Блейк

Она оказалась именно там, где я хотел.

– Ты же не думала, что я не заметил тебя, правда? – прошептал я ей на ухо.

Я рывком поставил ее на ноги, чувствуя, как она дрожит.

– Они нас увидят, – прошептала она.

Итак, она была напугана. Правильно. Ей нечего было здесь делать, и найди ее кто-то другой, ее бы убили не задумываясь, рыжеволосая она наездница или нет. Конечно, Виктор был бы в ярости. Но было бы уже слишком поздно. Она вторглась в Святилище без приглашения.

– На этом этаже никого нет, и никто внизу не собирается смотреть вверх. – Но на всякий случай я задул ближайшие свечи, погрузив нас обоих в тень.

Почувствовав себя в большей безопасности, она попыталась отстраниться.

– Ты мерзавец, – прошипела она. – Отпусти меня.

– Эй, это ты следила за мной, Пендрагон. Никто не заставлял тебя приходить сюда. Ты действительно думала, что вампирские чувства настолько бесполезны, что я не услышу, как ты топаешь за мной?

– В прошлый раз ты не слышал, – парировала она.

В прошлый раз я так отчаянно хотел попасть в кровавый бордель и подкрепиться, что не принял своих обычных мер предосторожности. Я отмахивался от своих опасений по поводу любых звуков, которые слышал, списывая их на разыгравшееся воображение. Но теперь, когда понял, что она знает, где находится выход из «Кровавого крыла», я больше никогда не совершу этой ошибки.

Но я решил поддразнить ее.

– Может быть, я хотел, чтобы ты пошла за мной. Может, мне было плевать. Ты когда-нибудь думала об этом? Может, мне понравилось, когда ты подглядывала.

Она застыла в моих объятиях.

– Точно так же, как тебе, кажется, нравится подглядывать прямо сейчас. – Я прижался лицом к ее щеке. – Не можешь оторвать от них глаз, да?

– Что они делают? – прошептала она в ответ.

– Смотри, и увидишь.

Внизу, на коленях высокородного в маске, сидела девушка, играющая роль Кровавой Девы, ее белое одеяние резко контрастировало с его темной одеждой. Невинность, ожидающая, когда ее запятнают.

Тишина во дворе, казалось, сгустилась, когда высокородный положил руки на плечи девушки. Он начал медленно расстегивать застежки, удерживающие ее платье.

Девушка оставалась неподвижной, ее глаза были полузакрыты, грудь поднималась и опускалась в медленных, глубоких вдохах.

Руки мужчины опустились ниже, к изгибу ее талии. Сегодня вечером не будет никакой спешки, только неторопливое обнажение женщины в белом одеянии.

Наблюдатели в масках стояли в молчаливом почтении к обряду. Но, несмотря на их священную торжественность, атмосфера, несомненно, была плотской.

Я почувствовал, как у Пендрагон перехватило дыхание, когда застежки наконец расстегнулись и белое одеяние соскользнуло с плеч девушки, обнажив белоснежную кожу.

Груди у девушки были небольшими, но упругими и высокими. Святилище всегда заботилось о том, чтобы выбрать прекрасный экземпляр грязнорожденной.

Но мое внимание привлекала не девушка внизу. Это была та, которую я держал в своих объятиях.

Мои руки обхватили Пендрагон за талию, удерживая ее на месте. Ее руки соскользнули с балконных перил, пока она смотрела вперед. Казалось, она почти забыла, что мои руки были там и всего один слой ткани отделял мою кожу от ее.

Обряд ее завораживал, она была не в силах отвести взгляд.

Я слегка наклонился вперед, зарываясь лицом в ее волосы. От нее потрясающе пахло. Как свежие опавшие листья с легким привкусом жасмина. И под этим – металлический привкус крови.

– Что ты делаешь? – внезапно спросила Пендрагон с беспокойством в голосе. Но не отстранилась.

– Объявляю перемирие, – лениво пробормотал я. – Перемирие на одну ночь. Ты же не хочешь, чтобы я заставил тебя уйти, не так ли? Или мне позвать служительниц, чтобы тебя вышвырнули. Потому что это можно устроить.

Она поколебалась мгновение, прежде чем покачать головой.

– Хорошо. Оставайся. Здесь, со мной. Я обеспечу твою безопасность. Если кто-нибудь нас найдет, я возьму вину на себя. Скажу, что тебя привел я, нарушив все правила.

– Ты сделаешь это? Для меня? – Ее голос звучал потрясенно. Как будто я не защищал ее снова и снова.

Я ничего не сказал, просто провел пальцами по ее бедрам.

Она ахнула, когда ее взгляд вернулся к зрелищу внизу.

Высокородный скользил руками по гладкой белой груди девушки. Его пальцы играли с ее бутонами, поглаживая и сжимая их.

Девушка откинулась назад, запрокинув голову, обнажив шею.

Высокородный наклонился вперед. Не к шее девушки, а чтобы ласкать ее грудь. Мы с Пендрагон наблюдали, как он втянул в рот сочный бутон, облизывая и дразня его с безудержной самозабвенностью.

Девушка застонала, ее руки поднялись, чтобы обхватить мужчину за плечи, пальцы вцепились в его черную мантию.

Сотни глаз следили за тем, как мужчина стянул одеяние девушки с ее талии, обнажая изгиб спины и изящную округлость бедер.

Он обхватил ее тело, притягивая ближе к себе, ее груди прижались к его груди, когда он прильнул губами к ее губам.

Они целовались.

– Ей это нравится. – Голос Пендрагон был полон недоумения. Ее тело не переставало дрожать с тех пор, как я ее поймал. – Я не понимаю.

Я больше не мог этого выносить. Мне нужно было быть ближе. Я откинул ее волосы с шеи, а затем опустил голову, пока мои губы не оказались в нескольких сантиметрах от ее кожи. Так близко, как только осмелился. Пока.

– Как и тебе, – пробормотал я. – Нравится. Это прекрасная сцена. Девушка прелестна и сговорчива. Почему бы ей не получить удовольствие? Но она и близко не такая сногсшибательная, как ты. – Я провел рукой вниз по ее телу, скользя по плоскому животу, а затем медленно опускаясь ниже.

Она схватила меня за руку, останавливая на полпути.

– Сногсшибательная? С каких это пор ты делаешь мне такие комплименты, Блейк Драхарроу?

Я усмехнулся про себя. Слова были колкими, но голос выдавал настоящие чувства. Я ощущал ее нерешительность, замешательство. Она была уязвима. Беззащитна.

– Ты же знаешь, как сильно я хочу тебя, Пендрагон, – промурлыкал я. – Как сильно я хочу тебя с того самого дня, как впервые увидел твое невероятно красивое обнаженное тело.

Ее рука застыла на моей. Она не оттолкнула ее, но все же не позволила ей путешествовать дальше по телу.

– С тех пор я не могу выбросить тебя из головы, – признался я. – Я хочу чувствовать, как твое тело прижимается к моему. Неужели ты не понимаешь, как сильно я жажду тебя?

Может быть, во мне говорило кровавое вино, но у меня не осталось ни капли стыда. Я рисковал всем. Я приблизил рот к ее шее, но не для того, чтобы покормиться, а для поцелуя. Я держал свои клыки под контролем, просто двигая губами по этой сладкой, чувствительной плоти.

Она задохнулась.

– Что ты со мной делаешь?

– Ничего такого, чего бы ты втайне не хотела, маленький дракончик. Я не буду кормиться тобой, если беспокоишься ты об этом. Клянусь своей жизнью.

Я провел языком по изгибу ее шеи, жалея, что не могу попробовать на вкус ее губы. Но я понимал, что зрелище внизу возбуждало ее. Она хотела наблюдать. А я хотел наблюдать за тем, как наблюдает она.

– Тебе это нужно, – прошептал я ей в шею. – Неважно, как сильно ты пытаешься это отрицать.

– О боги, – простонала она, откидывая голову назад, чтобы предоставить мне больший доступ.

Я мягко оттолкнул ее руку, молча умоляя разрешить мне продолжить. Она подчинилась.

Я провел руками по ее телу, скользя по бедрам, слегка касаясь их, затем пальцы поползли вверх, задержавшись на краях платья, по бокам от грудей.

Пендрагон задохнулась от этих прикосновений. Даже сквозь ткань я чувствовал жар ее кожи.

Я потянулся губами к одной из черных бретелек ее платья и медленно стянул ее с плеча зубами.

Мужчина внизу полностью избавил грязнорожденную от одежды. Она сидела на нем верхом, полностью обнаженная, одной рукой он ласкал ее грудь, другой – бедра, не отрываясь от ее губ.

Сцена была невероятно притягательной.

Но не настолько притягательной, как ощущение того, как платье Пендрагон сползает с ее плеч.

Я опустил вторую бретельку, затем переместил пальцы к лифу и, прежде чем она успела меня остановить, нырнул внутрь и обхватил ладонью ее грудь.

Она ахнула и выгнулась, не делая ни малейшей попытки меня остановить.

Мой рот приник к ее шее, жадно целуя, пока рука ласкала бутон ее груди, заставив его заостриться. Платье все время мешало мне, поэтому я грубо дернул ткань, обнажив Пендрагон до талии.

Она вздрогнула и попыталась прикрыть наготу руками.

– Стесняешься, маленький дракончик? – Я прижался губами к ее коже, запечатлев поцелуй на плече. – Тебе нечего стесняться. Все в тебе – само совершенство. И ты это знаешь.

Я почувствовал, как она покачала головой. Я улыбнулся, уткнувшись лицом в ее шею. Она была именно там, где я и хотел. Черт возьми, она была прекрасна. Прекрасная и вся моя.

Я не мог насытиться ею. Я поглаживал ее груди, наслаждаясь теплом ее кожи.

Ее волосы, мягкие и легкие, коснулись моего лица, когда я наклонил голову еще ниже, целуя и лаская ее плечи и прижимаясь губами к ее шее.

Я был возбужден, чертовски возбужден, прижимаясь к ее спине, чтобы она поняла, что она со мной делает.

– Вот какая у тебя власть надо мной. Это то, что ты творишь со мной каждый день, Пендрагон. Ты сводишь меня с ума. Я не могу смотреть на тебя без страстного желания овладеть.

Она резко сжала мою руку.

– Посмотри.

Внизу высокородный приник губами к шее девушки. Он притянул ее ближе, убирая волосы с шеи, затем откинул ей голову. Я наблюдал, как его клыки сверкнули в тусклом свете, прежде чем погрузиться в кожу девушки.

Пендрагон застыла, словно не зная, бежать ей или остаться.

– Нет, – пробормотал я. – Смотри.

Тело девушки выгнулось дугой, у нее перехватило дыхание от чего-то похожего на смесь удовольствия и освобождения.

Ее пальцы сжались на плечах мужчины, пока он ел.

Кровь стекала по ее горлу, бежала ручейками по обнаженной груди. Каждые несколько мгновений она вздрагивала, запрокидывая голову в совершенном экстазе. Хватка мужчины на ее талии усилилась, когда он начал пить, делая большие глотки.

Наконец он отстранился, его рот был полон крови. Он нежно провел пальцем по шее девушки к ключице, затем по изгибу груди, проследив за струйкой крови, прежде чем опустить рот, чтобы слизнуть капли.

В моих объятиях Пендрагон издала тихий стон, словно в отчаянии.

Я знал, что будет дальше. Как и девушка, игравшая роль Кровавой Девы. Вопрос был в том, знала ли Пендрагон об этом?

Мужчина медленно отбросил мантию, открыв нижнюю часть тела. Грязнорожденная нетерпеливо заерзала, затем приподнялась и опустилась на него.

Стон, полный голода и желания. Девушка начала медленно подниматься и опускаться.

– Я знаю, чего ты хочешь, – прошептал я на ухо Пендрагон. – Я знаю, что тебе нужно. Единственный вопрос в том, позволишь ли ты мне?..

Я скользнул руками по ее обнаженному животу, ощущая гладкие упругие линии ее тела.

– Просто смотри, – пробормотал я. – Просто наблюдай за ними. Позволь мне сделать это для тебя. Позволь мне дать тебе то, в чем ты всегда нуждалась, но не осмеливалась попросить.

Я шевельнулся, как будто хотел стянуть ее платье с бедер, но она резко вытянула руки. Дрожащие пальцы сомкнулись на моих запястьях.

– Хорошо, – сказал я хриплым от желания голосом. – Я понимаю. Платье останется на тебе. По крайней мере, частично.

Я поднял руку к ее волосам и запустил в них пальцы, затем сгреб их в кулак и опустил ее голову вниз, не грубо, но и не совсем нежно. Когда она перегнулась через балюстраду, я приподнял сзади ее юбку.

Под ней она была обнажена. Даже в полумраке я мог видеть бледную округлость ее ягодиц. Я нежно провел по ним рукой, затем скользнул ей между ног.

Я подавил стон. Она была полностью готова принять меня.

– Черт возьми, Пендрагон. Ты точно знаешь, как заставить мужчину почувствовать себя желанным.

Она смущенно заерзала, и я усмехнулся.

– В чем дело? Никаких остроумных замечаний? – Я принялся нежно ласкать ее.

Она задрожала, и с ее губ сорвался стон. Еще более громкий, чем прежде.

Без колебаний я отпустил ее волосы, чтобы зажать ей рот. Нас не должны были обнаружить, не в этот прекрасный момент.

Она извивалась, пытаясь вырваться, но я держал ее крепко.

– Тише, маленький дракончик, – пожурил я ее. – Ты же не хочешь, чтобы все знали, какой плохой девочкой ты сегодня была, не так ли?

Я начал играть с ней, поглаживая пальцами.

Этого было недостаточно. Я желал овладеть ею. Чертовски сильно хотелось погрузиться в нее до основания, почувствовать ее дрожь, раздвинуть ее бедра так широко, как это только возможно.

Но я не рискну зайти так далеко. Не сейчас. Не сегодня. Эта ночь будет для нее и только для нее.

Я чуть шире раздвинул ей ноги, наслаждаясь ее сопротивлением.

Конечно, если бы она действительно хотела, чтобы я остановился, все, что ей нужно было сделать, это укусить меня за руку или ударить. Я бы сразу же отступил. Неохотно, но я бы это сделал.

Я хотел ее согласия. А иначе – нет.

Но она не сопротивлялась. Она этого хотела, как бы ни отрицала. Так что я ласкал ее с этого молчаливого согласия.

Внизу, под нами, полукровка стонала, ритмично двигаясь вверх и вниз на высокородном мужчине, ее груди подпрыгивали при каждом толчке бедрами.

Мужчина в маске снова прижался ртом к шее девушки и принялся пить. Красные струйки стекали по телу грязнорожденной, и его жадные руки размазывали кровь по ее коже, когда он сжимал ее груди, бедра, ягодицы, погружаясь в нее с каждым толчком.

Тем временем мои пальцы скользили внутри Пендрагон, описывая маленькие круги, и я подстраивался под лихорадочный ритм девушки внизу. Мои пальцы входили и выходили из напряженного, податливого тела, когда дыхание Пендрагон участилось, а мышцы напряглись.

Она была уже совсем близко к пику блаженства. Так чертовски близко, что я мог это почувствовать.

– Вот и все, – пробормотал я. – Ты ведь чувствуешь это, да? Чистое вожделение.

Я страстно желал прижаться лицом к ее бедрам и ощутить вкус ее влаги. Будет ли он таким же, как и запах? Как морская вода, смешанная с жасмином? Как железо и соль?

Но я довольствовался тем, что сводил ее с ума своей рукой. Я был готов ублажать ее, пока она не сломается, не всхлипнет, не выкрикнет мое имя, заглушая его в моей руке.

Теперь ее бедра покачивались рядом со мной, бесстыдно катаясь на волнах удовольствия, которое я ей дарил, теряясь в ощущениях.

Девушка, игравшая роль Кровавой Девы, тоже приближалась к финалу. Ее крики удовольствия оглашали двор.

Высокородные в масках отказались от своего подобия чопорного пренебрежения. Они раздевали друг друга, образуя пары, тройки и груды обнаженной плоти. Я потерял счет частям тела, распростертым на белом мраморном полу поверх сброшенных черных плащей. На них остались только маски, плотно прилегающие друг к другу, чтобы скрыть их лица.

– Я мог бы взять тебя прямо сейчас, дракончик, – прошептал я, не в силах удержаться. – Я мог бы наполнить тебя. Тебе бы это понравилось? – Я продолжал двигать пальцами. – Ты бы этого хотела? Ты бы оседлала меня, будто дракона? Как та девушка внизу?

Пендрагон ахнула, ее тело дернулось от этих слов. Я был возбужден так же сильно, как и она.

Я почувствовал, как она застонала в мою ладонь, когда ее тело содрогнулось. Она была близко.

Как и грязнорожденная девушка внизу. Я увидел, как она выгнулась назад, ее груди были влажными от собственной крови, когда она все сильнее и сильнее скакала на высокородном мужчине.

– Вот и все, – прошептал я на ухо своему маленькому дракончику. – Не нужно сдерживаться. Ты ведь этого хочешь, не правда ли.

Я почувствовал, как она задрожала, взрываясь.