась просторной, с высоким потолком. Пространство было наполнено теплом и светом. Бесчисленные свечи горели в железных подсвечниках и в изысканных канделябрах на стенах. Мерцающий свет играл на портьерах насыщенного сапфирово-синего цвета, которые висели на стенах и обрамляли высокие арочные окна, тянущиеся по двум широким стенам. Оконные стекла в форме бриллиантов открывали вид на море и заходящее солнце.

Уютные мягкие кресла, обитые тканью в полуночно-синем и серебристом тонах, были расставлены по комнате небольшими уютными кругами. Толстые богатые ковры с узорами бледно-серых и синих оттенков покрывали каменный пол.

В огромном камине потрескивал огонь, на полке сверху стопками лежали книги, а со свечей в пыльных подсвечниках капал расплавленный воск. По другой стене тянулись книжные шкафы, в которых стояли дорогие с виду фолианты и лежали скрученные свитки.

В центре стоял большой круглый стол, заваленный пергаментом, перьями и чернильницами.

И повсюду были студенты.

Некоторые сидели в мягких креслах и читали, другие сгорбились над столом с перьями и что-то оживленно писали, а некоторые расположились на диванах вокруг камина и болтали.

Когда я вошла в комнату, разговоры стихли.

Уже во второй раз за этот день, казалось, все взгляды обратились ко мне.

Мое сердце бешено билось. Я шла вперед, шаги отдавались эхом от стен во внезапно наступившей тишине.

Я выругалась про себя. Что мне, черт возьми, дальше делать?

– Медра! Медра Пендрагон! Я здесь!

При звуке своего имени я дернулась. Темноволосая девушка стояла наверху каменной лестницы. Когда я посмотрела на нее, она перегнулась через балюстраду и замахала мне.

Маленькая и худенькая, с длинными шелковистыми черными волосами, тщательно заплетенными в идеальную косу, ниспадающую на спину и перевязанную синей лентой. На ней были очки в черной оправе, которые придавали ее темно-карим глазам вид совиных. Выражение ее лица оставалось спокойным и искренним, словно она не знала, какой переполох вызвало у всех мое появление.

– Поднимайся, – позвала она. – Я все тебе покажу.

Девушка носила черную мантию, как и Блейк, а под ней – синий свитер и серую юбку до колен. Было в этой незнакомке что-то академичное. Мне стало интересно, в каком она классе из тех, что назвал Блейк.

Я стала медленно подниматься по лестнице, разглядывая герб на лацкане девушки. Круглый символ с четырьмя переплетенными драконами, вышитыми золотом. По кругу тянулись слова.

– Sanguis et Flamma Floreant, – прочитала я вслух.

– Это герб и девиз «Кровавого крыла», – пояснила девушка. – Он означает «Пусть процветают кровь и пламя». Надпись на традиционном сангратийском[3]. Подозреваю, ты его не знаешь.

Я знала, но позволила ей продолжить. То, что она назвала традиционным сангратийским, было просто древним наречием в Аеркануме.

Девушка аккуратно дотронулась до герба.

– Вся твоя одежда будет так же украшена. Это метка всех первокурсников, пока у тебя нет девиза и герба.

– Я думала, я в Доме Драхарроу, – произнесла я, немного краснея.

Незнакомка ободряюще улыбнулась.

– Пока нет. Ты еще не официальный консорт, хотя вы с Блейком помолвлены. Знаю, это сложно. Тебе повезло, Дом Драхарроу очень могущественный и с очень сильным главой.

Я смогла подавить свои комментарии, которые почти сорвались с моих губ по поводу того, что я думаю о Викторе Драхарроу и его племяннике.

– Тебя, наверное, все это ошеломляет, – сказала девушка с сочувствием, неправильно толкуя мое выражение лица. – Пойдем, я попытаюсь все разъяснить получше. Давай я покажу тебе твою комнату.

Мы направились вдоль каменного балкона, и я впервые заметила, что он почти полностью опоясывает комнату. От него отходило четыре прохода. Я последовала за девушкой в один из них и вскоре заметила, как она толкает очередную дверь и жестом приглашает меня войти.

– Вот твоя комната. – Девушка пропустила меня вперед, и я заглянула внутрь.

К моему облегчению, комната оказалась маленькой, но уютной. И там была всего одна кровать. Не придется толкаться со своими сокурсниками. Слава богам!

Комната располагалась на самом верхнем этаже башни, поэтому некоторые стены закруглялись.

По центру стояла кровать из темного дерева с тяжелым бархатным балдахином насыщенно-синего цвета. В изножье располагался большой деревянный сундук – место, куда можно сложить пожитки, которых у меня не было.

У дальней стены стоял высокий шкаф из темного дуба, с ручками в форме свернувшихся драконьих хвостов.

Три высоких арочных окна выходили на бурлящее внизу море, где волны разбивались об острые скалы. Под окном стоял маленький деревянный письменный стол, по размеру как раз подходящий, чтобы за ним писать или учиться.

Простенький, но выглядел удобным. Я подозревала, что должна быть благодарна, что это не камера в подземелье Черной Крепости.

– Я Флоренс, кстати. Флоренс Шен. Я одна из надзирателей общежития первокурсников.

Я осторожно взглянула на девушку:

– Надзирателей?

Та засмеялась.

– Не переживай. Это не так страшно, как звучит. Мы же не в тюрьме. Я просто помогаю первокурсникам и отвечаю на их вопросы. Староста.

Я постаралась не выглядеть такой подозрительной. В конце концов, для меня это все-таки тюрьма. Хотя Флоренс явно здесь нравилось.

– То есть ты не первокурсница? – уточнила я.

– Нет, первокурсница. Просто я пробыла здесь половину лета. Моя мама – одна из библиотекарей. Я знаю школу лучше, чем большинство студентов, особенно полукровок. Наверное, поэтому они и выбрали меня.

– То есть ты не вампир? – В следующую секунду я почувствовала себя идиоткой. – Конечно, нет. Твои волосы.

Она улыбнулась.

– Именно. Хотя тут бывают полукровки. Не верю, что в этом году у нас есть такие. В нашем общежитии нет высокородных студентов. В конечном итоге лучших из нас распределят по домам, мы выберем специализацию, и нас раскидают по отрядам.

Я уставилась на нее.

– И ты… этого хочешь? Хочешь быть частью вампирского дома?

– Это высшая честь в Санграте, – легко ответила Флоренс. – Даже просто быть здесь, в «Кровавом крыле», уже за пределами моих мечтаний. Это огромная честь для моей семьи. Ну то есть моей мамы и меня, но она на седьмом небе.

Девушка казалась милой. А еще полезной.

Она не походила на полностью умалишенную. Но я подозревала, что внешность бывает обманчива.

Я решила, что подвергнуть сомнению ее восхищение будет не лучшей идеей в данный момент.

По крайней мере, пока не узнаю ее получше.

С замиранием сердца я кое-что поняла.

– Нет уборной, – произнесла я, голосом, полным разочарования.

Флоренс оживилась.

– У тебя своя личная ванная прямо тут.

Она указала на дверь, которую я по ошибке приняла за дверь в чулан, и я облегченно вздохнула.

– Горячая вода? – уточнила я с надеждой.

Она кивнула.

– Это одна из прелестей «Кровавого крыла». Даже не надо звать слугу, чтобы ее принесли. Здесь настоящие медные трубы, их заложили века назад. Высокородные – необыкновенные. Они и правда думают обо всем, – просияла девушка.

– Обо всем, что может им пригодиться, – я не могла промолчать. Флоренс посмотрела на меня немного ошарашенно. – В любом случае спасибо, что все мне показала, – быстро добавила я. – Как ты поняла, кто я?

Она махнула рукой, и я коснулась своих волос.

– А, ну да. Видимо, я сейчас как бельмо на глазу.

– Немного. Я имею в виду, не в плохом смысле, – поспешно ответила девушка. – Но тебя довольно легко заметить.

– А все студенты внизу в…

– В общей комнате, – объяснила Флоренс. – Мы все можем ею пользоваться.

Мне понравилось, как она выделила «все».

– Да, в общей комнате. Они, кажется, были не очень мне рады.

– Ну… – Флоренс закусила губу, словно выигрывая время, чтобы сформулировать дипломатичный ответ. – Все случилось очень быстро. Для тебя, я имею в виду. Студенты тратят годы на подготовку, чтобы поступить в «Кровавое крыло». Многих не принимают.

– То есть все готовы умереть за возможность быть здесь?

Глаза Флоренс широко распахнулись.

– Нет. Я этого не говорила. – Она выглянула в коридор, а потом стала говорить тише: – Каждый год есть несколько, кто не хотел поступать. У некоторых студентов нет выбора.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, прищурив глаза. – Их заставляют поступать сюда силой?

– Да, так и есть, если те игнорируют приглашение, – неохотно подтвердила она. – Но я уверена, их семьи получают компенсацию. Санграта не разбрасывается талантами.

– А что, если они или их семьи против? – наседала я. – Что тогда?

Девушка покачала головой.

– Я не знаю. Такое редко случается. – Она смотрела на меня почти с надеждой.

– Ладно, – пробормотала я. – Уверена, вампиры очень деликатно обходятся с теми, кто ими не восхищается.

Но Флоренс то ли не услышала меня, то ли сделала вид. Она пересекла комнату и распахнула дверцы шкафа.

– Как видишь, тебе приготовили большую часть одежды. Тут еще не все, что может понадобиться, но ты сможешь выбрать подходящий наряд для первого дня занятий, – произнесла она с гордостью, показывая шкаф, наполненный разнообразной одеждой.

Я заметила плащи, ботинки, туники, платья, штаны, и даже парочку мантий. На всем был герб «Кровавого крыла». Видимо, мне придется ежедневно носить знак отличия вампирской школы.

– Я должна надеть завтра что-то особенное? – спросила я. Уточнить не повредит. В конце концов, я не хотела появиться на занятии по верховой езде в мини-юбке.

Флоренс потрясла головой.

– Завтра день знакомства. Будет несколько занятий, и в конце дня ожидается приветственная речь от директора. Можешь надевать что хочешь. У меня пока нет твоего расписания, но его должны принести утром.

Она подавила зевок.

– Прошу прощения, Медра. Уже поздно, да и день был длинным. Так что если тебе больше ничего не нужно, то я, пожалуй, оставлю тебя.

Я подумала о том, как начался мой день. Утром, если это было утро, я очнулась на горе трупов. И вот как этот день заканчивается.

Но хотя бы приму ванну.

– Да, конечно, – быстро отозвалась я. – Спасибо, что все мне показала. Не возражаешь, если завтра я буду с тобой в течение дня? Эта школа такая огромная, а я еще не очень хорошо ориентируюсь.

– Да, конечно! – Флоренс снова засияла. – Но я тебе вряд ли понадоблюсь. Мне сказали, что сама Реган Пансера заберет тебя утром и поможет тебе в течение всего первого дня. Какая честь! Она очень популярна. Настоящий подарок – быть замеченным с ней.

Я вымученно улыбнулась.

– Да, конечно.

Когда Флоренс ушла, я упала на свою новую кровать, покрытую голубым бархатом.

Все казалось нереальным.

Если происходящее реально, значит, я еще жива. И помолвлена. Я в услужении у вампиров. И я студентка.

У меня вырвался смешок. Не знаю, что из этого более нелепо.

Я никогда не училась в школе. Конечно, дома, в Камелоте, были школы. Но как член королевской семьи я всегда занималась только с учителями во дворце.

Брак? В Камелоте я была слишком юна, чтобы даже думать об этом, не говоря уже о том, что мое королевство вело войну. Но я не сомневаюсь, что мне бы позволили самостоятельно выбрать партнера, свой путь.

Интересно, закончилась ли с моей смертью война?

Я попыталась представить свою семью в Аеркануме. Моя тетя, Моргана, и ее муж, Дравен. Стал ли мой дядя Кай королем? Что они делают прямо сейчас? Скучают ли по мне?

Я резко села, игнорируя тянущую боль в груди.

Нет смысла думать о семье, которую я оставила в прошлом. Я знала, что больше никогда никого из них не увижу.

Я глубоко вдохнула, затем прокашлялась. Флоренс Шен была слишком вежливой, чтобы сказать, как от меня воняет.

Больше никаких грустных мыслей. У меня была ванная комната, и я собиралась ею воспользоваться.

Ванна была черной и ужасно скользкой. Но когда она наполнилась и я успешно в нее залезла, не свернув себе при этом шею, я блаженно вздохнула, чувствуя, как вода расслабляет мое уставшее тело.

Я закрыла глаза, прокручивая в голове события прошедшего дня.

Я оказалась в новом мире. Почему-то мне казалось, что вернуться в Аерканум не удастся, как бы я этого ни хотела.

Это та цена, которую мне пришлось заплатить? Я получила новую жизнь, но мне пришлось отказаться от старой. И все, кого я любила, теперь в прошлом.

Я уверена, что многие бы убили за такой второй шанс, какой получила я. Но нельзя сказать, что моя благодарность не знала границ.

Не теперь, когда поняла, в каком мире очутилась.

Мир, где вампиры были не просто мифическими существами.

Нет, Блейк Драхарроу был полной задницей. Но он был из плоти и крови.

Он и ему подобные просто отвратительны. Но я не могла отрицать их власть.

Весь мир, казалось, прислуживал им. Флоренс, похоже, боготворила их. Она была счастлива здесь и не думала о том, что вампиры могут призвать на службу смертных без их согласия.

Я забыла спросить у Флоренс про сожженную дотла деревню, в которой меня нашел Блейк. Что там случилось? Почему никому нет до этого дела?

Я думала о том, что обо мне сказали чистокровные вампиры. Что у меня есть метки наездницы. Наездницы драконов.

И наконец, наверное, самая нелепая вещь из всех. Меня обручили с одним из принцев-вампиров, потому что моя кровь показалась кому-то очень ценной, притом что настоящих драконов давно уже нет. Ничего, на чем ездить верхом. Тогда в чем смысл?

Только если в моей крови не было чего-то еще, о чем я не знала. Больше, чем они сказали.

Но я понятия не имела, как мне это выяснить, ведь другого наездника драконов нет, и спросить не у кого.

Мне было интересно, как они выглядели. На что были способны. Как выглядели их драконы.

И самое важное: почему они вымерли.

Конечно, оставался шанс, что все это ошибка. Черты, которые вампиры приняли за метку наездника, в Аеркануме выделяли меня лишь как фейри-полукровку. Означало ли это, что фейри из Аерканума считались всадниками драконов в Санграте?

Или я просто мошенница? Вообще без крови наездников?

Подозреваю, что это не имело большого значения. Даже если я не та, за кого они меня принимают, как они это выяснят? Драконов, чтобы проверить меня, все равно нет.

Все, что мне оставалось, – это попытаться влиться. Делать, что говорят. Ходить на занятия. Притворяться покорным маленьким ягненком, как Флоренс.

А в это время буду придумывать план, как сбежать.

Просто выпрыгнуть в окно равносильно самоубийству. Сначала стоит узнать врага поближе. Раз уж мне дали второй шанс, что ж, тогда, полагаю, нужно воспользоваться им, постараться и выстроить жизнь, прежде чем бросить ее. И это означало – узнать побольше об этой стране и здешних людях. Должны быть и другие королевства. Может, где-то в мире есть место без вампиров.

Место, где я смогу быть свободной.

Мои глаза закрывались. Пора было признать, насколько я вымотана.

В Аеркануме я потратила все свои силы, которые у меня когда-либо были, чтобы взорваться как звезда.

Затем я очнулась тут, опустошенная и уставшая. Меня заставили пройти несколько миль, прежде чем я оказалась в зале суда только для того, чтобы мне провели экскурсию по школе.

Пора отдохнуть.

Я вытащила себя из мраморной ванны, чтобы не уснуть и случайно не утонуть, завернулась в одно из больших мягких полотенец, которые лежали стопочкой на маленьком столике, и поплелась обратно в комнату.

Одевшись в мягкую голубую хлопковую ночную рубашку, я забралась в кровать.

Потолок был выкрашен в насыщенный темно-синий, а сверху его покрывали серебристые звездочки. Это было мило, правда. И абсолютно неожиданно в таком месте.

Какое-то время я любовалась фальшивым звездным небом, обдумывая свой следующий шаг и непрерывно зевая.

Хотелось есть. Но мысль о посещении общей комнаты или о том, чтобы проделать путь до столовой, мне не нравилась. Я решила, что потерплю до утра. Больше мотивации встать с утра вовремя. Кстати, об этом…

Я пошарила по прикроватному столику, пока не нащупала часы и поставила будильник на шесть. Должно быть достаточно рано.

Потом я снова легла, даже не заботясь о том, чтобы закрыть занавески, и прикрыла глаза в последний раз за сегодня.