Для определения возраста человека по его костям в качестве одного из методов используют зубы или поверхность лобковой кости.

Вообще говоря, чем выше степень износа зубов, тем старше возраст. Зубы скелета № 2 относились к четвертому уровню, острые кромки зубов были в основном стерты, и в трех местах обнажился дентин. Исходя из этого, можно было сделать вывод о том, что возраст покойного составлял около 38 лет.

Однажды в один из вторников в начале июля погода стояла очень жаркая, и я пришел в управление, обливаясь по́том.

Еще не было и восьми часов, а я уже сидел за компьютером, разбирая материалы по делам за последние несколько дней. Судмедэксперт Цзян, толкнув дверь, вошел внутрь:

– Сяо Лю, ты здесь в такую рань!

– На улице жара; выйдешь пораньше, будет попрохладнее. – Я поднялся и поприветствовал коллегу. – А ты чего сегодня так рано, братец Цзян?

Он повернулся и, налив стакан воды, произнес:

– Сяо Лэй из полицейского участка на горе Чуншань позвонил мне ранним утром и сказал, что там нашли какую-то кость, так что надо поехать и посмотреть. Я позову Ли Чжэн, чтобы поехала с нами. Пользуясь случаем, проверим, может ли она выполнять работу судебно-медицинского эксперта, – с улыбкой сказал судмедэксперт Цзян. – Задача испытать ее возлагается на тебя!

То, что у нас появился новый судмедэксперт, для меня вовсе не было чем-то неожиданным. После смерти судебного медика Чжао нам не хватало людей. Но я не ожидал, что руководство пришлет нам женщину. Хотя и говорится, что «когда мужчины и женщины объединяют усилия, то работают без устали», однако женщины – судебные медики по-прежнему сталкиваются со многими неудобствами в своей работе.

Я вышел со специальным чемоданом-укладкой судмедэксперта – с оборудованием и инструментами для криминалистического обследования места происшествия – из комнаты-хранилища и увидел, как навстречу мне идут судебный медик Цзян и Ли Чжэн. У нее были короткие волосы, жизнерадостное лицо и взволнованный вид.

– Братец Лю, позволь мне взять этот чемоданчик! – Ли Чжэн без долгих разговоров выхватила у меня из рук чемодан-укладку. – Ай! Да почему же он такой тяжелый?

Чемодан с тяжелым стуком упал на землю. Ли Чжэн напустила на себя невинный вид.

Я поднял чемодан-укладку и вышел, бросив двусмысленную фразу:

– Некоторые профессии не подходят для женщин.

Позади себя я смутно услышал хмыканье.

Мы вышли из офисного здания и обнаружили, что Ван Мэн, эксперт-трасолог, и Ван Ин, девушка-стажер из Университета общественной безопасности, уже ждут нас в машине.

Как только я закрыл дверцу, машина рванулась с места, и моя спина вдавилась в спинку сиденья, а в багажнике раздался лязгающий звук. Судебный медик Цзян нахмурился и сказал Ван Мэну, сидевшему за рулем:

– Ну-ка, давай успокаивайся. Безопасность превыше всего!

Ван Мэн ухмыльнулся в ответ:

– Гора Чуншань находится не так уж близко; по моим расчетам, мы доберемся туда только к полудню.

– Братец Мэн, что там у тебя в багажнике? – Я вспомнил о странном звуке в багажнике.

– Пока это секрет, в свое время узнаешь. – Ван Мэн самодовольно улыбнулся.

На самом деле мне была хорошо знакома гора Чуншань. Когда я был ребенком, часто ходил туда играть. В ту пору я называл ее «Горой насекомых»[10]. Это самая высокая гора в регионе, занимающая большую территорию. В последние несколько лет здесь началось развитие туризма.

Мой дедушка рассказывал, что во время антияпонской войны Восьмая сухопутная армия вырыла в склонах горы бомбоубежища. Когда «дьяволы»[11] приходили на зачистку, жители деревни уводили туда свой скот, приносили еду и прятались в этих бомбоубежищах.

После долгой тряски по горной дороге мы наконец добрались до полицейского участка на горе Чуншань. Лэй Цинмин, тамошний технический специалист, горячо приветствовал нас:

– Ну, наконец-то вы добрались! Начальник участка Ли ждет вас.

Начальник участка Ли, темнокожий и худой, очень способный работник, вышел навстречу и по очереди пожал нам руки:

– Я велел приготовить угощение. Давайте пообедаем, а потом отправимся на место преступления. А кто эти две юные красавицы? – ошеломленно и с восхищением спросил он, уставившись на Ли Чжэн и Ван Ин.

– Это судмедэксперт Ли, новая сотрудница нашего технического отдела; Сяо Ван, стажер из Университета общественной безопасности, – представил их судмедэксперт Цзян. – А это Лао Ли, начальник полицейского участка Чуншань.

– Здравствуйте, начальник участка Ли! – улыбнулись Ли Чжэн и Ван Ин, обнажив белые зубы.

– Пойдемте, выпьем воды в конторе и поболтаем. – Начальник участка Ли сердечно пригласил нас в офис полицейского участка, где подал нам чай и несколько дынь на блюде. – Попробуйте, мы сами их вырастили, очень сладкие! – Говоря это, он разрезал дыни ножом, и в нос нам ударил сладкий аромат.

Я не удержался и положил в рот кусочек. Это действительно были очень сладкие дыни, их вкус напоминал мне о детстве.

Лэй Цинмин достал блокнот:

– Пока вы будете есть, я обрисую подробности дела.

– Мы что, похожи на «массы, поедающие дыню»?[12] – Ли Чжэн, подмигнув, взяла кусочек дыни и откусила от него.

Все на мгновение опешили, а затем громко рассмеялись. Мне стало неприятно: во время серьезного разговора слова этой женщины поколения 90-х годов прозвучали немного легкомысленно.

Итак, Лэй Цинмин обрисовал нам ситуацию. Вчера в 7 часов вечера некто Чжоу Сэнго позвонил по номеру 110, чтобы вызвать полицию. Он заявил, что, когда он и его девушка целовались в уединенных зарослях ландшафтного парка горы Чуншань, девушка внезапно громко вскрикнула. Чжоу Сэнго посмотрел по направлению ее пальца и обнаружил неподалеку группу мерцающих темно-зеленых огоньков. Они сильно испугались и тотчас побежали вниз с горы. Пробегая мимо входа в ландшафтный парк, молодые люди привлекли внимание дежурного охранника, который, заметив, что они выглядят испуганными, остановил их и спросил, что случилось.

Узнав о ситуации, охранник попросил Чжоу Сэнго вернуться и провести осмотр. Огоньки исчезли, но неподалеку от входа в бомбоубежище была обнаружена кость. Охранник не посмел оставить это без внимания, поэтому попросил Чжоу Сэнго вызвать полицию.

Лэй Цинмин сказал:

– Вчера вечером я отправился на место происшествия, чтобы осмотреть его, и договорился с сотрудниками вспомогательного подразделения полиции[13] и охранниками пейзажного района, чтобы они стерегли место происшествия. Давайте сходим туда и посмотрим вместе после обеда.

Обед был очень простым, но из свежих овощей, и все поели с удовольствием. После обеда мы последовали за Лэй Цинмином в ландшафтный парк горы Чуншань и направились к месту, где была найдена кость.

– Кость была обнаружена там.

Когда Лэй Цинмин указывал на это место, я увидел знакомый вход в пещеру, охраняемый двумя людьми. Надел перчатки, поднял кость с земли, осмотрел ее и сказал:

– Прекрасная судмедэксперт, взгляните на эту кость. – И передал кость Ли Чжэн.

Та была застигнута врасплох – очевидно, была не готова к званию «Прекрасной судмедэксперта». Нельзя отрицать, что Ли Чжэн была очень красива, но это вовсе не означало, что она подходит для работы судебным медиком.

Девушка подняла голову и сказала:

– Ну, это просто кость…

– Продолжайте. – Я и ухом не повел.

– Должно быть, это большеберцовая кость.

– А еще?

– На ней видны два отверстия; похоже на то, что они были оставлены зубами собаки. А еще надо отметить, что этот человек был не низкого роста.

– А какого роста?

– Да откуда ж я знаю? Разве можно по одной кости определить рост человека? Это уже мистика какая-то!

Я слегка улыбнулся:

– Настоящий судебно-медицинский эксперт смог бы это сделать.

Ли Чжэн встревожилась:

– Братец, я только что приехала, я здесь новичок, зачем ставить меня в затруднительное положение? Даже если я чего-то еще не умею, то могу этому научиться!

Тут мне стало понятно, что навыки у этой девчонки заурядные, а вот характер дурной. И я решил попозже преподать ей хороший урок.

Честно говоря, тот факт, что она смогла назвать большеберцовую кость и определить, что у погибшего человека был высокий рост, указывало на то, что базовые знания у нее все-таки имеются, и то, что она увидела два отверстия в кости и сделала вывод об укусах собаки, подтверждало хорошую наблюдательность и определенные способности к умозаключениям.

Когда я только поступил на работу, меня тоже подобным образом экзаменовали мастера. К счастью, я изучал медицинскую криминалистику и не особо сконфузился.

Я увидел, как судебный медик Цзян кивнул, словно был вполне удовлетворен ответами Ли Чжэн. В этой кости действительно были два отверстия. Если отбросить человеческий фактор, то, скорее всего, их могли сделать собаки или другие животные.

Мы подошли ко входу в пещеру, но не смогли войти внутрь – путь преграждала железная решетка, на которой висел огромный висячий замок. Вглядываясь сквозь решетку, можно было заметить, что в пещере царит полный мрак.

– Там есть еще кости! – внезапно воскликнула Ли Чжэн. Я стал вглядываться, но ничего толком не увидел. – Ну же, посветите фонарем, если не верите, – сказала она с легкой улыбкой и уверенным видом.

Ван Мэн включил фонарь и посветил в пещеру. На расстоянии не более чем в десяти метрах от входа в пещеру действительно лежала еще одна кость.

Все удивились.

– У меня с рождения хорошее зрение, ничего не могу с этим поделать, – торжествующе произнесла Ли Чжэн.

Все притихли, а я в глубине души удивился. У человека есть два типа зрительных клеток: колбочки и палочки, которые определяют силу дневного и ночного зрения соответственно. Гемералопия, или «куриная слепота», возникает из-за недостатка палочек, поэтому ночью или при недостаточном освещении у таких людей зрение резко падает. А способность Ли Чжэн видеть в темноте была очень велика – прямо-таки талант.

– Я опрашивал персонал парка. С тех пор, как был организован ландшафтный парк в позапрошлом году, эта решетка все время оставалась закрытой, чтобы избежать несчастных случаев с туристами, – сказал Лэй Цинмин, стоя сбоку.

Судебный медик Цзян нахмурился:

– Похоже, нам нужно обыскать бомбоубежище.

После того как охранник пейзажной зоны открыл замок на решетке, он отказался показать нам дорогу и быть провожатым:

– Я не рискну входить внутрь. А вдруг там злой демон или что-то еще в том же роде… Кроме того, я не знаю, что там внутри!

– Все следуйте за мной, в детстве я много раз бывал в этом бомбоубежище, – сказал я, и люди стали подходить, удивленно глядя на меня.

Через некоторое время мы миновали железную решетку и вошли в бомбоубежище. После слепящего солнца здешний мрак поднял мои волосы дыбом.

Мы вшестером построились в колонну, которую возглавил я. Лэй Цинмин и Ван Мэн следовали сразу за мной, за ними – Ли Чжэн и Ван Ин, а судмедэксперт Цзян шел замыкающим.

Войдя в пещеру, я еще мог видеть дорогу. Нас окружали каменные стены, под ногами было много гравия. Но, пройдя не более дюжины шагов, мы оказались в кромешной тьме.

Когда мы одновременно включили свет, в пещере стало светло как днем. Оказалось, что Ван Мэн принес три фонаря для осмотра места происшествия и четыре полицейских фонаря с функцией концентрации света.

Мы подошли к кости, обнаруженной Ли Чжэн. Это также была длинная трубчатая кость, но гораздо короче той, что была найдена у входа в пещеру.

Судмедэксперт Цзян сказал Ван Ин:

– Давайте пронумеруем все найденные кости. Та, что снаружи пещеры, будет номер один, а эта – номер два. Вы отвечаете за запись и составление схемы места происшествия.

Полагаясь на свои воспоминания, я медленно повел всех по пещере и остановился на развилке. Это место уже немного отличалось от того, что я помнил. Вперед и направо еще можно было пройти, но проход налево завалили камни.

Немного посовещавшись, мы решили сначала идти вперед, а потом вернуться и свернуть направо. Постепенно воздух наполнился запахом мочи и кала; предположительно, это были экскременты животных.

– Все внимательно смотрите под ноги: если не будете осторожны, вам может внезапно крупно повезти![14] – начал шутить я, чтобы разрядить обстановку.

Ли Чжэн внезапно сказала:

– Братец Лю, если ты хочешь, чтобы тебе внезапно повезло, то это прямо перед тобой!

Все рассмеялись.

Тут перед нами раздался странный звук, а затем что-то темное устремилось в нашу сторону. Ван Ин испуганно вскрикнула, и я тоже чуть не подпрыгнул от страха. И мне не стало спокойнее даже после того, как я отчетливо увидел группу каких-то черных существ.

– Да не бойтесь вы, это просто летучие мыши, – сказал Лэй Цинмин. – Должно быть, мы только что их потревожили.

Над нашими головами прямо ко входу в пещеру с шумом пронеслась стая летучих мышей. Ложная тревога миновала, но скорость нашего продвижения вперед значительно замедлилась; через каждые несколько шагов все внимательно осматривались как по сторонам, так и внизу на земле. Гравия под нашими ногами постепенно становилось все больше и больше, а условия прохода усложнялись.

Внезапно раздался еще один странный звук. Я посветил ручным фонарем и увидел, как передо мной появилось пять или шесть светящихся точек, которые вспыхивали в темноте.

– Это ласки! – сказала Ли Чжэн. – Я и не ожидала, что в бомбоубежище живет семья ласок. Они очень милые…

Как только девушка закончила говорить, стало понятно, что эти «светящиеся точки» быстро удаляются – фонари высветили желтую шерсть и хвосты. Они исчезли в мгновение ока. Я понял, что это действительно ласки.

– Да ты, оказывается, знаешь их… Неожиданно для девочки, выросшей в городе.

– Хм, я очень хорошо осведомлена.

Пройдя несколько десятков метров, мы оказались в просторном помещении, похожем на потайную комнату, со следами дыма на стенах.

– Смотрите, что это такое! – крикнул Ван Мэн позади меня.

Луч света скользнул по земле и высветил какой-то предмет коричневого цвета. Мы подошли поближе и осмотрели его. Это была еще одна кость, такая же, как и те, что были найдены ранее. Она тоже была длинной.

– Вон там тоже есть такие. – Ли Чжэн указала в угол, и я повернулся посмотреть. Там лежало несколько разбросанных костей.

Судебно-медицинский эксперт Цзян произнес:

– Похоже, что найденная ранее кость номер один действительно была из этого бомбоубежища. Давайте внимательно поищем, чтобы узнать, сколько здесь костей!

Мы продолжали поиски. Каждый раз, когда находили кость, Ван Ин присваивала ей номер, а затем отмечала в блокноте ее местоположение. Мы собрали все найденные кости и скопом вынесли их из пещеры.

Мы провели всю вторую половину дня в бомбоубежище, обыскивая каждый уголок. Небо за пределами бомбоубежища уже постепенно стемнело, когда мы наконец завершили поиски. Увидев, что я перебираю кости руками, Ли Чжэн, подавшись вперед, спросила:

– Братец Лю, сколько потребуется времени, чтобы труп полностью скелетизировался?

– Это займет по крайней мере год – или больше. Также надо принять во внимание такие факторы окружающей среды, как температура и влажность, – сказал я.

С тех пор как я начал работать, мне приходилось сталкиваться со всевозможными трупами, но я редко сталкивался с такими полностью скелетизированными трупами, как эти.

– Сколько всего костей было найдено? – спросил Ван Ин судмедэксперт Цзян.

– Я пронумеровала каждую кость, всего их шестьсот тридцать, – добросовестно ответила та.

– Ли Чжэн, скольким людям, по твоему мнению, принадлежат эти кости? – На этот раз настала очередь судмедэксперта Цзяна задавать вопросы.

– Совершенно ясно, что здесь три человека; разве мы нашли не три черепа? – Очевидно, Ли Чжэн считала этот вопрос совершенно несложным.

– Сяо Лю, теперь твоя очередь.

Я понял, что судмедэксперт Цзян предлагает мне преподать Ли Чжэн урок.

– В словах Ли Чжэн есть свой резон. Ее метод прост и понятен: сколько голов – столько и людей. – Я заметил, что уголки губ Ли Чжэн слегка приподнимаются, и продолжил: – Если все эти кости принадлежат взрослым, то там должно быть как минимум четыре трупа, потому что количество костей взрослого человека составляет двести шесть, а общее количество костей трех взрослых людей – шестьсот двенадцать, а мы нашли в общей сложности шестьсот тридцать костей. – Я указал на череп: – Этот череп очень маленький, очевидно, детский, и некоторые кости тонкие и короткие; они также должны принадлежать ребенку. Количество костей у детей составляет двести семнадцать или двести восемнадцать, так что общее число шестьсот тридцать можно назвать приемлемым. Следовательно, мой вывод совпадает с выводом Ли Чжэн. Эти кости должны принадлежать трем людям: двум взрослым и одному ребенку.

Ли Чжэн вздохнула с облегчением:

– Смотрите-ка, я не ошиблась!

Я покачал головой:

– Есть также вероятность того, что имеются еще некоторые кости, которые находятся не в самой пещере, а попали, как и большеберцовая кость, за пределы пещеры. Вывод таков: здесь по меньшей мере четыре трупа.

Ли Чжэн, все еще не убежденная, открыла рот, не произнеся ни слова.

Судебный медик Цзян присел на корточки:

– Давайте сначала определим принадлежность каждой кости, а затем – количество погибших. Тут немалый объем работы, всем надо приготовиться к длительному труду.

– Прикольно! Ну разве это не игра-пазл из человеческих костей? – воодушевилась Ли Чжэн; казалось, ей не терпится попробовать.

На самом деле операция оказалась гораздо сложнее, чем представлялось, потому что некоторые кости очень похожи, и нам приходилось прикладывать их друг к другу по несколько раз, чтобы определить, какая из них подходит лучше. Это все равно как если б сотни и тысячи элементов пазла были рассыпаны и затем соединены заново. Такая работа не только экзаменует наши способности к пространственному мышлению, но и проверяет наш уровень знания анатомии.

К счастью, толщина и длина костей подчиняются определенным закономерностям. Достаточно просто определить, к какой части скелета относится кость, чтобы ее можно было поместить на свое место, а затем скорректировать в соответствии с индивидуальными особенностями умершего.

В конце концов нам потребовалось два часа, чтобы собрать три комплекта костей. Мы пронумеровали три скелета, от 1-го до 3-го, из которых 1-й был самым большим, 2-й – средним, а 3-й – самым маленьким.

После завершения головоломки с костями возникла проблема: обнаружилась еще одна кость – № 304. Это была неполная фаланга пальца.

– Как такое могло произойти? Неужели в этих трех скелетах чего-то не хватает? – Ли Чжэн нахмурилась.

Судмедэксперт Цзян покачал головой:

– Я проверил несколько раз, все три набора костей целостные. Другими словами, лишняя кость номер триста четыре не принадлежит этим трем людям.

Это вызывало беспокойство – все понимали суть проблемы. Понятно, когда не хватает нескольких костей, но если их больше, то, возможно, потребуется пересчитать количество людей.

– Независимо от того, что это за фрагмент номер триста четыре, сначала проверьте три собранных скелета один за другим. Сконцентрируйте все имеющееся освещение, – отдал распоряжение судмедэксперт Цзян, и наша проверка началась.

Исследование скелета на первый взгляд может показаться более простым занятием, чем вскрытие, но эта операция тоже очень тяжела. Прежде всего потому, что все погибшие превратились просто в белые кости; почти все их внешние физические характеристики и приметы исчезли, что затрудняло идентификацию личности. Исчезновение кожи и подкожной клетчатки означает, что вместе с ними исчезли все внешние поверхностные повреждения. Если кость не задета, следы травмы практически полностью стираются, и установить причину смерти и орудие, которым она была нанесена, чрезвычайно сложно.

Судмедэксперт Цзян, на мгновение задумавшись, произнес:

– Что ж, мы с судмедэкспертом Лю осмотрим скелеты номер один и два. Ли Чжэн осмотрит скелет номер три и подождет, пока мы с Лю закончим, прежде чем исследуем их еще раз все вместе.

Это предложение было для меня полнейшей неожиданностью. Судмедэксперт Цзян – старый судебный медик, его профессиональный опыт гораздо больше моего. Но и я тоже судмедэксперт с высшим образованием и даже в одиночку кое-что могу… Я украдкой взглянул на Ли Чжэн. Похоже, что она была не очень-то согласна и выглядела неуверенной. Но, не говоря ни слова, подошла к скелету № 3 и с деловым видом начала работу.

Осмотр скелета и идентификация костей преследуют две основные цели: одна из них заключается в установлении личности покойного, а другая – в установлении причины смерти.

Прежде чем подойти к скелету № 2, я сначала осмотрел череп. Его поверхность была гладкой и округлой, а в верхней части имелось круглое отверстие диаметром около 4 сантиметров – наверняка след смертельной травмы. Выступающие части бровей и надбровные дуги не бросались в глаза; скулы низкие, сосцевидный отросток маленький. Я предварительно определил, что обладательница этого скелета была женщиной.

Чтобы проверить свою идею, я еще раз проверил таз. Сравнительно тонкий, мышечный гребень не так заметен. Вход в малый таз овальной формы, выходное отверстие довольно широкое, лобковая дуга имеет форму буквы «U», большой седалищный разрез широкий и неглубокий, а сочленение лобковой кости похоже на квадрат. Как череп, так и таз имели явные женские признаки, что подтверждало, что покойная № 2, без сомнения, была женщиной.

Определение пола в основном осуществляется по признакам таза, черепа и нижней челюсти, в то время как позвонки, кости грудины и кости конечностей используются в качестве вспомогательных идентификационных материалов.

В области таза гендерные различия наиболее очевидны. Различия в морфологии таза у мужчин и женщин очень велики, и есть много разделов, по которым можно определить пол; на черепе также есть много мест, по которым можно определить пол. В случае отсутствия костей таза и черепа гендерная идентификация костей человека также может быть осуществлена по нижней челюсти. Точность определения пола только по костям таза или черепа составляет примерно 90 %. В сочетании с другими костями она может возрасти до 95 % и выше.

Сначала мы устанавливаем пол, затем – возраст. Для определения возраста человека по костям обычно используются зубы или симфизиальная поверхность лобковой кости. Чем выше степень износа зубов, тем старше возраст их обладателя. Однако, поскольку степень износа зубов в значительной степени зависит от привычек питания, более точно определить возраст можно, основываясь на симфизиальной поверхности лобковой кости, которая с возрастом приобретает различные формы.

Сначала я проверил степень износа зубов скелета № 2, а затем провел оценку возраста в соответствии с «девятибалльным методом определения». Зубы скелета № 2 относились к четвертому уровню: острые кромки зубов были в основном стерты, в трех местах обнажился дентин. Исходя из этого, можно было сделать вывод о том, что возраст покойного составлял около 38 лет.

Во время осмотра было случайно обнаружено, что один из зубов покойной был протезирован – это был золотой имплант, сиявший на свету.

При взгляде на симфизиальную поверхность лобковой кости скелета № 2 было очевидно, что она плоская, сформирован суставной край и различим нижний угол. Наклонная поверхность увеличивалась кверху, а симфизиальная поверхность в разной степени вогнута; таким образом устанавливался возраст от 31 до 34 лет.

Проведя всесторонний анализ поверхности зубов и симфизиальной поверхности лобковой кости, я пришел к выводу, что покойной было около 34 лет.

Определение роста обычно производится по длине костей конечностей. Для этих трех относительно полных скелетов не было никакого технического смысла в определении роста: достаточно только прибавить среднюю толщину подошвы и толщину волосистой части головы.

Я подозвал Ван Ин, которая вела протокол, и сказал:

– Жертва номер два – женщина, около тридцати четырех лет, рост около ста шестидесяти пяти сантиметров. Причиной смерти стала черепно-мозговая травма, а орудием, причинившим травму, явился молоток с круглой головкой.

Я поднял глаза и увидел, что судебный медик Цзян уже стоит позади Ли Чжэн. Ее голос был тихим и казался не очень уверенным:

– Жертва номер три – ребенок, рост около ста сорока сантиметров, в черепе имеется отверстие.

Я захлопал в ладоши:

– Замечательно, прекрасная судмедэксперт! Но можете ли вы назвать пол и возраст жертвы номер три?

– Если ты уже знаешь, то не можешь ли научить и меня? – На этот раз Ли Чжэн была очень скромна; возможно, сегодняшнее испытание повергло ее в шок.

– Покойный номер три, ребенок мужского пола, примерно восьми лет, ростом около ста сорока сантиметров. Первоначальное определение причины смерти – черепно-мозговая травма, а орудие, причинившее травму, – что-то похожее на молоток. – Я жестом попросил Ван Ин записывать.

Судмедэксперт Цзян кивнул:

– Гендерные характеристики несовершеннолетних относительно расплывчаты, и идентификация пола очень сложна. Ли Чжэн – молодой судебный медик, но даже многие опытные судмедэксперты могут оказаться не в состоянии точно определить эти характеристики.

– Ха-ха, а судмедэксперт Цзян объективен и справедлив… – Ли Чжэн взглянула на меня так, словно к ней сразу же вернулась уверенность в себе.

Судмедэксперт Цзян продолжил:

– Покойный номер один – мужчина в возрасте около тридцати шести лет, ростом примерно сто семьдесят пять сантиметров. Причиной смерти, как в предыдущих случаях, стала черепно-мозговая травма, а орудием, причинившим травму, также было что-то, похожее на молоток. Судя по всему, это похоже на семью из трех человек, которые погибли от рук одного и того же человека или одной и той же группы подозреваемых.

– Что вы все думаете о дополнительной кости номер триста четыре? – Судмедэксперт Цзян повернул голову, чтобы посмотреть на меня и Ли Чжэн.

Ранее я детально изучил объект № 304, и кое-какие предварительные предположения у меня уже были.

– Весьма вероятно, что эта кость принадлежала подозреваемому. Во-первых, она относительно самостоятельна, не принадлежит трем погибшим, и других костей, соответствующих ей, найдено не было. Во-вторых, эта кость неполная и лежала не так, как другие. – Я поднял кость № 304. – Внимательно посмотрите поближе на отломанный конец. Здесь есть слегка округлое углубление, которое, скорее всего, образовалось при укусе.

Мои доводы привлекли внимание судебного медика Цзяна. Он взял кость и осмотрел ее. Затем произнес:

– Для того, чтобы откусить фалангу пальца, нужны острые зубы и немалая сила.

Я немного поразмыслил, поднял с земли золотой зуб, который нашел раньше, и выложил его на ладони:

– У трупа номер два золотой зуб, и этот зуб – клык.

Клыки – это самые острые зубы, расположенные между резцами и премолярами и имеющие коническую форму. Они обычно используются для разрывания мяса.

Когда мы поместили золотой зуб в углубление кости № 304, все стало ясно, потому что они идеально подходили друг другу. Если что-то выглядит невероятно, но существует в природе, значит, оно логично.

Было уже совсем темно. Лэй Цинмин принес много мешков и положил каждый из собранных скелетов в отдельный мешок. Золотой зуб от скелета № 2 и фалангу № 304 мы положили по отдельности, в пакеты для вещественных доказательств.

Вернувшись в полицейский участок и наскоро поужинав простой едой, мы обсудили это дело в зале заседаний полицейского участка и в основном определили следующие этапы расследования:

1) мы имеем дело с исчезновением семьи из трех человек; кроме того, в женском скелете есть золотой зуб-имплант, что поможет определить личность погибшей;

2) необходимо провести расследование в подведомственном районе и найти людей с отсутствующими фалангами пальцев, особенно молодых и крепких мужчин;

3) необходимо найти молоток с круглой головкой, который соответствует характеристикам орудия преступления.

Возвращаясь к золотому зубу трупа № 2, судмедэксперт Цзян сказал:

– Насколько я знаю, сейчас очень немногие изготавливают золотые импланты. Я думаю, что можно проверить больницы и стоматологические клиники на подведомственной территории, чтобы узнать, есть ли какие-либо записи об имплантировании этого золотого зуба.

Я вдруг вспомнил, что мой одноклассник Инь Цзетянь открыл в городе стоматологическую клинику, поэтому сказал:

– Предоставь это мне. Завтра пойду к дантисту и спрошу его.

По дороге Ли Чжэн не проронила ни слова; не знаю, о чем она думала. Вернувшись в контору, судмедэксперт Цзян вызвал меня в кабинет и попросил рассказать о том, что я думаю по ее поводу.

– Братец Цзян, ты тоже видишь, что Ли Чжэн немного с норовом и не отличается скромностью. Подозреваю, что она захотела стать судмедэкспертом после просмотра телесериалов. Как-нибудь на днях найдем какое-нибудь тухлое дело, отвезем ее на «крещение», чтобы она прочувствовала всю трудность нашей работы, и дадим ей возможность отступить.

Судмедэксперт Цзян на мгновение задумался.

– Мне кажется, что Ли Чжэн, наоборот, показала себя сегодня совсем неплохо. Во-первых, она не боится трупов, не боится испачкаться или устать, что соответствует основным требованиям, предъявляемым к судебному медику; во-вторых, она с большим энтузиазмом относится к своей работе, обладает определенной наблюдательностью и способностью рассуждать, а также необыкновенным зрением. В будущем бери ее с собой на выезды почаще!

На следующий день утром я отнес золотой зуб в стоматологическую клинику «Цзетянь» и нашел там своего одноклассника. Он взял золотой зуб, долго рассматривал его, затем произнес:

– Это имплант с высоким содержанием золота. Качество изготовления высокое, и цена должна быть немаленькой. Но сейчас требования людей к эстетике изменились, и такой золотой зуб можно встретить редко.

От Сяо Тяня я узнал, что существует множество разновидностей материалов для изготовления зубных протезов – таких как никель-хромовый сплав, титановый сплав, кобальт-хромовый сплав, металлокерамика и даже платина. Конечно, самый лучший материал на сегодняшний день – это диоксид циркония.

Золото на самом деле является идеальным материалом для изготовления зубных протезов: оно не ржавеет, не имеет запаха и хорошо сочетается с полостью рта. Но, поскольку оно не соответствует современным эстетическим представлениям, лишь очень небольшое число людей выберут для себя золотые зубы.

– Сяо Тянь, ты не знаешь, в каких больницах или клиниках до сих пор ставят золотые коронки и импланты?

– Я помню, что на западе города была старая стоматологическая клиника доктора Го; он специализировался на установке золотых зубов.

Следуя инструкциям Инь Цзетяня, я быстро нашел стоматологическую клинику доктора Го. Она была расположена в одноэтажном доме со внутренним двориком. На углу письменного стола доктора Го лежала стопка визиток с надписью «Го Пэйсун, стоматологическая клиника Лао Го».

После моего короткого вопроса доктор Го взял золотой зуб, взглянул на него и заявил:

– Да, этот зуб был установлен в нашей клинике.

Я удивился – как просто все оказалось! Словно видя мои сомнения, доктор Го указал на золотой зуб и сказал:

– Посмотрите внимательно, на внутренней стороне есть буква «g». Мы гравируем эту букву на всех зубных протезах, изготовленных нашей клиникой по индивидуальному заказу.

– На всех золотых зубах, которые вставляют в вашей клинике, есть эта буква?

– Раньше, когда здесь работал мой старший брат, никаких букв не было. Но с тех пор, как я возглавил клинику четыре года назад, на всех золотых зубах была выгравирована «g». Это первая буква нашей фамилии в латинской транскрипции. Ее можно рассматривать как бренд.

– Вы можете проверить стоматологические карты за последние несколько лет? Посмотрите, нет ли среди пациентов женщины за тридцать, которой был установлен золотой клык.

Доктор Го, слегка подумав, произнес:

– Думаю, найти ее не составит труда. Женщин с золотыми зубами не так много, а с золотыми клыками и того меньше.

Он открыл журнал учета, который был плотно заполнен информацией о пациентах. Через некоторое время указал на имя в книге и сказал:

– Пациентка по имени Хун Цуй пришла сюда три года назад и установила золотой имплант клыка.

Я увидел, что в карте написано: «Хун Цуй, женщина, 33 года, улица Чэнбэй, район Хуси». Запись была очень лаконична – в таких небольших клиниках, как правило, не оставляют данных, удостоверяющих личность пациента.

Я почувствовал, что забрезжил рассвет будущей победы, потому что возраст этой Хун Цуй в основном совпадал с возрастом трупа № 2, который я вычислил. Такое имя встречается нечасто, и найти его не составит труда.

В общей сложности мы нашли в системе двух женщин по имени Хун Цуй, одной из которых было 25 лет и она находилась в нормальном состоянии. У другой возраст был 36 лет. Мы обратились в местный полицейский участок, где нам сказали, что Хун Цуй пропала без вести более двух лет назад.

Я понял, что эта Хун Цуй и должна быть пострадавшей. Ей было 33 года, когда она обратилась в стоматологическую клинику Лао Го для установки зубного импланта. Год спустя (то есть два года назад) она исчезла. Тогда ей было 34 года.

В большинстве случаев, если удается установить личность погибшего, то дело уже наполовину раскрыто. Наш случай не являлся исключением, и последовавшее развитие событий было быстрым – подобно тому, как один удар топора раскалывает бамбук.

После подтверждения личности членов семьи Хун Цуй, состоящей из трех человек, мы с Ван Мэном отправились в банк, чтобы проверить активы их семьи. Имущество их семьи оценивалось более чем в 3 миллиона; можно сказать, что семья была богатой.

Два года назад с банковской карты, оформленной на имя Хун Цуй, было снято 200 000 юаней наличными, а затем еще 300 000 юаней. Я опросил сотрудников банка, и оказалось, что записи с камер наблюдения банка могут храниться до трех месяцев, далее найти кого-либо с помощью видеонаблюдения невозможно.

Но эта ниточка, с другой стороны, навела на мотив подозреваемого в убийстве и приблизительное время совершения преступления. Более того, изучив информацию о банковских оборотах, мы обнаружили, что переведенные 300 000 юаней поступили на банковскую карту, оформленную на человека с именем Ши Инхао. Когда мы нашли его, то обнаружили, что у него не хватает указательного пальца на левой руке. Он жил в бедности и был совсем не так богат, как мы думали.

После долгого ночного допроса Ши Инхао признался в своих преступлениях. Узнав об отношениях между ним и погибшей семьей, мы были потрясены.

Ши Инхао – младший двоюродный брат Хун Цуй – работать не хотел и обычно бездельничал. Хун Цуй предложила ему несколько занятий, но поскольку Ши Инхао любил праздность и ненавидел труд, он не мог подолгу выполнять какую-либо работу. Он не только не стремился к развитию, но и постоянно ныл о том, что его двоюродная сестра не находит для него легкой и прибыльной работы.

Однажды Ши Инхао проиграл деньги в азартной игре. Кредитор был известной фигурой в преступном мире. Он неоднократно требовал у Инхао возврата долга и угрожал перерезать ему сухожилия на ногах, если тот не вернет деньги.

Зная, что его двоюродная сестра богата, Ши Инхао вместе с двумя друзьями похитил своего 8-летнего племянника. Чтобы тот не узнал его, Ши Инхао все время носил маску и старался поменьше разговаривать.

Он спрятал своего маленького племянника в бомбоубежище на горе Чуншань и договорился со своими сообщниками позвонить Хун Цуй и потребовать у нее немедленно выслать 200 000 юаней наличными.

В это время сам Ши Инхао находился в доме своей двоюродной сестры и умолял ее найти ему другую работу – во-первых, для того, чтобы создать видимость своего отсутствия на месте преступления, а во-вторых, чтобы стать посредником и содействовать в передаче денег.

Сначала Хун Цуй хотела вызвать полицию, но Ши Инхао остановил ее. Чтобы уберечь ребенка от убийства, Хун Цуй в конце концов не стала вызывать полицейских. Она попросила Ши Инхао сходить с ней в банк, чтобы снять 200 000 наличными, и тот, воспользовавшись возможностью, узнал пароль от банковской карты своей двоюродной сестры.

Упаковав наличные в сумки, они втроем отправились в бомбоубежище на горе Чуншань, якобы по требованию похитителей. Все прошло в соответствии с планами Ши Инхао, но он не ожидал, что в конце концов племянник узнает в нем одного из похитителей.

Оказалось, что после похищения сын Хун Цуй заметил, что у похитителя в маске на запястье был написан иероглиф «терпение», и запомнил его. Он был очень рад, когда приехали его родители, но вдруг увидел на запястье своего дяди иероглиф «терпение», который был точно таким же, как у похитителя, и крикнул родителям: «На запястье моего дяди есть иероглиф, это он похитил меня!»

Увидев, что он раскрыт, Ши Инхао повернулся и собрался убежать. Но Хун Цуй схватила его и стала кричать на него. Пока они толкались, женщина укусила Ши Инхао за указательный палец левой руки. Ши Инхао разозлился и ударил Хун Цуй кулаком в лицо. Муж и сын Хун Цуй хотели помочь ей, но сообщники Ши Инхао держали их, не давая им пошевелиться.

Хун Цуй стискивала зубы все крепче и крепче. Вдруг раздался крик – указательный палец левой руки Ши Инхао был откушен.

В то время в бомбоубежище в пейзажном районе горы Чуншань устанавливали решетку. У входа в пещеру рабочий случайно оставил молоток. Ши Инхао, словно одержимый демоном, схватил его и бросился на Хун Цуй…

Убив свою двоюродную сестру, Ши Инхао, у которого глаза уже налились кровью, решил, что «семь бед – один ответ», и забил до смерти мужа своей двоюродной сестры и своего племянника. Затем вместе со своими сообщниками оттащил тела трех человек в глубь бомбоубежища, и после раздела добычи все трое разошлись в разные стороны.

Ши Инхао воспользовался банковской картой своей двоюродной сестры и пошел к ближайшему банкомату, чтобы снять с нее оставшиеся 300 000. Затем покинул родной уезд и пробыл на чужбине более месяца. Поняв, что преступление не раскрыто, он вернулся домой. Часть денег пошла на погашение карточных долгов, а остальное было быстро растрачено, и Ши Инхао снова впал в бедность.

Мы схватили одного за другим двух сообщников Ши Инхао; показания всех троих совпали.

Ши Инхао всегда рассуждал о сестре примерно в том духе, что «я беден, но у меня есть на то причина, а ты богата, но не заслуживаешь этого». Так, шаг за шагом, от любви к праздности и ненависти к труду он свалился в омут преступления, что и привело к трагедии.

Я до сих пор не понимаю, как эта кость попала за пределы пещеры. Все предположили, что, скорее всего, ее вынесла ласка или другое животное, но никто не знает правды. Все происходит по воле Неба. Эти скелеты на самом деле излучали «призрачный огонь», чтобы люди обнаружили эти кости и правда стала известна миру.

Небесная сеть восстановлена[15], и в ней нет прорех. Независимо от того, сколько времени прошло, независимо от того, как далеко вы убежали, вас всегда найдут.